По дорожке

    Вот идёшь - дорожка да дорожка, проход-проезд между полувековыми садами-дачами. Когда формировались такие садовые товарищества, машины были у единиц. В нашем садоводстве - у четверых. Теперь-то не так. Даже интересно: если две машины встретятся - как тогда? Не разъедутся же, одной пятиться придётся, до ближайшего проулка...
   Где эта дорожка - грунтовая, с полосой травки между двумя колеями, где - щебнем присыпана, а местами - покрыта коркой, как черепаха панцирем, - асфальт не асфальт, не серо-сизого цвета, а белесого, как бы с примесью извести...
  После дождя всё оживает. И дорожка ожила. Там, где она грунтовая, грибок из-под неё вылез, по центру: "Здрассьте!" - шляпка новая, блестит... А вот - аккуратные, свежие, чёрные кучки земли, - тоже откуда ни возьмись взялись: от совсем маленьких, круглых, с одной дырочкой посередине, до больших, плоских, разлившихся по дороге бесформенными пятнами, со многими дырочками... - а-а-а! это, в основном, муравьи сырой грунт вытащили на поверхность... ну, и какие-нибудь жучки-одиночки... Значит, они под дорожкой всегда живут. Июньский дождь надолго зарядил, подземные ходы и жилища позаливал, - теперь большая сушка.
   Какой всё-таки дружный и трудолюбивый народец - муравьи! И сквозь грунтовую дорожку пробуравились, и среди щебёнки ход проложили, и даже сквозь цементную корку! Дырочки - это, думаю, вентиляционные отверстия: тут, там, - воздух под землю тягой затянет, засквозит он по туннелям туда-сюда, провентилирует всё... А большие курганы, как кротовины, или высокие готические замки, по обочине, - в эти времянки, сооружённые в аварийном порядке, муравьиные семьи, похоже, полным составом выбрались, сушиться, с личинками-куколками своими - похватали их скорей и бегом: "Наводнение! Наводнение! Свистать всех наверх!" А как просушится всё, так назад под землю уйдут.
  Протопает по дорожкам садовод-пенсионер - "тооп-тооп, тооп-тооп...", детвора весело пробежит - "топ, топ, топ, топ, топ...", велосипед легонько прошуршит змейкой, машина проползёт тяжёлым блестящим жуком, газонокосилка навизжится истошно, - и всё это над головой у подземных жителей: топает, сотрясается, шуршит, ухает, содрогается, воет глухо... Старые муравьи баюкают младенцев-куколок, запелёнутых в белые пелёнки, и рассказывают им сказки про надземных чудищ: "Вот не будешь слушаться - унесёт тебя бабай", показывают пальцем наверх и многозначительно качают головой.
Только зимой наверху тишина. Самое спать. Ну, а летом покой и не нужен.
    "Тооп-тооп, тооп-тооп", -  начинала я своё движение по садовой дорожке. А прошлась, всмотрелась в неё, увидела, какая она живая и как все тут трудятся, несмотря ни на что и не покладая рук и ног, как прихорашиваются перед солнцем вишенки и кусты сирени по обочинам, стряхивая с себя последние капли дождя, как из металлической трубы - опоры забора - торчит синичкин нос, а в самой трубе - писк, вторая кладка яиц вылупилась, - и, чувствую, совсем по-другому уже, вроде, по этой дорожке иду: "топ, топ, топ, топ, топ..."
 
29 июня 2025г. С натуры.