Эхо 70-х. Как в капле воды

Что-то я не всё поняла с этим сайтом «Миротворцы». Кого-то не того туда внесли… Я вообще не в курсе, что это за сайт. Но это напомнило мне 70-е годы – расцвет социализма, мира, дружбы – и мою поездку в Болгарию. Тогда я, будучи молодым инженером, могла позволить себе купить путёвку. Хоть и говорили тогда: «Курица не птица, Болгария – не заграница». Но перед дорогой с нами провели беседу и сказали, как можно меньше вступать в контакты с иностранцами. И, как назло, на том прекрасном Солнечном берегу их было, как песка на Золотых песках.

Вот тогда я, как химик, сделала для себя заключение: как по нескольким каплям воды или любого другого вещества вы можете сделать анализ всего продукта – так и два-три человека могут дать вам представление о менталитете всей нации.

Больше всего на курорте было немцев (еще из бывшей ГДР).

Ну, вы сами знаете, немцы – практичные, аккуратные, спортивные. Кстати, они очень активно знакомились с нашими девушками, быстро переходили на русский язык. Но у меня было к ним какое-то генетическое предубеждение, я их обходила стороной.

А первое знакомство у нас было в фойе гостиницы. Два пьяненьких паренька небольшого роста что-то спрашивали нас по-английски. Я знала язык, но ничего не могла понять. Оказывается, они были шотландцы, и то ли акцент, то ли болгарское вино не дали мне понять элементарного вопроса: What is your name?;

А потом у нас была встреча с болгарскими комсомольцами. На столе стояли маленькие рюмочки-кубышки. Для ребят – коньяк, а для нас, барышень, - шоколад с коньяком. Первый тост: «За болгарско-советскую дружбу!» И я чисто по-русски хильнула всё. Оказывается, эта рюмочка была рассчитана на весь вечер! Хорошо, что шоколад сделал напиток тягучим, и мне кое-что осталось на последующие тосты. А вообще меня удивило отношение болгар к русским. С каким благоговением болгарские крестьяне снимали шапки, заходя в места захоронения русских воинов! Шипка, Плевен – для нас это учебник истории, для них – освобождение от османского ига.

И ещё одна встреча в фойе. Мы возвращались с какого-то большого концерта (вроде Лили Ивановой). Очередь к лифту. Впереди нас стояли два красивых смуглых парня со спортивными сумками. Мы щебечем, делимся впечатлениями. Они обернулись и стали говорить с нами с «кавказским» акцентом, сказали, что они только из Москвы, с соревнований. «Наверное, вы грузины?» - предположили мы. «Нет, - засмеялись они. – Сирия, Дамаск!» Вот интересно: да мы всего пять минут пообщались, но сейчас эти слова в новостях – «Сирия», «Дамаск» - отзываются во мне болью. Я вспоминаю этих ребят: им сейчас уже за шестьдесят. И мне жалко сирийцев, хороший народ.

А потом у нас была встреча с французской группой. Самый весёлый вечер за всю поездку! Никто не знал французского, говорили или на «мигах», или по-английски. Наша болгарка-гид и парень, который обслуживал их группу, бегали от столика к столику и переводили, что мы наговорили.

Хохот стоял на весь зал. Танцевали модный тогда «казачок», пели, раскачиваясь за столами. На прощанье французы нас не выпустили, пока всех не перецеловали. У них такой обычай. Весёлые и любвеобильные!

Наш ресторан по вечерам обслуживал оркестр из Словакии, очень красивая у них солистка была и пела прекрасно.

Довольно оригинально вели себя тогда поляки. Они что-то всё время продавали, меняли, спрашивали доллары. Мне болгары даже сказали бытующую у них поговорку: «В мире есть две непобедимые вещи: Красная армия и польский гендель».

Ну, а что представляла собой наша группа? Немного молодёжи, несколько семейных пар и передовики производства, получившие путёвки бесплатно. И как проявился наш украинский характер или менталитет?

Так же, как и сейчас. Отсутствием дисциплины, безалаберностью (полчаса автобус с группой ждал какую-нибудь бабульку) и … «корупцiєю при владi»;, как теперь говорят. Наши руководители ещё дома собрали с нас деньги на сувениры. Получилась неплохая сумма, которую они где-то прогуляли, а на оставшиеся, по нашим прикидкам процентов десять, накупили дешевеньких пластмассовых побрякушек (и ни одного украинского сувенира!). Когда их вручали нашим болгарским друзьям, нам было стыдно за свою страну. А с французской группой мы вообще опозорились. Нас не предупредили об этой встрече, и мы думали, что просто идём на ужин. Когда французы дарили нам сувениры, мы лихорадочно искали в кошельках, косметичках хотя бы монетки, дарили ручки, заколки. Позор! (По приезде мы даже писали жалобу куда-то, возможно в райком.)

И вот последний вечер в Болгарии. Мы уже в Софии, завтра вылет.

Спускаемся в ресторан на ужин. Возле нас за столиками чешская группа.

Мы как-то напряглись. Ведь знаете, в 68-м году были известные события, прошло всего пять лет. Видим: толстенький чех встал из-за стола и подошёл к нашим мужчинам. О чём-то пошептались. И вот он уже идёт к нам, ведя под руку крендельком двух дам из своей группы.

Картина маслом: чисто бравый солдат Швейк, с широкой улыбкой, с пузичком и две барышни по бокам! В общем, через пять минут столы были сдвинуты, рекой лилось болгарское сухое, неслись крики «Пей до дна!» - и надо было перевернуть бокал. Я ещё тогда подумала: «Зачем ему это надо?» Ну, сидели бы, как сидели, все за своими столиками. Ведь с обеих сторон были потери в те тяжёлые дни, и это ещё не забыто. А потом я поняла: этим весёлым вечером он старался перекрыть те плохие воспоминания. Вот тогда я поняла, что такое «миротворец». Он упрямо старался всех соединить.

И как в капле воды, отражаются в моей памяти и два пьяненьких шотландца (да простит меня родина виски), и практичные немцы, благородные болгары, весёлые французы, красивые сирийцы, певучие словаки. И этот толстенький, с широченной улыбкой чех, ставший еще шире от двух дам, что он вёл под ручки навстречу нам… на примирение!

БЛАЖЕНИ МИРОТВОРЦЫ, ЯКО ТИИ СЫНОВЕ БОЖИИ НАРЕКУТСЯ*.






1. Как тебя зовут? (англ.)
2. Коррупцией у власти (укр.)
*Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими. (Матф. 5, 9)