Любимый сын

Слухи, слухи…
Перед рассветом Нерон наконец смог уснуть, но во сне вновь явилась к нему мать — теряющая рассудок Агриппина Младшая. Ещё весной нанятые советником вавилонские маги не смогли изгнать её из снов молодого императора, и это стоило жизни и преданному слуге, и всесильным халдеям. Может быть, зря он приказал снести в Риме все её статуи? Вытесненная с римских площадей, мать никак не хочет уйти из его снов.

Яды, яды…
Эти модные греческие снадобья — излюбленный инструмент римских политических игр. Жертвенная мать с волчьими клыками — безжалостная, властная, ненасытная. Это её рука — та, что носит перстень Августы, льёт смерть в кубок Клавдия. Мужа, который когда-то сам растил её на своих коленях. Мужа, который по слепой воле судьбы передал венец её сыну. Теперь этот пасынок, любимец Агриппины, взлетевший к вершинам власти на крыльях материнских интриг, император Нерон, решается на страшное — убийство собственной матери.

Романы, романы…
Сын вновь выбирает не тех. Все они лживы, хитры и падки на трон — этим змеям нужен не он, а его венец. Но разве иной была та, что родила его? Юлия Августа Агриппина — развратная, вечно жаждущая соития, ненасытная до страсти и могущества. Она первой накинула на него удавку, первой показала, что ласка — это ложь, а любовь — капкан. И теперь, отдав приказ убить мать, Нерон ищет её в чужих постелях — и тонет в том же огне, которым она выжгла ему душу ещё до рождения.

Интриги, интриги…
Опаснейшая из женщин молодого сладострастного императора — конечно, она, несостоявшаяся невестка. Боги наслали эту толстуху, эту всезнайку Поппею Сабину — наглую выскочку, дочь захолустного нувориша из Пицена. Она смеет оскорблять сына Агриппины, а он, ослеплённый похотью, целует ей ноги и жаждет смерти собственной матери. Но что эта жирная змея против той, кто носила титул Августы, кто правила Римом? Поппея — мимолётная блажь, Агриппина — вечность.

---

Агриппина должна быть умерщвлена.
Но как сделать так, чтобы народ Рима не заподозрил в убийстве матери её любимого сына, своего императора, своего кумира, прекрасного Нерона? Советники нашёптывают: пусть это будет несчастный случай. О, пусть на её голову падут камни. Трижды пытается сын отравить мать — все попытки тщетны.

Наставник императора, командующий флотом, придумывает коварный план: пусть в море корабль Агриппины затонет. И вот, когда корабль-ловушка готов, Нерон приглашает мать на прогулку по Неаполитанскому заливу, обещает ей мир и согласие, произнося во имя матери: «Я живу для тебя, благодаря тебе я правлю».

Стоит звёздная ночь, море обманчиво спокойно. В условленный час с грохотом обрушивается свинцовая крыша каюты — кормчий Креперей Галл раздавлен насмерть, но Агриппину и её служанку Ацерронию Поллу спасают высокие стенки ложа. Корабль не тонет. В панике гребцы пытаются накренить судно, чтобы затопить, но одни мешают другим. Агриппина и Ацеррония бросаются в воду. Служанка кричит, это она — императрица, — и её забивают баграми. Агриппина, раненая в плечо, плывёт сквозь тьму, добирается до рыбачьих лодок. Живая. Целая. Спасённая самой судьбой.

Она понимает всё. Но вместо мести — а ведь могла бы поднять войско, обличить сына перед сенатом — она отправляет к Нерону гонца с известием о чудесном спасении. Даёт ему шанс. Последний. Однако император содрогается от страха: мать жива, мать всё знает, мать может уничтожить его одним словом.

Мать Нерона не хотела умирать.

А великий актёр только начинает играть свою роль. Инсценируя нападение на собственного слугу, он винит в этом мать. Теперь можно всё. Родная мать желает ему смерти, хочет убить его, любимого сына — кто осудит сына, защищающего свою жизнь? Великая роль — роль жертвы. Нерон посылает Аникета, доверенное лицо императора, закончить начатое.

Убийцы врываются в спальню Агриппины. Мать ждёт их.

— Если вы пришли как гости, — кричит она, — то сообщите! Если же для совершения преступления, то я абсолютно не верю в виновность своего сына. Сын не закажет убийства собственной матери. Бейте в чрево!

Убийцы окружают её. Первым бьёт триарх, центурион же наносит последний, смертельный удар. Сам Нерон — великий актёр — появляется в спальне убиенной, чтобы изучить её мёртвое тело, тело родной матери. Он внимательно осматривает все детали убийства и с театральным жестом объявляет:

— Я впервые осознал, насколько красива моя мать!

---

Красавица Агриппина приходит к сыну во сне. Снова и снова выплывает она из морской глубины и, выходя на берег, шепчет мёртвыми губами данное при рождении сыну имя:

— Луций Домиций Агенобарб.