Поясок

Он лежал на полу трамвайного вагона, возле кресла, на котором только что сидела старушка со стоящей рядом сумкой на колёсиках для перевозки чего - либо объёмного. Любимое средство для людей возрастных, привыкших ходить с такими на рынок или в магазин, производя закупки продуктов, например, или сопровождающие их в поездках на дачу. Вместительные и не требующие больших физических усилий для перемещения.
Поясок я заметил, отвлёкшись от созерцания вида, открывающегося из окна вагона. Нагнувшись, поднял его и, привстав повернулся к открытым дверям, и, понимая, что не успеваю что-либо сказать, просто выбросил руку вперёд, в сторону уже вышедшей бабули, с намерением вернуть ей утерянную вещь . Тоненький, в синюю с серым полоску, он выворачиваясь змейкой, растянулся в воздухе и последовал по намеченному мною курсу.
Бабушка, только что припустившая бодрым ходом вперёд, к какой-то только ей ведомой мечте, вдруг остановилась на мгновение и, резко обернувшись назад, обдав меня голубизной ярких глаз, наклонилась к сумке, открыв её верхний клапан. Вытянутая рука указывала направление устремившемуся к ней поясу. Тот, растягиваясь и увеличиваясь в размерах, передним концом с бляшкой и язычком на ней, уже окунулся в раскрытое пространство сумки, а его хвост начал расти, вытягиваясь в мою сторону, при этом опоясывая меня собой, связывая во едино тело и руки, которые я почему-то опустил по швам, при этом неведомой силой приподнимая меня в воздух. После чего начал вытягивать меня из вагона. Время остановилось. Я видел людей, сидящих на своих местах, но никто не проявлял к тому, что происходит со мной, какого-либо интереса. А пояс уже уверенно тянул в тёмное пространство открытой сумки. Как я туда уместился, мне понять не удалось, а вот поясок оказался лежать на мне, вновь став таким же, каким и был, с той лишь разницей, что я стал гораздо меньше. Бабуля закрыла сумку, так что я почти не видел света, за исключением небольшой дырочки вверху. Я услышал скрип крутящихся колёсиков, и сумка, покачиваясь, потащила меня в неведомом мне направлении.
Сколько прошло времени, я не знаю, так как этот звук и лёгкое покачивание утащили меня в царство Морфея. Мне не хотелось пытаться выскочить или посмотреть, куда мы направляемся. Хотелось спать, что в скорости и произошло.
Пробуждению предшествовали сны про неведомых говорящих гусей, кощеев, старух на помеле. Я видел и разговаривал со зверями и охотниками на этих зверей. Видел принцесс и королей. Но всё это отошло на задний план из-за нарастающего требования проснуться. Сначала совсем тихо, откуда-то издалека, а потом всё ближе и уже разборчиво я стал слышать одну и ту же фразу.
— Эй, парень, просыпайся.
Кто-то настойчиво тормошил меня. Голос был женским.
Приоткрыв глаза, я рукой автоматически сбросил с лица пелену. Передо мной стояла кондуктор трамвайного вагона. За окном было темно.
— Приехали, милый, конечная. Тебе выходить. Я, ещё не придя в себя, поднялся и, закинув рюкзачок за спину, вышел из вагона. Просигналив пару раз дребезжащим звонком, водитель закрыл двери, и трамвай двинулся далее, оставляя за собой картинку удаляющегося вагона с кондуктором, подпрыгивающей зачем-то на задней площадке в окне и смотрящей в мою сторону, и два не мигающих красных глаза по бокам трамвая, удаляясь, подмигивающих мне.
— Говорила конечная, а сами дальше поехали, — пронеслось у меня в голове. Хотелось припустить вслед за ними, но в обратном направлении путей где-то очень далеко проблёскивали огоньки, и я решил идти в направлении этих огней. Было совсем темно, и местность явно была мне незнакома. Идя в направлении света, я ощущал, что луна, зависшая надо мной, помогает мне увидеть дорогу и не споткнуться. Мысли роились в голове. Какой-то сон несуразный приснился. И как я оказался тут, в незнакомом мне районе?
Что случилось на самом деле? Ехал себе человек на рынок. Утро, неплохой день распланирован заранее.
И тут, на тебе, такой случай. Да мало того сон, а где можно было пропадать, если выехал утром, а разбудили уже ночью. Ну, если учитывать, что транспорт может ходить до полуночи, то сейчас именно это время. Жаль, и кондуктора не запомнил, да и номер трамвая тоже. Опомнившись, полез в карман за телефоном, но тот отказывался от общения, отвечая молчанием и тёмным экраном. Кусок пластика, да и только.
Я шёл, стараясь не думать о плохом. Вокруг была устойчивая тишина. Ни звука птиц, или транспорта, просто никакого шума. Луна, тьма, и рельсы, ведущие в никуда.
И вдруг они закончились. Впереди стоял ограничитель из бетона. Продолжения не было. Только еле угадываемая тропинка тянулась и исчезала в темноте. По ней я побрёл далее, освещаемый тусклым светом луны. По пути стали попадаться силуэты огромных деревьев, растущих по обе стороны дорожки. Свет впереди то появлялся, то пропадал. Но стал ярче. Видимо, я приближался к окончанию своего вынужденного путешествия. Хотя вокруг и ощущалось присутствие деревьев, но свет луны каким-то образом всё равно попадал на дорожку, немного выделяя её из мрака. Впереди после небольшого поворота выплыл из темноты небольшой домик, в мягком свете с небосвода с чётко обозначенной  крышей. Три окна светились мягким желтоватым светом.
Краем глаза угадывались ещё строения по дороге, уходящей в тьму, но окна светились в одном этом домике, и я решительно, отворив калитку, вошёл во двор. Вокруг не было ни звука. Постучавшись в дверь, я попал на веранду, где стояли столы с утварью, вёдра с водой, кадки. Веранда как веранда, такая могла быть у любого деревенского дома. Войдя в дверь налево, я попал, видимо, в прихожую с тремя дверьми. Из-под одной из них струился свет. Туда я и постучал аккуратно, и, не дождавшись ответа, приоткрыл её. Потом просунул вовнутрь голову. Комната была очень схожа с теми деревенскими, ухоженными и чистыми, где полы устланы вязаными ковриками, печь со звуком пощёлкивающих дров, часы, негромко отбивающие свой ритм, стол, самовар, кровать с гобеленом на тему зверей и леса. Такие были модны  когда-то. Вообще, типичный деревенский вид. Но то, что мне пришлось увидеть, не позволило переступить порог, а ввело в телесный и словесный ступор. В кресле, не проявляя каких-либо эмоций по отношению ко мне, сидела та самая бабуля, которая и упекла меня в свою чудо - сумку. А рядом с ней, за столом, сидела девушка, примерно моего возраста, в халате, перепоясанном именно тем чудесным пояском. Обе смотрели на меня спокойно, не выражая ни удивления, ни раздражения. После минутной паузы старушка отложила в сторону своё занятие и, вперив в меня свои не по годам искрящиеся голубые глаза, заговорила:
— Ну что, путешественник, нагулялся? Проходи в дом, не стесняйся. Девушка повернула ко мне голову и тоже устремила на меня свои такие же голубые глаза.
Меня тут же отпустило, и я немного неуклюже ввалился вовнутрь, сняв при этом рюкзак и положив его у ног.
— Здравствуйте вам!— проговорил я.
— И тебе не хворать, милок, — тут же отозвалась бабуля.— Проходи, знакомиться станем,— продолжила она.
Я прошёл к столу, предварительно нога об ногу скинув обувь, и присел на стоящий рядом с ним свободный стул.
— Меня Андрей зовут!— проговорил я.
— Меня Анной зовите, — произнесла девушка. Она делала вид, что читает, но было видно, что она лишь для вида опускает глаза к открытой книге, листы которой не переворачивала.
— Ну а я Матрёна Ильинична,— проговорила бабулька. — Бабушка Анночки.
Я мотнул головой и прохрипел: — Очень приятно.
— Ой ли, — продолжила старушка. — Не думаю, что тебе так уж и приятно, молодец. Сомневаюсь как-то. Ну да, коль в наших местах объявился, то придётся привыкать и к новому месту, и к люду здешнему.
— Так я вроде бы как и не сам. Я поясок ваш поднял, который вы в вагоне обронили, и отдать вам пытался, а он, — и я указал на то, что опоясывало талию девушки, — меня к вам в суму вашу, вон ту, что около вас стоит, и затянул.
— Бабуль, что за дела? Ты опять за своё? — повернувшись к старушке, проговорила девушка.
— Выходит, ты человека просто втянула, не спросив его, хочет он чего-либо или нет!
— Бес попутал, деточка. Я как увидала этого красавчика, так и решила, что это то, что нам надо. Матрёна Ильинична притворно стала протирать глаза платочком, который достала из кармана кофточки.
— Ну так и привезла бы его с собой,— продолжала девушка. — Как вышло, что он к нам сам добрался? — И она вопросительно уставилась на меня. Я рассказал, как всё произошло, и как меня разбудила кондуктор трамвая. Когда рассказ мой дошёл до описания убытия вагона на остановке, бабуля остановила меня жестом руки и проговорила: — Подскакивала, говоришь? Так это Манька-попрыгунья, бес её побери. Это её рук дело. И Матрёна Ильинична рассказала,  как всё произошло. И то, что в короб свой меня затащила, и про то, что потом мучилась совестью, что внучка не одобрит её поступок. Вот и, переделав свои дела, села в очередной трамвай и перед выходом оставила спящего Андрея в вагоне, не обратив внимания что Манька, её соперница и пакостница делающая всякие козни, заметила и Матрену, и всё, что та делала. Не стала себя афишировать, а поспособствовала тому, что бы парень сошёл там, где ему и не надо было. Да и проснуться он должен был через десять минут после того, как бабуля оставила того одного. Эх, если бы он, выйдя, пошёл за удаляющимся вагоном, то вышел бы в каком-нибудь знакомом ему районе города, ну а так он попал туда, куда попал. Одно не давало покоя старушке — это те огоньки, на которые и пошёл парень. Не должно было их быть. Какая сила вмешалась в это дело, она пока не знала, но чувствовала, что всё это не спроста. И то, что этот парень всё-таки попал к ним в дом, говорило о том, что кому-то её первоначальная идея так же пришлась по душе.
Она по приезде и заставила внучку приготовиться к приходу чужака, правда, не знала сама кого. И по недоуменному взгляду внучки, смотрящей, как бабушка схватилась за спицы в неурочный час, поняла, что та видит её тревоги, только не лезет с расспросами.
Решено было оставить Андрея у себя до завтрашнего дня, а потом, коли захочет, то проводить его до остановки и отправить его в его мир. Просто надо было знать, в какое время и на какой трамвай сесть, что бы оказаться в нужном месте. На другой случай оставался метод с сумкой.
Бабушка и внучка засуетились и, несмотря на поздний час, стали собирать на стол. В доме был гость, и можно было немного растянуть время и попотчевать прибывшего всякими вкусностями. Бабуля достала из шкафчика графинчик с зелёной жидкостью и, сказав, что таким, как мы, можно по чуточку, разлила свой нектар по рюмочкам, и они чокнулись за встречу.
Насытившись, всех потянуло на сон. Парню постелили в другой комнате. Андрей только положил голову на мягкую подушку — тут же провалился в сон.
Утро разбудило его гомоном птиц и свежим ветром, ласкающим лицо через открытое окно. От вчерашней ночной тишины не осталось и следа. Природа пела, ложась на душу особенной бодрой теплотой. Андрей подскочил и немного замялся. Ему нужна была уборная. Заглянув в горницу, парень никого не обнаружил. Тогда он вышел в прихожую с тремя дверьми и там нашёл то, что искал. Приведя себя в порядок, парень вышел на улицу. Его рюкзак грелся на солнышке, удобно разместившись на скамейке, пристроенной к дому.
Присел рядом, вытянул ноги, встающее солнце пригрело его. В калитку вошли, переговариваясь, хозяйка и её внучка, неся в корзинках собранные ими травы.
—Ясное дело, "знахарки", — пронеслось в голове у молодца.
Вчера за столом обе рассказали немного о том, куда занесло его, кто они, чем живут. Старушка оказалась бабой-ягой, коих в их мире, оказывается, было несметное количество. И муж у неё тоже был, не без известный всем по сказкам, "Кощей". Таких, правда, в каждом царстве было по одному. Царства,  эти были не велики. За день обойти можно. И не у всех свой царь был. Вообще, где-то запустение и болотная тоска, наводнённая кикиморами и всякой лютой живностью, а где и места светлые и чистые, прозрачные, как роса. В общем, всего понемногу.
Профафанил надрывно гудок автомобиля, и из-за угла показался автомобиль. За огромного размера баранкой автомобиля сидел тот самый " Кощей". Сомнений не было. Самый настоящий. Без кровинки на худом лице, телом более похожим на жердь, в чёрном, как на вешалке,  висящем на теле костюме и белой рубахе и такого же цвета туфлях. Остановив свой автомобиль, громко пыхтящий и выбрасывающий вверх из вертикально стоящей выхлопной трубы сизый дым, он, заглушив своё дребезжащее детище, ловко, можно сказать, залихватски, перескочил, не открывая дверцу, наружу автомобиля, так как крыша была сложена гармошкой сзади, и  подскочил к нам. Резанув по мне взглядом, просипел:— Где-то я уже встречался с этой личностью.
— Навряд ли,— вступила в разговор баба Матрёна, — да и приличия ради поздороваться не мешало бы, гость у нас, как никак.
Ещё раз смерив меня с ног до головы взором, вдруг резко протянул мне руку и произнёс: — Кощей, и по совместительству муж вот этой дамы, бабы-яги вот этой, но проживаем мы врозь, ввиду разности взглядов на жизнь, а рядом внучка моя любимая.
— Андрей, — ответил я ему в ответ. — Прохожий.
— То-то и видно, что прохожий, — продолжил он, — и чувствую, что проходил тут уже не раз, и если не ты, то кто-то сильно на тебя похожий. Баба Матрёна вдруг стала как-то суетиться, почёсываться, внимательно приглядываясь ко мне, а главное —  то, что она стала ко мне принюхиваться. Её действия не остались без внимания внучки и деда.
— Всё, — прохрипел Кощей, — взялась за дело, сейчас, молодец, старая всё выяснит. Яга вышла на охоту, — продолжил он. А та, в свою очередь, забежав в дом, через некоторое время выскочила из печной трубы, сидя в ступе и размахивая помелом, стала нарезать круги вокруг нашей компании со скоростью летящего самолёта, постепенно превращаясь лишь в реверсивный след, который тот оставляет за собой в небе. Представление закончилось так же неожиданно, как и началось, и, заведя ступу на посадку, она вывалилась из неё прямиком на лавку, где недавно я сам сидел, и, обтерев пот со лба и откинув мокрую прядку волос, произнесла: — Ну вот и всё выяснила, искала для Аннушки жениха, а нашла брата.
— Это как так, бабуля?— проговорила с оттенком горечи девушка.
— А вот так, деточка,— продолжила старуха, — матери у вас разные, а вот отец выходит один. Он в ихнем мире затесался, когда от нас сбежал, вот там Андрюшкой  маманю его и одарил,— я так думаю, — продолжила она.
Вдруг послышались всхлипывания. Это Анна производила захлёбывающиеся звуки.
— В кои годы жених порядочный нашёлся, и тот сквозь пальцы ушёл, — начала причитать девушка. Бабка и дед подскочили к своей внучке и стали наперебой успокаивать её, приговаривая, что они ещё найдут ей жениха. Та вдруг замолчав, и выпучив на них свои мокрые глаза, выпалила: — Мне этот люб, другого не надо, и, гордо повернувшись, шмыгнула в дверь дома. Наступила неловкая тишина. Мы втроём уселись на лавку и продолжали молчать. Видимо, каждый думал, каким образом выйти из создавшегося положения.
Первым заговорил Кощей: — Надо бы юридически подойти к этой проблеме, пускай - ка сова нас проконсультирует по этому поводу. Если всё так, как мы тут надумали, то они ведь дети разных миров, может, это и не является родством при одном путешествующем родителе?
— Ну да, — подхватила идею бабка. — То, что можно у нас, нельзя сделать там у них, и наоборот. — Верно, «кащеюшка», ты хоть и подлец, а всё  же где - то молодец.
Кощей аж выше и крупнее стал от такой похвалы.
— Может,ещё и сойдёмся, старая,— проговорил он с надеждой в голосе. На что та лишь фыркнула и опять задумалась.
Тогда и я решил взять слово.
 — Дорогие мои граждане сказочного царства, я, как человек у вас новый, хочу высказать своё видение этого вопроса.
— Ну, молви, парень,— проговорил Кощей.
Перефразируя знаменитую фразу «И тут Остапа понесло», я сказал, что сам являюсь, быстрее всего, жертвой произвола, и, оставшись сиротой при невыясненных обстоятельствах, а так же очарованный красотой их внучки, хочу предложить следующие действия: — Меня вместе с Анной бабуля перетаскивает в мой мир, и мы там сдаём тест на родственное совмещение. Такие процедуры у нас возможны при решении спорных вопросов родства. И, имея данные по данной проблематике, будем действовать дальше. Или оставаться мне братом, или становиться женихом.
Старики с энтузиазмом поддержали мою идею, не оставляя при этом возможности проработать вопрос по своим каналам.
Тут скрипнула входная дверь дома, и, высунув голову, девушка произнесла: «Я согласна», — при том, что её как раз - таки никто не удосужился спросить. Кощей обеспечил нас денежными средствами на время командировки внучки, ответив на мой вопрос о легитимности хождения данных купюр в моём мире. Он ответил просто и доходчиво: «Мы тут не фальшивомонетчики какие, немного пользуемся волшебством при необходимости. А в вашем мире просто где-то и у кого-то немного убудет. Но те даже не заметят такой мелочи». Мелочью оказалась увесистая пачка купюр в размере нескольких сотен тысяч рублей.
Далее следовала та самая волшебная сумка и прибытие в пункт назначения. Я, как радушный хозяин, пригласил всех, и те с удовольствием откликнулись на моё предложение. Прибыв по адресу, мои, как я надеялся, будущие родственники разместились в моей квартире как у себя дома, отжав для себя спальню и оставив нас с Анютой (так я стал величать свою невесту) вдвоём в другой комнате. Мои апартаменты были оценены как « ну не совсем и плохи», что могло означать лишь то, что их моё жильё их не разочаровало.
Чаёвничая они прослушали мой рассказ о том, как получилось, что я остался один, и сравнили мой случай с тем их случаем такого же исчезновения Анютиной матери, как и моей. С той лишь разницей, что меня вывело в люди государство в лице детского дома, в котором мне пришлось жить в следствие исчезновения матери, а Анну воспитали дедушка и бабушка.
Старики сославшись на свои дела, исчезли незаметно из дома, а мы с моей невестой записались на приём по тестированию родственных отношений. После проведённой процедуры отправились на прогулку по достопримечательностям моего родного города.
На работу мне надо было лишь через неделю, поэтому мы были предоставлены самим себе. Они не явились и на следующий день. Мы стали нервничать, хотя девушка уверяла, что её внутреннее состояние не даёт повода для беспокойства.
Парочка объявилась на третьи сутки. И, похоже, что нас ждал сюрприз. Из волшебной сумки Яги был извлечён человек, повязанный по рукам и ногам верёвкой и с кляпом во рту. Он извивался как уж, при этом постоянно
что - то мыча грозное в адрес стариков. Это вскорости надоело Кощею, и после небольших манипуляций тело бедолаги стало извиваться гораздо быстрее, видимо, получая невидимые глазу побои. Вскоре незнакомец обмяк, предоставив себя суду неведомого мучителя. Я стал вглядываться в лицо мужчины, показавшееся мне знакомым, но Аня первая озвучила нашу с ней догадку:
— Это что, вы отца Андрея моего нашли?
Слово "моего" приятно лизнуло душу. Старики оба молча кивнули в ответ.
— Вот подарок так подарок! — продолжила та.
В это время пропищал мой телефон, Анюта вздрогнула, она ещё не привыкла к таким видам связи. Я извинился и посмотрел на сообщение. Видимо, мои глаза выкатились из орбит, рот открылся в немом возгласе. Я посмотрел на девушку, и она всё поняла. Ноги понесли меня к ней, притопывая плясовую. Она закружилась, вступая со мной в общую игру. Старики и мой папаня молча смотрели на этот порыв, ничего не понимая.
Я резко остановился и, обняв свою, теперь точно невесту провозгласил:
— Мы разные! — Теперь и до стариков дошёл смысл нашего возбуждения, и они стали выкручивать пируэты похлеще нашего. А батя сидел и сучил ножками, хитро осматриваясь по сторонам, видимо, продумывая план очередной каверзы. Но первые эмоции угасли. Папаню отправили в сумку, подальше от греха, а сами закатили пир.
Назавтра, получив результаты в бумажном виде, отправились обратно в сказку.
Не успев отдышаться с дороги, в воздухе прозвучал дребезжащий звук телефона. Вернее, никакого телефона и не было в помине, был звук. Но дед жестом, успокоив всех, полез за пазуху и вытащил оттуда телефонную трубку со шнуром, уходящим во внутрь костюма, и произнёс:
— Алло, вас слушают, — и, замолчал. По мере того как он воспринимал информацию, брови его поднимались а рот раскрывался всё шире и шире. После чего он лишь ответил: — Привозите, — и  посадив нас в автомобиль, мы отправились в Кощеево царство.
Место где жил дед Анюты, мало напоминало замок.
Скорее, его можно было сравнить с постоялым двором, внутри которого располагались повозки, брички, вообще всевозможные передвижные средства и даже ещё один автомобиль, кроме хозяйского. Пройдя вовнутрь, мы оказались по другую сторону дома, где царили тишина и покой. Зеленела травка. Возле входа в каменный грот стоял, по-видимому пожарный с огромными эполетами на плечах и такими же огромными усами. Рядом стояли два его помощника, между которыми то и дело выворачивался     какой-то субъект. Подойдя ближе, я немало удивился сходству задержанного как оказалось охраной царства человека, пытавшегося покинуть приделы государства, как выразился Кощей, и сказочного мира в целом, по причине необходимости встречи со своим сводным братом, который, кстати сказать, в данный момент сидел в сумке у Бабы Яги. Соблюдая формальности, оба были помещены в казематы Кощея для дальнейшего выяснения их личностей и помыслов.
Увидев друг друга, братья поначалу обнялись и затараторили что-то на непонятном нам языке, но по мере разговора их добродушие перерастало в ругань, и в конечном итоге оба схватились друг с другом, превратив потасовку в зрелище.
Никто не вмешивался в их конфликт, а те катались по полу, летали по стенам и потолку, пытаясь нанести как можно больше тумаков друг другу.
Наконец выдохшись, оба забились по углам невидимой клетки и, похоже, заснули.
— Ну что, всё теперь ясно и понятно, — проговорил старик, — и, попрощавшись со службой безопасности, повёл всех в свои палаты, где за столом и рассказал следующее:
— Эти двое, — братья по отцу, как вначале мы предполагали в отношении меня и Анны. С детства оба не ладили, зная коварство друг друга, и когда один из них приударил за матерью девушки, Софией, второй тоже стал ухлёстывать за ней, может, из-за вредности, а может, тоже был пленён красотой. В общем, кончилось тем, что первый охмурил красавицу, и второму ничего не оставалось делать, как отступить. Со злости или ещё по какой причине, воспользовавшись невнимательностью бабы-яги, Матрены Ильиничны, переместился в мир Андрея, где сотворил то же самое с матерью Андрея, Верой. Оба, набедокурив, побросали своих возлюбленных, но потом, осознав, что их будет ждать кара за такие дела, прибегнув к снадобьям, усыпили обоих при покаянной, как они говорили, встрече, и продали тех в полон местному водяному царю, хозяину рек и болот царства, в котором сейчас находились наши герои.
Решив один ребус, надо было браться и за следующий.
На завтра подзаправившись на дорожку, мы во главе нашего аксакала и его жены отправились в мир водяного царя, просто и без подготовки нырнув в один из колодцев. Нас уже встречали небольшие корытца-лодочки, запряжённые морскими коньками, и экспедиция была доставлена во дворец самого водяного царя.
Тот представлял из себя вполне себе адекватного мужчину, с телом, чем-то смахивающим на желе. Руки, ноги голова — всё как у нас. Выслушав просьбу друга, как он сам и называл Кощея, предложил нам самим забрать своих мамаш, только при условии, что мы их сами и найдём.
Каково же было его разочарование, когда из сотен пальм мы выбрали две рядом стоящие берёзки.
Делать было нечего, да и тот сундучок, что дед припёр с собой, не давал, видимо, покоя царю. А увидев его содержимое, доверху набитое золотыми монетами, то и вовсе растопило сердце доброго водяного. Пришлось остаться на пир в нашу честь. Берёзкам вернули их настоящий облик. Были радость, слёзы и праздник.
Вернувшись в свой мир, женщины в первую очередь пошли к нерадивым братьям, попросив нас не вмешиваться. За годы, проведённые в плену у царя, хотя и пленом это назвать было нельзя, женщины многому, в том числе и магии, сумели обучиться. Царь не был узурпатором, в принципе, это был вполне себе добрый хозяин, даже не использовавший женщин в корыстных целях. Через день перед нами стояли две счастливые семейные пары, мужья которых были кроткими и исполнительными. Они более походили теперь на преданных псов, лишь огрызаясь друг на друга. Справедливость была восстановлена, и каждый нашёл свою семейную половинку.
Баба Яга съехала к своему Кощею. Мать Анны осталась теперь с мужем жить в доме бабушки и внучки. Мама Андрея отправилась с мужем в свой мир, в свою квартиру.
А Андрей с молодой женой после пышной свадьбы укатили путешествовать по другим мирам, предварительно посетив друзей Андрея и познакомив их всех друг с другом, чем вызвали зависть жён товарищей. С работы пришлось уволиться, а друзьям было сказано, что они с Анютой отныне будут заниматься бизнесом и им придётся постоянно разъезжать по делам, не сказав никому, что отныне они поставлены присматривать за мирами, дабы соблюдался баланс равенства между сказкой и явью.