Качели. Дети и что-то ещё-1

Думаю, многие сочтут мои слова выдумкой. И понимаю почему. В прошлом я нередко злоупотреблял художественным вымыслом. Чтобы заинтересовать читателя, какими только страхами я не насыщал свой текст. Да, многие из них, затаив дыхание, ловили каждое моё слово. Удивительно, но они наивно верили в правдивость мною написанного. А я грешил избыточной драматизацией событий. Искал способы зацепить внимание читателя, а потом уже не отпускать его до конца.

Но сейчас — не то время. Теперь я говорю то, что есть на самом деле, и то, что я видел непосредственно сам... Пожалуй, стоит начать рассказ без лишних предисловий, чтобы не утомить вас.

Живём мы в "хрущёвке", а квартира наша на третьем этаже… Окна во двор выходят. Правда, летом я один в этих стенах. Мы с женой словно два маятника, движущиеся навстречу, но амплитуды никогда не совпадают.

Представьте себе: она приезжает в город — а я быстренько - на дачу. Она едет на дачу — а я уже мчусь обратно в город. Прямо как в детской игре в прятки, только ставки выше!

Зато какой результат! Мы успешно избегаем превращения в двух угрюмых троллей, которые целыми днями ходят с выражением лица «кислого помидора».

Середина июня, вечера длиннющие — непонятно, то ли ночь, то ли уже рассвет. И в тот раз было также темно.   

Ночь выдалась душная — окна пришлось открыть, чтобы не задохнуться. На улице — сухо, земля твёрдая, как камень, комары куда-то испарились. А луна… Ну просто загляденье! Как вымытое блюдце! И висит над домами так, будто хочет заглянуть во все потаённые уголки - ей до всего есть дело.

Лежу и понимаю: заснуть не получится. Духота делает своё дело — простыня уже вся измята от бесконечных попыток найти удобное положение. Только пристроюсь на один бок — начинает болеть, перекатываюсь на другой… В общем, кручусь, словно медведь, почуявший весну.

И тут — этот звук. Скрежет со двора. Пытаюсь подобрать слова, чтобы описать его, но ничего не подходит. Он не оглушает, но режет слух своей чужеродностью. Словно кто-то царапает по самой душе. О сне уже и говорить не приходится. Он будто испарился в один миг.

Из наших окон отлично видна детская площадка. Когда я услышал знакомый скрип качелей, в голове тут же возникла мысль: наверное, кто-то решил побаловаться и в полночь наполнить двор бессонницей. Эти качели всегда издают настолько неприятный звук, что хочется закрыть уши, но в этот раз он показался особенно раздражающим.

«Наверное, молодёжь, слегка перебравшая с алкоголем, решила вернуться в детство», — подумал я. Но тут же поймал себя на мысли: навряд ли. Здесь что-то другое.   

Любопытство заставило меня подойти к окну. И что я вижу? Качели плавно качаются, словно невидимая рука постоянно толкает их. Вокруг — ни души. Всё это выглядело так странно, будто сама площадка ожила и решила поиграть в одиночестве.

Чтобы получше рассмотреть странное явление, я вышел на балкон. Лунный свет мягко окутывал детскую площадку, а тусклые фонари добавляли обстановке таинственности. Всё было видно как на ладони — ни одна деталь не ускользнула от моего взгляда.

А качели… Ох уж эти качели! Они двигались с такой уверенностью, с таким ритмом, будто подчинялись воле невидимого наездника. Их раскачивание было столь мощным, что разум отказывался верить в отсутствие человека. Казалось, сама пустота обрела вес и сидела там, раскачивая металл и цепи в безмолвном танце. Это было зрелище, стирающее все представления между реальностью и фантазией.

Тень от качелей стала как бы вратами в иное измерение. В её мрачной глубине проступали очертания голых ног, лишённых жизни, словно отпечаток чего-то потустороннего. Холод пронзил меня до мозга костей. По телу пробежали мурашки. Сама ночь решила предупредить меня о чём-то жутком, до этого мне не известном.

Я ринулся в комнату за фонарём — этим скромным проводником между мирами. Его луч, рассекая тьму, упал на качели. Они продолжали свой танец, но тень-призрак,   испугавшись света, исчезла.

Внезапно качели содрогнулись, будто сбросив с себя невидимый вес. Их движение замедлилось, скрипучий звук начал затихать. Наконец они застыли, словно стыдясь своего недавнего безумия.

Что же это было? Пробуждение древнего духа, охраняющего двор? Или чья-то изощрённая игра? Ответы тонули в безмолвии ночи. Измученный, я опустился на кровать, и сон мгновенно окутал меня.

                (продолжение следует)"