Зачем монаху памятник

                В последнее время нашу Церковь стала одолевать неоязыческая болезнь, чего раньше она никогда не знала . Пошла мода ставить памятники почившим монахам и духовенству. Если памятники патриархам еще можно объяснить ролью личности в истории, то памятники монахам и священникам, за исключением некоторых святых, выходят за рамки благоразумия. Не касаясь жизни почивших в Бозе отцов, память которых ревнивые почитатели решили увековечить в камне и бронзе, мы должны дать богословскую оценку этому пагубному явлению. Монашество – это особая духовная жизнь, корнями которой питается древо Церкви. Его предназначение – молитвенный и аскетический подвиг,  нестяжательство, удаление от почестей и мирской славы. По крайне мере, таковым иночество должно быть, если оно не актерство, как писал святитель Игнатий Брянчанинов.
                Необходимо разобраться, почему нас постигла такая напасть и, что лежит в ее основе? Апологеты этого новшества утверждают, что монументы необходимы ради памяти отца, чтобы о нем помнили  и люди, глядя на памятник, либо вспоминали славные дела почившего, либо проявляли интерес к его жизни. Другие считают, что подобные скульптуры – проявление сыновьих чувств ревнивых поклонников; третьи уверены, что, воздвигая памятник, совершают благое дело, ибо прославляют духовного отца. Все эти мнения основаны на чувственном и страстном понимании Православия и монашества. Бог говорит: «Не сотвори себе кумира» (Исх.20:4). Это касается не только изображения Бога, но и поклонения любому изваянию рук человеческих. Если в отношении предметов искусства, увековечивания памяти государственных деятелей, исторических событий, прославления павших эта заповедь не применима, то по отношению к любому проявлению духовной жизни она играет первостепенное значение.
                Однако мы не будем проводить богословское исследование на тему поклонения святым. Нас интересует сама природа почитания в изваяниях ушедших монахов и священников. Можно выделить несколько причин этого явления. Главная, – незнание азов Православия, причина которой в низком уровне духовного просвещения и богословское невежество духовенства. Ревнивые поклонники не понимают, что памятники ставят умершим, а у Бога все живы. Поэтому почивший отец с удивлением взирает свыше на монументы, воздвигнутые ему невежеством. Православное вероучение говорит о двух церквях: Торжествующей на Небесах и Воинствующей на земле. Связь между ними постоянная и живая, ибо горний и дольний миры неразделимы между собой во Христе. Устанавливая памятник почившему духовнику, люди разрезают пуповину, связывающую оба мира и обе Церкви. Следовательно, они теряют духовную связь с бывшим наставником, памятник которому воздвигли, и показывают, что он их ничему не научил, потому что монахам и духовенству памятники не нужны. Более того, они для святых смертельны. Был достопочтимый отец при жизни монахом, а после смерти становится кумиром и идолом. Самое страшное, что может быть для духовного лица – это увековечивание его памяти людьми. Христос учит не принимать поклонение и восхваления от людей, потому что те, кто их принимают: «Истинно, говорю вам, что они уже получают награду свою» (Мф.6:5).
                Любители монументов не ведают, что всяким изваянием они восхищают суд Божий, то есть, по сути, объявляют человека святым еще до того, как его прославил Бог. Получив награду от людей, душа, отошедшего в мир иной, может не дождаться ее от Бога, поскольку дважды за одно и тоже не награждают. Следующей причиной такого «изобразительного искусства» в является банальное тщеславие. Оно проявляется не только в стремлении увековечить себя любимого, как строителя памятника, но и в поступках, вызывающих всеобщее внимание и восхищение. Жертвующий на памятники, пусть даже и достойным отцам, в душе тешит себя, что благодаря его стараниям прославится подвижник. Будут говорить о памятнике и невольно про жертвователя вспомнят. И тогда памятник духовнику превращается в памятник меценату, погубившему и деньги, и душу.
                Отеческий Патерик знает не мало примеров, когда весьма почитаемые и восхваляемые при жизни отцы, по приставлению, отправлялись прямиком в ад. Священное Предание говорит, что ин суд человеческий, а ин –  Божий! То, что кажется святым и очевидным у людей, у Бога таковым может и не быть. Живущие не знают посмертной участи усопшего, а в своем стремлении увековечить память священника или монаха, к которому были привязаны, сами решают святой он или нет. Для усопшего каждое такое восхваление хуже геенны огненной, ибо похвала от человеков несовместима с похвалой от Бога. И третья главная причина, сей монументальной пропаганды – банальное сребролюбие. Такие памятники ставят, как правило, рядом или в стенах того монастыря, в которых монашествующий подвизался. А это неизбежно привлекает паломников и туристов, что важно для пополнения монастырской казны. Кроме того, памятники духовным лицам служат благодатной почвой для всякого рода кощунства и святотатства. Часто можно наблюдать, как «туристы от православия» делают селфи и кривляться у изваяния почившего отца, оскверняя его сан и память. Нередко вслед за памятниками заказывают  портреты любимого батюшки и молятся на него как на икону. А это уже – идолопоклонство.
                С богословской точки зрения, корни «православного монументализма» лежат в католицизме, влияние которого стало набирать силу в России, начиная с XIX в. Этому способствовало и уничтожение патриаршества Петром I, и подчинение Церкви государству в Синодальный период. Влияние мира, через усвоение католических и протестантских ценностей, оказало разрушительное воздействие на чистоту Православия и непогрешительную жизнь Церкви. Это у католиков принято творить изваяния не только своим Папам, святым, но и Христу и Богородице. Чем это объясняется, исходя из догматов Римской Церкви, мы здесь выяснять не будем. Достаточно отметить, что латинская ересь лежит в основе католицизма и протестантизма, а корни подобного творчества кроются в папизме. Если следовать канонам Православия и святоотеческой аскетики, то почитание святых отцов и духовных лиц должны выражаться в служении им как живым, не отделяя отцов на небе, от живущих на земле всевозможными изваяниями.
                В чем это должно выражаться? Во-первых, в молитвенном поминовении своих наставников; во-вторых, в следовании наставлениям и поучениям, которые они оставили при жизни; в -третьих, деланием добрых дел по Евангелию, а не по естеству, в воспоминание о почивших духовниках. Добро по Евангелию, это добро ради ближнего, а не ради обряда или себя любимого, в надежде спастись через добрые дела. Это не благо, а торг с Богом за посмертную участь души. Деньги, которые тратятся на всевозможные  памятники и скульптуры, куда уместнее направить на помощь нуждающимся и живым, прося их молитв об усопшем. Такое отношение к памяти почившего отца будет для него самым лучшим, а главное – нерукотворным, вечным памятником на Небе.
.