Наследие

     В дебрях одного леса жил старый дубовый пенёк. Поговаривали, что когда-то это был самый высокий и могучий дуб в лесу. Он раскидывал свою густую крону над своими беззащитными соседями. А особенно нуждались в его помощи тоненькие берёзки, которые, словно дети, трепетали своими листочками и клонились в стороны даже от лёгкого ветерка.

     Но время шло. Пенёк совсем сгнил и обветшал, и в чаще его прозвали Трухляшем. Не раз он смотрел на молоденькие липы, дубочки, берёзки и грустил, вспоминая своё прошлое: как когда-то пророс из жёлудя, как радовался первым весенним дням, как гордился своим первым листочком. А когда появился первый жёлудь — от счастья он и вовсе не находил слов! А теперь что? У него даже потомков не осталось. Теперь совершенно один!
     — Не печалься!  — успокаивал бук, который рос неподалёку. — Ты для всех нас  — прадедушка, а все мы — твои дети. Веселись вместе с нами, посмотри, красота-то какая!
     — Спасибо вам, милые дети, но моё время прошло. Кому я теперь нужен, старый  и дряхлый?

     Но однажды Трухляш услышал странный шорох, словно кто-то копошился в сухих, прошлогодних листьях. Он почему-то посмотрел вверх, и, никого не увидев, тихо спросил:
     — Ты кто? — прислушался к шороху.
     — Дрозд, — послышалось.
     — А что ты делаешь? — немножко увереннее спросил птичку.
     — Ищу вредителя для своих деток, — послышалось снова.   
      Трухляш немного помолчал и еле слышно произнёс:
     — А как ты выглядишь, дрозд?
     И тут из сухих листьев вспорхнула небольшая птичка размером со скворца. В клювике она держала червячка.
     — Ой, какой ты чудесный! Настоящий красавец! — воскликнул пенёк. — Наверное, и детки у тебя красивые! А я, к сожалению, остался без потомства. Их  давно спилили, и даже молоденьких дубков больше нет.
     — Не печалься, дело поправится! — ответил дрозд и полетел.
     С тех пор пенёк и дрозд подружились. Каждый день прадедушка ждал птичку, которая приносила ему свежие новости и пела чудесные песни.

     И вот однажды к пеньку прилетели дрозд и его подруга-дроздиха. Они принялись что-то делать в старом дряхлом пенёчке. Но чем именно они там занимались, Трухляш точно не знал. После этого дрозды исчезли и больше не прилетали.
     Как выяснилось позже, птички принесли и спрятали в пеньке маленький жёлудь старого дуба...
   
     Так прошли осень и зима, и настала весна. Снег таял и ручьями стекал в овраги, на деревьях набухали почки, а вокруг радостно щебетало пернатое царство. Трухляш немного загрустил, но вдруг услышал, что совсем рядом что-то шуршит.
     — Что там происходит? — подумал пенёк.
     И вдруг раздался тоненький голосок:
     — Ой-ой-ой! Помогите!..
     Через мгновение голосок снова весело прозвенел:
     — О, всё в порядке, я на свободе. Как здесь красиво!
     — Ты кто? — спросил удивлённый пенёк.
     — А ты угадай! — снова прозвенел голосок.
     — Но откуда мне знать?
     — Вот как угадаешь, тогда покажусь! — ответил незнакомец.

     И Трухляш стал угадывать. Ему хотелось как можно скорее увидеть своего тайного друга, который за это короткое время стал для него таким родным и близким.  И радовалась душа у старого пенька: теперь у него есть друг. А с другом и жизнь веселей!
     Частенько пенёк спрашивал:
     — Ты покажешься мне?
     — Когда угадаешь, — отвечал голосок.
     Однажды утром пенёк проснулся и увидел перед собой… листочек. Маленький дубовый листочек!
     — Ой, а это что? — удивлённо спросил Трухляш.
     — Да это же я, дубочек! — заливаясь смехом, прозвенел голосок.
     — Дубочек… Но откуда? — дедушка от удивления даже потерял дар речи.
     — Да это же я, твой тайный друг. Я — дубочек. Неужели ты не догадался, дедушка? Посмотри на мои листочки!
     У пенька от радости на глазах выступили слёзы. Он даже представить не мог, что когда-нибудь у него снова появится настоящий внук. А если будет внук  — значит, он в лесу не один!

     Теперь Трухляшу было о ком заботиться. Всё свою заботу он отдавал своему внуку: защищал от ветра и дождя, согревал своей заботой и даже пел ему колыбельные. А дубок рос стройным, высоким и крепким. Больше всего хотел он стать таким же, каким когда-то был его дедушка, и верил, что однажды его мечта осуществится.

     Так прошло несколько лет. А вскоре внук подарил дедушке первый жёлудь:
     — Этот жёлудь тебе, дедушка! Пусть он напомнит тебе о твоём первом жёлуде.
     — Спасибо, внучек! — гордо ответил дедушка, и, положив жёлудь в ямку, присыпал его землёй и накрыл листочком.

     На второй год после того, как появился первый жёлудь, дубочек подарил дедушке ещё несколько жёлудей, а потом — ещё и ещё. И совсем скоро вокруг дедушки проросли ещё несколько десятков маленьких дубков — его правнуков. И так постепенно возле пенька начал возрождаться дубовый лес, который когда-то начинался всего лишь с одного маленького жёлудя.

Так мало-помалу то, что казалось ненужным и отжившим, стало началом новой жизни. Настоящее наследие пенька продолжает жить в его потомках.