Глава 10

В проёме стояла Лин. Возмущённый взгляд профессорской племянницы сверкал зелёными стёклышками.
– Алина, детка, – растерялся профессор, –  мы пока только обсуждаем…
– Не надо ничего объяснять! – остановила она его жестом. – Я всё слышала. Вы решили от меня избавиться.
Лебедев приподнял зад от стула.
– Ну зачем ты так? Уезжают все. И рабочие, и я, и Вадим вот…
– Не держите меня за дуру, Борис Анатольевич! Вы с Вадимом остаётесь помогать этим!
Она метнула уничтожающий взгляд в сторону гостей. Росс невольно выпрямился. В поисках поддержки Лебедев беспомощно посмотрел на собеседников, но те словно воды в рот набрали.
– Лин, – попытался он её успокоить, – но нельзя же быть такой упрямой…
– А бесполезной, значит, можно?!
– Алина Николаевна, – сдержанно начал Север, – если вы действительно слышали наш разговор, то должны понимать, что мы приехали не развлечения ради.
Девушка повернула к нему лихорадочно горящее лицо.
– Завтра сюда прибудет спецтранспорт, – невозмутимо продолжил тот. – Раскопки прикроют, оборудование вывезут, лагерь свернут. Уедут все рабочие и специалисты. Ваш дядя со своими коллегами останутся, потому что в их знаниях может возникнуть острая необходимость. А ещё здесь будет голая пустыня и отряд вооружённой охраны. Что вам тут делать? Не стоит так рисковать, а также испытывать чужое терпение. В глазах окружающих это выглядит неразумно. – Он с раздражением отбросил карандаш на стол. – Да просто глупо.
Все затаили дыхание, не зная, чего ожидать (под потолком, перелетая из угла в угол, прожужжала муха), но ответа не последовало. Лин как-то сразу сникла, обвела всех несчастным взглядом и, поджав губы, молча покинула шатёр. Четверо мужчин с облегчением выдохнули.
– Пожалуй, на этом всё, – подытожил Росс. – Ложитесь спать, профессор. До прибытия команды остались считанные часы.
Они с Севером дружно встали и направились к выходу. Едва они отошли от шатра, напарник спросил:
– Ну чего, Эдька, считаешь, удалось их как следует напугать?
– Завтра посмотрим. Лишь бы не передумали.
– Лишь бы не разуверились.
– Лишь бы у них не было повода убедиться воочию.
– Ах-хах, это точно.
– Так-то мы не соврали. Ну не сказали всей правды, чего уж.
Росс несдержанно хохотнул и кашлянул в кулак.
– Ладно, пошли, а то не поймут.
– А Ситник, Ситник… – мотнул подбородком Север, – вот борзый сучёнок.
– С этим будут проблемы, – согласился Росс. С шорохом утрамбовывая песок, они подошли к фургону. – Да, кстати, а чего ты там нёс по поводу особых аспектов работы и неловкого положения?
– Я блефовал.
Эд обернулся на задёрнутый полог и ухмыльнулся:
– И, кажется, сблефанул удачно.
– Всегда работает.
…

Уснуть так и не удалось. Спустя час Росс выбрался из фургона. Неспешно обошёл лагерь, прислушиваясь к таинственному шёпоту пустыни, остановился у навеса и прислонился плечом к столбу. Курить хотелось неимоверно. Он вытащил сигарету, помял, провёл под носом и сунул обратно в пачку.
Полог профессорского шатра отогнулся. В треугольном проёме тёплый оранжевый свет обрисовал силуэт Лин в наброшенной на плечи курточке и с кружкой в руке.
Стоящий в темноте Росс с удовольствием наблюдал за девушкой. Вот она подошла к баку, сдвинула крышку. Затем наклонилась, демонстрируя плавный изгиб обтянутых джинсами бёдер, зачерпнула воды и поднесла кружку ко рту.
Пора объясниться, решил Росс и вышел на свет, заставив Лин вздрогнуть от неожиданности. Кружка в её руке заплясала, и с подбородка на грудь щедро плеснула вода. Куртка слетела с плеч.
– Слушай, давай поговорим спокойно, – начал он миролюбиво, но тут же замолк. От девушки исходили хорошо ощутимые волны напряжения.
– Я не хочу с тобой разговаривать, – буркнула Лин и нагнулась за курткой. Утерев воду с подбородка, она подняла на Росса обвиняющий взгляд. – Ты всё скрывал от меня. Врал!
– Я не врал!! – возмутился он.
– Ну да! Просто не сказал всей правды. Хм… интересно, ты по-прежнему самый обычный парень из самой обычной семьи, выросший в сибирской таёжной деревеньке? Ничего не забыла? Ах да-а… маленький Эдик уже в детстве мечтал стать путешественником, а, когда любознательный мальчик вырос, понял, что другой возможности увидеть мир, кроме как пойти в наймиты, у него не будет. Кем ты и стал! А между делом подрабатываешь оператором погрузчика на овощебазе.
Из темноты прилетел далёкий смех. Росс безучастно посмотрел на палатку рабочих.
– Хоть кто-то сохраняет бодрый настрой, – пробормотал он себе под нос.
– Что?!
– Лин, – он сделал к ней шаг, намереваясь взять за руки, – погоди ты, не заводись. Давай адекватно…
– Что-о?.. – опешила она и отступила. Взгляд брызнул калёным железом. – Я ещё и неадекватная. А ты!.. Ты…
Она начала задыхаться от возмущения и обиды. Росс с трудом отвёл глаза от груди, в подробностях обрисованной мокрой футболкой.
– Психолог хренов!
Фыркнув, она швырнула кружку в сторону бака. Та со звенящим грохотом проехалась по металлу и улетела за штабель досок. Зло выплюнув что-то неразборчивое, Лин торопливо направилась в шатёр.
– Вот это штучка! – нарисовался из темноты Север и ленивой походкой подошёл к Россу. – Жаль будет, правда? Славная девочка, хоть и колючая не в меру. – Склонив голову набок и наблюдая за уходящей Лин, он пихнул Эда локтем в бок. – Да ты ведь любишь таких воспитывать, а?!
Беззлобно рассмеявшись, он поддел берцем камешек и, бубня под нос какой-то простенький мотивчик, направился к стоянке автомобилей.
Росс проводил Алину задумчивым взглядом, пока тоненький силуэт изящной змейкой не скользнул за полог, и, зевнув, тряхнул головой.
– Не в этот раз, Дима. Тебе ли не знать об этом.
И направился следом за напарником к фургону.

***

Через три часа с небольшим в сонную тишину вторгся мерный далёкий гул, и в блеклом рассветном небе появились два вертолёта. Они сели неподалёку от стоянки, вздыбив песчаные облака. Из первой вертушки выгрузилась дюжина увешанных оружием бойцов и сгрудилась вокруг смуглого поджарого усача с резкими чертами лица.
– Хасан! – проорал Север, привлекая внимание командира.
Подошедший Росс приветственно махнул обернувшемуся усачу.
– Давай, Дима, ориентируй. А я пока объявлю сборы.

По прошествии ещё трёх часов территорию лагеря стало не узнать. Шатры и палатки, кроме одной, свернули. Навесы стянули, оставив центральный. Контейнеры и баки сдвинули в один ряд. Около грузовиков выстроились штабеля с инвентарём. Насосы, генераторы, катушки с проводами и шлангами, бытовой набор и продукты с долгим сроком хранения складировали в будки до возобновления работы экспедиции.
Все ценные находки и дорогостоящее научное оборудование решено было вывезти в Каирский центральный исторический музей, где Ассоциация арендовала одно из подвальных помещений. Подготовленные коробки и пеналы собирались отправить одним рейсом с собаками уже после того, как вывезут людей.
Лин находилась в салоне вертолёта и, уткнувшись в планшет, ожидала отправления. Напротив расположился Ситник. Сидя вполоборота к девушке, он наблюдал в иллюминатор, как поднятый ветер треплет навес и стоящую рядом палатку. Большая армейская, сейчас, среди поднятой суеты, она смотрелась сиротливо и бесприютно.
В небе носилась рыжая пыль. Со всех сторон скрыв от лагеря горизонт, высилась непроглядная кольцевая стена. За прошедшие часы она уплотнилась, потемнела и благодаря пробегающим по поверхности вспышкам приобрела холодный сизый оттенок.
Снаружи Буру подгонял рабочих, раздавался стук инструментов и лаяли взбудораженные собаки. Мимо вертолёта пробежал Мунаш с походным мешком в руках. Росса с Севером нигде не было видно.
В салон заглянул профессор.
– Алина, готова?
– Готова, – буркнула девушка, делая вид, что погружена в чтение.
– Как заселишься, набери меня, – заискивающе попросил учёный. Лин промолчала. – Или Марго…
Девушка резко оторвала взгляд от планшета.
– Марго остаётся? – спросила она, изучая родственника глазами-щелочками.
Брови Лебедева скакнули вверх.
– Нет-нет, – зачастил он. – Она улетает одним из вечерних рейсов. Прошу на случай, если… э-э… днём буду недоступен.
Лин обвалилась на спинку сиденья.
– Марго остаётся, – заключила она. – Я. Так. И знала.
Она вновь опустила глаза на планшет. Вздохнула. И без эмоций произнесла:
– Хорошо, сообщу.
Вадим собрал лицо в узелок и кивнул: будьте спокойны, проф. Лебедев неуверенно потоптался на месте и пошёл заниматься своими делами.
…

Проплывающая под брюхом вертушки пустыня враз потеряла для Алины всю привлекательность. Девушка глянула на Ситника и сквозь рокот двигателей громко позвала:
– Вадим! Ты где-нибудь раньше такое видел?
Ситник посмотрел в иллюминатор. Посреди золотистой равнины чётко выделялось тёмное кольцо со свинцовым отливом. Клубы поднятой пыли удерживала на месте непонятная сила. Он глянул на Лин, пожал плечами и снова уставился в иллюминатор. Лин вздохнула и сунула руку в сумку.
– Связь! – воскликнула она вдруг. – Вадим!
– Что?
– Связь появилась. – Алина покрутила мобильником. На экране, демонстрируя обнаруженную сеть, мигал уровень сигнала. – А там не было, – указала она в иллюминатор. – Связи нет только внутри кольца. Странно, да?
Ситник отстранённо посмотрел на пустыню.
– Наверное, они правы.
Лин нахмурила лоб:
– В чём правы?
– На счёт активированного артеф…
Осекшись, Вадим выпрямил спину и медленно развернулся. Огоньки в глазах девушки дали понять, что он совершил большую глупость, нечаянно сболтнув лишнего. Мозги усиленно заработали в поисках объяснения. Но в голову как нарочно ничего вразумительного не приходило.
Закинув ногу на ногу, Лин переплела на груди руки и строго посмотрела на молодого учёного.
– Вадим? – позвала она требовательно. – Внизу не просто древний город, да?
Он натянуто улыбнулся и забегал глазами по салону.
– Вадь, ну ты-то не будь, как все. Говори уже, какую тайну от нас скрывают эти… – метнула она взгляд на иллюминатор, – совершенно посторонние люди. – И, сдвинув брови, предупредила: – Я не отстану, ты меня знаешь.
Сообразив, что дальше утаивать секрет «рваной» реальности не получится, Ситник вкратце изложил суть ночного разговора.
– Я не должен был говорить об этом, – мрачно сообщил он в конце. – Надеюсь, ты не подведёшь меня под монастырь?
– Да ты что! – положила она руку на грудь. – Конечно, нет. Буду молчать как рыба. Обещаю.
Девушка выглядела искренней. Только щёки наливались нездоровым румянцем.

«Артефакт…
Древняя высокая технология и…
иная реальность?..
?
??
???
Боже!.. Б-о-о-ж-е-е!!!
Какое невероятное открытие…»

С горящими щеками и гулко бьющимся сердцем Лин отвернулась к иллюминатору и сощурилась: «Так, так, т-а-а-к…»