Если бы ваша душа наполнилась вкусом...

Если бы ваша душа наполнилась вкусом — это было бы горькое лекарство или запретный сладкий плод?

Горькое лекарство совести или сладкий яд запретного плода? Душа не болит когда выбираешь между «полезным» и «вкусным». Но если в тишине вы слышите её шёпот значит, она ещё жива. А ваш внутренний вкус какой?

 Если бы ваша душа была вкусом — это было бы горькое лекарство или запретный сладкий плод? Вопрос, конечно, для тех, кто уверен, что душа у него есть. Да ещё и бессмертная. Хотя, если подумать, даже у тех, кто в душу не верит, внутри всё равно живёт и горечь, и сладость, и всё остальное просто называют они это по-другому: "совесть", "страсти", "эмоции".
В советские времена на заводах висел плакат: "Без Бога — широка дорога!" Ирония в том, что Достоевский ещё в XIX веке предупреждал: где нет Бога, там действительно всё позволено. Сегодня мы живём именно в таком мире, где можно почти всё. И многие этим пользуются, наполняя свою душу (или то, что они называют душой) то горькими лекарствами жизненных испытаний, то сладкими запретными плодами искушений.

Есть, конечно, понятие порядочности этакая общественная оболочка. Но она удивительно эластична: для одного предел украсть хлеб, для другого разорить тысячи людей. И оба будут спать спокойно, просто первый  после исповеди, второй  после коктейля в пятизвёздочном отеле.
Этот вопрос  не для нравоучений. Он для той редкой минуты тишины, когда в бешеном ритме жизни можно остановиться и спросить себя: что во мне главное? Тело, которое хочет комфорта и удовольствий? Ум, который жаждет знаний и достижений? Или что-то ещё.  Того, что болит, когда всё в порядке, и радуется без видимой причины?

Если душа  горькое лекарство, то это голос совести, который трудно слушать, но после которого становится легче. Если сладкий плод, то это все те запретные удовольствия, которые манят, но оставляют послевкусие тошноты. А может, она вообще безвкусная как постная пища, которую едят не ради удовольствия, а ради чего-то большего?
Проверка проста: вспомните, когда вам в последний раз было стыдно не перед людьми, а перед самим собой. Когда вы любили так, что казалось сердце разорвётся. Когда страдали не от боли или потери, а просто потому что "на душе тяжело". Если таких моментов нет, возможно, вам этот вопрос и не нужен.

Но если хоть что-то отозвалось  значит, душа всё-таки есть. Пусть даже вы называете её иначе. Ведь, как говорил один мудрец: "Душа — это то, что болит, когда всё тело здорово". А уж горькая она или сладкая — это каждый решает сам.
 
Или не решает, а просто живёт с тем, что есть, маскируя свое отношение ко всему под “полезное”, но жаждет во всём “вкусное”.