О двух исцелениях слепых

                Среди многочисленных чудес Христа есть случаи исцеления слепых. Два из них представляют особый интерес. Их нам и предстоит разобрать. Однако перед началом необходимо подчеркнуть, что неподготовленное изучение Библии представляет серьезную опасность для души. Она возникла вместе с первыми попытками толковать Писание в раннем христианстве. Богословская наука знает два метода экзегетики: Антиохийский и Александрийский – по названию соответствующих Церквей. Они положили начало одноименным богословским школам, которые и поныне ведут между собой непримиримые споры. Об их различиях  мы поговорим в следующий раз, а сейчас нам важно отметить главное. Александрийская – делает уклон на аллегорическом, сакральном толковании Писания, полагая, что за его словами скрыто гораздо большее, чем кажется на первый взгляд. Поэтому их буквальное прочтение является ошибкой.
                Антиохийская школа – наоборот, считает, что излишняя аллегоричность и мистика в подходе к толкованию Библии уводит в сторону от событий далекого прошлого и принижает историческую значимость священных книг, чем умаляется Откровение Духа. Поэтому Писание следует понимать прежде всего как деяния Ветхозаветной истории. Оба подхода имеют и свои плюсы, и свои минусы, главные из которых заключаются в том, что адепты Александрийской школы, злоупотребляя аллегориями и мистическим богословием, не придают внимания Ветхозаветным и Новозаветным событиям, считая это не главным, а Антиохийская школа – опуская тайноводческий и глубокий богословский смысл, основное внимание уделяет историческому методу, чем сводит к минимуму Боговдохновенность Писания, превращая богословие в церковно-историческую науку. Для иллюстрации отличия этих школ, обратимся к двум случаям исцеления слепых.
                Матфей рассказывается о том, как Христос с учениками, выходя из Капернаума, после исцеления дочери начальника синагоги Иаира, встречает двух слепых. Они шли за Ним и умоляли: «Помилуй нас Иисус, Сын Давидов!» (Мф.9:27-30). После исповедования веры в Него, Иисус исцеляет несчастных и предостерегает о неразглашении свершившегося чуда. Для нас важно, каким образом Христос возвращает зрение слепым, а именно: прикосновением к глазам. Иисус прикоснулся и слепые прозрели. Именно так и нужно понимать это место, не выискивая в нем какого-то особого мистического смысла, как бы это сделали александрийцы. Например: Господь отверз им очи духовные, и слепцы прозрели для жизни будущего века. 
                В Евангелие от Иоанна мы видим совершенно иное исцеление слепорожденного, которого Христос встретил при выходе из Иерусалимского Храма: «Он плюнул на землю, сделал брение из плюновения и помазал брением глаза слепому и сказал: пойди умойся в купальне Силоам, что значит: посланный» (Ин.9:6-7). В этом случае буквальное толкование чуда исцеления не приемлемо, поскольку оно  не сможет объяснить, зачем Христос плевал на землю. А именно в нем скрыта суть священнодействия, целью которого было не столько исцеление, сколько назидание в истине. Необходимо подробно разобрать этот случай, чтобы понять его суть. Возникает вопрос: а что, Сын Божий не мог одним мановением мысли или прикосновением, как в Капернауме, вылечить слепорожденного? Очевидно, что мог. Тогда, почему Он этого не сделал, а избрал столь странный способ, более подходящий для мага, чем для Бога? Вопрос достаточно сложный, требующий серьезного богословского осмысления.
                Слово «брение» означает лепешку или замазку из пыли (праха), смоченную слюной. Такой жест Христа призван напомнить о сотворении Адама из глины, которая тоже есть земля или прах. Вероучительный смысл брения очевиден: напомнить окружающим о сотворении Богом человека, и показать, что тот же Бог, который сотворил из глины их праотца Адама, пришел в мир, чтобы сотворить снова, но уже Нового Адама. И этот Новый Адам в отличии от Ветхого Человека, прозреет и узрит Свет истины доселе неведомый остальным. Тем самым Христос в очередной раз показывает, что пророчество о Нем сбылось: «Народ, ходящий во тьме, увидит свет великий; на живущих в стране тени смертной свет воссиял» (Ис.9:2). После этого Господь отправляет прозревшего умыться в купальню Силоам, что значит «посланный».
                Онтологическая связь между этими исцелениями  очевидна: Посланник Отца отсылает слепого в источник под названием «посланный». Название источника можно рассматривать в нескольких аспектах. Например, как посланный Богом для исцеления души и тела. Святитель Кирилл Александрийский замечает: «Под "посланным" мы разумеем не другого кого, как на погибель греха и диавольского владычества свыше к нам от Бога пришедшего и посланного Сына Единородного и, признавая, что это Сам Он невидимо носится на водах святой купели, омываемся с верою не в очищение нечистоты плотской, по написанному, но как бы скверну какую и нечисть очей души отмывая, дабы наконец возмогли мы чистые чисто созерцать Божественную красоту».    
                Святитель Филарет (Гумилевский)  (1805-1866), архиепископ Черниговский и Нежинский, видит смысл названия в другом: «Силоамская вода была водой, данной Богом для Сиона (Ис.8:6); но Она же указывала на другую, духовную воду, более нужную для людей, чем Силоам, на благодать Мессии. – Посылая слепца к Силоаму, Господь Иисус давал урок слепцу вдуматься в состояние души своей и приготовиться к принятию благодати, ожидавшей его, к благодати Мессии – Иисуса». В общем, разные мнения перекликаются между собой и все они близки к истине.
                Однако нас интересует, зачем же Иисус отсылает к источнику слепого, если брение уже сделало свое дело? Существует несколько мнений по этому поводу. Мы же остановимся на следующем. Христос – это Свет веры и учения Нового Завета. Силоам – символ Ветхого Завета. Его упоминание относится с XV-XIV вв., до н.э. Еще тогда: «Из Силоамского источника в праздник Кущей брали воду в храм для торжественного возлияния оной на жертвеннике в последний день праздника из золотого сосуда при радостных восклицаниях народа, при звуках труб и кимвалов», – как о том свидетельствует Библейская энциклопедия архимандрита Никифора (Бажанова). Поэтому Силоамский источник всегда почитался у израильтян как святыня. Отсылая слепого омыться, Христос показывает преемственность Ветхого и Нового Заветов, подтверждая, что Он пришел: «не нарушить Закон, но исполнить» (Мф.5:17). Таким образом, Господь отправляет слепого к воде, которая приносилась в жертву Богу. Слепец волей Христа становится жертвенником, на который возливается святая вода, а его вера – приносимой жертвой. Этим чудом Господь как бы говорит: «Верующий в Меня и послушный Мне через исполнение заповедей Моих, прозреет во тьме вечной и обрящет Свет истины, принося Богу: «Сердце сокрушенно и смиренно» (Пс.50:19).
                Таким образом, на примерах исцеления слепых мы увидели два разных метода толкования Священного Писания. Оба они важны и необходимы. Но, если Антиохийский доступен всем, как млеком питающимся, то Александрийский – достояние совершенных, есть опытных в духовной брани, сподобившихся дара мудрости Святого Духа. Попытки самочинно, без просвещения свыше, исследовать Писание в александрийском стиле, выискивая в нем тайные и сокрытые смыслы, приводят либо к ереси, либо к прелести, что в обоих случаях равносильно погибели. Особенно это касается некоторых женщин, эпидемия самочинного богословия которых, в последнее время, распространяется с невиданной скоростью.               
                С другой стороны, буквальное понимание священных текстов ведет в ту же яму. Например: «На Идумею простру сапог мой» (Пс.59:10) или «Если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни» (Ин.6:53). В первом случае незадачливый толкователь Библии впадает в абсурд, ибо ему придется искать у Бога сапоги, а во втором – приписывать Христу каннибализм. Конечно, богооткровенный смысл обоих исцелений до конца останется непостижимым, как непостижим и Сам Господь. Отцы говорят, что Бог открывается человеку в той мере, в какой человек познает Бога. Соответственно, каждый находит свое понимание в Библии, которое, по слову преподобного Максима Исповедника, есть воплощенное Слово. Однако, какие бы выводы исследователь не сделал, они только тогда могут считаться непогрешительными, когда не противоречат Священному Писанию, Преданию и учению Отцов. Даже Христос заповедует принимать за истину только то, что подтверждено разными источниками: «Дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово» (Мф.18:16).  В противном случае, самомнение и самочинное богословие низвергнут любителя богословия в пропасть погибели.