Воспоминания о Греции, или Free Your Mind... ч. 3

         

      Через несколько лет после Родоса я отправилась на Скиатос, один из островов архипелага Северные Спорады в Эгейском море. 

«Все нормальные люди едут в Салоники, на Корфу или на Крит, а кто побогаче - на Санторини. И где ты нашла такой? Что это за никому не известное захолустье?» - неслось со всех сторон.
Что и говорить – это и впрямь было одно из живописнейших греческих «захолустий» с кристальной по чистоте водой и стаями цветных рыбок прямо у берега. За пару евро можно было объездить всё побережье острова, а на пять накупить продуктов на несколько дней. В июле там всё «забито» немцами и скандинавами. Хозяйка гостевого дома, в котором я остановилась, постоянно выносившая из номеров груды жестянок из-под пива, всё недоумевала, когда смотрела в мое чистое мусорное ведро. Когда же она узнала, что я русская и тоже с юга, стала каждый вечер приносить виноград и инжир из своего сада.

      Наксос мне запомнился свирепыми, сбивающим с ног, почти ураганными ветрами в начале октября – один такой сорвал и унес в море мою любимую шляпу с самой ошеломительной быстротой, на которую только был способен. От неожиданности я даже не успела возмутиться. Да и что толку возмущаться на ветер!?  На Наксос я больше не вернулась, несмотря на примету, что если потерял что-то в этом месте, то обязательно за этим вернёшься.  Для меня это, скорее, примета наоборот - туда точно возвращаться не надо. В это время года городская набережная совсем безлюдная и лишь редкие фермеры спускаются с гор на рынок раз в неделю, быстро всё продают и так же незаметно и быстро исчезают в глубь острова.  Соседний Миконос - такой же, как Наксос, только внешне более разукрашенный, «глянцевый», с ресторанами, арт-галереями и ночными клубами для модного «jet set-а».

         Между Скиатосом и Наксосом был Санторини. По легендам, когда-то на этом месте затонула древняя Атлантида. Он не столько живописен, сколько экзотичен своими резкими контрастами. Контраст создаётся суровой, тяжёлой, выжженной землёй и «зефирными», милыми домиками-пирожными с лазурными крышами в тон моря, которые выросли на верхнем гребне кальдеры после извержения вулкана.

До сих помню приезд на Санторини около восьми часов вечера двадцать первого июля почти десять лет назад.  На подлёте к острову самолёт начал снижаться. Обычно в момент посадки нужно открыть шторку иллюминатора. Я как раз сидела возле окна, открыла шторку и на меня вдруг хлынул такой поток плотного бархатного золота, что аж стало больно глазам. Всё время до посадки от окна было невозможно оторваться. Солнце здесь даже не садится, а летит на скорости за горизонт - эту скорость ощущаешь почти физически.

Сначала я остановилась в Ойе, городке на северо-западной оконечности острова. Из вулканического пепла, отелей-гротов в скалах и отелей-мельниц сделали одно из самых дорогих для отдыха мест, где туристический конвейер никогда не останавливается: по утрам причаливают, а вечером уходят огромные паромы-ангары с туристами; туда-сюда, вверх-вниз бегают работники отелей и связки навьюченных осликов, перевозящих сумки и чемоданы; любители романтики играют свадьбы с видом на кальдеру. Уж и не знаю, почему сюда едут для свадеб - существует огромное множество мест более красивых и живописных, чем резкие, серо-пепельные берега кальдеры. Чтобы поплескаться в море в жару, нужно проделать «путь ослика» вниз и потом наверх под солнцем по бесконечным ступеням, но и тут вас ждёт разочарование - берег скалист и недружелюбен. 

Фира, столица острова, место ещё более экзотическое, чем Ойя - в дымке, под ветрами, с пустырями полуразрушенных построек, выжженной травы, текущей из-под крана плохо очищенной солоноватой морской водой и лавками, торгующими бусами из вулканической лавы. И снова ослики! На закате чёрно-пепельные берега Фиры окрашиваются в кирпичный, «марсианский» оттенок - из-за этого сюрреалистического пейзажа не оставляет ощущение, что ты на другой планете…

Когда же, наконец, уходит последний паром и стихает шум и гвалт - уже ничто не нарушает тишины звёздного неба и темной глубины кальдеры, кроме эха далекого свадебного веселья с чувственным голосом Индилы, которому подпевает ветер и я:

               … Je remue le ciel le jour, la nuit
                Je danse avec le vent, la pluie
                Un peu d'amour, un brin de miel
                Et je danse, danse, danse, danse, danse, danse…



Июль 2025