Крест Виктории за пролив Тонкий

События, о которых речь пойдет ниже, происходили в начале осени 1855 года, во время Крымской войны. Они кратко упоминались мною в очерке "Керченские ключи Ростова на Дону", который помещён здесь же, на Прозе.ру. Тогда более подробного описания автор привести не мог по недостатку достоверного материала.  Недоговоренность эта не уходила у меня из памяти, оставалась в уголке души источником беспокойства.   
Работа над очерком « Что есть Крученое Гирло» и следующим за ним «Фата Моргана фея миражей», прибавила исторического материала, освежила память по части   местных природных особенностей северной оконечности Арабатской Стрелки, позволяющих по новому взглянуть на давно прошедшее и забрезжила надежда наконец покончить с давними недомолвками. После дополнительных поисков в интернете, материал вполне сформировался и предлагается читателю.
Итак, всё по порядку:   
В погожий день, пятницу 26 июня 1857 года, с самого утра, лондонцы начали стекаться к Гайд-парку. Уже давно было известно, что в этот день состоится торжественная церемония награждения новой имперской наградой Victoria Cross отличившихся участников Восточной (Крымской) войны.
 Высшая военная награда Великобритании, Victoria Cross (Крест Викто;рии) вручается за героизм, проявленный в боевой обстановке. Крестом Виктории могут быть награждены военнослужащие всех званий и родов войск, а также гражданские лица, подчиняющиеся военному командованию.
 Имеет примерно такой же статус, какой в СССР имела золотая медаль "Герой Советского Союза".  Кавалерам награды предоставлялось право ставить на письме после своей фамилии буквы V.C. (Victoria Cross), им полагалась пенсия. «Лондонская газета» еще в феврале опубликовала список награждаемых. Всего, по итогам войны на всех театрах (Черное море, Балтика, Баренцово море, Тихий океан) было представлено 111 человек.
Для церемонии награждения гвардейские части, общим числом четыре тысячи нижних чинов и офицеров, выстроились в Гайд-парке как на плацу. В парадном строю застыли представители всех родов войск: пехота, кавалерия, артиллеристы, саперы, военные моряки. Награждаемые стояли особым единым строем, рядовые и офицеры. Для многочисленных зрителей заранее были оборудованы места на двенадцать тысяч человек.
В центре построения установили простой стол, на котором разложили новые награды. Королева Виктория в алом жакете, черной рубашке и шляпе с плюмажем, верхом на лошади чалой масти смотрелась по-королевски. За подвиг, совершенный под вражеским огнем, «Крест Виктории» королева вручала лично.
Седьмым по списку награжденных проходил командир канонерской лодки «Рекрут» (на момент совершения подвига), 35- летний лейтенант Джордж (Георг) Дэй.   
Вот что можно прочитать о его подвиге в Википедии: 
"Дэй 17 сентября 1855 года в Генитичах , Крым, лейтенант канонерки Рекрут был высажен на берег с гребной лодки для разведки моста, батарей и артиллерийских катеров на Арабатской стрелке . Он пошел один и, пройдя четыре или пять миль по болотистой земле, иногда по бедра в воде, он подошел к позиции противника в пределах 200 ярдов, где обнаружил, что канонерские лодки, по-видимому, недостаточно укомплектованы людьми и слабо защищены. Он вернулся на свой корабль, убежденный, что внезапная атака возможна, но ему пришлось отказаться от этого плана, когда он вернулся 19 сентября и обнаружил, что противник настороже, а канонерские лодки полностью укомплектованы".
У всякого, наверное, сразу же возникнет вопрос: да что же здесь особенного, где здесь подвиг, неужели героические деяния в том и состоят, что принёс недостоверные сведения, которые сам же потом и опровергнул. Как-то непонятно, да и не особо достоверно, ибо любой, кто знает местность, скажет, что глубин «по бедра» нет ни в мокрых местах самой местности, ни в омывающем её Сиваше, везде не выше колена. Если где и глубже – так это в Крученом Гирле, но там по- горло и никаких вариантов. Есть и ещё несуразности: «… для разведки моста, батарей и артиллерийских катеров…»; объекты эти отстояли далеко друг от друга, разведывать их одновременно нереально, а уж что за зверь такой «артиллерийские катера», для того времени и места вообще загадка. Но это Википедия, тем и известная, что ей верить себе дороже. 
Обратимся- ка мы к источнику более близкому к событию по времени.  «Лондонская Газета» от 24 февраля 1857 года, в этом вопросе более информативна, статья в ней, кстати, написана по следам подробного расспроса репортером самого Дэя: 
 Генитчи, Азовское море, 17 сентября 1855 года, лейтенант Джордж Фиотт Дэй, Королевский флот.
"С большим энтузиазмом и храбростью высадился на берег и успешно провел разведку в тылу врага в Геницках. Эту услугу выполнял лейтенант Дэй с целью выяснения возможности достижения артиллерийских судов противника, которые находились в Геницком проливе. Это было сделано лейтенантом Дей в одиночку темной, но ясной ночью, с помощью карманного компаса.
Пройдя четыре или пять миль по низкому болотистому грунту, иногда по колено в воде, он, наконец, приблизился к судну примерно на 200 ярдов. В полной тишине на борту он был убежден, что они были без экипажа, а когда вернулся, он был уверен, что экспедиция осуществима. Это мнение, однако, заставили его изменить на следующий день из-за возрастающей активности, которая наблюдалась в направлении вражеских судов, и поэтому он решил еще раз посетить это место.
На этот раз ночь была шквалистой, и путешествие было длиннее и труднее, чем раньше. Достигнув места и обнаружив, что вражеские корабли укомплектованы, а их экипажи явно находятся в состоянии боевой готовности, он решил, что о том, чтобы их застать врасплох, не может быть и речи. Лейтенант Дэй был так долго на берегу, что моряки, посланные за ним, сочли его потерянным и вернулись без него. Г-н Паркер, однако, пришел посмотреть еще раз и обнаружил, что Дэй измученный лежал на берегу, и отвез его обратно на корабль, где он в конце концов оправился от воздействия ».
Здесь, правда, тоже не без загадки: "...темной, но ясной ночью". Компьютер указал на полнолуние, т.е. ночь была светла. Может для лондонцев, которым  и белые ночи были не в новость, репортер выразился таким образом.
Газетный репортер сделал и рисунок по рассказам Дея. В те годы фотография не была массовым явлением, газетных фоторепортеров, как таковых, мир ещё не знал и газетные репортажи оживлялись рисунками самих же репортеров. Кстати, на рисунке полная луна.
Разберем подробности, и сопутствующие обстоятельства, которые удалось выяснить по этому делу:
«Артиллерийские суда противника в Геницком проливе» - это «Сивашская флотилия», гребные канонерки(переоборудованные мелкие торговые суденышки) для защиты Чонгарского моста, стояли на якорях в районе нынешнего замостного пляжа (между нынешним мостом и устьем Крученого Гирла). Тут же имели якорную стоянку и уцелевшие мелкие торговые суда. Окрестности якорной стоянки судов безлюдны, хорошо просматривались неприятелем с моря, с высоких корабельных мачт и казалось, суда в проливе были вполне доступны к нападению ночной порой. Первыми соблазнились французы. В лунную ночь 16 июля 1855 г, высадившись из шлюпок на косу Арабатская Стрелка, повёл по берегу пролива толпу своих людей командир французского шлюпа «Чайка» капитан ЛАлеманд. Поскольку они высадились с двух гичек, по вместимости этих малых шлюпок, можно считать численность гурьбы ЛАлеманда человек 12, не более, учитывая, что и в каждой шлюпке пришлось оставить матроса.  На подходе к месту разведенного наплавного моста (где-то напротив нынешнего спуска улицы Пушкина), французы наткнулись на казаков, в ночной стычке капитан был убит, его соратников спасли резвые ноги и в подобные авантюры французы больше не пускались. Но англичане продолжали строить свои планы. По берегу пролива хода нет, значит нужно искать другие пути. К примеру, попытаться пройти к месту стоянки судов кружным путём, по болотистой части местности, с корабельной мачты она смотрелась вполне проходимой, несмотря на множество мокрых мест и мелких лиманчиков, т.е. просто луж.   Казаков там точно уж не встретить. Британцы попытку конечно же сделали, может даже и не одну, это предсказуемо. Местность (нынешний Крачиный остров) действительно болотиста, но не очень то и топка, вполне можно было бы пройти, если б не одно обстоятельство. Вся болотистая часть являлась местом массового гнездилища крачек. Крачки не допускают никого на свою территорию, они поднимаются в воздух, тучей вьются над незваным пришельцем, угрожающе пикируют на него и поднимают крик, слышимый на много сотен метров. Автор неоднократно убеждался в этом на собственном опыте, посещая остров Верблюжий, где ныне гнездятся чайки. О скрытности прохода и думать нечего, птицы ведут себя так не только днём, но и ночью, при луне, а ведь англичане выбрали для разведки именно полнолуние. В общем, выяснилось, что этот вариант неосуществим. Оставалось последнее: если попробовать пройти по мелководью вдоль южного берега острова Крачиный, где воды не выше колена, потом извилистой протокой Крученое Гирло (так оно смотрелось), выходящей в пролив, то можно было надеяться, не потревожив крачек, скрытно подобраться к объекту наблюдения. Путь длинный, но давал возможность подойти к судам, можно сказать, с тыла. С тем и пошёл в разведку наш лейтенант. Всё так и получилось, как надеялись, разве что «протока» (Крученое Гирло) оказалась глубокой, по- горло. Зато, он смог приблизиться к судам ближе 200 метров, хотя из-за опасности быть замеченным, наблюдать пришлось не поднимаясь выше колен. Именно так нарисовал его репортер Лондонской Газеты. Эта невзыскательная газетная картинка весьма информативна и довольно точно передаёт ситуацию. На ней изображена вполне на своём небесном месте для такого времени суток луна, виднеющиеся в море пароходы служат дополнительными ориентирами и вкупе с тем, куда обращено лицо самого разведчика, притом зная, что до русских судов менее 200 метров, рисунок позволяет сделать однозначный вывод: лейтенант ведёт наблюдение именно с берега Крученого Гирла. На картинке он плотно одет, на ногах сапоги, учел, значит, сентябрьские реалии. Ещё один момент – мы видим домишко, которого не могло быть на болотах. Видимо, строение играло важную роль в этой истории и репортер решил всё же втиснуть его в рисунок, изобразив, насколько мог дальше. Домишко этот мог быть на косе, в четырёх километрах от Геническа, где природный ключ, во всяком случае, по свидетельствам более позднего времени, там стояли даже два дома. Немного дальше, на пятом километре косы, согласно карте того времени и вообще располагался хутор и был более многоводный ключ. А этот домишко мог служить маяком союзникам при высадке с моря, а разведчику – исходным пунктом маршрута и ориентиром при возвращении из разведки. Англичане, конечно, уходя разрушили все, они всю Арабатскую Стрелку превратили в пустыню, потом уж люди заново отстраивались. Но, вернемся к нашему лейтенанту. Вернувшись из разведки, он доложил, мол, признака команд на судах нет, всё благоприятствует налёту.
Налёт, однако, не состоялся, ибо, как пишут англичане, дневное наблюдение с мачт, обнаружило активность у русских судов. Через два дня лейтенант отправился в разведку снова, провёл там всю ночь и до такой степени был на этот раз изможден, что   свалился без сознания, едва выйдя на косу. Что же довело до такого состояния бывалого морского волка, неплохо экипированного и в отнюдь не холодное время года? Наверное, не сивашское мелководье, где вода ниже колена, тут однозначно многочасовое пребывание по горло в воде Крученого Гирла, вперемежку с пребыванием на холодном ветру. Он тяжело заболел, по болезни отставлен от командования кораблём, целый месяц его выхаживал эскадренный врач. По принесенным им последним сведениям, у канонерок в проливе хорошая охрана, нападение невозможно. На этом всё закончилось, более ничего британцы не предпринимали. И вот тут вопрос, так за что же лейтенант получил Крест Виктории, образно, по нашему, стал «Героем Советского Союза», ведь воинский подвиг подразумевает достигнутый героическими усилиями результат, подвижку в деле, так в чём подвижка? Боюсь, что единственное осмысленное объяснение состоит в том, что лейтенант открыл для англичан существование глубокого и широкого Крученого Гирла, через которое открывался доступ в пролив Тонкий. Англичане широко применяли в той войне боевые действия отрядами вооруженных шлюпок, напрактиковались быстро перетаскивать шлюпки поперек косы, заимели опыт плавания по Сивашу шлюпками и могли возлагать на Крученое Гирло определенные надежды. То есть, перетащив шлюпки с моря через Промоину в Сиваш, там каких то 20 метров, они по мелкой сивашской воде дотащили бы их до Крученого Гирла, получив тем самым доступ в самую незащищённую часть пролива Тонкий. И путь к Чонгарскому мосту был бы открыт. Можно было и просто сделать перекоп в Промоине, для прохода шлюпок, сотня матросов в течение 2-х часов вполне справились бы. Очень похоже, вторая разведка лейтенанта главным образом и была направлена на подробное дообследование «гирла», то-то разведчик так был измождён. В таком случае, его высокая награда более оправдана, по сравнению с жалким, по сути, официальным объяснением. Собственно, официальная версия просто маскирует факт получения англичанами сведений о Крученом Гирле. Что- то схожее произошло с награждением Крестом Виктории командира канонерки «Везер» Коммерела. По официальной версии, 29 сентября 1855 г. он со своими людьми высадился на Арабатскую Стрелку напротив устья Салгира, «…после тяжёлого и опасного путешествия они достигли цели-склада зерна и подожгли его». При этом, чуть не попали в плен, но обошлось. Как выяснилось, сожгли англичане не «склад зерна», а «склад фуража», как они называли стога сена. Так что, речь может идти всего лишь об одном – двух стожках сена. И ради этого «тяжелое и опасное путешествие»? И за это – «Герой Советского Союза»? По пристальному рассмотрению оказалось, что этот участок Сиваша, где находится устье Салгира, и который называется «Шакалинское сужение», является бродом с центральной части АС на собственно полуостров. Англичане провели разведку брода с выходом на противоположный берег, т.е. обследованием предполагаемого плацдарма, и это куда более важный результат и гораздо весомая причина для награждения, нежели воровской поджог стожка сена. Здесь также усматривается стремление официальной версией замаскировать произведенную разведку, имеющую важное значение.
И оба этих случая, вместе взятые, смотрятся как подготовка к вторжению в северную часть Крымского полуострова, с целью перехватить пути сообщения Крыма с материком, уничтожить Чонгарский мост. Такие были перспективы этой войны. К счастью, она вскоре закончилась.
 А что же Джордж (Георг) Фиотт Дэй, чего достиг он к концу своей военно-морской карьеры? После похода по Крученому Гирлу, он смог протянуть на службе ещё 12 лет, но в конце концов ушел в отставку из-за плохого состояния здоровья, в звании капитана, в возрасте 47 лет .
Такая, вот, страничка истории пролива Тонкий и его протоки Крученое Гирло.