Лёд под кожей Глава V

Глава V. Валя
Он не вернулся домой сразу. Снег продолжал идти, но пятна исчезли. Просто пропали,
как будто не существовали. Артём шёл, не глядя под ноги, и только на окраине
деревни заметил, что кто-то стоит у его крыльца.
Это была она.
Тётя Валя.
Она почти не изменилась — как и в памяти, худая, с лицом, будто вытесанным из
серого дерева. Но в глазах не было старости. Не было возраста вообще. Они были
такими же, как у матери на тех фотографиях — глубокими, чёрными, без бликов.
— Ты пришёл, — сказала она. — Я думала, ты не осмелишься.
— Что происходит? — спросил он. — Что за чердак? Что за мешок? Почему я ничего
не помню?
— Потому что ты сам отдал это место себе на съедение. Мы думали, ты не выживешь.
Но ты выжил. И теперь он проснулся.
— Кто — он?
Валя не ответила. Она кивнула на дом.
— Внутри. Под печью. Там то, что вы с матерью закопали. Тогда, когда всё это
началось.
Артём чувствовал, как под кожей что-то шевелится — не физически, а как память,
давно забытая, но живущая. Воспоминание без формы, только с привкусом — железа,
золы и вины.
— Почему ты мне написала?
— Потому что только ты можешь его остановить. Или заменить собой.
Он засмеялся. Слишком резко. Слишком громко. Снег вокруг задрожал. Даже деревья
откликнулись сухим треском.
— Ты сумасшедшая.
Валя подошла ближе. Взяла его за руку. Кожа её была ледяной, как металл. Она
сказала:
— В ту ночь, Артём… ты сделал выбор. И мы его спрятали. Но выбор живой. Он всегда
был живой.
Она разжала кулак. На её ладони лежала пуговица. Деревянная, выжженная по краям.
Артём узнал её. С его старой пижамы. Из той самой ночи.
И тогда он вспомнил. Всё сразу. Дом. Крик. Мать. Зеркало. Петля. И то, что он увидел в
темноте, но никому не рассказал.
Он упал на колени. Земля под ним дышала. В самом деле — дышала.
И из-под дома донёсся голос:
— Артём… мы ещё не закончили.