Азбука жизни Глава 5 Часть 374 Как громко молчит!

Глава 5.374. Как громко молчит!

— Это кто так сказал?
—Мама.
—Понятно, Павлик. Учитесь на своей подружке.
—Да, сложно. Ошибок ты никогда не совершаешь.
—Павел, я вмешаюсь, — мягко, но твёрдо вступает Эдик. — Ей их не позволяли делать. Её молчаливое присутствие всегда вызывало раздражение у тех, кто боялся тишины.
—Ой, Эдик! Рядом с такими красавчиками это нетрудно, — отмахиваюсь я, но внутри что-то ёкает.
—Но в твоём детском дневнике намёки есть. Хотя сама ты тогда ещё не понимала.
—Николай, с этим у неё всё было проще, — Влад качает головой, и в его глазах читается та самая братская, почти болезненная прозорливость.
—Что ты хочешь сказать, Влад?
—А то, что некоторые смотрят на меня и думают: «Вот дуры! Это же мои друзья, а они готовы меня расчленить, если что…»
—Так смотрят на меня ребята? — спрашиваю я тихо, и в голосе прорывается неподдельное удивление. — Никогда об этом не думала.
—В этом даже я не сомневаюсь, — говорит Вересов таким тоном, что все невольно смеются. Но смех этот нервный, облегчённый.

Что-то они нашли в интернете. Что-то необычное, резонансное, если снова заводят меня на эту тему. Если снова пытаются вскрыть то, что я годами ношу в себе молча.

— Весело у вас! — раздаётся вдруг знакомый голос в динамике телефона.
—Прилетай с родителями и братиком. Даже вилла свободная для продажи есть, — тут же парирует Влад, переключая тон на лёгкий, почти деловой. — Хотя тебе вся эта недвижимость не нужна. Ты у нас — человек мира!

Человек мира… Да. Дружок мог бы купить себе дом в любой точке планеты. Но он не покупает. Потому что когда создаёшь империи — не из камня и денег, а из связей, идей, влияния, — ты становишься независимым не от места, а от самой потребности в месте. Отношение ко всему — другое. Ты не владеешь миром. Ты просто в нём живёшь. Свободно. Иногда — слишком громко молча.

Я смотрю на их лица — Эдика, Влада, Николая, Павла. Они смеются, шутят, но в их глазах остаётся та самая тревожная нежность, с которой они всегда смотрят на меня. Как на ту, кто умеет молчать так громко, что это слышно даже через океаны. И которая, возможно, именно поэтому никогда не ошибается — потому что каждая ошибка была бы услышана на слишком далёкое расстояние.