Отрубленый палец!

Хаджисмел Варзиев достаточно рано оставил карьеру танцовщика-солиста, на пике своей популярности, в тот период, когда руковосдство главного ансамбля Северной Осетии  в конце 1960 года передало ему почти все ведущие партии репертуара.

А уже сразу после учебы в ГИТИСе, на 3-ем курсе Хаджисмелу Варзиеву решением худсовета правительства республики было предложено официально вступить в должность главного балетмейстера. Почему сразу? Основанием была успешная постановочная работа в периоды студенческой практики, когда будучи студентом Варзиев готовил концертные  программы и номера.

Первая подготовка началась в 1965 году для гастрольного тура по городам средней Азии и Казахстана, затем в 1966 году - в Ленинград и Ленинградскую область, в 1968 году в Болгании, в 1969 году - к фестивалю "Русская Зима" и т.д.

Именно в студенческие времена в репертуаре ансамбля "Алан" появились авторские постановки Хаджисмела Варзиева, такие как "Танец колхозных чабанов", "Поединок", "Шой", "Мать" и другие.
   
Так вот, на 3 курсе ГИТИСа, имея за плечами колоссальный опыт успешного танцовщика, прошедшего боевое крещение артиста и вдоволь "нахлебавшись" из чаши танцевального искусства,  Хаджисмел стал главным балетмейстером ансамбля.

А уже через год, на 4 курсе ему на совещании ОБКОМА партии передали "в придачу" должность художественного руководителя. А уже в конце 1968 года Хаджисмел Варзиев на правах своей должостных полномочий, дал ансамблю название "Алан".   

О боевом прошлом Хаджисмела Варзиева знали все ветераны 1го, 2го и 3го поколения ансамбля Северной Осетии, которые работали в ансамбле в конце 50-х начале 60х годов 20 века. И за такое непререкаемое прошлое, его с великим почтением уважали и ему безоговорочно доверяли. Часто наперебой вспоминали всевозможные ситуации на гастролях, в которых Варзиев фигурировал, как главный персонаж.

Но, тех, кто помнил один случай, уже сегодня нет на этой земле. Именно об этом случае чаще всего вспоминали и рассказывали ветераны, когда в определенный момент каждый рассказчик показывал на свой указательный палец правой руки и говорил: «А вот здесь у него есть несмываемая метка!».

Рассказ касался сюжета о незабываемой сабельной рубке Хаджисмела Варзиева с Гамидом Чихтисовым в четыре руки с промежуточными пируэтами, когда во время одного из выступлений, прямо на сцену упала фаланга указательного пальца, которую Гамид  отрубил с правой руки Хаджисмела... Именно отрубил...

На том ответственном гастрольном концерте, кто-то из танцоров незаметно подхватил упавшую на сцену фалангу пальца и так же незаметно бросил за кулисы. По рассказу рабочего сцены, кто-то протянул смятый целлофановый пакет, кто-то в буфете взял сухой лёд у продавщицы мороженного, а сам пакет завернули в тряпку.

Хаджисмела, вбежавшего за кулисы, "приняли" сотрудники сцены и начали перетягивать предплечье. Кровотечение остановили, скорую вызвали и Хаджисмела привезли прямо на операционный стол. Операцию сделали оперативно, фалангу пришили, но форма пальца осталась слегка изуродованной. Клинок задел сустав фаланги и фаланга больше не могла выполнять свои функции.

Важно учесть тот факт, что раньше реквизит был укоплектован не из бутафорских, а из самых настоящих сабель, но намеренно затупленных. Но от постоянных ударов, на саблях образовывались глубокие стальные достаточно крупные острые заусенцы.
   
Когда "скорая" ехала, Хаджисмел всё время твердил одно и тоже: "Кольцо, там осталось кольцо…". Кольцо, о котором Хаджисмел не прекращал твердить, было обручальным, которое спасло в момент удара от травмы два других пальца, средний и безымянный. Это обручальное кольцо было перерублено почти насквозь. Кольцо нашли сразу после концерта... Оно лежало у авансцены и, уже потом осталось храниться вместе с саблей, как семейная реликвия...

Вот таким был один из многочисленных фрагментов "боевого" танцевального прошлого Хаджисмела Петровича Варзиева.