Улитки. Часть 11. Нора

Фил бродил по лугу и заметил какую-то ямку, он спустился посмотреть, насколько там темно и глубоко. Поначалу было даже светло, а потом, по мере углубления, нора темнела. Фил подумал, что пробираться по темноте ему не хочется, и повернул обратно к выходу, как тут его схватила чья-то морда. Это оказалась мышь, которая запищала с набитым ртом и, держа Фила зубами за раковину, побежала по норе, в самую темноту. Фил закричал:

– Помогите! Эй, отпустите меня! – но мышь, кажется, его не понимала. – Я несъедобный! – уверял он мышь, но та не слушала, а только утаскивала всё дальше от поверхности земли, стремительно перемещаясь по закоулкам и поворотам длиннющей норы.

Потом мышь столкнулась с другой мышью, наверное, такой же дикой, и они обе запищали и начали борьбу за добычу. Первая мышь обронила Фила, и пока она доказывала свою правоту второй мыши, Фил заполз под какой-то корень, оттуда свернул в боковой ход и быстро, насколько мог, помчался по темноте.

Мышиное пищание осталось позади, затем затихло, и Фил врезался в мягкую шерстяную стену. Ощупал её, убедился, что эта чья-то шерсть, попятился назад. Может быть, этот кто-то спит, и не заметит его?  Тут его схватила чья-то лапка и подняла в воздух. Фил снова закричал:

– А-а, спасите! Не ешьте меня! – и закрыл глаза, хотя и так было темно и ничего не видно.

– Ха-ха! – басом рассмеялся кто-то, кто держал его над собой. – Я не ем говорящую со мной еду, характер такой. Ты что тут делаешь, улитка?

Фил почувствовал как его поставили на землю и от волнения быстро заговорил:

– Я заблудился, я был наверху, увидел нору, от скуки заглянул, потом меня поймала мышь, наверное, она хотела меня съесть, и ей встретилась другая мышь, они начали за меня драться, мне удалось сбежать, теперь я вот перед Вами, я Вас не вижу, простите, как Вас зовут? Меня зовут Фил.

– Понятное дело, что ты меня не видишь, тут под землёй мало кто видит из наземных животных. Я крот Иннокентий. И вообще, я бы мог тебя съесть, будь я дикий, но тебе повезло, я крот начитанный. Ой, хочешь покажу свою библиотеку? Пойдём со мной. Да ты не бойся, – тронул он пальчиком Фила, – Не съем я тебя. Залазь ко мне на загривок, да держись крепче!

Фил вскарабкался кроту на спину, и крот помчался куда-то, сворачивая то налево, то направо на перекрёстках подземных ходов. Крот спросил:

– Ты знаешь песни? Вот такую, например, – и он запел: – Мо-оре, мо-оре, мир без-дон-ный, пе-енный ше-лест волн приб-ре-ежных?

И когда Фил ответил, что не знает, Иннокентий сказал:

– Вот что! Когда придём, я включу тебе её, послушаешь!

Крот свернул в пещеру, из которой шло несколько ответвлений, потом пробежал ещё один поворот и наконец остановился:

– Прибыли. Добро пожаловать, чувствуй себя, располагайся и всё в этом духе.

Крот зашёл первым в какую-то темноту, следом в темноту шагнул Фил и услышал, как позади хлопнула дверь. Откуда здесь дверь, подумал Фил. Затем включился свет –  и Фил увидел гостиную с журнальным столиком, тремя креслами,на полу лежали половички, а на стенах висели картинки с изображением морских берегов, моря с корабликом, лесов и цветочных полянок. Как полагается, в гостиной был шкаф со всяческими статуэтками на полочках. Фил так удивился всему этому по землёй, что стоял неподвижно и только разглядывал мебель.

– Проходи, проходи, ты чего? – сказал крот. – Я пока чайник поставлю.

Фил подошёл к книжному шкафу, за стеклянными стенками которого стояли книжки в разноцветных обложках.

– Они что, настоящие? – спросил Фил то ли сам себя, то ли крота.

– Конечно, настоящие. – Иннокентий хитро посмотрел на Фила. – Ты хочешь спросить, откуда тут под землёй человеческие предметы? Если остаешься моим другом, я расскажу. Может быть. Ну а раз мы друзья, давай пить чай.

Иннокентий принёс из кухни вазочками, в одних вазочках было налито варенье, в других лежало печенье.

– Как удачно я тебя встретил! А то, знаешь, сижу тут один, и поговорить не с кем. Видел этих диких? Никто не знает что такое книги и музыка. О! Вот я сейчас поставлю музыку.

Иннокентий подошёл к тумбочке, на которой стоял виниловый проигрыватель. Снизу тумбочки находился ряд пластинок, Иннокентий выбрал одну и положил её на площадку проигрывателя. Опустил на пластинку иглу, пластинка слегка зашипела и раздалась музыка. В комнате звучали музыкальные инструменты так, будто целый оркестр был здесь прямо в комнате. Зазвучал голос певца, увлекая за собой в воображаемое море, где уже чудились корабли с парусами и песчаные берега, на которых виднелись зелёные растения.