de omnibus dubitandum 11. 295

ЧАСТЬ ОДИННАДЦАТАЯ (1602-1604)

Глава 11.295. ОТМЕНИТЬ НЕНАВИСТНУЮ ОПРИЧНИНУ В КАЧЕСТВЕ ПЛАТЫ ЗА ПОКЛАДИСТОСТЬ…

между 17 и 20 июля 1566 года

    Рядом беспорядочных и взаимно опережающих событий было ознаменовано лето 1566 года. Прежде всего, это назначение нового митрополита, поскольку весной этого года Афанасий получил позволение удалиться от дел.

    Но, намного важнее был предполагаемый заговор среди служилой знати, присутствовавшей на Соборе 1566 года, с участием митрополита, конюшего И.П. Федорова, одного из самых богатых и влиятельных бояр, и князя Старицкого с целью принудить Ивана V Ивановича "Молодого" отменить опричнину [введенную в 1556 году тридцатитрехлетним Иваном Федоровичем Мстиславским (1522-1586), клевретом Московской торговой компании, а не 27-летним младшим братом Ивана Васильевича, Юрием (Георгием) Васильевичем Углицким (30.10.1528-24.11.1563), дауном-аутистом, и уж тем более не его 10-летним племянником, Иваном V Ивановичем (28.3.1554 -19.11.1581) - Л.С.].

    Опасность политических экспериментов заключается в том, что они, иногда приводят к неожиданным результатам. Оказав царю на Соборе требуемую поддержку в вопросе о продолжении обременительной войны в Ливонии, представители служилой знати, к его ужасу, воспользовались случаем публично настаивать на отмене ненавистной опричнины в качестве платы за их покладистость.

    Известия об этом бунте, как всегда, скудны и неточны, они происходят из самых разнообразных источников. Согласно одному из сообщений, на Соборе 1566 года «сошлись ...даже придворные самого тирана, число которых превышало 300 человек, для переговоров с ним и держали к нему такую речь: "Пресветлейший царь, господин наш. Зачем велишь ты убивать наших н е в и н н ы х братьев? ... Ты приставил к шеям нашим своих телохранителей, которые из среды нашей вырывают братьев и кровных наших, чинят обиды, бьют, режут, давят, под конец и убивают"» [(Пер. А.И. Малеина). Schlichting. A Brief Account // CASS, IX, 2, р. 248 и прим. 140].

    Смутная и недатированная запись в поздней Пискаревской летописи подтверждает, что, стоящий во главе государства тридцатитрехлетний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586), клеврет Московской торговой компании, а не 27-летний младший брат Ивана Васильевича, Юрий (Георгий) Васильевич Углицкий (30.10.1528-24.11.1563), даун-аутист, и уж тем более не его 10-летний племянник, Иван V Иванович "Молодой" (28.3.1554 -19.11.1581), вводя опричнину, вызвал значительное недовольство среди служилой знати в земщине, что “грады также разделии многих выслаша из городов, кои взял в опришнину, и из вотчин и ис поместей ... И бысть в людех ненависть на царя от всех людей. И бишаему челом, и даша ему челобитную за руками о опришнине, что не достоитсему бытии” [Пискаревская летопись, ПСРЛ, XXXIV, с. 190: Зимин А.А. Опричнина.., с. 203].

    Летописец продолжает: "Они стали уклонятися к князю Володимеру Андреевичю" (Старицкому)(09.7.1534-†1569). Служилая знать страдала не только от казней и конфискаций, вершимых опричниками без всяких правовых оснований и формальностей, но и от налогов на оплату военных расходов и опричнины (хотя у Ивана V Ивановича "Молодого" было много поступлений с конфискованных земель); многие из дворян и их близких лишились своей земли и были вынуждены искать другое пристанище, что вызывало большое недовольство [О том, что они в действительности думали, известно мало, но Скрынников цитирует приводимое Карамзиным письмо немецкого купца из Нюрнберга от 20 декабря 1566 года, в котором сообщается о недовольстве знати. Царство террора.., с. 288—289 и прим 63]. Тот факт, что стоящий во главе государства тридцатитрехлетний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586), клеврет Московской торговой компании, а не 10-летний племянник, Иван V Иванович "Молодой" несколько ослабил гонения, связанные с опричниной, явно придал недовольным смелости просить о ее полной отмене, а так как многие из них присутствовали на Соборе в Москве, они могли рассчитывать на успех. Точная дата подачи боярами и служилыми дворянами прошения стоящему во главе государства тридцатитрехлетнему Ивану Федоровичу Мстиславскому (1522-1586), клеврету Московской торговой компании, а не 12-летнему, Ивану V Ивановичу "Молодому" об отмене опричнины (историки помещают эту челобитную между 17 и 20 июля 1566 года) неизвестна, но многие из них вскоре были арестованы [Скрынников Р.Г. Царство террора... с. 298, предполагает, что выступление имело место, когда литовское посольство находилось еще в Москве, и что Иван V Иванович "Молодой" (28.3.1554 -19.11.1581) ускорил его отъезд, чтобы расправиться с недовольными]. Некоторые из арестованных вскоре были освобождены, хотя три человека, В.Ф. Рыбин-Пронский (боярин), И. Карамышев (служилый дворянин) и К. Бундов, вероятно, мелкий землевладелец из крестьян, были казнены. Все они были тесно связаны по службе с конюшим [Согласно словарю русского языка XI-XVII веков, в задачи конюшего входило управление Приказом, ответственным за поставку лошадей. Как и в других странах, это была очень важная роль, учитывая, что в то время лошадь была главным транспортным средством] И.П. Федоровым, возглавлявшим приказ, который поставлял лошадей ко двору и в войско, что не было легкой задачей. Федоров был временно переведен в качестве наместника в иезуитский Полоцк, возможно, вследствие заступничества будущего митрополита Филиппа, его родственника.

    Однако реакция Ивана V Ивановича "Молодого" на открытое сопротивление не только со стороны бояр, но и служилой знати, растущие подозрения относительно верности Федорова и постоянное недоверие к своему двоюродному брату (на самом деле дяде – Л.С.) Владимиру Старицкому вкупе с убеждением в надежности его новой охраны из опричников заставили его приступить к новому этапу еще более жестоких репрессий. Около двухсот дворян, принимавших участие в антицарских выступлениях, были подвергнуты торговой казни (бичевание на улицах проволочной плетью). Были схвачены также слуги и помощники митрополита, вместе с другими арестованными подвергавшиеся сечению на улицах, некоторым из них вырезали языки, других четвертовали, с третьих живьем содрали кожу или нарезали из нее ремни [См.: Скрынников Р.Г. Царство террора.., с. 294-295, приводит некоторые имена осужденных по Шлихтингу; в более ранней работе Скрынникова “Святители и власти” 1990 года приведена гораздо более скромная цифра (пятьдесят дворян); Schlichting. A BriefAccount, рр. 248-249; Таубе И., Крузе Э. Послание Иоганна.., с. 42-43. Курбский также приводит цифру 200 человек].

    Энтони Дженкинсон, агент английской Московской компании, в письме, датируемом 26 июня или июля 1566 года и адресованном сэру Уильяму Сесилу из Холмогор, куда он недавно приехал из Англии, сообщал:

    «Затем император Московии не так давно совершил великую жестокость по отношению к своей знати и дворянству, приговорив к смерти, бичеванию и ссылке более четырехсот человек с конфискацией земель и добра за мелкие проступки. А четырех он казнил особенно жестоко, а именно: одного отдал на растерзание медведям, другому отрезал нос, язык, уши и губы, третий был посажен на кол, а четвертого было приказано оглушить и утопить в проруби» [Early Voyages and Travels in Russia and Persia by Anthony Jenkinson and Other Englishmen / Ed. E D. Morgan and C.H. Coote. Hakluyt Society, London 1886, vol. I, pp. 186ff.

    Вероятно, Дженкинсон упоминает о том же происшествии, которое названо выше. Он добавляет, что Иван V Иванович "Молодой" арестовал также всех членов семей жертв и утопил их в проруби.

    Это увеличивает путаницу, поскольку проделать в реке прорубь в июне нелегко.
Однако датировка этого письма вызывает большие сомнения, так как, хотя Дженкинсон заканчивает его словами: «Холмогоры, 26 июня 1566 года», в более позднем отчете он отмечает, что 4 мая отплыл в порт Св. Николая, куда прибыл 11 июля, а 23 августа он был в Москве. Издатель сделал примечание о том, что Дженкинсон, по-видимому, в этом втором письме по ошибке вместо “июнь” написал ;июль;, однако из контекста следует, что датировка издателя, скорее всего, неверна, и что проставленная им дата 26 июня должна быть исправлена на 26 июля 1566 года. В таком случае Дженкинсон мог говорить о репрессиях, приходящихся на период после Собора (см.: Morgan and Coote. Op. cit., vol. II, pp. 186 и 189. Энтони Дженкинсон утверждает, что свидетелем этих событий был также его слуга Эдуард Вебб, которому было двенадцать лет. Вебб написал краткий рассказ о своих многочисленных приключениях, в том числе о захвате его в плен крымцами во время пожара Москвы 1571 года, о пребывании в Кафе в рабстве, откуда его выкупили, и о плавании гребцом на галере в Турции (см.: Е. Webbe. His Travails, London, 1590, pp. 3ff. Вебб утверждает, что примерно восемьдесят три пленных датчанина, взятых в плен на “пиратском” корабле (приватире) под Нарвой в 1570 году, были посажены на кол: «насажены на жерди, как поросят протыкают вертелом, и таким образом было казнено полторы сотни человек» (р. 19). Он добавляет, что Иван V Иванович "Молодой" (28.3.1554 -19.11.1581) приказал схватить всех членов семей жертв и утопить их в проруби].

    26 июня, когда Дженкинсон предположительно писал это письмо в Холмогорах, он не мог знать о событиях, происшедших в Москве в середине июля. Но его описание и приведенные цифры совпадают с данными других источников [В августе 1566 года жестокой казни был подвергнут уже арестованный к тому времени князь П.М. Щенятев*, один из крупнейших военачальников. Известны имена четырех человек, казненных за их выступление после Собора, а также Садиков П.А. Очерки по истории опричнины, репринт; Mouton. The Hague, 1969, р. 29; Скрынников Р.Г. Царство террора.., с. 294 и прим. 96). Щенятев провинился еще и тем, что за несколько лет до этого постригся в монахи, не спросив разрешения у царя. В 1565 году это было запрещено].

*) Князь Пётр Михайлович Щенятев (ум. 1568) — наместник, боярин и воевода на службе у великого князя московского и царя Ивана IV Васильевича Грозного [умерший в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял 42-летний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586). В это же время 10-летний Иван V Иванович «Молодой» (1554-1581) находился под опекой Владимира Андреевича Старицкого – Л.С.]. Последний мужской представитель княжеского рода Щенятевых.
Происхождение и семья
Старший сын московского боярина и воеводы князя Михаила Даниловича Щенятева (ум. 1534) и внук знаменитого московского воеводы Ивана III князя Даниила Васильевича Щени-Патрикеева (ум. 1519) [Рудаков В.Е.,. Щенятевы // Еврейский Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890-1907]. Щенятевы вели своё происхождение от литовских служилых князей Патрикеевых, которые перешли на службу к великим князьям московским в 1408 году. Князья Патрикеевы происходили от князя Патрикея Наримунтовича Стародубского, внука великого князя литовского Гедимина (1316-1341). У Петра Щенятева был младший брат Василий Михайлович Щенятев (ум. 1547), московский боярин и воевода, который скончался, не оставив потомства и сестра, ставшая женой Ивана Фёдоровича Бельского, сын которых женился на дочери окольничего Ивана Яковлевича Захарьина, внучатой сестре царицы Анастасии Романовны Захарьиной, жены Ивана Грозного.

Служба

Во время малолетства великого князя московского Ивана IV Васильевича (1534-1547) {09 февраля 1526 года, отошел от дел по болезни в 1553 году, умер в 1557 году, как Василий Блаженный. 16 января 1547 г. состоялось торжественное венчание на царство князя Ивана IV – Л.С.} происходила ожесточённая борьба за власть между различными крупными боярскими группировками. В 1538 году после смерти регентши Елены Глинской, власть при дворе захватили князья, братья Василий и Иван Васильевичи Шуйские. Против них выступили князья Бельские. Князь Пётр Михайлович являлся сторонником боярской группировки князя Ивана Фёдоровича Бельского (ум. 1542), который в 1540 году был освобождён из темницы и занял главное положение в Боярской думе.
3 января 1542 года боярин князь Иван Васильевич Шуйский организовал переворот в Москве, в результате которого князь Иван Фёдорович Бельский был арестован, отправлен в Белоозеро, где в мае был казнён. Родственники и сторонники Ивана Бельского также были отправлены в ссылки. Князь Пётр Щенятев был сослан в Ярославль.
 
Илл. Князя Щенятева ссылают в Ярославль

В 1544 году был освобождён из ссылки и возвращён на службу. В декабре 1544 года вместе с князьями Константином Ивановичем Курлятевым и Михаилом Ивановичем Воротынским командовал войском на «берегу» (на берегу реки Оки), защищая южные руские границы от крымских набегов. В 1545 году первый воевода войск в Белёве и Одоеве. Во время вторжения царевича Эмин-Гирея, воеводы занимались местническими спорами и не выступили против крымских татар, которые разорили одоевские и Белёвские места.
В 1546 году назначен наместником в Каргополе. В 1548 году вместе с князем Михаилом Михайловичем Троекуровым стоял с полками в Муроме, готовясь к отражению ожидаемого ногайского набега. В апреле 1549 года первый воевода третьего Большого полка в шведском походе, а после первый воевода в Муроме при казанском царе Шигалее. В этом же году пожалован в бояре.
В декабре 1549 — феврале 1550 года участвовал во втором неудачном походе руского царя Ивана Васильевича на Казанское ханство. В сентябре 1550 года в походе из Москвы во Владимир и Нижний Новгород. В феврале 1550 года руская армия осадила Казань, но не смогла её взять штурмом и после одиннадцати дней осады повернула назад из-за неблагоприятных погодных условий. В данном походе являлся вторым дворовым воеводою и стоял под Казанью на царёвом лугу у Кобан озера.
31 мая 1550 года был первым дружкой на свадьбе удельного князя Владимира Андреевича Старицкого (1533-1569), двоюродного брата царя Ивана Грозного (1526-1557), с Евдокией Александровной Нагой.
В июле 1550 года участвовал в царском походе «по крымским вестям» в Коломну. Царь Иван Васильевич Грозный (1526-1557) оставил в Коломне Петра Щенятева вместе с князем Дмитрием Фёдоровичем Бельским воеводой Большого полка. Осенью князья Пётр Щенятев и Семён Иванович Микулинский стояли у Николы Зарайского в Рязанской области, а затем перешли в Рязань, ожидая нападения крымского хана. Вместо крымского хана в южнорусские владения вторглись ногайские мурзы, которые стали разорять окрестности Мещеры и Старой Рязани. Руские воеводы, прибывшие из Рязани, Николы Зарайского и Елатьмы, разбили ногайские «загоны». Многие ногайцы замёрзли во время больших снегов и сильных морозов. Руские воеводы преследовали ногайцев до «Шацких ворот». Вернуться в степи смогли только двое мурз с небольшим отрядом. После завершения похода воеводы (в том числе князь Пётр Михайлович Щенятев) приехали в Москву, где царь Иван Грозный (1526-1557) пожаловал воевод и детей боярских «великим жалованьем», угостил их в своей набережной палате в Московском Кремле.
В 1551 году упомянут коломенским наместником. В мае 1551 году князья Пётр Михайлович Щенятев и Андрей Михайлович Курбский стояли с полком Правой руки у Зарайска, а после принятия решения о новом походе на Казань со своим полком прибыл в Каширу.
В мае 1552 года находился на берегу Оки, где ему было указано собираться с ратными людьми в Кашире для похода на казанцев, после первый воевода Правой руки войск в Коломне, откуда в июне послан на помощь Туле против крымцев. 21 июня 1552 году в Коломне, где находился царь, было получено известие, что крымский хан Девлет I Гирей (1551-1577) с татарской ордой вторгся в южноруские владения и осадил Тулу. Царь приказал своим воеводам с полками выступить против Крымской орды. Из Каширы выступили князья Пётр Щенятев и Андрей Курбский, из Ростиславля Рязанского — Передовой полк князей Ивана Турунтая-Пронского и Дмитрия Хилкова, из села Колычово (близ Коломны) часть Большого полка под командованием князя Михаила Ивановича Воротынского. Сам царь готовился, вслед за воеводами выступить с главными силами против крымского хана.
22 июня крымцы осадили город Тулу и стали обстреливать его из артиллерии. Тульский воевода князь Григорий Иванович Темкин-Ростовский отразил вражеские приступы. Узнав о приближении к городу большой руской рати, крымский хан Девлет-Гирей в ночь на 24 июня снял осаду и стал отступать в степи. Князья Пётр Щенятев и Андрей Курбский, подойдя первыми к Туле, не нашли главных сил орды и сразились с небольшими отрядами, рассеявшимися для грабежа по близлежащим окрестностям.
3 июля 1552 года руская армия под командованием царя выступила через Муром и Свияжск в Казанское ханство. Князья Пётр Михайлович Щенятев и Иван Фёдорович Мстиславский с полками были отправлены в погоню за татарской ордой, догнали и разбили крымские отряды на реке Шиворони, а затем выступили к Свияжску через Рязанскую и Мещерскую земли, защищая царскую рать от возможного нападения со стороны заволжских татар.
В августе князья П.М. Щенятев и А.М. Курбский во главе полка правой руки (18 тыс. чел.) участвовали в осаде и взятии Казани рускими войсками, с задачей ставить туры и укрепиться с восточной стороны Казани, помогал князю Курбскому в осаде Казани у Елбугиных ворот, а во время боя уже внутри города преградил путь из крепости бегущим к данным воротам многочисленным казанским воинам во главе с их царём, которого взял в плен, за убежавшими из города к лесу и за реку Казанка по Алатской дороге воинами гнался и многих побил. По возвращении из казанского похода первый воевода в Зарайске. В сентябре 1552 года первый воевода второго Большого полка в походе к Полоцку. В ноябре 1552 года послан вторым воеводою войск под города: Чков и Березнь, а в декабре первый воевода в Рязани, откуда ходил против крымцев и разбил их.
Зимой 1553 года во время опасной болезни царя Ивана Грозного (1526-1557) началась борьба за власть между разными боярскими группировками. Сам больной царь приказал привести бояр и остальных сановников к присяге на верность своему малолетнему сыну, царевичу Дмитрию. Но среди московской знати были сторонники удельного князя Владимира Андреевича Старицкого. Среди них находился и боярин князь Пётр Михайлович Щенятев. Боярин Иван Петрович Фёдоров донёс царю, что князья Пётр Щенятев, Иван Турунтай-Пронский и Семён Ростовский сказали ему: «ведь-де нами владеть Захарьиным». Вначале Пётр Щенятев отказался принести присягу на верность царевичу Дмитрию, но затем вынужден был это сделать.
В июне 1553 года во время нового царского похода в Коломну назначен первым воеводой Передового полка. Князья Пётр Щенятев и Дмитрий Хилков с Передовым полком стояли у Николы Зарайского, защищая южноруские рубежи от татарских набегов. В 1554 году назван Устюжским наместником и по государеву указу приводил всех к присяге в верности царю, царице и царевичу Ивану Ивановичу.
В 1555 году первый воевода Сторожевого полка на берегу Оки, в июне царь Иван Васильевич Грозный (1526-1557) с руской ратью стоял в Серпухове, ожидая нападения крымского хана. Среди московских бояр и воевод, сопровождавших царя, находился князь Пётр Михайлович Щенятев.
В ноябре 1555 года князья Пётр Михайлович Щенятев и Дмитрий Фёдорович Палецкий были назначены воеводами Большого полка (главнокомандующими) в походе руской рати против Швеции. В декабре 1555 года воеводы Пётр Михайлович и Дмитрий Фёдорович Палецкий выступили в поход из Новгорода [Гратанова (Gratanov), Немогарда] на шведские владения в Финляндии, сожгли городок Кивен в окрестностях Выборга и разгромили шведское войско.
Осенью 1556 года по крымским вестям князья Пётр Щенятев и Дмитрий Хилков стояли в Калуге с полком Правой руки. Затем с этим же полком стоял в Кашире, где его заместителем был князь Андрей Михайлович Курбский. Весной 1557 года назначен первым воеводой Сторожевого полка в Коломне, его заместителем был князь Дмитрий Иванович Хилков. В сентябре для охранения от прихода крымцев стоял с войсками в Воротынске, а после первым воеводою правой руки в Кашире. В 1558 году на третьей встрече царя [умершего в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял 36-летний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586), а не 29-летний Юрий (Георгий) Углицкий (30.10.1528-24.11.1563), даун-аутист, младший брат Ивана IV Грозного, который способен только явиться и сидеть, где ему скажут. В это же время 4-летний Иван V Иванович «Молодой» находился под опекой Владимира Андреевича Старицкого – Л.С.] Шигалея встречал вторым, а в марте первый воевода Сторожевого полка в Коломне.
В 1559-1560 годах первым воеводой в Свияжске, где под его командованием находились воеводы Дмитрий Михайлович Плещеев, Иван Матвеевич Булгаков, князь Михаил Андреевич Приимков-Ростовский и князь Пётр Борисович Ромодановский. В 1561 году второй воевода Передового полка на берегу Оки.
В 1562 году первый воевода в Дорогобуже. В ноябре 1563 года, во время царского похода на Полоцк второй воевода Сторожевого полка. После взятия Полоцка и бегства в Литву князя Андрея Курбского, П. Щенятев был оставлен воеводой Сторожевого полка. После возвращения царя [умершего в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял 36-летний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586), а не 29-летний Юрий (Георгий) Углицкий (30.10.1528-24.11.1563), даун-аутист, младший брат Ивана IV Грозного, который способен только явиться и сидеть, где ему скажут. В это же время 4-летний Иван V Иванович «Молодой» находился под опекой Владимира Андреевича Старицкого – Л.С.] в Москву, отправлен во главе Большого полка в Невель, а оттуда в Тулу, после соединения с воеводами из Михайлова в Дедилове, первый воевода Большого полка.
В ноябре 1562 года великий князь литовский Сигизмунд Август прислал в Москву посольство для переговоров с митрополитом Макарием и боярами. Во время переговоров митрополита с литовскими послами, Пётр Михайлович Щенятев был назван первым среди всех бояр-переговорщиков. В декабре 1563 года в Москву прибыло новое польско-литовское посольство для переговоров с царём Иваном Васильевичем Грозным [умершем в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял 40-летний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586). В это же время 9-летний Иван V Иванович «Молодой» находился под опекой Владимира Андреевича Старицкого – Л.С.], где князь Пётр Михайлович сидел первым при представлении митрополиту польских послов, а также сидел третьим за большим государевым столом, участвовал в переговорах.
В 1564 году царь Иван Васильевич [умерший в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял 42-летний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586). В это же время 10-летний Иван V Иванович «Молодой» находился под опекой Владимира Андреевича Старицкого – Л.С.] уехал из Москвы в Александровскую Слободу, которую избрал своей новой резиденцией. В качестве заложников в Слободе было оставлено несколько знатных бояр, среди них был князь Пётр Михайлович Щенятев. В том же году был первым воеводой в Полоцке, откуда уведомлял Государя о приходе польско-литовского войска.
В октябре 1564 года польско-литовское войско подошло к Полоцку и осадило город. Великий гетман литовский Николай Радзивилл Рыжий обратился к полоцкому воеводе князю Петру Щенятеву, предлагая ему добровольно сдать город. Однако князь Пётр Михайлович отказался сдавать город и приказал открыть огонь из артиллерии по вражескому войску, принеся ему значительный урон. В этом же году ходил с войском из Полоцка к Озерецку и за его взятие пожалован золотым, а после первый воевода Большого полка во Ржеве.
В 1565 году царь Иван Васильевич Грозный [умерший в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял 43-летний Иван Федорович Мстиславский (1522-1586), клеврет Московской торговой компании, осуществляющей колонизацию Московского государства, задолго до знаменитой колонизации Индии. В это же время 11-летний Иван V Иванович «Молодой» находился под опекой Владимира Андреевича Старицкого – Л.С.] разделил государство на опричнину и земщину. Начались гонения и казни известных и видных бояр, воевод и князей. Боярин князь Пётр Михайлович Щенятев не вошёл в состав опричнины, а стал одним из руководителей земщины.
В том же 1565 году, с другими воеводами стоял с руским войском в Ржеве на литовской границе.
Осенью 1565 года по крымским вестям, вместе с князьями Иваном Дмитриевичем Бельским и Иваном Фёдоровичем Мстиславским во главе руской рати выступил первым воеводою Передового полка на Коломну. Во время похода возник местнический спор между князьями Иваном Андреевичем Шуйским и Петром Михайловичем Щенятевым, первый отказался признавать старшинство второго. В это время крымский хан Девлет-Гирей с татарской ордой ворвался в южные руские владения и осадил Болхов. Воеводы Передового полка князь Пётр Щенятев и боярин Иван Васильевич Меньшой Шереметев успели выслать воинские отряды на помощь болховскому воеводе князю Ивану Андреевичу Щепину-Оболенскому, который совершил успешную вылазку и, не дал крымцам сжечь посад. За успешное отражение крымцев пожалован золотым.
В 1568 году, опасаясь преследований со стороны царя [умершего в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял 14-летний Иван V Иванович «Молодой» со своим помощником 46-летним Иваном Федоровичем Мстиславским (1522-1586), клевретом Московской торговой компании, осуществляющей колонизацию Московского государства, задолго до знаменитой колонизации Индии – Л.С.], удалился с политической сцены и постригся в монахи под именем Пимена в Нероцком монастыре. Однако монашеский постриг не спас князя от мести со стороны Ивана Грозного [умершего в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял 14-летний Иван V Иванович «Молодой» со своим помощником 46-летним Иваном Федоровичем Мстиславским (1522-1586), клевретом Московской торговой компании, осуществляющей колонизацию Московского государства, задолго до знаменитой колонизации Индии – Л.С.].
В 1568 году по приказу царя [умершего в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял 14-летний Иван V Иванович «Молодой» со своим помощником 46-летним Иваном Федоровичем Мстиславским (1522-1586), клевретом Московской торговой компании, осуществляющей колонизацию Московского государства, задолго до знаменитой колонизации Индии – Л.С.] Пётр Михайлович Щенятев был схвачен и подвергнут жестоким пыткам, после которых скончался. Его жена и сын, по сообщению Андрея Курбского, также были казнены. Ливонские рыцари Таубэ и Крузе, служившие в царском опричном войске и участвовавшие во многих карательных походах Грозного [умершего в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял 14-летний Иван V Иванович «Молодой» со своим помощником 46-летним Иваном Федоровичем Мстиславским (1522-1586), клевретом Московской торговой компании, осуществляющей колонизацию Московского государства, задолго до знаменитой колонизации Индии – Л.С.], сообщали, что князя Петра Щенятева засекли по царскому приказу. Князь Андрей Михайлович Курбский, бывший царский любимец, который вместе с Петром Щенятевым участвовал во многих военных походах, а в 1564 году бежал в Литву, упоминал в своей «Истории князя великого Московского» о убийстве Петра Щенятева.
«Паки убиен княжа Пётр, — читаем мы в „Истории великого князя Московского“, — глаголемый Щенятев, внук княжати Литовского Патрикия: муж зело благородный был и богатый, и, оставя всё богатство и многое стяжание, мнишествовати был произволил, и нестяжательное, христоподражательное жительство возлюбил; но и тамо мучитель мучити его повеле, на железной сковороде огнём разженной жещи и за ногти иглы бити. И в сицевых муках скончался».
Царь Иван Васильевич Грозный [умерший в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял 14-летний Иван V Иванович «Молодой» со своим помощником 46-летним Иваном Федоровичем Мстиславским (1522-1586), клевретом Московской торговой компании, осуществляющей колонизацию Московского государства, задолго до знаменитой колонизации Индии – Л.С.] внёс имя князя Петра Михайловича Щенятева в синодик опальных и отправил в Кирилло-Белозерский монастырь на помин души 500 рублей.

Критика
В данной статье указано, что князь Пётр Михайлович находился в опале 1542-1544. В Большой российской энциклопедии отмечено, что опала была снята к 1546 году.
В родословной книге М.Г. Спиридова в данный период указаны его службы: в 1542 году первый воевода в Рязани. В январе 1543 побил многих нагайцев пришедших в рязанские земли. В декабре этого же года, соединившись с воеводою из Зарайска, пришедших в мещерские и старо-рязанские места нагайцев снова разбил и, соединившись с Елатомским воеводою, гнался за врагами и почти всех уничтожил. После этого, отправлен первым воеводою в Смоленск. В марте 1544 года первый воевода третьего Большого полка в Казанском походе. В 1545 году первый воевода в Белёве и Одоеве.
В синодике опальных Ивана Грозного [умершего в 1557 году, на самом деле во главе государства стоял 14-летний Иван V Иванович «Молодой» со своим помощником 46-летним Иваном Федоровичем Мстиславским (1522-1586), клевретом Московской торговой компании, осуществляющей колонизацию Московского государства, задолго до знаменитой колонизации Индии – Л.С.] — князь Пётр Михайлович Щенятев не значится [А.В. Антонов. Памятники истории русского служилого сословия. — М.: Древлехранилище. 2011 г. Рец. Ю.В. Анхимюк. Ю.М. Эскин. Синодик опальных Ивана Грозного 1583 года. стр. 214-224. //Р.Г. Скрынников. Опричный террор. Л., 1969 г. стр. 266-288.//Р.Г. Скрынников. Царство террора. СПб., 1992 г.].
Историки Р.Г. Скрынников и А.А. Зимин в своём комментарии указывают, что князь Пётр Михайлович Щенятев умер в 1565 году [Ю.М. Эскин. Очерки истории местничества в России XVI—XVII веков. Н.ред. А.Б. Каменский. РГАДА. — М. Изд. Квадрига. 2009 г. стр. 29][А.А. Зимин. Опричнина. М. 2001 г. стр. 79, 92, 223, 314, 360][Р.Г. Скрынников. Царство террора. СПб. 1992 г. стр. 543].

Ссылки
•кн. А.М. Курбский. Повесть о Великом князе Московском
Литература
•Щенятев, Пётр Михайлович // Русский биографический словарь : в 25 томах. — СПб.—М., 1896-1918.
•Щенятев, Пётр Михайлович // Большая российская энциклопедия: [в 35 т.] / гл. ред. Ю.С. Осипов. — М.: Большая российская энциклопедия, 2004-2017.
•КарамОин Николай Михайлович (1766-1826) «История Государства Российского», том 8, стр. 44, 45, 89-92, 94, 101, 126, 151; том 9, стр. 45, 59.
•Соловьёв Сергей Михайлович (1820-1879) «История России с древнейших времён», том 6, стр. 43, 74, 186, 227 и 261.
•М.Г. Спиридов. Сокращенное описание служб благородных российских дворян, расположенное по родам их, с показанием, от кого те роды начало свое получили, или откуда какие родоначальники выехали, или которых их происхождение… М. Унив. тип. 1810. Ч. 1. 1810 г. Щенятев Пётр Михайлович. стр. 74-75.