Возвращение

Мансур СУРУШ

«На свете много дорог, но самая лучшая – дорога домой».
Станислав Ежи Лец,
польский поэт и афорист.
Одна семейная пара решила сменить место жительства и переселиться к своим взрослым детям, дочери и сыну, которые давно уже обосновались далеко от родительского дома, в соседней республике. Да и дети настоятельно зазывали отца с матерью переехать поближе к ним, всё лучше чем жить врозь и видеться лишь от случая к случаю.
Наконец муж и жена после долгих раздумий согласились покинуть насиженные места, свитое ими гнездо, что для них на старости лет было не так просто, но другого выбора у них оставалось. Вскоре на их дом нашлись и покупатели, надумавшиеся переехать из другого города. Муж и жена с ними не были знакомы, и торговая сделка состоялась через посредника, который оказался себе на уме и при оформлении документов о своих интересах не забыл.
Собираясь в дорогу супруги то и дело ломали голову над одной загвоздкой, они думали – гадали как быть с Айёрой, куда её девать, на кого оставить. Айёра была кличкой их дворовой собаки, обычной лохматой дворняжки. 
Со временем выяснилось, что прозвище для неё было выбрано удачно. Потому что собака была под стать в полном смысле слову Айёра. А означает оно смекалистая, ловкая, подвижная, непоседливая. Именно этим отличалась псина, которую жена и муж ещё щенком выкупили за бесценок, потому как дворняжка не из знатной пароды, не борзая, приручили её, и уже более десятка лет она жила у них, причём припеваючи, так она изначально стала любимицей и баловнем.
Старик и старуха оказались в затруднительном положении, так как понимали, что разлука с собакой дастся трудно не только им, но и ей, потому как бессловесные твари тоже привязываются к людям, а одомашненные особенно к своим хозяевам.
На семейном совете муж и жена пришли к выводу, что будет лучше и для них и для Айоры, если они заберут её с собой. Не оставлять же друга на произвол судьбы, переживая потом за него.
- У сына есть небольшой, зато свой двор, - сказала старуха. – Вместе с нами там пропишется и Айёра.
На том и порешили. И вот настал назначенный день, подъехала грузовая машина за поклажей. Вместе с ней на борт загрузили и Айёру, посадив на цепь.
А у самих мужа с женой были авиабилеты на руках. Перед тем как машина тронулась, старик сказал водителю и его напарнику:
- Присматривайте за собакой, не то чего доброго попытается выпрыгнуть. Подкармливайте её, ведь путь предстоит долгий. Сутки – полторы точно уйдут на дорогу. А мы вас потом встретим на новом и для нас месте.
Новые хозяева дома ещё не прибыли, и старикам ничего не оставалось, как тепло попрощавшись с соседкой, с которой они прожили много лет рядом, передать ей ключи.
Всё случилось так, как было задумано и запланировано заранее. Старик и старуха поселились у сына, а тот из кожи лезя вон, создал все необходимые условия для их проживания, при этом не забывая и о милашке родителей. Отец с матерью были благодарны своему отпрыску, но Айёра никаких признаков радости не выказывала. Наоборот, вопреки своему веселому нраву, она отлеживалась в дальнем углу двора, словно уйдя свои грустные думы, и не проявляя никакого интереса и любопытства к новому, незнакомому окружению.
«Ничего, привыкнет, - думал старик, видя безысходное состояние Айёры. – А куда деваться…».
Но он обознался. Через несколько дней по утру старик и старуха с удивлением заметили, что Айёры след простыл. Подумали, что псина от скуки, перепрыгнув через стену, пошла прогуляться, побродить, чтобы освоиться с новым местом. И что вернётся вскоре. Но её так и не дождались ни в тот день, ни в другой, ни в третий. Как будто испарилась в воздухе.
А недели через две новые хозяева дома, проданного им стариком и старухой, стали замечать какую-то незнакомую собаку, которая то и дело подбегала к запертым воротам их жилища, подолгу лежала там и жалобно скулила. Её прогоняли, но она возвращалась опять, словно её магнитом тянула сюда.
Когда недоумевающие новосельцы вновь стали гнать собаку, бросая камень ей вслед, старая соседка, увидев это, сказала с укоризной:
- Это вовсе не чужая собака, это Айёра. Она выросла, причём и на моих глазах, во дворе дома, который теперь принадлежит вам. Бывшие соседи увезли её собой в какую-то даль, за тридевять земель, но она, по всей видимости не прижилась на новом месте, удрала, чтобы вернутся обратно. Правильно говорится, лучше своя сторона, чем чужбина, чем тосковать там. Но представьте, какой путь Айёре пришлось проделать, Бог невесть через какие трудности пройти, чтобы добраться до желанного места. Бедняга, ясное дело, истомилась, истощилась в пути. Но вернулась, ведь зря говорят: лучше на родине каменный дождь, чем на чужбине – золото.
Услышав это новые хозяева дома, который еще не так давно рьяно охраняла Айёра, удивились и задумались.
А вскоре они получили письмо из соседний республики, от стариков, с которыми так и не успели познакомиться. После традиционных приветствий получатели прочитали следующее: «Мы пишем вам для того, чтобы вы знали, что пропала наша Айёра. Куда она девалась в неведомом краю, одному Богу известно. Мы долго искали её, но всё тщетно. Для нас это большая потеря. Трудно предположить, но вероятно отправилась туда, откуда её привезли. Ведь и у любой живности душа не на месте, если она вдруг окажется от мест родных вдали хоть с версту, море не бывает без пиратов. Но дойдёт ли Айёра туда, куда её влечет какая-то неведомая сила, сомнительно. Ведь дороги она не знает и может полагаться лишь на своё чутьё. Таким образом пройти не одну сотню километров это далеко не просто, нужно ещё и кормиться, остерегаться, живодёры ещё не перевелись. Но Айёра у нас двужилистая, и если Богу будет угодно, чтобы она добралась туда, где родилась, до земли, к которой она прикипела душой и сердцем, то непременно будет крутиться вокруг теперь уже вашего дома. Если это произойдёт, Бога ради просим вас приютить её, ведь мы сроднились с этой божьей тварью. Для неё это будет подобно дождю во время засухи. Мы за ценой не постоим, а вам воздастся свыше. И еще, помните всегда одну цитату, сказанную Марком Твеном: «Если вы подберёте на улице дворовую собаку и накормите её, она никогда вас не укусит. В этом и состоит разница между собакой и человеком».
Новые хозяева оказались людьми понятливыми и сердобольными. Они поступили именно так, как их попросили старики, а также незамедлительно отправили ответное письмо им, что у тех душа была спокойна за их питомца.
С той поры Айёра стала бегать и прыгать как раньше во дворе, до боли знакомом ей, при этом, радостно визжа и виляя хвостом. Что ни говори, родные стены ещё как родные. Лучше, чем дома, быть не может.