Босфор

     Запах горячих лепешек и жареного кофе я почувствовал, когда рассветный туман еще скрывал спасительную горловину пролива. Не будь Босфора, и было бы Черное море озером. И не было бы на берегах его ни той культуры, ни тех легенд Крыма. Не было бы Одессы.

    Запах! Вот что меня удивляло всегда в иных землях. Каждая сторона пахнет по-своему. Пароходы, когда они в океане, они не пахнут. Все запахи, от камбуза до машинного отделения, выветриваются беспощадными сквозными океанскими ветрами. Это потом, привязанный к стенке, утомленный пароход начинает отдавать все нюансы своих кругосветных впечатлений, медленно остывая от стремительного калейдоскопа событий. Здесь же, на этом бешенном перекрестке, Европа и Азия смешали свои ароматы. И еще звуки. Стамбул жил такой пестрой и удивительной палящей жизнью, что показался мне неземным городом. И это был мой первый город другого мира. Хотя до берега и было метров двести, но водоворот сжигающих смуглых страстей затягивал и оттуда. Пронзительные клаксоны, крики мулов и призывы торговцев казались весьма гармоничными и будоражили мое нутро. И еще этот запах тонких хрустящих лепешек и бараньих котлет, политых горячим оливковым маслом со жгучим перцем. Все это сдабривалось пряным духом Средиземного моря, который все настойчивее тянул к себе.

    Взвинченный Босфор медленно стек за корму, туда же свалился город красных фесок и мы разрезали первую волну Мраморного моря. Вот это название! Гладкое и чистое. И сразу засинели воды. И показалось мне, что пенные разводы бегущие от борта набравшего скорость теплохода и есть мраморные прожилки.
Дарданеллы поразили своей грозностью и неприступностью. Те крепости по обоим берегам, казалось, могут ожить в любую минуту именно на этом закате. Чудилось, будто они замерли на время, отдыхая и могут проснуться в любой миг. Здесь утрясался миропорядок. Какой-то дикий трепет исходил от древних стен. Солнце, бегущее впереди, добавляло синим горам пурпур и он отражался в воде как когда-то пожары тех далеких сражений.

    Я спешил увидеть Средиземное море, но солнце неумолимо опережало нас, безжалостно уходя за горизонт прямо по курсу. Ему надо было согреть остальные континенты.
Но и в кромешной мгле почувствовал , когда мы ступили в те воды. Ветер. Знойный ветер сразу взял нас в оборот. Запел в снастях на высокой ноте. Здесь ему было где разогнаться. Даже высь как будто расступилась. Судно напрягло стальные мышцы, удерживая курс. Ночное небо ослепительно брызнуло брильянтами и упало нам под ноги, закачавшись в раздольных волнах.

    Стоя у борта, вглядываясь в темень, и не мог отделаться от ощущения, что в ушах моих вдруг зазвучали странные языки. Арабский, итальянский, греческий, испанский, французский…другие, населявшие Срединное море, настойчиво лезли ко мне шепотом, перебивая друг друга, как будто быстро крутишь настройку приемника. Сонм народов, обживших эти берега, не давал покоя. Где моя северная родина? Где остались близкие мои? Как далеко теперь все это. Заботы вчерашнего дня канули далеко за кормой. Да и какое может быть вчера, когда впереди открывались такие просторы и тебе было неполных восемнадцать лет…
Вперед, только вперед, ведь этого же хотел, к этому стремился. Но тревога все равно сжимала разум, разрывавшийся между прошлым и будущим. Я неумолимо переходил какой-то рубеж и это привносило беспокойство, но и возврата уже не было. Все произошло. Скорей бы утро, тогда, может быть, исчезнут эти настырные чужие голоса. А новый запах смешавшихся ветров этих земель кипятил мою кровь и разгонял сердце…

далее http://proza.ru/2025/07/14/1282