Хризантемы

Маленькая дверца приоткрылась передо мной, пропуская внутрь комнатки, где сильно пахло мятной зубной пастой.

Все вокруг напоминало мне дедушкин рабочий кабинет: вечно переполненная ненужными бумагами мусорка в углу, скрипучие половицы и бесчисленное множество старых книг повсюду.

— О, еще одна мечтательная душа? Заходи, не стесняйся! — послышалось впереди.

Мои глаза расширились от удивления, а руки рефлекторно сжались в кулаки от страха.

Другие дети, уже ходившие к Мастеру Желаний, описывали его человеком с невообразимым лицом. Мол, внешность такая, что ни под одно описание не подходит.

Кто же знал, что в их словах было больше правды, чем следовало ожидать. Невидимого человека в самом деле никак не описать.

— Ну чего ты? Не бойся, уж я-то тебя не обижу, — голос звучал ласково, с легкой хрипотцой, какая была свойственна мужчинам преклонного возраста.

Он исходил от странной фигуры — длинного и явно на сотню раз застиранного халата, который то и дело перемещался по комнате и размахивал рукавами в разные стороны.

Мама учила, что стоять на пороге, особенно получив разрешение войти, некрасиво. Что так делают только грубияны, тунеядцы и прочие дураки, пахнущие такими же дешевыми сигаретами, совсем как папа. Потому мне оставалось лишь пройти глубже в комнатку, аккуратно обходя валяющиеся на полу стопки книг и какие-то исписанные бумажки.

Чем ближе я подходил к халату, тем сильнее в нос ударял запах стирального порошка с ароматом цветочного луга. А сам Мастер желаний тем временем носился вокруг большого деревянного стола, расставляя на него тарелки с самыми разными сладостями.

— Чаю налить, или молока? — спросил халат, помогая мне залезть на высокий стул.

— Чай с молоком и тремя кубиками сахара, если можно.

Мастер Желаний вновь забегал вокруг стола. Длинный хвостик от бантика на поясе развивался, словно догоняя своего хозяина. От этой картины мо; первое пугливое удивление прошло само по себе. А уже после пары съеденных эклеров с заварным кремом любые крохи сомнений и недоверий исчезли.

— Так, сластенок-ребятенок, чего желать-то будешь? — спросил халат, наконец-то закончив бегать вокруг и усевшись напротив меня.

— Желать? — в эту секунду все мысли улетели куда-то далеко.

Изначально список желаний был огромен: от «Самозавязывающиеся шнурки» до «Личный домашний дракон из мармелада». А теперь, когда следовало назвать одно из них, в голове стало пусто.

— Я... я даже не знаю. Мне нужно еще чуть-чуть подумать, — мама меня учила говорить всегда правду. Потому что лгут только всякие бессовестные балбесы, которые покупают бесполезные вещи в том же магазине, что и папа.

— Конечно, золотко, думай, сколько душе угодно! — хохотнул халат.

В момент рукава взялись на кружку и поднесли ее к вороту. Мои мысли о том, что Мастер Желаний просто невидимый, тут же исчезли, когда горячий чай полился прямиком внутрь халата. Туда же полетели шоколадные конфеты и бутерброды с колбасой и вонючим сыром.

— Не против, если я выпью чуточку кофе? — зачем-то спросил Мастер и, получив согласный кивок, налил себе огромную кружку горького напитка.

Этот момент не запомнился бы мне, если бы не запах. Крепкий, но деш;вый — так всегда говорила мама — аромат кофе тут же заполнил комнату. Он лез в нос так настырно, что мне захотелось чихнуть. А халат, видя это, тихо хихикнул и сразу залил в себя полкружки, после чего блаженного охнул. Точь-в-точь как делал мой папа.

— Ну что, маленькая душа, есть идеи для твоего самого заветного жела... — Мастер Желаний прервался, когда по моим щекам потекли первые крохотные слезки. — Ты чего, птенчик? Чай невкусный?

— Вкусный... Сладкий очень, я такой люблю. А папа всегда говорил, что от такого количества сахара у меня зубы выпадут... — у меня больше не получалось сдерживать потоки слез.

Халат аккуратно подошел ко мне, приобнимая за плечи. В моменте один из рукавов ласково потрепал меня по голове. На душе стало теплее, но мокрые дорожки так и текли по щекам.

— Я-я знаю, чего хочу... Я...

— Он образумится. Возьмет себя в руки и станет лучше, чем был когда-либо. Вернется, и она его простит, — зашептал Мастер Желаний. — Сначала ей будет трудно забыть прошлое. Но его попытки исправить все окажутся такими искренними, что не успеешь ты забыть наш разговор, как он снова подарит ей кольцо, а она скажет «да».

— В-вы обещаете? — у Мастера желаний не было лица, но внутри меня сверкнула уверенность в том, что мой вопрос заставил его улыбнуться.

Халат сильнее обнял меня, и вмиг мне захотелось спать. Глаза закрылись сами по себе, и тело словно улетало в невесомости.

В нос снова ударил стиральный порошок и мятная зубная паста. Но теперь к этим запахам добавился аромат свежих булочек с изюмом. Впервые за долгое время эти запахи не прокляли друг друга, а вместе обнимали меня.
***

Когда мне удалось проснуться после долгого, судя по часам, сна, нос защекотал приятный запах с кухни. Горячая яичница с поджаренной с двух сторон колбасой уже ждала меня на столе, пока мама что-то тихо бурчала себе под нос, намывая посуду.

— Доброе утро? — только кивок в ответ. Значит, она опять думала о ч;м-то очень серьезном и взрослом.

На столе помимо завтрака уже был налит сладкий чай с молоком, рядом на маленькой тарелочке лежала одинокая булочка с корицей. По радио играла утренняя музыка. Кошка ходила по квартире и мявкала, выпрашивая дополнительную порцию корма.

Так проходило любое мое утро последние полтора года. Но впервые на подоконнике в вазе стоял букет хризантем.

Мама любила хризантемы. А папа любил их дарить.