Дела Закона и индульгенции

                Предлагаемая тема имеет важное значение для понимания спасения и правильного отношения к доброделанию. Апостол Павел учит: «Делами закона не оправдается пред Ним никакая плоть» (Рим.3:20), а святитель Иоанн Златоуст говорит: «Усиливающийся спастись делами закона не имеет никакого общения с благодатью». О чем идет речь? Дело в том, что из-за неверного понимания добротолюбия многие решили, что совершение добрых дел, во – первых, искупляет грехи и приближает к Богу, а во – вторых, является необходимым условием спасения. Католики приняли догмат, согласно которому есть некая «копилка добрых дел», в которую полагаются все подвиги и добрые дела святых, превышающие меру их личного спасения. За счет этого «сокровища» Папа Римский может отпускать грехи благочестивым католикам. Этот догмат породил учение об индульгенциях, упрощенный смысл которых заключается в торговле отпущением грехов: хочешь получить прощение всех прегрешений заплати деньги и получили соответствующую бумажку.  В эпоху крестовых походов индульгенции выдавались всем желающим повоевать за Папу или «Гроб Господень». Они служили средством рекрутинга всякого сброда и «джентльменов удачи». Когда дела того или иного Папы шли не очень, он выпусках очередной «займ», то есть начинал распродавать индульгенции. Погрязший в роскоши, которая возмутила даже Микеланджело, Папа Лев X нуждался в средствах, чтобы рассчитаться за роспись базилики Святого Петра. Чтобы покрыть долги, Лев X выпустил очередные индульгенции.
                Это настолько возмутило монаха-августинца Лютера, что он восстал против папы в 1517 г., что, как известно,  привело к расколку Католической церкви. Справедливости ради, необходимо отметить, что в 1567 году Папа Пий V запретил сей прибыльный бизнес, но тем не менее он и поныне действует, правда в иной форме. Однако сути, это не изменило. Согласно Катехизису Католической Церкви 1992 года, индульгенция — это: «отпущение перед Богом временной кары за грехи, вина за которые уже изглажена; отпущение получает христианин, имеющий надлежащее расположение, при определённых обстоятельствах через действие Церкви, которая как распределительница плодов искупления раздаёт удовлетворения из сокровищницы заслуг Христа и святых и правомочно наделяет ими». 
                В русском православии протестантское понимание добра обрело форму доброделания, то есть уверенности в том, что совершение благих дел как-то: милостыня, пожертвование на храм, помощь нуждаемся больным, приютам и так далее, является необходимым и достаточным условием спасения. Многие решили, что благотворительность, сама по себе, является служением Христу и возводит на небо. Из такого понимания христианской добродетели, у протестантов и католиков зародились целые миссионерские движения, суть которых сводилась к помощи нуждающимся, преимущество в африканских и латиноамериканских странах, открытие миссий, больниц, школ, организация гуманитарных конвоев, поставки продовольствия, медикаментов и прочего. Не безызвестная мать Тереза, как раз этим и прославилась. Правда, ее потом обвинили в хищении 350 миллионов долларов, полученных на благотворительность, но не в этом суть. Добрые дела ради ближнего, несомненно, хороши и похвальны, но только, сами по себе, к спасению никак не приближают. Главное отличие Православия заключается в том, что у нас спасение идет через помыслы человека, устроение его сердца, а не через внешнюю, обрядовую сторону церковной жизни, как это регламентировано в иудаизме, исламе и католицизме с его деноминациями. Так, главным условием благочестивой жизни правоверного мусульманина, иудея или католика является соблюдение дисциплинарных норм веры. У евреев – хранение субботы, посещение синагоги, исполнение Закона, у мусульман – намаз, хадж, соблюдение Рамадана, у католиков – миссионерство, регулярная исповедь, причастие и послушание Святой церкви в лице Папы.
                В Православии подобные требования отходят на второй план по сравнению с тем, что думает человек, к чему стремится, в каком духовном состоянии находится. «Бог судит не по результату, а по намерению», – учат святитель Иоанн Златоуст, Игнатий Брянчанинов и другие отцы. Это значит, что Богу не важно, что человек делает, а важно – ради чего он это совершает, то есть, каково его истинное намерение. Согласно учению Отцов, задумать и приступить к осуществлению чего-либо – в нашей власти, а вот завершить начатое – только во власти Бога. Если человек думает, что, поставив в церкви свечку, или подав милостыню, или пожертвовав на храм, он почти спасся и обрел милость у Бога, то он сильно заблуждается. Христос прямо говорит: «Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное» (Мф.7:21), то есть, не всякий делающий благое достоин спасения. Суть православия заключается в словах Христа: «Царствие Божие внутри вас есть» (Лк.17:21) и: «Из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления» (Мф.15:19). А в Книге Притч Бог прямо говорит: «Сыне, даждь Мне твое сердце» (Притч. 23:26). Все эти заповеди говорят о том, что Богу важно, каковы помыслы человека, а не каков результат его, пусть и благой деятельности.
                Можно, поставить в церкви свечку, подать нищему на паперти, а после выхода из храма думать, как отомстить обидчику, обмануть начальника или по правдоподобнее наврать жене, направляясь к любовнице. Подаяние и свечку Бог не заметит, а все остальное обязательно запомнит. Можно каждое воскресение ходить на исповедь, всю жизнь заниматься благотворительностью, а после смерти угодить в геенну. Отеческий Патерик знает не мало таких примеров. Поэтому Игнатий Брянчанинов предостерегает: «Добрые дела, естественные по чувствам, никак не могут заменить собою покаяния…В покаянии тайна спасения. Но мы как поступаем? – Оставляем указанное нам Богом спасительное покаяние и стремимся к упражнению в мнимых добродетелях, потому что они приятны для наших чувств, потом, мало-помалу, неприметным образом, заражаемся мнением и, как благодать не спешит осенить, увенчать нас, то мы сами сочиняем в себе сладостные ощущения, сами себя награждаем и утешаемся сами собою», то есть главное  в деле спасения – покаяние, которое есть возвращение на путь к Богу, а не мнимые добродетели. Причем, покаяние – совершенно не обязательно связано с исповедью. Это совершенно разные понятия.
                В Писании сказано: «Уклонись от зла и сотвори благо» (Пс.33:15). Это значит, что прежде, чем приступить к совершению чего-то доброго, нужно прежде уклониться от зла, то есть подготовить себя к Богу. А это может занять годы. Если мы думаем, что без нашей помощи кто-то чего-то не получит или погибнет, то он ошибается, ибо невольно подменяет собой Суд Божий. Он забывает, что Бог о каждом печется гораздо более, чем любой из нас. Это не касается тех случаев, когда человек  поставлен Промыслом в ситуацию экстренной помощи ближнему, без которой он может пострадать или погибнуть. В этих случаях действует закон Христа о любви: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя» (Ин.15:13). Поэтому не стоит торопиться делать добро, как советует один протестантский врач, а лучше последовать словам Христа: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его» (Мф.6:31). Необходимо сначала разобраться  со своими мыслями, а уж потом приступать к добрым делам. Но главное, – нельзя видеть в доброделании условие личного спасения, иначе это прямой путь в погибель. Некоторые могут возразить: а как же слова Апостола Иакова: «Вера, если не имеет дел, мертва сама по себе» (Иак.2:17). На это можно ответить следующим образом. Апостол говорит о делах веры, которые выражаются, прежде всего, в исправлении самого человека, его следованию заповедям Евангелие, чего не может заменить никакая благотворительность.
                В нашем вопросе есть еще один немаловажный аспект. Уклонение от зла подразумевает, прежде всего, изменение мышления, то есть переоценку ценностей. Важно, чтобы душа не только воспротивилась злому, но и устремилась ко благому, ибо бесцельно она существовать не может. И, если в состоянии зла она желает удовольствий, а потом мучается от последствий, то, пребывая в добре, она уже не ищет мирского, а всецело устремлена к Богу. Только от отношения к злому или доброму зависит спасение, а не от добрых дел. Святитель Игнатий Брянчанинов писал: «Различать добро и зло принадлежит сердцу». Католическое богословие оказалось не в состоянии постичь эту истину, и породило учение об индульгенциях. Ересь о спасении через добрые дела оказалась настолько живучей и привлекательной, что заразила и нашу Церковь. Она была  занесена из протестантской Европы русскими офицерами в ходе наполеоновских войн. Адоптировавшись к условиям и специфике русского быта и менталитета, западное доброделание обрело свойственное только России форму. Оно не стало догматом церкви, а наоборот – приспособило православие для своих нужд. Это выразилось в том, что наши иерархи не стала торговать индульгенциями, а объявили добрые дела условием спасения и проявлением благочестия. Чаще всего это проявлялось в виде пожертвований, которые стали нормой церковной дисциплины.  При этом, как правильно творить добро и с какой целью Церковь не объясняла. А ведь святитель Игнатий предупреждал: «Недостаточно быть добрым по естеству, надо быть добрым по Евангелию».       
                Это означает, что в основе любой благотворительности, во-первых, должна лежать рассудительность, а во-вторых, благие дела становятся таковыми, если лишены всякой страстности, привязанности, не вязаны с ожиданием наград за понесенные труды. Смысл добра по Евангелию заключается в спасении души через исполнение воли Божьей, а не собственной.  Не научив этому, Церковь породила ситуацию, когда православная благотворительность превратилась в протестантскую «копилку добрых дел». Опасность этого  заключается в следующем. Благотворитель, ставит своей целью не служение Богу, а конкретные действия на пользу Церкви или ближнему, то есть подменяет собой Бога. При этом, важно не только, как совершается добро, но и в какое время и при каких обстоятельствах, и главное – кто делатель? что им движет и каково его духовное устроение. Игнатий Брянчанинов по этому поводу писал: «Не только пагубен для нас грех, но пагубно и самое добро, когда делаем его не вовремя и не в должной мере, так пагубны не только голод, но и излишество в пище и качество пищи, не соответствующее возрасту и сложению. "Не вливают вина нова в мехи ветхи: аще ли же ни, то просадятся меси, и вино пролиется, и меси погибнут; но вливают вино ново в мехи новы, и обое соблюдется". Это сказал Господь о деланиях добродетели, которые непременно должны соответствовать состоянию делателя, иначе они погубят делателя и сами погибнут, то есть, предприняты будут бесплодно, во вред и погибель души, противоположно своему назначению».
                Правильное отношение к благотворительности, милосердию, миссионерству имеет важное значение. Всякий здравомыслящий, творит благо, ради спасения души, ибо Христос сказал: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф.6:33), а Царство Божие пребывает в сердце человека. Поэтому и заботиться нужно, в первую очередь о душе. Древние Отцы скрывались в пещерах и «пропастях земных», уходили в затворы, отрекались от мира, и никакой благотворительностью не занимались. Однако, несмотря на это, не только сами спасались, но и своими молитвами содержали мир. При благочестивом желании помочь ближнему, следует помнить, что Бог о каждой разумной твари, всегда позаботится лучше, чем человек, и поэтому не нужно вмешиваться в Его Промысел и предвосхищать Суд Христов, особенно, если нуждающийся об этом не просит. Поэтому святитель Игнатий говорит: «Водимые естественным милосердием пребывают во мраке под влиянием ложного, всезлобного миродержца». Другими словами, когда чувства и страсти преобладают над разумом и точным знанием Православной веры, то всякое благо обращается во зло, причем незаметно для неразумного доброхота. А значит удаляет грешника от спасения, ослепляя его разум делами не веры, а ложно понимаемого добра.
.