Тропой мертвеца

                авторы: Алексей Чипизубов, Ильяс Найманов
                ТРОПОЙ МЕРТВЕЦА
                Пролог
Зона отчуждения - отравленная земля, населенная опасными созданиями – мутантами, приспособленными к жизни в условиях повышенного радиационного фона, множества аномалий, кислотных дождей и всепожирающих «Выбросов». Земля, где опасность таится на каждом квадратном метре под ногой человека. Человека, который принял решение прийти в эту проклятую землю, поставив на кон всё самое дорогое, что так бережно хранил все свои прожитые годы, воспоминания, моменты счастья, любовь родных и близких людей, а самое ценное жизнь.
Что же заставляет изо дня в день всё новых и новых людей пересекать охраняемый периметр Чернобыльской зоны отчуждения? Что они ищут в этих гиблых местах или от чего хотят уйти? Жажда наживы? Вера в светлое будущее…Светлое будущее в том месте, куда сложно войти, и никто не знает о вышедших?
Множество людей по всему земному шару открывают для себя вселенную Чернобыльской зоны отчуждения, погружаясь в мир полный опасностей на клочке земли где легко попираются все законы большой земли, включая элементарные законы физики, но есть свой… свой закон, который чувствует тот, кого зовут Сталкером.
Множество авторов ведут своих читателей, зрителей по этой суровой земле, заставляя представлять себя одним из героев их повествования, сопереживать, радоваться и плакать, злиться и грустить, проходить испытания выбором вместе с людьми, называющими себя Сталкерами …

Глава 1. Михайлов
Две тысячи шестнадцатый год выдался для Алексея Михайлова особенно сложным. Освободившись из мест лишения свободы, он долго искал работу в своём захолустном городишке Омской области. Набор рабочих профессий, которым он обучился в ПТУ, отбывая наказание, лежал мертвым грузом в виде дипломов, свидетельств и прочих документов, необходимых при трудоустройстве. За те три года, что он провел в зоне, на «воле» многое изменилось, даже захудалые предприятия, испытывающие кадровый голод, обзаводились службой безопасности, которая при первых же проверках кандидатов, претендующих даже на рядовую должность, не рекомендовали к приему на работу «у;рок». Скудных заработков от шабашек не хватало Михайлову, чтоб просто выживать, оплачивать счета ЖКХ, покупать самую простую одежду, продукты, не говоря уже о каких-то радостях. Каждый его день начинался со звонков представителей микро финансовых организаций, настойчиво требующих вернуть долги и накапавшие по ним проценты.
На момент освобождения Михайлов достиг 30 летнего возраста. Когда-то атлетически сложенное тело, от перенесенного туберкулёза, изнуряющих физических нагрузок и скромного питания высохло, стало худощавым и жилистым. Его рост в 180 сантиметров визуально не выделялся из-за сутулости и постоянно опущенных плеч. Русые коротко стриженые волосы, средней высоты лоб с небольшими морщинами, среднего размера глаза с зелёной радужкой, прямой нос, выдающиеся на фоне истощения скулы и немного впалые щеки, в меру прилегающие уши, тонкие губы на фоне круглого подбородка гармонично дополняли друг друга, вырисовывая портрет Михайлова.

После того как Алексей кормил завтраками кредиторов, иногда добавляя к их завтраку пару тройку хренов, он завтракал сам неизменным меню в виде бич-пакета с лапшой быстрого приготовления и отправлялся на очередной поиск работы.
К вечеру, после тщетных попыток и обещаний отделов кадров перезвонить ему, Михайлов одевал пропахшую по;том и белую от соляных разводов робу и плелся на железнодорожный вокзал, где на запасных путях стояли грузовые вагоны и толпа таких же, как и он отвергнутых обществом изгоев. Разгрузка вагонов давала хоть какой-то стабильный пусть и мизерный заработок, которого хватало, чтоб не протянуть ноги. Да и часть этих копеек приходилось отдавать бригадиру грузчиков, поскольку именно благодаря «бугру», удалось залезть в бригаду неофициально.
«Без огорчух, Лёха, не я это придумал и не мне менять. Не буду с «диких» брать самого выпрут на улицу», - говорил бригадир при расчете в конце смены.
Лёха лишь понимающие кивал, брал деньги, и еле волоча ноги, шёл в свою маленькую квартиру, которая вот-вот может стать не его...Труд грузчика был тяжёл и не привычен, и в первое время мышцы просто кричали от боли, а на утро было невозможно встать и приходилось сползать с кровати, опираясь на четыре кости, ползать черепахой по квартире, пока боль станет терпимее и только потом приобретать состояние человека прямоходящего. Межпозвоночные грыжи и протрузии стали его вечными спутниками. На противовоспалительные и болеутоляющие медикаменты денег не хватало и приходилось терпеть ноющие изо дня в день боли. В дикой бригаде Алексей чувствовал себя, что называется «в своей тарелке», никто не относился к нему с отвращением, не считал его ниже себя, все были в равных условиях. Все просто пытались выжить. В промежутках между работой мужики сидели у весовой и убивали время за разговорами, попутно пили чай, курили, травя шутки и анекдоты.
Алексей обычно сидел в сторонке лишь изредка поддерживал разговор и то только тогда, когда обращались именно к нему, от чая всегда отказывался, хотя и очень хотелось. Лагерь прочно вошел в его сознание, и некоторые устои жизни «за колючкой» он взял за правила. Нет ничего положить на общий стол – то и не подходи, Михайлов давно понял, что халявы в жизни не бывает и за всё рано или поздно придется заплатить, а платить ему было не чем. Лишь с одним человеком из бригады он нашел общий язык, мужичком лет пятидесяти, ниже среднего роста, жилистого и абсолютно седого. Собственно, так все к нему и обращались - «Седой». В одной из бесед Седой, после обильного принятия горячительного, пару бутылок, которого было успешно прихватизировано им при разгрузке вагона и в последующем списанных чутким бугром «на бой», начал вещать о своей судьбе, о том, что он когда-то был вольным сталкером, об артефактах, аномалиях, выбросах, мутантах и прочих непривычных для слуха Лёхи вещах. Мужики говорили, что мол «свистит» Седой, но что-то неуловимое в рассказах Седого не давало Алексею отвернуться как другим и махнуть рукой.
Услышанное от Седого о Зоне отчуждения воспринималось Алексеем как фантастический фильм, снятый режиссёром с «поехавшей кукухой», однако Михайлов лишь молчал и слушал подвыпившего коллегу по цеху. Вернувшись домой, Михайлов принимал душ, благо воду ему еще не отрезали, и добравшись до кровати моментально засыпал, чтоб завтра начать выживать заново. Все было предсказуемо до тех пор, пока в одно не прекрасное утро, его не разбудил его продолжительный противный дверной звонок, больше напоминающий верещание некоего тушкана из рассказа Седого, сопровождающегося ударами в дверь.
Гостей он явно не ждал, еле продрав глаза, и усевшись на край кровати, натянул трико, направился открывать дверь утренним визитёрам. Открыв дверь, Алексей с удивлением встретил на вид интеллигентного мужчину, одетого в классический деловой костюм серого цвета. За его спиной стояли два мордоворота. Подобный тип людей «Быков» он знал еще по зоне, с колючкой. Такие, глядя в глаза, могут деловито ломать пальцы, покуривая сигарету, либо выкручивать сустав, спокойно ожидая характерного хруста.  Сколько веревочке не виться, а все равно конец придет, сказали ему ранее по телефону, и вот теперь он понял, что его веревочка закончилась. Сейчас работа с кровью, прижиганием вышла из моды. Пачкаться не хотели даже эти. Объяснения были не сложные. В случае благоприятного для коллекторов исхода, вывих могли вставить на месте, а если клиент будет баловать, так сустав можно выкорчевывать неограниченное количество раз, внушая, таким образом, чистую, эффективную и понятную клиенту установку.
Алексей понял это интуитивно, только взглянув на их обезображенные интеллектом лица.
- Михайлов Алексей Юрьевич, 1986-ого года рождения? - начал диалог интеллигент.
Лёха неуверенно кивнул.
- Я представляю коллекторское агентство «Содействие», и хочу поздравить, что больше вас не будут беспокоить звонками с требованиями об уплате долгов, процентов и прочих обязательств, мы выкупили ваши долги, - продолжил пиджак.
«Ну, ****ный в рот, на *** я открыл», - пронеслось в голове у Лёхи, прекрасно понимая, что закрытая дверь отсрочила бы этот момент минут на пять.
- Наше агентство предлагает вам решение нашего финансового недопонимания следующим образом. Вы передаете нам право собственности на ваше жилище и идете путешествовать, погрузившись в мир полный свободы действий, без всяких обременений.  Мы оказываем вам бесплатную услугу по оформлению всех необходимых документов. От вас требуется только поставить несколько подписей, - сказал интеллигент, вынимая из папки листы с текстом договора.
Алексей прифигел от такого предложения, выразив решительный отказ.
- Пошли вы на ***! - послал он незваных гостей.
- Вы уверены? - видимо готовый к такому развитию событий, спокойным, без капли смущения голосом спросил интеллигент.
- Конечно, уверен! Где я жить-то буду?! - перешел на крик Алексей.
Интеллигент сделал шаг в сторону и пригласительным жестом дал дорогу одному из коллег.
«Ну, ****ец! Будут бить», - подумал Лёха и попытался захлопнуть дверь.
Но у коллекторов было иное мнение. Очень быстрым коротким ударом по печени Алексей был присажен на пол, прям на том месте, где он и стоял. Боль была такая, что к возможности дышать и слушать, что ему говорят он пришел не сразу. Быки взяли бренное тело Лехи под локти и втащили в квартиру. По пути приводя еще аргументы в пользу своего решения по поводу Лёхиной квартиры. Швырнув Михайлова на пол, быки чуть отступили.
Интеллигент, бесцеремонно сбросив с единственного стула в квартире скудный гардероб хозяина, сел и продолжил диалог.
- Согласитесь, Алексей Юрьевич, мы все равно заберем причитающиеся нам деньги, по суду либо вы сами, исключительно по доброй воле, передадите нам свою недвижимость. Теми копейками, что получаете вы, на вашей работе, вы будете отдавать долг лет 150, работая без выходных. Как это у нас говорится, не можешь отдать - не бери? Хотя есть еще вариант, вы прямо сейчас пропадаете без вести, а мы обращаемся в суд и получаем принадлежащее нам по праву, - продолжал он.
После этих слов второй из быков достал пистолет, накрутив на ствол глушитель, приставил его к голове Михайлова. В этот момент Лёха понял, что запахло далеко не вишнями и очень захотелось какать. Алексей кивнул, и дрожащей рукой взял авторучку. Расписавшись в кипе бумаг, Лёха обрел новый для себя статус «бомжары», сложив в пакет свои пожитки и документы, передал ключи от квартиры новым хозяевам, поплелся вон, получив вдогонку обидного и смачного поджопника для скорости.
- Уроды! - от отчаяния выкрикнул он и ускорил шаг по направлению к вокзалу, потому как идти ему было больше некуда. Дождавшись вечера на скамейке привокзальной площади, Лёха пришёл к весовой, переодевшись в робу прямо на улице, присоединился к компании дикой бригады, ожидавшей бугра. Он как обычно присел на ящик и погрузился в раздумья о том, что делать, и кто виноват. Отработав смену и получив скудный расчёт, Михайлов вновь погрузился в думки о дальнейшей судьбе. Из транса его вывел окрик:
- Лёха, че завис? Пошли, выпьем! – оглянувшись, Алексей увидел Седого. – Ты чего со шмотками? Жена из дома выгнала? - пытался пошутить Седой.
- Да нет, теперь я - бомжара, - ответил Лёха и опустил голову.
Ковырявшийся в урне бездомный, услышав слово «бомжара», посмотрел на Михайлова, развел руки в приветственном жесте, мол, в нашем полку прибыло - велкам епта.
- Пошли, выпьем, расскажешь, может, чего-нибудь сообразим, - настоял на приглашении коллега.
Выбора особо у него и не было, собрав весь свой скарб, он последовал за Седым.
Преодолев около двух километров по опустевшим и мало освещённым улицам, они вышли на окраину города в район частного сектора.
- Долго еще? Ты куда меня привел? В какие гаражи? – выпалил Лёха.
Оно и понятно еще утром его отбуцкали и хотели пристрелить, так что он решил для себя постоянно быть наготове и свалить в любой момент.
- А если ты того, то я не по этой части, мне девушки нравятся, - добавил Михайлов.
Седой захохотал и начал вытирать выступившие слёзы.
- Видать тебе чердак знатно встряхнули! - сквозь смех выдавил Седой. - Пошли, поздно уже, - просмеявшись, сказал он.
Седой жил один, в небольшом домике, на самом краю улицы. Отперев амбарный замок, висевший на входной деревянной двери дома, хозяин тормознул Леху, уперев руку ему в грудь, попросил подождать, присев у порога, осторожно протянул руку к внутренней стороне косяка и снял натянутый шпагат. Затем он, уже смело войдя в темноту дверного проема, включил свет, щелкнув клавишей выключателя. Леха, не поняв маневра Седого, вошел следом.
- Чего это было-то? - прозвучал резонный вопрос гостя.
Седой, положив обе руки ему на плечи, резким движением развернул его на 180 градусов, вытянув правую руку, пальцем указал на стену выше проема. Лёха прихуел, потому как на том самом месте был прикреплен обрез охотничьего ружья, на спусковом крючке которого петлей был затянут тот самый шпагат. Взгляд гостя побежал по шпагату, который через систему блоков натягивался по контуру дверного проема и лишь внизу на уровне сантиметров 30-ти от порога пересекал его, цепляясь петлей к гвоздю, вбитому в бревенчатую стену на половину и аккуратно загнутому, чтоб исключить случайность соскока шпагата. Алексей лицом полным страха и с выпученными глазами развернулся к хозяину дома.
- Седой, скажи честно, ты ёбнутый? Я может пойду? Я никому не скажу, правда- правда, - выдавил из себя Михайлов.
Седой улыбнулся, и от этого гостя стало еще больше не по себе.
- Проходи, давай уже. Больше сюрпризов не будет, не ссы, в общем, кидай шмотки, где понравится, - по-хозяйски сказал Седой и направился на кухню.
Через минуту хозяин дома вернулся с пустым эмалированным ведром и протянул его гостю.
- Не в службу, а в дружбу, Лёш, сгоняй на колонку. Мы проходи её, найдешь, в общем. Я пока соображу на стол поужинать, на скорую руку. – обратился с просьбой хозяин дома. Михайлов кивнул, принял ведро и вышел на улицу. Спустя некоторое время, Алексей вернулся и, передав ведро с водой Седому, принялся осматривать жилище.
Дом состоял всего из двух комнат - кухни и зала, в котором и находился гость, в левом углу стояла печь «Буржуйка», труба которой служившая дымоходом, была выведена сквозь потолок на улицу. Освещение комнаты состояло из одной тускло светившей лампочки, висевшей проводом на гвозде, вбитом в деревянную лагу и изогнутого в виде крючка. В стене на равном расстоянии друг от друга имелись два небольших окошка обеспечивающих освещение днем. Между окон стоял деревянный комод коричневого цвета, на 4 выдвижных полки, на крышке комода были сложены стопками ученические тетради в обложках зеленого цвета, рядом стояла стеклянная литровая банка с ручками, карандашами, точилками и прочей канцелярской мелочью. У стены, делившей дом на комнаты, напротив входа стояла советская металлическая кровать с панцирной сеткой, застеленная армейским одеялом синего цвета. Пол зала был устелен толстыми досками от времени, потерявшими свой природный цвет древесины. Поверх досок лежал старый половик овальной формы, покрывавший почти всю площадь комнаты, вот в принципе и всё убранство. Повесив пакет с пожитками на вешалку для одежды, гость, отодвинув рукой, когда-то светлую, застиранную занавеску с выцветшим от времени рисунком, прошел на кухню. Освещение было таким же, как и в основной комнате, сразу узнавался почерк мастера, справа от входа стоял рукомойник, в виде прикрученной к стене металлической раковины, штампованной из листа нержавейки, на краю которой, в специальном углублении, лежал кусок хозяйственного мыла. Прикрепленный таким же макаром над раковиной висел умывальник с клапаном в виде металлического стержня, при нажатии на который открывалось отверстие в дне ёмкости. Роль канализации выполняло оцинкованное ведро. Кухонный гарнитур также не отличался изысками. Старый шкафчик с двумя дверцами, для посуды с потрескавшимся покрытием желтоватого цвета, был надежно приколочен к стене. Под шкафчиком стоял столик из того же гарнитура. Газовая плита на две конфорки, в углу ожидаемо занимал свое место газовый баллон на 50 литров. Под окном на одном из трех табуретов нашла своё место алюминиевая кастрюля на пару ведер для воды. Старенький холодильник «Зил» приютился в левом дальнем углу кухни. У противоположной от плиты стены стоял небольшой обеденный стол, накрытый потертой клеёнкой голубоватого цвета.
На обеденном столе уже ожидала не хитрое угощение в виде нарезанного на кусочки средней толщины хлеба, очищенных головок лука, нескольких открытых банок тушенки, кильки в томатном соусе, и отварного картофеля в мундире, поданного прямо в кастрюльке на деревянной разделочной доске. Седой водрузил в середину стола запотевшую бутылку водки и два гранённых стакана.
- Падай, - пригласил Седой гостя, кивком головы указывая на табурет, одновременно взяв со стола бутылку водки, с хрустом скрутив металлическою крышку, принялся разливать содержимое по стаканам, наполнив каждый до половины. Взяв стаканы, они чокнулись, обойдясь без тостов. Алексей выдохнул и, прикрыв глаза, мелкими глотками выпил горькую. Охлаждённая водка пилась легко и, лишь провалившись внутрь начала обдавать пищевод и желудок приятным расходившимся теплом по организму. Желудок проснулся и потребовал свою порцию пищи. Седой же напротив пил водку, не морщась и не прикрывая глаз. Он осушил свой стакан в два больших глотка, затем взял головку лука, втянув носом ее аромат с сочным хрустом откусил, крякнув от удовольствия. После выпитого Михайлов, принялся набивать утробу, закидывая в хлеборезку предложенные угощения, по сравнению с бич- пакетами лапши, это был поистине царский ужин. Затем они выпили по - второй. Седой, немного отодвинувшись от стола, закурил, жадно втягивая табачный дым, и посмотрел на гостя, который уже захмелел, и лицо его покрылось румянцем.
- Так чего у тебя за беда приключилась, как на улице оказался? - спросил благодетель.
Алексей рассказал историю, как по стечению обстоятельств лишился своего пристанища, не забыв в красках расписать не равный бой с коллекторами.
- Понимаешь, Седой. Троих-то я вырубил. У меня с правой удар, что пушечный выстрел. Вот она молотилочка! – размахивая правой рукой, он чуть не опрокинул стол и не навернулся с табурета.
Затем рассказчик сделал печальное лицо, опуская голову, добавил о присутствии еще двоих со стволами и необходимости согласится отдать квартиру. Седой, прикрыв ладонью рот, старался не показывать, что видит, как Лёха откровенно врёт, судя по всему, ещё и сам себе верит. Т- талантище. Сделав глубокий вдох Седой, выбрал максимально примирительный тон и сказал: - Ладно, Аника воин, не переживай, оставайся скок нужно, кровать ты видел, где, удобства на улице, иди спи.
Лёха, встав с табурета, чуть пошатываясь, ушел в соседнюю комнату и, от выпитого и пережитого плохо понимая, что происходит, завалившись на кровать уснул.
Михайлов проснулся рано, открыв глаза, увидел мазанный, выкрашенный известью потолок с легкими оттенками копоти. Ошалев от незнакомой обстановки, он окинул глазами комнату. Мозг в ускоренном режиме вернул события вчерашнего дня.
«У Седого дома», - пронеслось в его голове.
- Проснулся? - раздался голос хозяина дома.
Седой стоял у кровати, опираясь на металлическую душку руками.
- Вставай, Лёха, чайник закипает. В общем, на кухне жду, Аника воин, - хохотнув, сказал он.
Михайлов сполз с кровати и направился на улицу. Оправившись, он вернулся в дом и вошел в уже знакомую кухню, умывшись, присел к столу. На столе стояли два гранёных стакана в подстаканниках, до носа донёсся запах ароматного, крепко заваренного чая. Седой тем временем нарезал хлеб и принялся нарезать небольшой шматок соленого сала, с примерзшими ломтиками чеснока и горошинами черного перца, который он минут за 15 до завтрака достал из морозилки. Гость поднес стакан к губам, подув несколько раз, сделал пару небольших глотков чая, одновременно наблюдая за нарезкой основного блюда. Седой ловко орудовал ножом, рукоять которого была изготовлена из дерева. Потертая натруженными руками хозяина рукоять, удобной овальной формы немного не помещалась в ширину ладони правой руки Седого. Сдержанный в форме клинок, примерно такой же длины, как и рукоять, имел скругленный обух, который заканчивался остриём. Многочисленные царапины на рукояти, пара затертых зазубрин на обухе, говорили о многочисленных годах службы и изрядных испытаниях для этого неброского с первого взгляда инструмента.
Седой положил шматок на разделочную доску и с небольшим нажимом на обух клинка нарезал пластами чуть подтаявшее сальце.
- Лёха, налетай, - сказал он, подвинув доску ближе к гостю. Затем подмигнув, начал вращать нож одними пальцами, ловко перекинул в левую руку, ухватив за клинок ближе к острию, совершил бросок, которого Алексей даже не заметил. Нож пролетел возле самого у;ха Михайлова, так, что он ощутил небольшое касание рукоятки и воткнулся где-то за спиной с характерным звуком «дрррррр». Лёха, как и в случае с обрезом вновь испытал смешанное чувство между испугом, недоумением и желанием рвануть в укрытие, только что откушенный кусок хлеба с салом вывалился изо рта, поскольку нижняя челюсть страдальца отвисла до упора.
- Да не бойся ты, жуй, давай, - сказал Седой, совершенно другим голосом, каким-то молодым и уверенным, хлопнув гостя по плечу. – Ты чего дальше-то делать будешь? Квартиру у тебя отжали, денег на вокзале на новую ты не наскребешь и за две жизни. - спросил он, констатируя факты.
Лёха опустил глаза, перестал жевать и, отхлебнув чай, ответил:
- Не знаю...
-Есть вариант, - твердо сказал Седой, глядя на собеседника таким отстраненным и холодным взглядом, словно на лбу у того вдруг появилась мушка его прицела.
Алексей поднял глаза и с надеждой посмотрел на спасителя.
- Помнишь, я как-то рассказывал о месте, под названием «Чернобыльская Зона» про артефакты, мутантов? – спросил он.
- Помню, - ответил Лёха, не зная, что и думать.
- Так вот, - Седой, взгляд которого на секунду метнулся к рукоятке ножа, позади собеседника, вновь вернулся прицелом на его лоб. - Она и в самом деле существует, но мало кто о ней слышал. - сказал Седой, не сводя неуютного взгляда с Алексея.
 В голове пронеслась мысль: «Опять шутит? Вон как с ножом. Или нет? Чердак небось потёк у старого».
- Не потёк, – вдруг уверенно сказал Седой, чем еще больше ошарашил и ввел в ступор Михайлова.
-Ты ... Как это? Мысли читаешь? - почти шепотом выдавил Лёха.
Седой лишь хмыкнул.
- Пошли, - сказал он, встал, попутно выдернув нож, направился в комнату.
Алексей поспешил за ним. Войдя в комнату Седой, бросил нож на кровать, нагнулся и резким движением откинул край половика, который скрывал от посторонних деревянную крышку погреба, снял ее и спустился под пол.
- Принимай! - крикнул Седой, выталкивая из погреба большой кожаный чемодан.
Лёха ухватил чемодан обеими руками и с небольшим усилием вытащил груз на белый свет. Видавший виды, как и вся обстановка в доме Седого, чемодан, горчичного цвета, закрывался при помощи кожаных ремней с металлическими пряжками. Седой выбрался из тайника и открыл чемодан. Выглядывающий из-за широкой, крепкой спины, Михайлов с нескрываемым любопытством не отрывал взгляда от содержимого. Всё, что сейчас он успел разглядеть это аккуратно свернутый кожаный плащ из необычной кожи серого цвета, имевшего потёртости и царапины. Обладатель чемодана запустил руку под плащ и вынул брезентовый подсумок цвета хаки. Хозяин расстегнул подсумок и достал небольшую прямоугольную бакелитовую коробку, имевшую небольшой изгиб в середине. Раздались щелчки.
Открыв коробку, внутренние стенки которой имели свинцовые вставки, он повернулся и перед Лёхиными глазами, в сведённых ладонях появилось нечто не понятное для его понимания. Пульсирующая, переливающая голубовато - серебристыми оттенками сфера.
-Это что? - выпучив глаза, спросил Михайлов.
-Артефакт. «Душа» называется. Смотри. - ответил Седой.
Удерживая артефакт правой рукой, левую он протянул к Лёхе ладонью в верх.
- Режь, – уверенно скомандовал он, кивком головы указывая на нож, лежавший на кровати.
Алексей, не уверенным движением, взял нож и остановился, не решаясь нанести удар по руке.
«Режь», - раздалось эхом уже в голове Михайлова, и он, не успев понять, что делает, рубанул по касательной протянутою к нему руку, попав выше кисти, брызнула кровь, крупными каплями заливая пол.
Сразу стало легче ... Седой поднес «Душу» к ране. Артефакт стал пульсировать быстрее, словно сливаясь в сердечном ритме с человеком, и тут же края глубокого пореза стали стягиваться, оставшаяся на коже кровь сворачивалась на глазах. Прошло около 20 секунд как на руке Седого не осталось даже шрама. Лёха уже ничего не понимал, его мозг не мог осознать увиденного, этого просто не могло быть! По лицу Седого пробежала блаженная гримаса облегчения. Он с победной улыбкой на губах убрал артефакт в контейнер, который заставлял его сжиматься.
«Что?! Как?! Как такое возможно?», - повторялись вопросы в кипящем мозге.
- Жди здесь, - бросил хозяин и пошел на кухню, откуда вернулся с бутылкой водки.
Усадил Михайлова на кровать и сел рядом. Сделав, пару смачных глотков прямо из горла, он протянул бутылку гостю.
- В общем, ты сам всё видел. Зона твоё спасение. Будешь у неё в милости, она решит все твои проблемы. Наградит. А не будешь… накажет по-своему,
- Седой вздохнул. - Деньги тебе нужны? Хочешь угадать сколько такая игрушка, как у меня в погребке лежит, стоит? - спросил он.
Лёха отрицательно покачал головой, не пытаясь даже предположить цену такого явления, которое хранится в этой комнатке.
- Я тебе скажу, что за такую игрушку, за эту «Душу», все первые лица любой страны готовы армии свои положить. И ложат… а добыть не могут. Не всем дает Зона шанс. Не всем.
Он снова отхлебнул из бутылки, но в глазах не было видно ни капли хмеля. Скорее наоборот, он словно тушил в себе нечто, что рвалось вместе с голосом изнутри. Словно Седой пытался усыпить алкоголем какого-то своего внутреннего зверя, вдруг проснувшегося от контакта с этим артефактом.
- Так ты не боишься, что тебя из-за этого… - Лёха указал взглядом на погреб, - грохнут.
- Меня?! – воскликнул Седой и расхохотался, закинув голову в потолок.
В эту секунду он испугал Михайлова до мозга костей. Седой, не изменившийся внешне, вдруг как будто заполнил собой всю эту тесную комнату, придавив и сделав тяжелым каждый вздох для гостя. Алексей понял, что Седой не только не боится, а скорее надо бояться его, этого таящегося внутри старика зверя, которого сейчас, всем своим существом ощутил Лёха…
- Подарков у Зоны много. Не все в артефактах дарятся. Но, если ты про деньги, то каждый её, такой артефакт, самый копеечный у барыг Зоны, тут на Большой земле стоит десятки и даже сотни тысяч, - сказал он.
- Рублей? - оживившись, спросил гость, услышав про деньги.
- Каких рублей? Доллары, евро, Лёша. Ты сможешь купить себе квартиру, какую хочешь, в любом городе, в любой стране мира! - уточнил старик, со странной снисходительной улыбкой.
Михайлов выпучил глаза от всплывавшей в голове роскоши и независимости, что стал походить на морского окуня, вытащенного с глубины.
- Ну как? Рискнешь? Пойдешь под милость Зоны? Или будешь на Большой земле всю оставшуюся жизнь горбатиться за копейки, получая плевки только из-за того, что раз оступился? - продолжал он.
- Рискну! – отчаянно, ни задумываясь ни на секунду, выкрикнул Алексей, - Как пить, дать рискну! Седой, ты там был! Как туда попасть? Что делать надо? Научишь, поможешь? - с надеждой спросил он и схватил за руку хозяина дома.
Седой кивнул, убрав бутылку в сторону. Его зверь, который прятался внутри, снова ушел в тень.
- Зови меня Иванычем. Конечно, помогу, расскажу всё, что знаю, - ответил он, обняв рукой шею Лёхи, притянул к себе. - Я покажу тебе Зону, но и она посмотрит на тебя, - прошептали его губы.
Иваныч, встал и направился на кухню.
- Пошли, дожуем, сталкер, - попутно позвав Алексея, за прерванный завтрак. - Завтрак, Лёха, для сталкера первое дело, потому как никогда не знаешь, когда придется поесть в следующий раз. С Зоной всегда надо быть начеку, чтить её, слушать..., - сказал он, выплеснув остывший чай в ведро под раковиной и потребовал жестом руки того же от гостя. Затем он наполнил оба стакана водкой из початой бутылки.
- Давай Лёша, надо, а то светиться будешь как новогодняя ёлка, - упредил Седой Михайлова, который собирался воздержаться от принятия очередной дозы спиртного. Они выпили, закусили. - Я почему к водке ласков? – продолжил Седой. - В Зоне кругом радиация, местами больше, местами меньше. А артефакты в своем большинстве тоже фонят, как «Душа», например, поэтому сталкеры и выпивают. Есть, конечно, химия таблетки там всякие анти-рады, защита. Целые научные центры и тут и в самой Зоне занимаются, но у всего своя цена и свои минусы. А с этими минусами, - хозяин кивнул на бутылку, - мы как-нибудь справимся. Вот так! - закидывая кусок сала в рот, сказал Седой и активно стал работать челюстями.
Алексей превратился губку и впитывал каждое слово. Оно и понятно, еще вчера он потерял последнее, и не знал, как быть. А сегодня у него появилась надежда - шанс, вырваться из нищеты, не перебиваться крохами с чьего-то стола и терпеть отказы. И ради этого он был готов рискнуть. Его не пугали ни радиация, ни мутанты, ни смерть.
- На работу можешь забить, деньги у меня есть - одолжу, отдашь, как разбогатеешь, сталкер. Потому что сталкеры всегда должны помогать друг другу! - поучительно, подняв указательный палец в верх, напутствовал Седой.
- Иваныч, а вот ты говоришь сталкеры… это кто? - задал резонный вопрос Лёха.
- Сталкеры — это мы. Это люди, которые, так или иначе, стремятся в Зону, живут в Зоне, живут Зоной. Вольные бродяги, со своими законами, которые писались жизнями тех, кому не повезло, - на последней фразе Иваныч немного помрачнел, брови сдвинулись к переносице, образовав две глубокие складки, лоб наморщился, глаза смотрели куда-то далеко сквозь пространство. Опомнившись, Седой принялся убирать со стола, вручил Лехе стаканы и кивнул на таз с водой.
- Но тебя я натаскаю, если надо вколачивать буду законы Зоны. Бить буду сильно, но аккуратно. - хохотнув, заключил он. - Тетрадки на комоде видел? - насухо протерев стол, спросил Седой.
Михайлов утвердительно кивнул.
- Тащи! - скомандовал хозяин.
Алексей метнулся в комнату и уже через пару секунд водрузил стопку тетрадей на стол. Иваныч, покопавшись в стопке, выбрал несколько и пододвинул к Михайлову. Лёха с нескрываемым любопытством, взял верхнюю тетрадь и открыл. Глаза его раскрылись шире, зрачки глаз забегали по странице. «Зона отчуждения» - было написано заглавными буквами самой верхней строкой, далее была нарисована карта, на которой старательно нарисованы множество условных знаков, понятных только автору, то есть Седому. «Припять», «Росток», «Кордон», «Юпитер», «Рыжий лес» каждой надписи соответствовал свой цвет карандаша и обведенный этим же цветом участок карты. Пунктирные линии троп и дорог, оставленные простым карандашом, словно кровеносные сосуды мертвеца, пронизывали участки карты в разных направлениях. Алексей поднял глаза на Седого, тот кивнул, мол, моя работа. Перелистнув страницу, Лёха увидел рисунок животного очень напоминавшего дикого кабана, и под рисунком ровным рукописным текстом выведена краткая записка, в которой помимо описания и повадок, были указаны части зверя, которые были наиболее уязвимы для пули. Согласно записи, «Чернобыльскому кабану» предписывалось стрелять в область брюха и от записи тянулись стрелки к указанным на рисунке частям туши монстра. Также были указаны наиболее защищённые части, коими являлись лоб, грудь и шея.
- Иваныч, а почему этого кабана сложно убить в лоб, грудь и шею? - спросил Михайлов, с недоумением посмотрев на автора.
- Правильный вопрос задаешь, салага, - ответил Седой с нотками радости в голосе, - потому что, как и у нормального кабана есть «калкан» или «калган», кто как называет, это шея, грудина. Так вот там шкура толще, тверже, хрен пробьешь, плюс слой сала как броня, не из всякого ружья прострелишь. Да и шерсть жесткая длинная. Ну кости, особенно череп, раза в два, а то и в три толще и крепче, чем у обычного хряка, - пояснил Седой.
Лёха открыл рот от удивления или даже больше от восхищения знаниями наставника.
- А тебя кто учил? - не унимался ученик.
- Зона учила, да и сводила с матёрыми сталкерами – охотниками. Да… Есть такие парни, - не без гордости ответил Седой. - Ладно, читай и запоминай, что не ясно спрашивай, а лучше записывай вопросы свои, будем разбираться вместе. Я отойду, дела есть в городе. - сказал он, встав, направился к выходу.
Алексей кивнул, не отрываясь от записей.
- Потерпи, Зона, еще немного, - еле слышно, прошептал старик.
Иваныч вернулся ближе к вечеру. За спиной у него висел массивный рюкзак, руки были заняты пакетами с продуктами. Вошел в дом. С кухни, сквозь занавеску, просачивался свет лампочки. Седой, не выдав себя ни единым звуком, сгрузил свою ношу на пол и также тихо прокрался на кухню, за короткий миг, оказавшись за спиной ученика. Лёха был настолько увлечен изучением записей о Зоне, что не замечал ничего вокруг себя. На столе стоял стакан с недопитым остывшим чаем и остатками перекуса, коими Алексей восполнял силы во время учебы. Иваныч, повинуясь какому-то садистскому порыву, резким движением опустил руку на плечо Михайлова.
С головой ушедший в материал Лёха, от неожиданности подскочил с нечленораздельным «Аааооооуууааа», и коротко салютнул, дав короткий выстрел в штаны. Произошедшее с лихвой оправдало ожидания Иваныча.
- Газы! - заорал он, вывалившись из кухни, упал на пол и начал ржать, держась за живот.
Михайлов стоял у стола, сконфузившись, и глазами начал искать спички, обнаружив их на подоконнике, принялся жечь.
- Следы заметаешь? - выглянув из-за занавески, спросил Седой. Обычный для его лица цвет не сходившего загара, проиграл нахлынувшему от смеха румянцу. Утирая выступившие от смеха слезы, он вошел в кухню.
- Иваныч, ну на хрена? Пацана что ль нашел? Шутки у тебя, конечно, - высказал претензию Лёха, с нескрываемой обидой в голосе.
- Да не злись, - уже с серьезным лицом ответил Седой, – это тебе наука. Не садись спиной к дверям -  раз, будь всегда начеку - два, учись быстро переключаться между тем что под носом, и тем что в округе делается – три, и Иваныч, хоть и старый, а ничто человеческое ему не чуждо - четыре!
- Про Иваныча понял уже, - буркнул Михайлов.
- Слушай и смотри широко, чем раньше ты увидишь опасность, тем больше шансов остаться живым! – продолжил Седой. - В Зоне ты был бы уже мёртв и твой труп доедали и поверь даже костей бы не оставили! - с недовольством ответил Седой, тыкнув пальцем в открытую тетрадь, на странице которой красовался рисунок тушкана. - Ведь это ты, еще утром, просил меня помочь и научить верно? Так я и учу, потом ещё спасибо скажешь, - закончил отчитывать он.
Михайлов опустил голову как провинившийся ребенок.
- Ладно, будем считать, что урок усвоен. Тащи пакеты будем ужинать. - смягчился учитель.
Поужинав, Иваныч принялся отвечать на вопросы, которые, как и положено прилежному ученику записал Лёха. А поднакопилось их воз и маленькая тележка. Закончили они далеко за полночь, выпили для снятия фона в организме, как пояснил Иваныч, после чего он отправил Лёху спать.
Солнце только-только обозначило свое существование светлеющей полоской неба у горизонта. Седой потряс Алексея за плечо, тот открыв глаза, еще полностью не проснувшись, смотрел в темноту, пытаясь уловить очертания силуэта, будившего его. Седой шепотом попросил его встать и одеться. Лёха, не понимая сути происходящего, выполнил просьбу.
Хоть погода и радовала городок теплыми деньками, несмотря на то что сентябрь вступил в свои права по праву очередности, ночи стали холоднее. Они вышли на улицу, хозяин натянул шпагат ловушки и запер дверь дома. Ученик стоял позади, поежившись от холода, сунул руки в карманы ветровки. Иваныч уловил это движение и легким ударом потребовал вынуть руки.
- Пошли. След в след, - шепотом сказал он.
Вышли огородом. Иваныч шел впереди, звуки его шагов Михайлов еле различал, среди наполнявших раннее утро шумов. То, что нужно стараться не шуметь он понял, но естественно это получалось у него с трудом. На каждый звук, исходивший от Алексея, Седой приостанавливался и еле заметно поворачивал голову давай понять, что спутник превышает допустимый предел шума. Понемногу начало светать и силуэт ведущего стал более различим для глаза, но Лёха то и дело спотыкался. Шли они пока окончательно не рассвело. Как оказалось, конечной точкой их ночного марша, был лес, в котором будь Лёха один, то наверняка бы заблудился и ходил, «аукал» не один день. Они спустились в небольшой овраг. Наконец, Седой остановился и повернулся к ученику. Алексей только сейчас обратил внимание, что на нем был надет тот самый плащ из необычной кожи.
- Ну что, сталкер? Постреляем? – сказал Иваныч, отодвинув полу плаща, достал чехол черного цвета, после чего вынул одноствольное охотничье ружье и быстро собрал его. Тоже самое он заставил проделать и Лёху. Повторив процесс несколько раз, он быстро разобрался с оружием. Седой вручил ему патроны, показав обозначения заряда - дробь, картечь, пуля, а также как целиться и пошел устанавливать мишени. Расстреляв с десяток патронов, Михайлов как пацан, не мог нарадоваться попаданиям, хотя до более или менее приемлемого уровня он явно не дотягивал. Алексей это и сам понял, после того как Иваныч показал ему мастер-класс, и в меткости стрельбы, и в скорости перезарядки.
- Иваныч, а чего мы ночью попёрлись? – наконец, выбрав момент, задал вопрос Лёха.
- А ты хотел, чтоб мы с ружьем первым ментам попались? - ответил Седой.
- Да и в Зоне придётся ночью ходить, но лучше этого не делать. Ладно, научишься и ходить как я и стрелять как я. Жить захочешь, научишься. А теперь собери гильзы, что раскидал и прикопай. Ружьё тоже тут приныкаем, - сказал он.
Закончив с уборкой следов учебных стрельб, они вернулись тем же путем домой.
Теперь каждый день в жизни Михайлова был посвящен подготовке к жизни в Зоне отчуждения. Лёха жадно впитывал знания об аномалиях, об артефактах, которые они рождали, способах их обнаружения и сбора, о «Выбросах». Седой, в свою очередь, рассказывал претенденту в сталкеры о существующих группировках, о каждом уголке Зоны, в котором ему довелось побывать, указывая на карте «острова; безопасности» и кто на них заправлял во времена его сталкерства. Особым интересом у ученика пользовались легенды Зоны о загадочном Стрелке;, Монолите, Черном сталкере, о полях, усыпанных дорогостоящими артефактами, дарующих своему владельцу фантастические способности. Алексей освоил пользование гаджетом, таким как ПДА, облегчавшим жизнь сталкерам. Иваныч постоянно и неустанно натаскивал Михайлова, прививал зачатки навыков необходимых человеку, чтоб не погибнуть в первые часы нахождения в Зоне. Пока Седой не решил, что Лёха сносно приблизился к уровню новичка, после двух недельного курса молодого сталкера. Подходила к концу вторая неделя как он начал постигать науку выживания в Зоне. Субботним вечером, после очередного тренировочного выхода, Иваныч и Лёха устроились перед разведенным костром во дворе дома. В сгустившихся осенних сумерках, весело танцующие языки пламени несли свет и тепло, лишь иногда нарушая тишину потрескиванием сырой древесины.
- Иваныч? - неуверенно начал разговор Михайлов.
Седой, отреагировал не сразу, словно пламя костра, как портал, перенесло его куда-то далеко, в место, спрятанное где-то глубоко в бесконечном лабиринте воспоминаний о другой жизни. Он вздрогнул и посмотрел на Лёху, с выражением лица готового к диалогу человека.
- Иваныч, а чего ты живёшь тут, в этом домике? Ходишь горбатиться за копейки? Ведь ты же пришел из Зоны с артефактами, деньги у тебя есть. Сам говорил, - Алексей задал вопросы, которые не давали ему покоя, последних несколько дней.
- Понимаешь Лёша, жизнь в Зоне она другая, там ты начинаешь ценить простые вещи, от которых зависит вернешься ты из ходки или нет. Что толку в красивой и дорогой безделушке, если в момент смертельной опасности она окажется бесполезной? И это настолько врезается, врастает в тебя, что по-другому ты просто не можешь. Когда у тебя забрали квартиру, ты был рад, что нашел приют под крышей этого старого дома, верно? Ты был рад крыше над головой, теплой постели, простой пище? - ответил он.
Леха кивнул согласившись.
- Так вот и я рад. Настолько рад, что пока не надоест спокойной жизни радоваться, ничего сверху мне и не надо, - рассмеявшись, сказал Седой, потрепав его по плечу.
Всю следующую неделю они провели в лесу, ушли дальше чем обычно. Осенний лес, пусть и без аномалий и мутантов, подходил для тренировок будущего сталкера. Седой учил молодого простым хитростям сталкерской жизни, пытался, чтоб Лёха выработал у себя чувство постоянной опасности, заставлял постоянно обращаться к ПДА, который нацепил на него и который пусть и ничего не показывал, но вырабатывалась привычка в подсознании ученика. Учил бесшумному шагу, постоянно вертеть головой на 360 градусов, смотреть под ноги и над головой, замирать и обращаться в зрение и слух при каждом хрусте ветки. Играл с учеником в прятки, в те самые простые, где надо совсем ненадолго отвернуться и потом найти исчезнувшего Седого. Казалось бы, детская забава, и веточки под ногами, листва и прятаться взрослому человеку почти некуда, но Седой умел так растворяться в воздухе, что Алексей смог отыскать его сам всего лишь пару раз. После ненахода, Иваныч возникал позади и неизменно пугал Лёху, кладя ему руку на плечо, а после объяснял, где он был и куда нужно было смотреть.
Также учил фиксировать нечто выделяющееся из общего фона. Если в обычном лесу что-то выглядело необычно и неестественно, то списывалось на силы природы или вмешательство человека и конечно любопытство подстегивало подойти ближе. То в Зоне необычное и неестественное означало лишь одно, что нужно уносить ноги или обходить по широкой дуге. Если ты идешь в лес за грибами, то в Зоне не исключалось, что грибы могут ходить за тобой.
Вернулись домой они только к концу недели, оставшееся время ушли на сборы.
- В общем, то, что знал, я тебе рассказал, чему возможно научить вне Зоны научил. Дальше дело за тобой. В понедельник утром сядешь на поезд, тебя встретят, скажешь от Седого, всё устроят. За снарягу и оружие придётся заплатить, - сказал Седой, достав пачку американских рублей, вложил в руку ученику.
Михайлов, было открыл рот, чтоб возразить и попытался вернуть пачку.
- Отдашь, как сможешь, - сказал Иваныч, отвергнув все попытки Алексея.
Ранним утром Алексей Михайлов сел в поезд и поехал на встречу с Зоной. Седой, вернувшись с вокзала, достав из нижнего ящика комода телефон, включил его, отбив текст, отправил короткое сообщение: «Встречай, отправил». Дождавшись ответа, он выключил гаджет и положил на комод рядом с раскрытой тетрадью, где на последней странице, пестревшей от имен и фамилий, последней строчкой было вписано: «Алексей Михайлов».

Глава 2. Переход

Лёха, появился на указанной точке уже по темну, лежал и терпеливо ждал, когда пройдет патруль военных, так как ему стало известно, что периметр Зоны - это не бетонные заборы высотой по три метра, а всего лишь ограждение из колючей проволоки с предупреждающими знаками «Запретная зона. Стой! Стреляют!» и система оборудованных военных блокпостов, между которыми курсируют караулы. А проследить график движения военных не представлялось особо сложной задачей даже для новичка, вроде Михайлова. Посему Алексей и принял решение прийти к периметру по темноте и отсекать время, через которое караул будет проходить мимо, а ближе к утренним сумеркам проскочить в Зону. Потому как помня наставления Седого, что по Зоне ночью лучше не шариться, он, откровенно говоря, поссыкивал.
Устроившись в зарослях кустарника, в небольшой ложбинке, Лёха залёг и стал ждать. Всё было бы проще, если б человек, который снабдил Михайлова снарягой и оружием в виде охотничьего ружья, не ломил цену, тогда хватило бы и на ПДА, и на услуги проводника. Почти все деньги, которые ему одолжил Седой ушли на более или менее сносную экипировку - хорошие берцы, костюм «горку», потертый поясной патронташ, а главное плащ с какими-то облегченными броне пластинами и с покрытием от радиации. Кроме того, барыга утверждал, что тут будет и сносная защита от кислоты, хотя с виду;, это был обычный китайский дождевик из прорезиненной ткани, с подкладом из кожи вроде той, из которой был изготовлен плащ Седого.
Но всё же крутилась у Лёхи мысль, что его просто обманули, однако выпендриваться было не с руки. Других людей, которым можно было доверять, он вообще не знал. Послышались звуки шагов. Михайлов сделал отсечку по времени, заметив расположение стрелок на своих часах. В темноте он едва различил силуэты вояк в количестве четырех человек с автоматами. Они не особо заботились о скрытности, разговаривая вполголоса.
- Блин, ну ё - маё, товарищ сержант, когда уже мины привезут? С «Гона» вторые сутки идут, и вонища эта задолбала! - недовольным голосом обращался к старшему один из караульных.
-Так, Сергеев, отставить ныть! Я что ли эти мины вожу? Не только у нас прорыв, был у соседей тоже дыры в полях. А пока не привезли, будешь ходить тут от столба до столба, как положено. - в приказном тоне ответил сержант.
-Да, что тут маршировать, вонью этой дышать? Вон с верхотуры пулеметчики, да снайперы, плюс минометы, если что работают. Ток собаки, да крысы падаль жрут, - не унимался боец.
- Сергеев, ты достал. Служишь уже год, а всё ноешь! По сторонам смотри лучше! - отрезал сержант.
Ругань была больше обыденная, чем принципиальная. Скорее всего, рядовой и сержант уже попривыкли друг к другу, и нытье Сергеева было частью культурной программы данного променада. Пробубнив еще чего-то, где видимо каждый с удовольствием отыгрывал свою роль, патруль удалился.
Однако лежать на земле неподвижно было не из приятных занятий. Конечности и спина начали постепенно затекать и подмерзать. Михайлов периодически стал сжимать и разжимать пальцы рук, вращать по очереди ступнями, чтоб хоть немного согреться и размять затекшие мышцы. С графиком патруля он определился довольно скоро. Выходило, что раз в полчаса вояки проходили в одну сторону затем, во второй половине возвращались обратно. А вот курсирующий, каждые 15 минут, луч мощного проже;ктора, установленного на одной из смотровых вышек ближайшего блокпоста, освещавшего забор из колючки и контрольно-следовую полосу, представлял более серьезную проблему. Михайлов опасался, что если он будет застигнут лучом света, то упомянутые караульными, пулеметчики и снайперы непременно устроят на него охоту, поймав его силуэт в оптику прицелов и его бренное тело будет съедено крысами или мутантами и в Зону он попадёт только в качестве помёта. Ближе к утру, стал более различим рельеф местности за колючкой, появились очертания верхушек деревьев и зарослей кустарников примерно в трехстах метрах. Точнее Михайлов определить не смог. Легкий ветерок подувший со стороны Зоны усилил и без того отвратный запах разложения, который приходилось терпеть, сдерживая временами подступающие рвотные позывы. То, что Лёха принял за кочки в легком предутреннем тумане, оказались тушами, вернее кусками туш, мутантов. Стали отчётливее видны места разрывов мин.
«Вот это поворот! Вот же старый пень, про мины-то ничего не сказал, ткнул пальцем, мол, тут переходи, еще и денег взял сверху за переход», - мысленно выругался на того самого барыгу Алексей.
Сейчас перед ним стоял вопрос, отступить или всё же рискнуть? Времени оставалось не так много, станет светлее и на открытом участке, от забора до ближайшего укрытия, его будет видно даже не вооруженным глазом и тогда или расстреляет караул, или накроют минометы, и есть печальная перспектива нарваться на уцелевшие мины. В мучительных размышлениях Лёха оценивал свои шансы. Если не сейчас, то другой возможности в ближайшее время может уже и не представится. Закроют проходы подвезенными минами и тогда уже варианты проскочить будут почти нулевыми. Наконец, решившись, Михайлов, пропустив очередной караул, выждав около десяти минут и проводив глазами пробежавший вслед за караулом луч проже;ктора, ринулся к прозрачному забору. Протолкнув под колючку рюкзак и ружьё, приподнял нижнюю проволоку заготовленной рогаткой и на спине прополз под ней, активно работая локтями и ногами. Затем сгреб свое хозяйство, пригнувшись, небольшими перебежками, начал перемещаться. Причем решение ориентироваться на останки мутантов и следы от разрывов мин, пришло само собой уже в процессе.
Лёха падал на землю рядом с перепаханным взрывом участком и прислушивался, через каждые 10 - 15 метров. Самый сложный участок остался позади. Огромные, отожравшиеся крысы, при его приближении, разбегались в стороны с хриплым недовольным писком, который больше напоминал шипение, переходившее в рык. Проводив человека черными бусинами глаз, падальщики возвращались к останкам и продолжали трапезу. Упав в очередной раз, Алексей врезался макушкой во что-то мягкое. Приподняв голову, он увидел прямо перед своим лицом уродливую башку с открытой пастью, из которой торчали огромные клыки. Рыло было покрыто длинной густой шерстью и смотрело пустой глазницей с запекшейся жижей. Обезображенное взрывами и осколками рыло кабана появилось настолько внезапно, и было настолько неестественно огромным и пугающим в серых сумерках, что Лёха икнул, подскочил и с удвоенной силой припустил в сторону видневшихся деревьев, позабыв о минах и вояках. Такой дерзкий спринт не остался незамеченным со стороны возвращавшегося караула. Солдаты что-то кричали, затем начали стрелять. Впрочем, особого азарта они видимо не испытывали и били не особо целясь. В любом случае, Михайлов залёг на взрытой взрывами и удобренной кабаньим навозом земле, панически пуча глаза. После нескольких коротких очередей стрельба прекратилась. Не рискуя больше подниматься на ноги, он продолжил движение уже ползком. На последних метрах до кустарника он выдохся окончательно, и уже скрывшись из поля зрения караула, перевернулся на спину и открытым ртом хватал воздух, пытаясь хоть немного отдышаться. Солдаты не стали его преследовать, да и кому охота лезть в Зону, непонятно точно за кем, да ещё и через минное поле, пусть и прорежённое.
- Вы долбоящеры! Я приказывал открывать огонь!? - орал сержант. - Теперь из-за вас придурков, надо будет объяснять капитану, как мы доблестные воины вооруженных сил проморгали переход периметра на своём маршруте.
- Так по уставу же караульной... - начал было оправдываться рядовой Сергеев, но тут же был перебит сержантом.
- Что!? Ты же видел, что он уже у леса был! Да и хрен бы с ним, сталкером больше сталкером меньше, тебе чего орден повесят на грудь? Скорее в нарядах сгниёшь без увалов, за безупречную службу! Слушайте сюда! Стреляли по слепышам! Ясно!? - рассвирепев, отчитывал он рядовых.
- Что там у вас? - раздался голос капитана из динамика рации.
Сержант бодро отрапортовал о произошедшем, как патруль мужественно уничтожил нескольких слепых псов и обратил оставшихся в бегство. Капитан не стал утруждать себя расспросами, обычное дело, что одни мутанты приходили поживиться останками других. Сержант выдохнул и скомандовал продолжать патрулирование.
Лёха, отдышавшись, наощупь отстегнул фляжку с поясного ремня, дрожащими пальцами свинтил крышку, сделав несколько глотков, с облегчением выдохнул. Решив не испытывать судьбу, Алексей поднялся с земли и, пригибаясь как можно ниже, поспешил убраться подальше, дабы доблестные воины не навели по нему минометный залп, передав координаты по рации.
Михайлов не мог знать, что причиной того, что в его спорно бронированном плаще не засело несколько пуль из «Калаша;» было присутствие в карауле того самого сержанта. Этот самый сержант Нестеренко, отслужив срочную службу по охране периметра Зоны, решил остаться и заключил контракт. Служба на «Периметре Зоны» сулила ему определенные денежные перспективы. Однако он никогда не наглел и всегда брал умеренную плату за проход сталкеров в Зону. От него много и не требовалось, нести службу и сообщать о местах для перехода, где после «Гона» мутанты пробивали проходы в минных полях, либо образовавшихся по другим причинам, и при необходимости не замечать нарушителей. Работал он аккуратно, сообщал о месте перехода и дате, когда он заступал в караул сообщением со специально приобретенного для этого гаджета. В ответ ему приходило сообщение о том, если нужно было прикрыть визитеров и их количестве. Оплату человек в городе, переводил на счет матери сержанта. Выбираясь в увольнение, военный проверял поступление денег путём звонка любимой маме. Нестеренко ничем не рисковал, в случае «прокола», всегда можно было съехать на ротозейство солдат. Схема работала. Никто не оставался в накладе. Совесть сержанта не мучила. Этим грешили все офицеры, только цены у них кусачие и поэтому проще было договориться с ним, непосредственным исполнителем. О его роли в этой схеме знал только посредник, на тот случай если сталкера поймают. Неприятностей не было до сегодняшнего дежурства, когда какого-то хрена «гость» вскочил и побежал в открытую, что даже туповатый срочник Сергеев его заметил и начал палить. Нестеренко отработал как надо, вовремя приказав прекратить огонь, и сталкер успел заползти в кустарник, при всём желании увидеть его было уже нереально. По возвращении на блокпост, сержант отбил сообщение о переходе «гостя», отправив условный плюсик в смс-ке.
Михайлов только в лесу осмелился выпрямиться в полный рост, пройдя от спасительных кустов, как ему казалось, достаточно далеко вглубь охраняемой территории. От спринтерского забега и скоростного ползания на животе, вкупе с пережитыми волнениями, захотелось кушать, да и нужно было дождаться окончательного рассвета, чтоб определиться со своим местоположением и найти хоть какой-то ориентир. Он вышел на небольшую полянку у края леса.
Поляна была вполне себе уютной. Запах падали, который преследовал его всю дорогу, отстал. Одновременно пришло понимание что всё, ни солдатиков, целящих в спину, ни сотовой связи, ни проблем Большой земли больше нет. Он в Зоне. Самой настоящей Зоне, закрытой от всех колючей проволокой, рядами мин, неизвестностью и блок постами. Облегчение от, наконец сделанной работы пришло к нему. Теперь ни коллектора;, ни судебные приставы, ни менты и прочее не имели к нему доступа. Свободная от проблем внешнего мира территория, где он может действительно заработать, где все зависит не от его начальника, а только от его желания, умений и настойчивости. Алексей вздохнул полной грудью. Это был новый воздух Зоны. Воздух новых возможностей и чистой истории. Жалобно протрубил желудок. Он полностью разделял радость хозяина в избавлении от его проблем, но это никак не влияло, а скорее всего наоборот усугубляло его личные. Хотелось жрать.
Несколько поваленных вкруг стволов деревьев на поляне, почти полностью скрытых павшей листвой, дружелюбной обстановкой предлагали ему сделать привал.
 Предварительно осмотрев ее и для верности, как учил Седой, прокидав болтами, Лёха с облегчением присел на один из поваленных и присыпанных желтыми листьями стволов, снял со спины рюкзак и принялся выкладывать харчи. С характерным звуком отгибаемой фольги, открыл тушенку, сосредоточенно отрезал несколько кусков хлеба и отломив треть коляски колбасы, принялся с аппетитом уплетать, периодически запивая водой из фляжки. Дерзкий запах «Одесской» колбасы и звуки смачного чавканья нарушали тишину рассветных сумерек. Сейчас еда и вода были как никогда вкусны. Виновата ли в этом бессонная ночь в борьбе с холодом, утренняя пробежка или начало воздействия Зоны, он не знал и не задумывался.
За трапезой Лёха впал в некое оцепенение, равномерно работая челюстями, вспоминая карту Зоны, которую видел в тетради Седого.
Процесс раннего завтрака продвигался деловито и уверенно. Неподалеку стоящие деревья, время от времени, кидали на поляну свои листья, и Михайлов провожал их движение ничего не значащим взглядом. Но вдруг что-то поменялось. Один из стволов, присыпанных листьями начал принимать вертикальное положение, обнажая тёмное пятно слежавшейся листвы под ним. Ворох, ссыпавшийся с него, обнажил серое землистое лицо, перечеркнутое глубокими морщинами. Непонятного покроя рваная одежда, некогда камуфляжного цвета, была разорвана в нескольких местах, а в прорехах просвечивало такое же серое, грязное тело с тёмными заветренными ранами. Плешивая голова, на вид совершенно круглая без правого уха направила на него свои мутные с едва проявленной радужкой глаза. Мертвец.
Алексей, на долгие секунды, позабыв дышать, глотать и думать выронил изо рта кусок колбасы. Мертвец, находился от него в нескольких метрах, и падение куска колбасы проводил явным движением глаз. С трудом, будто отклеиваясь от влажной земли, мертвец, помогая себе руками, встал и с отвратительным звуком перекатившихся внутренностей сделал шаг к Михайлову. Это движение было таким дёрганным, а лицо мертвеца, у которого сейчас определялись погрызанные крысами губы и нос, пугающим что Лёха сидящий на поваленном стволе дерева, только икнул и попытался вскочить, сбрасывая с себя еду. Но вскочить, так сразу не получилось. Охвативший его неконтролируемый ужас сковал его мышцы и заставлял замереть. Мертвец сделал несколько шагов в его сторону, пытаясь перешагнуть лежащее перед ним бревно, но споткнулся, с шумом упав плашмя, выбивая своим телом ворох листьев в сторону человека.
Сдавленное спазмом горло Лёхи издало некий каркающий звук, сильно отличающийся от человеческой речи. Мертвец, расстояние до которого стало значительно меньше, взял рассыпанный корм в фокус и бодро заработал конечностями, приближаясь уже к занятой чужеземцем точке по-пластунски.
- А-а-а-а! – наконец, вырвалось нечто похожее на крик из горла Михайлова.
Он вскочил на ноги и тут же завалился назад, кувыркнувшись через ствол дерева, на котором сидел. Зафиксировав, словно фотографией в памяти свои берцы на фоне крон деревьев и частично неба, синхронно даванул свистка, что осталось совершенно без его внимания. Мертвец уже шуршал возле рюкзака, радостно схватившись за надломленное кольцо колбасы и кусок хлеба. Алексей, приподнявшись, сел на пятую точку и стал медленно отползать, ровно до того момента, когда мертвец поднял на него свои глаза, и не отводя взгляд, принялся запихивать, только что реквизированную колбасу в рот. Лёха замер. Он оказался совершенно не готов к этой встрече. Скосил глаза на ружьё, которое он так беспечно отставил в сторону, и сейчас очень жалел об этом. Несколько метров отделяло его от спасительного оружия, которое безучастно лежало стволами на бревне.
«Резко вскочить и схватить! - первое, что пришло в голову сталкера, но тут же он отбросил эту мысль. В голове вдруг ожили спасительные слова Седого.
«Ты мертвецов, которых Зона подняла, не бойся. Они ребята смирные, если их не обижать. Им до нас, до живых дела нет, а если еще и покормишь, так они тебе иной раз и спасибо сказать могут, или подсказать чего. Не обижай их, Зона их любит».
Кроме того, вдруг зомби окажется быстрее и сообразит перехватить ружьё? Кто же их знает? Седой ничего не говорил про это. Тогда уже ничего не спасет. Михайлов искал решение, но обрывки мыслей смешивались в кучу и никак не хотели выстраиваться в логическую цепочку.
- Пппереегооворыыы? - заикаясь, выдавил из себя Михайлов и поднял руку в приветственном жесте.
Неожиданно мертвец повторил жест.
- Приивееет стааалкеер. Кууушааать яяя. Мааалллооо, - грубым хрипящим голосом ответил мертвец.
«Караул, хоть к солдатам беги!», - мелькнула мысль в голове сталкера. Далекая сказка о страшной Зоне, в которую он верил и не верил одновременно, вдруг жутко улыбнулась ему вот таким вот свиданьицем. Мороз по коже. Тут же всплыл рисунок из тетради, где мертвецы рисовались медленно бредущими группами. Лёха нервно огляделся. Увидеть еще одного такого же брата, было бы многовато.
Мертвец, прикончив колбасу, втолкнул в себя кусок хлеба, работая челюстями, снова полез в рюкзак, вынув банку тушёнки и осмотрев её, отбросил консервы в сторону Михайлова. Затем раздался шелест упаковки шоколадного батончика, который нащупала рука зомбированного. Он с явным интересом осмотрел батончик, принюхался и с оживленным урчанием отправил в рот вместе с упаковкой, силясь раскусить пластик бурыми зубами. Тем временем Алексей, подобрав консервы, ещё сам не осознавая план дальнейших действий, открыл банку, потянув за ключ на крышке, и с неуверенной улыбкой встал на ноги, одновременно протягивая тушёнку мертвецу.
- Вот, мясо! Кушать. Держи, ток меня не ешь. Я тебе тушенку, а ты меня не трогаешь? Обмен. Понимаешь? - попытался проявить дипломатические способности Лёха, косясь на ружьё.
- Обмееен, - протянул зомби, закивав головой.
Алексей медленно поставил банку на бревно, через которое он пару минут назад кувыркнулся, одновременно ухватив ружьё за стволы, подтянул его к себе, сделав шаг назад. Зомби, вынул изо рта пожеванный батончик, в котором ему удалось-таки проделать дыру и даже отгрызть некоторый кусок. Не отводя взгляда от тушёнки, протянул руку, завладев угощением, принялся закидывать содержимое пальцами в рот. Лёха, заполучив ружье, взял гостя на мушку. Сердце колотилось в бешеном ритме. Теперь он был в более выгодном положении и мог защитить себя. Выдох облегчения нарушил паузу.
- Всё, хорош меня объедать! Хватит уже! Слышь, как тебя...?! - более твёрдым голосом потребовал Михайлов. – Иди, откуда пришёл! А то голову снесу! Видишь ружьё у меня! - с победной улыбкой произнес Лёха.
- Пееерееегооовооорыыы? - ответил зомби, на лице которого скользнуло подобие улыбки. Гримаса мертвеца была и жуткой, и идиотской одновременно. Испачканная едой, с куском цветного пластика, застрявшего в зубах, растянутая в некоем дружелюбном выражении, одновременно с читающейся готовностью кивнуть, соглашаясь со всем, что будет сказано человеком. Лежащий на земле и смотрящий снизу-вверх улыбающийся мертвец…
Михайлов, нервно хохотнул. Не то чтобы смешно, просто как-то само собой сорвалось. Зомби тоже раздался протяжным глухим не то смехом, не то кашлем. Может передразнивал, может подавился, а может действительно пытался засмеяться вместе с человеком. Несколько секунд они, и человек и труп издавали подобные звуки, прекратив «смеяться» одновременно, как по щелчку пальцев. На поляну опустилась тишина. Стало как будто спокойнее и светлее.
Мертвец встал, развернувшись медленными качающимися шагами, подошел к месту своей лёжки, нагнувшись, поднял за ремень автомат Калашникова, второй рукой брезентовый подсумок для магазинов. Затем развернулся, вытянув руки с оружием и подсумком, пошёл обратно к Лёхе. Алексей в свою очередь напрягся и покрепче сжал ружье, не отводя стволов от цели. Указательный палец нервно застучал по спусковому крючку.
- Стой! Бросай! - нервно выкрикнул сталкер.
- Обмееен, кууушааать, - с ноткой удивления, без злобы ответил мертвец, бросив автомат и подсумок под ноги Михайлова, затем рукой указал на рюкзак.
Лёха, не сводя глаз и ружья с зомби, присел и левой рукой подобрал автомат, повесив его за спину через плечо. Стрелять он не хотел. Несмотря на то, что перед ним стоял мертвец, с которым Зона обошлась ужасно, когда-то он был человеком, судя по обрывкам камуфляжа, скорее всего военным и волей приказа, попавшего в Зону. Что-то людское, пусть и на уровне рефлексов и обрывков памяти в нём осталось. Он просто хотел есть. Хотел бы убить, то убил сразу, не дав и шанса новичку Лёхе, ищущего в Зоне лучшей доли. Михайлов, опустив ружьё, подошёл к рюкзаку и вынул два батончика, порвав упаковку, положил на бревно. Затем затянул горловину рюкзака и забросил его за спину. Подобрал подсумок, вытащил два магазина и рассовал их по карманам плаща.
- Всё по-честному, с учётом того, что ты у меня уже съел, два батончика сверху в самый раз, - рассудил Леха.
Труп, несколько секунд смотрел на него затянутыми смертью глазами, прислушиваясь к чему-то своему, затем согласно кивнул головой.
- Куда идти? «Кордон» нужен, - решил спросить Михайлов у мертвеца, тем более что спрашивать было больше не у кого, не особо надеясь на ответ.
- Дооорооогааа. Ииидтиии, - протянул зомби, указав рукой направление.
Затем он снова изобразил нечто вроде улыбки, своими объеденными губами, отчего Михайлову сделалось худовато, замахав рукой на прощание. Алексей помахал в ответ и, коротко с облегчением выдохнув от разрешения такой сложной ситуации, зашагал в указанном направлении. Преодолев метров 50 от места стоянки, его ягодичные мышцы стали понемногу разжиматься, а дыхание выравниваться.
«Ну не хрена себе позавтракал! Оружие больше не выпускать из рук!», - корил себя Михайлов.
Но грел душу и успокаивал тот факт, что он при помощи тушёнки, колбасы и нескольких шоколадок выкрутился из патовой ситуации и заимел какой-никакой, грязный и может быть неисправный, но «Калаш». Если опустить некоторые детали, то промах уже и не выглядел промахом, а хорошо продуманным тактическим маневром. Мол, была у него какая-то тактика, и он её придерживался.
От таких мыслей стало веселее и бодрее. Вскоре Михайлов действительно вышел на грунтовую дорогу и дабы не отсвечивать решил идти параллельно, прикрываясь деревьями и кустами. Дальнейший путь к «Деревне новичков», не радовал начинающего сталкера изобилием аномалий, сколько бы он не пытался их обнаружить, вглядывался, прислушивался, втягивал носом воздух, прокидывал, по его мнению, перспективные места болтами, но всё было тщетно. Хотя результат всё же был. Лёха понял, что от автомата слегка пованивало трупом. Таким макаром он прошел около километра, питая надежду найти свой артефакт, пусть не самый дорогой и без суперских свойств, но добытый своими собственными силами. Наверное, каждый новичок мечтал об этом, делая свои первые шаги по земле Зоны.
Вечная осень, царившая в Зоне, красила растительность в свои краски. Пожухлая трава, лишь местами отдавала слегка зеленоватыми оттенками. Деревья и кусты были одеты в наряды из пожелтевших листьев, которые ветер срывал с ветвей и разносил по округе, устилая землю покрывалом, скрывавшим следы обитателей Зоны, в тоже время очерчивая поля воздействия аномалий. Любопытно, что вечный листопад, не оголял кроны деревьев. На месте оторвавшегося листа тут же проклевывался новый, такой же серый и блеклый, иногда уже с желтизной, словно был не новорожденным и полным сил, а уже родился старым. Впрочем, может быть, так оно и было. Сколько в действительности продолжалась жизнь древесного листа не знали даже ученные. В Зоне было полным-полно и более захватывающих явлений, поэтому до таких мелочей у небольшого передового контингента ученых, располагавшегося в Зоне, особого интереса не было.
Молодые, только зародившиеся «Ловушки Зоны» были трудно различимы для глаза даже опытного сталкера, но уловимы для гаджетов с встроенными детекторами, которых у Лёхи не было. Конечно, Седой мог отдать ему хоть всё свое снаряжение, но ПДА, контейнер для артефактов, непременно бы вызвали вопросы у стражей правопорядка, имевших директиву о задержании обладателей такой экипировки. В случае задержания с таким добром на руках начинающий авантюрист имел все шансы, отправится уже на зону, а не в Зону. Поэтому Михайлову оставалось полагаться лишь на себя. К полудню воздух прогрелся. Алексей остановился, чтоб немного передохнуть, как-никак он не спал больше суток, а до темноты нужно бы добраться до «Деревни новичков» - пристанища юных искателей богатств и приключений на свою пятую точку. Осмотревшись, он стянул со спины рюкзак и положил на землю, чтоб немного дать плечам отдохнуть. С оружием Михайлов предпочёл не расставаться, повесив ружьё на шею, расстегнув плащ и приспустив штаны, принялся опустошать мочевой пузырь. Лёгкий ветерок поднял сухие листья, зашумели верхушки деревьев. В полуметре от носков его берц, листья, гонимые ветром, стали закручиваться по спирали. Уставший и занятый своим делом Лёха не предал этому особого значения. Однако, когда капли его влаги вместо того, чтоб упасть на землю стали закручиваться вслед за листьями, вопреки законам земного притяжения, и ускоряться с каждым витком, а воздух начал дрожать, искажая картинку перед глазами, новичок понял, что стоит вплотную к совершенно не здоровому месту. Не только к нездоровому, но и просто к угрожающему. Другими словами, он мочится на «Карусель».
Ойкнув, он попытался сделать шаг назад, пряча свою гордость обратно в штаны. «Карусель» уже активировалась и пыталась затянуть Михайлова в центр с нарастающим гулом. Уцепившись за дерево, что есть сил, Алексей уловил одним приоткрытым глазом, как его рюкзак, оторвавшись от земли, завис в воздухе, и повинуясь непреодолимой силе, устремился в центр аномалии. Михайлов лишь молча проводил взглядом свое добро. Но это было полбеды. Оскорбленная «Карусель», нитями гравитации нащупала не застегнутые портки Михайлова и с явным интересом принялась стаскивать их с человека. Почувствовав неладное, начинающий сталкер в шоке расширил глаза и растопырил ноги, пытаясь остановить движение портков. Но вышло не очень. Аномалия, охлаждая осенним воздухом разгоряченные булки Михайлова, стащила портки до колен. Поняв, что остаться голожопым вооруженным мужиком в Зоне, без рюкзака, без знакомых и рекомендаций он не хочет, Алексей подтянул колени к животу, фиксируя сползавшие штаны. Показав аномалии видимо все то что, он думает об этом месте, либо направление куда она бы пошла, разумеется не в буквальном смысле, а может что-то из неосознанного, он, стиснув зубы и благословляя свою крепкую хватку грузчика держался за березку. «Карусель», почуяв двойное неуважение, решила повнимательнее рассмотреть побеспокоившего ее наглеца. Тело Михайлова приняло горизонтальное положение, а два розовых полушария новоиспеченного сталкера светились волей к жизни и возможно презрением ко всем трудностям Зоны. Но это не точно.  Колыхаясь развивающимися по;лами плаща, с каждым вихревым потоком подстегивавшими своего владельца по уже покрывшимся легким багрянцем булкам, словно какающий в полете супергерой, с ружьем на шее и автоматом за спиной, в гравитационных полях аномалии, Алексей стал символом несгибаемой воли и целеустремленности в начале тернистого пути сталкера. Михайлов уже ожидал следующей ступени знакомства с Зоной, о которой он точно никому не расскажет, но к его счастью, «Карусель» сочла вопрос недостойным обсуждения и плюнула снопом шматков и осколков разорванного рюкзака, удачно и больно разрядившись Лёхе в десятку его розовой мишени, частью его же припасов.
Сталкер, наконец, ощутив под ногами землю, словно краб, ни на секунду не ослабляя хватку, на кортах, обогнул спасительный ствол березы, отгородившись им от коварной аномалии. Выпучив глаза, он подтянул штаны, потуже затянув портупею на поясе, и наконец, смог отхлебнуть воды из полупустой фляги, чудом не сорванной аномалией с его ремня, как и мешок с болтами. Неопределенное время он, тупо, продолжал пялиться на едва заметное уплотнение воздуха, о котором он теперь знал в разы больше, чем пару минут назад. Заметно просветлевший, осознанный и проникнувшийся уважением ко всем участникам данного действия, особенно к спасшей его березке, он, наконец, пришел в себя.
Оглядевшись, новичок с сожалением обнаружил, что повсюду - на ветвях деревьев, земле, висели и валялись разноцветные куски ткани, некогда бывшие его трусами, футболками, носками и запасным костюмом. Провианту также пришел каюк. Хлеб, консервы, шоколадные батончики - всё разлетелось фаршем по округе. Уцелело только оружие и немного патронов к ружью и пара магазинов к автомату.
- Вот теперь действительно жопа, просто ****ец, - прошептал Лёха, почесав больное место.
Без припасов придется туго. В голове закрутилась мысль о возвращении. Михайлов стал понимать, что его почти месячная подготовка там за периметром, тут не стоит и ломаного гроша. Сражаться и бороться, как мужчина, валиться с ног от усталости и, в крайнем случае, раненым, он был, как будто бы морально готов, но вот быть практически раздетым и унизительно отхлестанным по заднице… к такому его наставник не готовил. Алексей вспомнил свои вылазки на Большой земле по лесам. Там, где нет аномалий, поход в Зону воспринимался увлекательным квестом. Описанные Седым смертельные опасности были легко преодолимы. Только протяни руку, и самые редкие артефакты достанутся именно тебе. Однако у Зоны была своя точка зрения. Она дала понять новичку, что он не на прогулке и пока милосердно наказала за ротозейство, а ведь это даже не «Кордон» … Седой сразу говорил, что будет тяжело и ценой за ошибки будет жизнь и теперь Михайлов осознал это в полной мере, на собственной шкуре.
«Дойду ли я вообще до нужной точки? Хватит ли знаний, внимания и удачи?», - мысленно спрашивал он, бросая сам себе вызов.
Сработала его внутренняя черта характера - его упорство. Михайлов, несмотря на все невзгоды, что обрушивались на него в жизни, постоянно ставил себе цели, пусть и не глобальные, и старался достичь ближайшую из них, вкладывая все силы, жертвуя всеми ресурсами, не считаясь с потребностями организма и временем. Вот и сейчас толика сомнения, словно удар плётки, подстегнул его идти вперед.
Чем дальше он продвигался к намеченной цели, тем пейзажи природы становились мрачнее. Когда он только пересёк периметр, ещё можно было услышать редкие крики птиц, то сейчас только шум ветра в серо-зеленой листве деревьев нарушал тишину на пути Михайлова. Теперь он был сосредоточен, выверял каждые 20-25 метров своего маршрута, останавливаясь, оглядывался и замирал на пару минут. Делал, так как показывал Седой и сейчас он был ему как никогда благодарен. Дорога петляла и извивалась, огибая околки деревьев, однако среза;ть крюки Лёха не решался, опасаясь потерять путеводную нить грунтовки. С того времени, когда его наставник покинул Зону, Она жила своей жизнью и постепенно расширялась, забирая то тут, то там по метру, а где и по десятку метров внешнего мира. Каждым «Выбросом» откидывала людей с их заборами, минными полями, блокпостами. Людям, идущим по только им ведомым причинам в Зону, раз за разом приходилось преодолевать все большее и большее расстояние до «Деревни новичков» - отправной точки вглубь Зоны. Иногда он выходил на дорогу, всматривался в нетронутое человеком покрытие, надеясь обнаружить следы человеческого пребывания, однако кроме отпечатков лап, копыт и дорожек из мелких отметин, пересекающих полосу открытого грунта в обе стороны, ничего не находил. Наличие следов мутантов не прибавляло оптимизма.
Стре;лки его наручных часов, подвергшиеся излучению, исходившему от аномалии, теперь не подчинялись механизму и жили по своим законам, то замедляя, то ускоряя свой ход, или вообще наматывали круги по циферблату в обратную сторону.
Михайлов решил для себя, что если в ближайшее время не выберется к людям, то хотя бы нужно найти сносное укрытие на ночь и уже утром продолжать путь.
В поисках убежища он провёл ещё некоторое время. Нужно было немного отдохнуть. Не найдя никаких построек Михайлов присмотрел, по его мнению, крепкую березу с толстым стволом и взобрался по веткам. Теперь сталкеру предстояло решить ещё одну задачу - не свалиться с дерева во сне. Ведь падение с 5 метровой высоты не сулило ничего приятного, пусть и на землю, покрытую листьями. Однако решение пришло, само собой. Михайлов, устроившись в месте, где ствол раздваивался надвое, отстегнул ремень своего ружья и пропустил его под портупею на своем поясе до середины, а концы ремня соединил, защёлкнув карабины, друг с другом, на стволе дерева. Вышло что-то вроде страховочного пояса. Данная процедура заняла около 10 минут, ведь приходилось одной рукой держать ружьё. Затем уместившись поудобнее и обхватив ружьё покрепче, он закрыл глаза. Усталость взяла своё, Лёха погружался в сон. В голове всплывали картинки недавних событий. Голова кабана явилась перед глазами словно призрак, подмигнула пустой, кровящей глазницей, расхохотавшись жутким хрюкающим смехом, оскалила пасть в зловещем подобии улыбки. Затем возник зомби и стал указывать своей иссохшей рукой, куда-то за спину Михайлова и с протяжным мычанием: «Пооомооогиии!», - начал тормошить его за плечо. Лёха вздрогнул и открыл глаза. Зона подарила, судя по освещению, менее часа отдыха.
Звук единственного выстрела, лай, и рычание донеслись из-за спины совсем недалеко. Быстро оглядевшись, Алексей расстегнул карабины, спустился вниз, пригнувшись, поспешил на шум. Преодолев около 30 метров, он вышел к дороге и увидел лежащего на спине человека. Две слепых собаки кружили вокруг него, а третья, гораздо крупнее собратьев, имевшая серый окрас, запрыгнула сверху и оскаленной пастью пыталась дотянуться до горла сталкера. Бродяга, ухватив ружье за ствол и приклад, сунул его в пасть нависшей над ним собаке и пытался хоть как-то защититься. Псина, глухо рыча, пыталась рывками из стороны в сторону убрать ненавистную преграду, обдавая сталкера брызгами слюны. Лёха, присев на одно колено, вскинул свою вертикалку, однако был риск зарядом картечи зацепить и сталкера. Времени совсем не оставалось. Две другие собаки, постоянно рыча и лая, искали не защищенные комбинезоном участки тела сталкера, проверяя своими челюстями и клыками на прочность экипировку. Сталкер терял силы, постепенно сдавая позиции. Пасть псины приближалась к его лицу, обдавая каплями слюны и жарким смрадным дыханием. Борющийся изо всех сил на земле, человек хрипел, медленно, но неумолимо, сдавал сантиметр за сантиметром наседающему мутанту.
Пегая одноухая собака, наконец, нашла место чуть выше лодыжки, и сомкнула челюсти. Затем рывками стала оттягивать ногу в сторону, заставляя жертву открывать уязвимый пах и мягкие части бедер. Пятнистая, с огрызком хвоста псина тут же атаковала, заскочив между ног человека. Тварь нанесла укус в бедро, опасно близко к паху и резкими рывками головы из стороны в сторону со злобным рычанием, пыталась рвать ткань. Изо рта сталкера вырвался истошный крик боли и отчаяния. Медлить было невозможно, мутанты вот-вот порвут бедолагу. Михайлов, подскочив к месту схватки, с размаху ударом ноги сбил тянущуюся к горлу сталкера собаку. Та, больше от неожиданности, чем от боли взвизгнула, приземлившись в паре метров, тут же переведя уродливую, безглазую голову на новичка, приготовилась прыгнуть на обидчика, но Алексей без раздумий нажал на спусковой крючок. Грохнул выстрел и заряд картечи, не успев разлететься, прошел мимо головы, лишь оторвав переднюю лапу твари. Хотя Лёха был уверен, что снесёт мутанту голову. Лишившись конечности, тварь подалась вперед, потеряв опору.
- По мозгам бьет! Добивай! - сквозь боль крикнул сталкер, и прикладом ружья начал наносить истеричные удары по морде мутанта, пытавшегося вскрыть бедренную артерию. Лёха тут же выжал второй крючок, на этот раз картечь легла ровно в голову, превратив её в фарш из мозгов и костей. С вожаком было покончено.
Новичок, развернувшись и поймав на мушку псину, трепавшую голень сталкера, вновь попытался выжать спусковой крючок, но выстрела не последовало. Совершенно забыл, о перезарядке. Помня свои не совсем скоростные навыки в этом деле, посчитав, что времени нет, он перехватил ружье за стволы и со всего размаху словно молотом, опустил приклад на голову псины. Раздался хруст костей и предсмертный визг твари.
Пятнистая собака, услышав резкий пронзительный визг подыхающей подруги, отпустила ногу жертвы, поспешив дать стрекача, но была убита выстрелом уже освободившегося от собак сталкера вдогонку. Слепой пес коротко взвизгнул, пролетев несколько метров, рухнул на землю, суча лапами. Несколько секунд затухающего эха выстрела, в течение которого люди повернувшись, друг к другу спинами, тяжело дыша, сканировали окрестности взглядами. Живучие мутанты, уже будучи мертвым все еще бились в мелких затухающих конвульсиях.
Серая шкура с короткой прилегающей шерстью, местами имевшей следы воздействия аномалий в виде ожогов, затянувшихся шрамов от укусов и пуль, плотно обтягивала мускулистое тело мутанта. Иногда могло казаться, особенно новичкам при первой встрече, что слепые псы были абсолютными лысыми. Крупная голова с выпирающим увеличившимся мозгом, который давал собакам зачатки ментальных способностей сканировать окружающую обстановку, вкупе с острым нюхом и слухом, с лихвой компенсировали отсутствие глаз. Всё именно так, как и рассказывал Седой, только эти псины были намного крупнее, в полтора, а то и два раза. Новичок поспешил зарядить ружье. Про автомат, всё также висевший за его спиной, в горячке боя, он так и не вспомнил.
- Ууух, думал всё хана мне! - выдохнув, дрожащим голосом сказал незнакомец. Трясущейся рукой он принялся вытирать собачью слюну с лица. Пытаясь встать, сталкер рухнул на землю с коротким криком. Мотнул головой, собираясь с мыслями. - Я, Голд. Спасибо бродяга! По гроб жизни тебе обязан, - превозмогая боль, представился он сквозь сжатые зубы.
- Михайлов Алексей, - назвал себя Лёха.
Голд от удивления на секунду перестал морщиться от боли.
- Ладно… Лёха, там, в рюкзаке аптечка, - Голд с трудом перевернулся на бок. Михайлов открыл рюкзак на спине сталкера, достал пластиковую коробочку желтого цвета и протянул владельцу.
Сталкер дрожащими пальцами, открыл аптечку и вынул шприц-тюбик, затем расстегнув комбез, вколол обезболивающее близко к ране.
- Лёха, выручай, у меня тут схрон недалеко, а сам я точно не дойду, эти твари как бы мне ногу не сломали, - попросил Голд, с надеждой взглянул на Михайлова.
Лёха молча кивнул и помог подняться бродяге, закинув его левую руку через свою шею, второй рукой Голд опирался на своё ружье. Ещё раз, коротко оглядевшись, пара заковыляла в сторону схрона. Они шли по дороге около получаса, приходилось часто делать остановки, чтоб передохнуть и свериться с картой. Затем сталкеры свернули в небольшую рощу из поросли молодых осин. Обезболивающие уже работало, притупляя боль, и Голд стал идти увереннее, опираясь только на ружьё. Путь занял добрых пару часов, поскольку, следуя указаниям Голда, они часто меняли направление, обходя участки с повышенным радиационным фоном и уже известные ему границы встречавшихся старых аномалий. Только карабины на ремне ружья, который новичок так и не вернул в спешке на место, периодически позвякивали, ударяясь друг о друга.
- Пришли, - облегченно выдохнув, сказал Голд.
Алексей огляделся, но ничего что бы походило на укрытие не попалось на глаза. Голд присел и активно начал разгребать листву, спустя минуту показалась деревянная крышка люка, сколоченная из толстых обрезков доски, затем он сделал шаг в сторону, ухватил еле заметный конец проволоки, намотав его на ладонь и потянул на себя. Проволока вытянулась в струну, другой конец которой через узкую щель уходил под крышку.
- Лёха, как скажу, поднимай крышку, - скомандовал сталкер.
Михайлов ухватился за металлическое кольцо, служившее ручкой. Сталкер потянул сильнее и под крышкой раздался щелчок.
- Тяни, - сказал Голд.
Лёха потянул, и крышка легко поддалась.
- Ныряй в люк, как упрешься ногами, пригнись и сместись вправо, я за тобой, - дал инструкцию сталкер.
Михайлов так и сделал. В землянке было темно, немного пахло сыростью, также улавливался запах оружейного масла и пищи. Сдвинувшись, он стал ждать. Легкий хлопок от закрывания крышки и уже знакомый щелчок раздались за его спиной. Новичок почувствовал, что Голд пролез рядом. Резкий свет электрических ламп ударил по глазам, заставив Михайлова зажмурится. Приоткрыв глаза и немного привыкнув к свету, он осмотрелся. Стенки пол и потолок схрона были укреплены небольшими брёвнами из разных пород деревьев, а сам он сидит на небольшой приступке у входа. Спустившись, Леха выпрямился почти в полный рост, лишь немного пригнув голову. Убранство землянки не отличалось роскошью, несколько табуреток и небольшой деревянный столик, видимо добытые с ближайших развалин, пара полок из досок на подпорках, прибитых к стенам. Ряд вбитых гвоздей служил вешалкой. Небольшой топчан, выполненный в виде настила из тех же досок со следами старой, местами облезшей синей краски, вперемешку с горбылём. Ножками топчану служили небольшие чурки. Несколько лампочек на 12 вольт под потолком запитанных от аккумулятора проводами, давали достаточно света. Голд сбросив рюкзак на топчан, принялся снимать комбинезон.
- Ты располагайся, ток оружие поставь на предохранитель. - пригласил хозяин убежища.
Михайлов прислонил ружье к стене, снял автомат и поставил рядом, усевшись на табурет.
- Повезло мне, что ты рядом оказался. Лёха, если б не ты, то мне точно каюк настал. Я уже с жизнью прощался… Сколько раз тут ходил, а вот псин проворонил. Видел хоть раз таких? – спросил сталкер, щелкая креплениями и треща липучками комбинезона. - Это не местные. Местные мелкие и трусливые, только если стая большая тогда нападают. Я обычно обхожу их угодья. Эти из засады напали, я только раз выстрелить и успел и то промазал, сбила прицел мне пси – атакой. Представляешь! Слепая! И где? Тут на «Кордоне»! Я в Зоне уже порядком, но никогда даже от ветеранов, о таких слепых псах тут не слышал. Зона мне тебя послала, - с благодарной улыбкой сказал Голд.
Алексей кивнул, скромно улыбнувшись, не особо понимая, что сказать в ответ. Пожал плечами. Промолчать на благодарность было бы с его стороны не вежливо.
- Скорее зомби послал, - сказал он легко. - Я спал на дереве, а тут он, «помоги» говорит и рукой показывает.
Сталкер выпучил глаза и вопросительно вытянул лицо в недоумении.
- Да? – растерянно спросил он, прервав процесс изымания себя из одежды.
- Да приснился он мне. Я, когда через периметр перешел, встретил зомбаря, ну вот и «Калаш» у него на еду выменял, - пояснил новичок, махнув рукой на ничего не значащее событие.
Голд вытянул лицо еще больше и приоткрыл рот.
- Странно...- только и смог выдавить из себя сталкер, - так ты чего, в лагерь к Волку топал? А чего налегке-то? – сменил тему Голд.
За разговором он уже стянул комбез и начал осматривать раны. Теперь и Алексей мог хорошенько рассмотреть и человека, и результаты схватки с собаками. На местах укусов были видны огромные кровоподтеки, успевшие приобрести тёмно- фиолетовый цвет.
Голд покачал головой, однако открытых ран не было, но голень сильно опухла. Комбинезон, так удачно приобретенный у барыги в «Деревне новичков», отработал на 100 процентов и явно стоил потраченных денег.
Сталкер был среднего роста, на вид ему было около 35 лет, худощавого телосложения, однако дрищё;м его было точно назвать нельзя. Рыжая копна волос была растрепана, чуб свисал на лицо, закрывая широкий лоб. Прямой нос и немного впалые щеки были усеяны конопушками. Рыжие густые брови и усы полностью подходили его лицу. Видимо рыжий цвет и дал имя Голду.
Михайлов, оценивая повреждения сталкера, стал вещать историю своей встречи с аномалией. При слове о фейерверке из продуктов питания, желудок издал протяжное урчание и он, закончив рассказ, опустил голову, страшно хотелось есть, но признаться в этом, Алексею почему-то было стыдно. Хозяин схрона, в секунду поняв смущение новоприбывшего, поспешил исправить ситуацию.
- Да чего ты? Ты мне жизнь спас! Сейчас! - засуетившись, подбодрил Голд. – Я, когда в Зону только попал, жрал вообще все подряд и спал как убитый. Акклиматизировался. Такое все проходят. Тут ты знаешь, брат, аппетит у всех ого-го. Тут и свинки растут и кабанчики, и прочее, все жрать хотят.
- И собачки, - добавил Лёха.
- Ага, и не говори, - согласился Голд. – Охренеть не встать, как собачки жрать хотят, ты сам видел. Ну и наш брат сталкер, с худым животом недолго живет. Сейчас сообразим…
Он привстал с топчана, снял с полки небольшой деревянный ящик и отстегнул защелки, выкладывая на стол банки консервов, галеты и несколько пакетов с лапшой быстрого приготовления. Затем разложил портативную газовую плитку, поставил небольшую кастрюльку, налил воды и щёлкнул клавишей поджога, выкрутив газ на полную. Вода быстро вскипела, и содержимое пакетов отправилось в кипяток. Тем временем Лёха вскрыл консервы, давясь слюной, посмотрел на сталкера. Получив в ответ одобрительный кивок, он принялся есть, подхватывая куски мяса галетой, отправлял в рот. Умяв по банке тушенки, они принялись за горячее, быстро опустошив тару. Новичок, наконец-то расслабился, прислонившись к стене. Он, наконец-то был в безопасности и хоть какой-то определенности.
- Лёха, помнишь, где это твоя «Карусель»? – спросил Голд.
- Ну, если идти от места, где встретились, то отведу, а что? - оживился Алексей.
- Понимаешь, твоя аномалия молодая, сильная. Я про неё не знал, а значит и другие, скорее всего не знают. После последнего «Выброса» родилась, а значит должна артефакты рожать как кошка. Есть у меня одна мысль, но надо сразу туда идти. Время дорого. Тут на окраине аномалии быстро чистят, ладно хоть трупы не быстро растаскивают, - сказал Голд. - Хочешь честный хабар? Настоящий! Заслуженный!
В голове у Лёхи, как у той птицы из басни «в зобе от радости дыханье сперло». Так сразу и в дело? Конечно! Еще бы он не хотел хабара! Он попытался нахмурить для серьезности брови, чтобы придать себе какой-то, как ему казалось сейчас необходимой солидности, но по-самурайски сдвинутые брови очень странно сочетались с его вспыхнувшим радостью лицом.
Гримаса выходила очень странная, и Голд, расценив этот факт добавил: - Ну и, если совсем честно без «Ломтя мяса» я долго, на одних таблетках, не прохожу. Ногу ты видел, поэтому и надо поправиться, - признался Голд, - соглашайся, я один не доберусь… Да и если всё как я думаю, то мы оба в прибытке останемся.
В голове у Михайлова в первую очередь закрутились не деньги, а более важные на сегодняшний день моменты. Вопросы, которые ему нужно было решить, судя по всему вот прямо со дня на день. А именно: он остался практически без ничего, не было еды, патроны рано или поздно кончатся, да и комбинезон как у Голда очень бы пригодился, в чем он наглядно успел убедиться. Необходимость ПДА и хотя бы хиленького детектора для поиска артефактов была также очевидна. По всему выходило, что в «Деревне новичков» без хабара ему делать нечего. Либо идти и напрашиваться «отмычкой», про это Седой рассказывал немного. Это совсем не то, что было Лёхе по душе.
- Согласен, - утвердительно кивнул он, – но как делить будем?
- Всё будет честь по чести. Поровну, - ответил сталкер.
Голд засуетился, снова облачаясь в комбез. Лёха, наконец-то вспомнил о ремне от ружья и вытащил его с пояса, прицепив на своё место. Затем взглянув на автомат, взял в руки, а ведь он его так и не опробовал в деле.
- Голд, разбираешься? - протягивая оружие, спросил Михайлов.
Сталкер взял автомат, осмотрел. Отстегнул магазин, опустил флажок вниз и отвел затворную раму назад до упора, патрона в патроннике не было. Опустив ствол вниз, нажал на спусковой крючок, послышался щелчок ударно-спускового механизма. Затем выполнил неполную разборку, внимательно осматривая каждую деталь. Несмотря на то, что на вид автомат казался побитым, но все детали были в прекрасном состоянии и с остатками смазки. Ствол также был чист.
- А патроны есть? - задал резонный вопрос сталкер.
Лёха достал из карманов два снаряженных бакелитовых коричневого цвета магазина на 30 патронов калибром 5.45 на 39 мм.
- Вроде в порядке, сегодня и проверим. Повезло тебе с машинкой. Надо же сразу с порога Зона тебе такую игрушку всучила. Странно… - Голд немного ревностно посмотрел на новичка, закрыв ствольную коробку крышкой, вставил магазин в автомат и дослал патрон в патронник, затем поставил оружие на предохранитель.
 Автомат послушно ответил ладными щелчками, привнося новый, какой-то успокаивающий и одновременно возбуждающий звук заряженного оружия.
Сборы заняли немного времени, Голд взял провизию на двоих, сунул в рюкзак пару аптечек, два контейнера для артефактов, фонарь и буксировочный трос. Наполнили фляжки из запасов Голда. Михайлов принял решение взять с собой автомат с патронами, а ружье оставить в схроне. Часть патронов двенадцатого калибра перекочевали к Голду. Перед выходом сталкер протянул наладонник новичку, собираясь объяснить, как им пользоваться, на случай если вести придется ему. Однако Михайлов, взяв в руки гаджет, самостоятельно открыл карту.
Голд промолчал, но отметил для себя сей факт. Уж очень много странностей было в его спасителе. Гаджет обозначил время 18.00. Нужно было торопиться. Еще каких-то полчаса и солнце скроется за линией горизонта, погрузив Зону в вечерние сумерки.
Приняв очередную порцию обезбола, Голд, прихрамывая, полез к выходу. Снова раздался уже знакомый Лёхе щелчок. Сталкер, чуть приподнял крышку лаза и осмотрел прилегающую к схрону территорию в образовавшуюся щель. Прислушался. Потянул носом воздух и только после этого открыл лаз, осмотревшись на 360 градусов. После чего, кривясь от боли, он выбрался на поверхность.
- Лёха, гаси свет. Давай за мной, - скомандовал он.
Михайлов, отцепив провод от аккумулятора, вытолкнул рюкзак, а затем выбрался сам. До места боя с собаками они добрались без приключений.
«Все-таки наладонник вещь», - отметил про себя новичок ещё раз.
Туши слепых собак оказались на том же месте. Голд подошел к рюкзаку, висевшему за спиной Михайлова, покопавшись, вынул моток автомобильного троса. Сталкеры сложили туши собак в ряд. Голд сноровисто обвязал головы мутантов, вручив свободный конец троса Лёхе.
- Зачем? - недоумевая, и тараща глаза, спросил он.
-А аномалию мы, чем кормить будем? Чтоб что-то получить, нужно что-то отдать. Так что придется попотеть. Впрягайся, - пояснил сталкер.
Голд хромал впереди, проверяя маршрут, который периодически указывал ему Алексей, шедший за ним и волочивший на тросе туши мутантов, вес которых в сумме составлял около 100 килограммов. Короткая шерсть собак, относительно легко скользила по траве. Сталкер и сам неплохо читал след, оставленный Михайловым, и лишь уточнял направление, не забывая отмечать маршрут на электронной карте. Спустя несколько часов изнурительного для обоих сталкеров пути, он уверенно указал место с аномалией, сориентировавшись по клочкам, оставшимся от его белья и рюкзака.
Лёха присел за деревом, уже имея горький опыт от первой встречи с этой аномалией и на всякий случай, обхватил ствол рукой. Голд достал болты и начал прокидывать ими местность, указанную Михайловым, определяя границы поля ее срабатывания. На третьем броске болт активировал аномалию.
«Карусель», побеспокоенная железкой, активировалась. Раздался легкий гул. Воздух под действием гравитационных колебаний задрожал, создавая видимую рябь, искажая для глаз сталкеров пейзаж местности. Поднимающиеся, словно из земли, вихревые потоки очерчивали цилиндрическую форму «Карусели» и, подхватив болт, раскрутили его с огромной скоростью, сделав невидимым для людских глаз, лишь звуки, вызванные вращением металла в этой «аномальной центрифуге», говорили о том, что болт не растворился бесследно. Сначала было слышно лишь жужжание, затем вращение усилилось на столько, что раздался свист режущий барабанные перепонки. Наконец, аномалия выплюнула металл с такой силой, что можно было не сомневаться, попади такой снаряд в человека, это было бы равноценно выстрелу ружья. При первой встрече Алексей не мог сполна насладиться этим зрелищем, поскольку был напуган, но сейчас, находясь на безопасном расстоянии, наблюдал, открыв рот от изумления.
Голд, к тому времени, также спрятавшийся в укрытие, обернулся и с улыбкой до ушей, подозвал Михайлова.
- Ты видел? Ты понимаешь? - задыхаясь от восторга, произнес сталкер и начал трясти Леху за плечи.
Алексей, еще не отошедший от увиденного, отчаянно закивал головой и расплылся в ответной улыбке.
- Ага, только объясни. Что я понял? - постарался поддержать радость момента Михайлов.
- Сейчас сам всё увидишь, - ответил Голд, развязав узел и освободив от пут туши собак.
Сталкер ухватился за передние лапы пегой псины, с проломленной головой. Михайлов, последовав примеру, взялся за задние и раскачав тушу мутанта они бросили её в аномалию.
«Карусель» загудела, втягивая подношение, раскручивая, подняла вверх и резким ударом порвала тушу на мелкие кусочки. Но разлета не произошло, вместо этого плоть зависла в воздухе, а аномалия, поменяв направление вращения, стала собирать куски и спрессовывать их друг с другом, плавно опуская образование вниз. Как только артефакт коснулся земли, вихревые потоки аномалии угасли. Голд подобрал ветку и, пользуясь кратковременной перезарядкой аномалии, зашел за границу срабатывания и выкатил бесформенный желтовато-красного цвета артефакт из центра аномалии, погоняя ее прутиком.
Лёха подошел ближе, не отводя глаз, стал наблюдать, как сталкер выуживал артефакт. При каждом касании ветки на доли секунды внутри «Ломтя» загорался желто-оранжевый импульс света. Каждая «вспышка жизни» внутри артефакта на фоне наступивших серых вечерних сумерек казалась особенно яркой, словно спасительный огонь путеводного маяка для заблудившегося в ночи путника, заставлявший задерживать дыхание, а наполненное надеждой сердце биться чаще в груди начинающего сталкера. В каждой маленькой вспышке света можно было различить фрагменты костей, мышц и кожи. Просматривалась сеть сосудов, пронизывающая все тело артефакта. В очертаниях, поначалу казавшихся бесформенными, все отчетливее угадывалась форма собачьей головы, обтянутой плотной прозрачной плёнкой.
- Ну, с почином, Лёха! Странное дело, конечно в первый же день арт сорвать. Но, перечить Зоне не будем. Забирай! Твой первый арт, тебе и карты в руки, - сообщил сталкер.
Михайлов, с недоумением взглянул на сталкера.
- Почему мой-то? - спросил он.
- Ну, как почему. Собаку ты завалил в честной схватке. Не испугался и спас мне жизнь. Вот Зона и наградила. - поделился своими соображениями Голд.
- Стало быть, заслужил? – неуверенно уточнил Алексей, с проблеском неподдельного восторга в глазах.
Голд кивнул и с улыбкой на губах вручил новичку контейнер.
Вид своего первого артефакта, полученного немалыми усилиями, отражался в глазах Михайлова, навсегда отпечатываясь в его памяти.
Новичок открыл контейнер и бережно поместил артефакт. Хоть он и пытался выглядеть спокойным, но эмоции переполняли его в этот момент, сердце колотилось от радости. Испытания, что он прошел в первый же день, наконец-то окупились, как будто Зона увидела его желания, а может и наградила. Он прижал контейнер к груди, но тут же вспомнил о ранах товарища. Посмотрев на него, Лёха вернул контейнер.
- Ну как почувствовал? Запомни это чувство, - сказал Голд, улыбнувшись, вспоминая свою радость от первого артефакта.
Выждав несколько минут для верности, дав аномалии накопить полный заряд, сталкеры швырнули ещё одну собаку. На этот раз подошла очередь убитой вдогонку Голдом. Однако «Карусель» просто разнесла тушу мутанта, разметав куски по округе, чем огорчила охотников за артефактами, ввела в недоумение и легкое уныние, но наличие одного полученного артефакта уже было неплохим вознаграждением за усилия. По крайней мере, так решил для себя новичок. Голд же напротив, морщил лоб и гладил подбородок, пытаясь сопоставить оба раза, и понять где была допущена ошибка.
- А сейчас, что не так? – спросил Алексей, убирая с плеча ошметок шкуры мутанта.
- Такое тоже бывает, - Голд вздохнул. – Не выложился я на полную, видать. Не зачет, - он усмехнулся. - Ладно, шансы были, проверили.
Алексей некоторое время смотрел на успокаивающуюся «Карусель», пытаясь сопоставить, что было и что стало.
- А как это не выложился? – наконец, сформулировал он вопрос.
- Тут дело непростое, Лёха, давай отойдем, пусть заряжается, - предложил Голд. Они отошли на несколько метров назад и сели на траву. – Вот скажи, что есть артефакт?
- Ну я-то откуда знаю? – удивился вопросу Михайлов.
- По сути никто не знает. Ни ученые, ни военные, ни толком сталкеры. Одно только точно известно, чем труднее он достается, тем ценнее находка. Оттого бывалые сталкеры все к центру поближе трутся, понимаешь? – спросил он, делая паузу. – Там уже у мужиков не деньги на первом месте, а азарт, интерес, чем Зона наградит… Иногда такие цацочки выпадают, весь мир с ума сходит от их хабара.
- А-а-а… - завороженно протянул новичок.
- Ну вот за что наградит? – спросил Голд? – За что сталкеру хабаром и удачей приходится улыбнуться ей?
- За что? – непроизвольно повторил вопрос Алексей, даже не предполагая ответ.
- Я вот думаю, что Зона душой человеческой плату берет. Какая душонка у мужичка, такая и ответка. Вот кто готов её на кон положить, тот и любим Зоной, а кто гнилой, тот… Голд помрачнел лицом. – Тому хода к ней нет. Встали! – вдруг резко прервал он разговор. – Давай за работу!
Михайлов кивнул. Подтянув оставшуюся тушу предводителя слепых собак. Сталкеры еще раз угостили аномалию.
- Сработало! Доставай скорей! - не своим голосом взвизгнул Голд от радости.
Алексей поспешил к аномалии и в точности повторил действия сталкера, внимательно следившего за новичком. На этот раз «Ломоть» отличался своим большим размером, более частым и ярким свечением, и по своей форме напоминал скомканный лист бумаги, с торчащими в разные стороны кусочками костей, фрагментов жил и толстых вен, обтянутый плотной пленкой с пятнами серого цвета. От такого вида Михайлов испытал легкое отвращение. Голд наоборот выглядел крайне довольным получившимся артефактом.
- Повезло. Этот «Ломоть мяса» намного потянет, - сообщил он и положил контейнер в рюкзак.
Затем взглянул на экран ПДА, отметив время 21.30. До того, как сгустившиеся сумерки будут окончательно поглощены непроглядной темнотой ночной Зоны, оставалось около полутора часов, в связи с чем, он проложил более короткий маршрут до схрона и отметил его на карте, о чем незамедлительно сообщил Михайлову. Раны давали о себе знать, каждый шаг приносил ему пока еще терпимую боль. Голд, опираясь на плечо Михайлова, повел его в обратный путь. Сталкер рисковал и пошел в ходку в ночь, вколов перед выходом свой последний шприц с обезболивающим.
До схрона они добрались уже к полуночи. Забравшись в землянку Голд со стоном сел на топчан, еле сдерживая крик, сжимая зубы до скрипа. При помощи Алексея снял комбинезон.
Кровоподтёки в местах укусов расползлись по всей поверхности ноги, кожа приобрела багрово - фиолетовый цвет. Нога окончательно распухла.
- Лёха, контейнер с пояса и бинт! В ящике на полке фляжка со спиртом! - отрывисто скомандовал он.
Михайлов быстро и молча подал флягу и контейнер. Сталкер сделал несколько больших глотков и выдохнул, мгновенно опьянев. Затем он немного налил в ладонь спирта и растёр по ноге, вынув из контейнера «Ломоть», осторожно помял его. От касаний артефакт задрожал и начал испускать короткие импульсы света. Голд приложил его к голени.
Алексей, распустив бинт, примотал артефакт к ноге Голда и надёжно зафиксировал. После чего сталкер лёг и сразу отключился.

Глава 3. Деревня новичков
Лёха проснулся от ароматного запаха кофе, который проникал в нос и распознанный рецепторами обоняния, создал в голове сталкера чашку с тёмным горячим напитком. Михайлов открыл глаза. Перед ним сидел Голд и улыбаясь кивком головы указал на стоящую, на столике алюминиевую кружку с тёмно-коричневатым парящим кофе. Ручка кружки была обмотана бинтом в несколько слоев. Рядом с кружкой стояла открытая металлическая банка сгущённого молока. Новичок зацепил несколько ложек сгущенки и отправил в кружку, тщательно перемешав содержимое. Подул и прищурив глаза сделал небольшой глоток. Приятная сладость и горчинка кофе согрели рот. Лёха с нескрываемым удовольствием выдохнул. Голд проснулся раньше. Стол был уже накрыт, галеты, колбаса, а главное блюдо в закрытом солдатском котелке мирно дожидалось своей участи.
- Праздник, что ли какой? - изумляясь столь богатому завтраку, спросил Алексей.
- Ну, можно сказать и так. Отмечаем твой первый хабар, - ответил Голд.
- Да чего уж там, Голд, без тебя-то ничего бы и не было. Как нога кстати? -немного смущаясь от повода, поинтересовался Михайлов.
- Свершилось чудо! Друг спас жизнь друга! - с улыбкой, пытаясь спародировать персонажа мультфильма, произнес Голд.
Затем он задрал штанину и показал результат работы артефакта. Нога, которая ещё вчера представляла собой ужасное зрелище, уже не имела отека, кожа приобрела здоровый, естественный цвет. Сталкер даже исполнил корявый танцевальный элемент «присядочка», демонстрируя отсутствие боли. Лёха не был сильно впечатлен, как в первый раз, когда увидел исцеляющее действие «Души» в доме Седого, но искренне порадовался, что теперь здоровью товарища ничего не угрожало и он принял в этом самое прямое участие.
-А теперь давай поедим! - сказал Голд, сняв крышку с армейского котелка, и высвободившийся парок наполнил схрон аппетитным ароматом гречневой каши с тушёнкой.
Он отрядил в крышку порцию каши для Михайлова, а сам принялся уплетать прямо из котелка, прикусывая галетами и колбасой. Голд съел почти всё, что было на столе, затем вытащил из ящика еще две банки тушенки и с нескрываемым удовольствием приговорил, обильно запивая кофе, а затем и водой. Лёха смотрел на это чревоугодие вполне нормально, судя по тому, что объяснял ему Седой, после использования артефакта организм Голда сейчас восстанавливал потраченные ресурсы, которые под действием «Ломтя» были в ускоренном режиме брошены на заживление ран. Закончив с завтраком, сталкеры убрали со стола. Голд, чутка перестаравшись, завалился на топчан, то и дело икая и охая. А живот раздулся и явно выделялся на фоне худощавого тела.
Михайлов приоткрыл крышку лаза, сделав небольшую щель, запустил свежий воздух. На поверхности давно наступило утро, и легкий прохладный ветерок гонял листву среди стволов молодых осин. Осмотревшись, он прислушался. Тишина. Лёха закрыл лаз и вернулся на своё место.
- Всё тихо? - поинтересовался сталкер и взглянул в ПДА, заметив время 09.45
- Вроде спокойно, по крайней мере, я никого не заметил, - ответил Михайлов.
Голд улегся поудобнее, подложив под голову рюкзак, открыл вкладку «Кордон» и стал пролистывать сообщения сталкерской сети, выискивая полезную для себя информацию. В одном сообщении оставленным несколько дней назад, неким Доком, обосновавшимся в «Деревне новичков», говорилось о том, что он оказывает услуги по ремонту оружия, снаряжения, а также занимается обслуживанием гаджетов с установкой новых программ. Цена вопроса обсуждалась на месте.
«Интересно, как это старый жмот Сидорович пустил этого Дока в свои пенаты?», - мелькнул вполне резонный вопрос в голове сталкера.
- Голд, а к барыге, когда пойдем? Хотелось бы поскорее. Проведешь? Ну, или покажи на карте как лучше пройти, хотя я в картах не очень разбираюсь… - попросил Михайлов, прервав размышления Голда.
- Что не терпится первый хабар сбыть? Понимаю. Сам таким был, тем более появился еще один повод, - с улыбкой, ответил Голд и показал сообщение от Дока в ПДА.
- Кстати по расценкам. Объясни, какую цену просить за артефакт? Так чтоб не прогадать? - спросил Лёха.
- Понимаешь, артефакт, вещь штучная. Всё зависит от его качества, пользовались им или нет. Утвержденного прейскуранта быть не может. Это не горшок, на дне которого выбита цена, и от неё нельзя отойти при продаже. Скажем у нас два «Ломтя», - Голд одел перчатку, достал контейнер и открыл его, вынув артефакт.
- Видишь? Вспомни, какой он был, когда ты его поместил в контейнер? - спросил Голд и перевёл взгляд на Михайлова.
– Вспомнил, - ответил он, в голове всплыла картинка полного силой артефакта.
- Я использовал его, чтоб вылечить ногу и от этого он стал немного меньше в размере, цвет не такой насыщенный, пленка стала тоньше, и импульсы света не такие яркие и проскакивают внутри арта уже не так часто, как когда мы его только достали из аномалии. А это значит? - указал на видимые изменения артефакта сталкер и задал наводящий вопрос.
- Мы его использовали же. Он б/у получается? От этого его цена упала, наверное? – предположил Алексей.
- Именно. Твой артефакт мы не использовали, соответственно, стоить он будет дороже. Ну еще зависит от того что послужило материалом для артефакта у нас это были слепые псы, а бывает так, что … не повезет нашему брату-сталкеру. Ну, ещё редкость играет роль, свойства и немаловажный фактор — это наличие и срочность заказа на тот или иной артефакт. В общем каждый арт — это отдельный торг, - объяснил Голд на наглядном примере, убирая артефакт обратно в контейнер.
Михайлов, выслушав вводную лекцию об основах ценообразования в Зоне, мысленно сопоставлял только что полученную информацию с той, что рассказывал Седой.
- Выходит не обманул…- едва шевеля губами, чуть слышно прошептал Лёха.
- Кто не обманул? - с удивлением и настороженностью спросил сталкер.
- Седой. Это он мне рассказал о Зоне и готовил, - ответил Михайлов, после чего рассказал от начала и до конца историю своего появления в Зоне. Голд слушал внимательно, выражение его лица менялось в зависимости от момента рассказа, от удивления и улыбки до сосредоточенного и мрачного.
- Вот оно что. А я всё голову ломал, как ты умудрился один, без проводника, периметр проскочить. Да и с ПДА обращаться умеешь. Я уж было подумал, что ты передо мной спектакль разыгрывал. А о Седом я слышал несколько историй, хотя правдивы ли они, не знаю. Сталкеры любят накинуть жгучего пуха на свои россказни. А вот Сидорович, может быть, и расскажет о нём поподробнее, - сказал Голд.
- Так что? Идём? - оживился Леха.
- Конечно, идем тем более мне тоже нужно припасы пополнить, батарейки на фонарь, аккумулятор еле тянет, патронов и так по мелочи. Подсоберёмся и в путь, - подытожил Голд.
Сборы заняли около 20 минут. Выбравшись из схрона и тщательно замаскировав вход, сталкеры выдвинулись к деревне. Голд шёл впереди, Лёха следом. Солнце Зоны не таким ярким как на «Большой земле». Оно уже поднялось довольно высоко, иногда выглядывая в разрывах свинцовых кучевых облаков обильно застеливших и без того не приветливое небо. В воздухе чувствовался избыток влаги. Ночью прошел обильный дождь и ноги сталкеров немного проваливались на влажной земле, усыпанной плотным слоем опавших листьев, который и не давал сталкерам вязнуть, но и оставлял хорошо читаемую дорожку, наполняя отпечатки берц влагой, которой, словно губка, напиталась лесная подстилка. Лёха накинул капюшон своего плаща, дабы стекавшие капли с еще не высохших ветвей деревьев не попадали за шиворот.
Судя по карте опорная точка, где обосновывались на первое время кандидаты в сталкеры, находилась не так уж и далеко, примерно в двух километрах от схрона. Голд решил не рисковать при выборе места, для своей лёжки, посчитав, что так будет удобнее сбывать хабар, да и в случае опасности всегда можно быстро добраться до надежного охраняемого места. Хотя всегда был риск, что его могли выследить, поэтому Голд особо не привлекал внимания, сбывал хабар понемногу и ходил всегда разными тропами, тщательно путая след. Так он сделал и в этот раз, постоянно меняя направление и закладывая крюки, попутно объясняя и показывая Лёхе ориентиры, места с повышенной радиацией и участки обитания местной живности. Михайлов всматривался на указанные сталкером участки, как будто фотографировал глазами, и кивнув, откладывал снимок в папку «Кордон», в своей памяти. Преодолев половину пути и выбравшись на небольшую поляну, сталкеры сделали привал. Михайлов отвинтил крышку своей фляги, отпив несколько глотков. В то время как напарник тщательно осматривал поляну, густо поросшую разнотравьем, с высокими пожелтевшими кустами «Чернобыльника», выделявшимися на общем фоне. Затем он вернулся к новичку.
- Кто-то прошел тут, где-то час или полтора назад и судя по следу кто-то большой, - сообщил он, указывая на примятые и сломанные стебли травы в точках, расположенных примерно на расстоянии около полутора метров друг от друга.
Желтоватые стебли ярко выделялись отсутствием капель влаги, сбитых по ходу движения чьей-то ногой, а может и лапой. Определить, кто именно прошел Голд не брался, уложенная густая трава надежно скрыла форму следа, но своими верхушками стеблей примятых к земле, давала понять направление.
- Что-то мне не по себе. Таких высоких сталкеров я поблизости не встречал, - отметил Голд.
- Может, бежал? При беге шаг ведь длиннее? - выдвинул предположение Алексей.
- По Зоне не бегают. Бег по Зоне – это всё равно, что прогулка по минному полю с закрытыми глазами. Только если сильно прижмёт, – ответил Голд, одновременно делясь сталкерской мудростью. Михайлов вспомнил свой переход через периметр и содрогнулся.
- Обойдём? - предположил Лёха.
- Как и полагается всем нормальным героям, - сказал сталкер, сверяясь с картой, в ПДА и отметил время 10.55.
Обнаруженный след, кардинально изменил их маршрут. Голд решил обогнуть, возможно, опасный участок, заложив большую дугу. Встреча с кем-то вроде кровососа не сулила ничего хорошего, и именно сейчас от этой мысли веяло жуткой опасностью.
- Как думаешь, кто это мог быть? - от волнения и неопределенности, почти шепотом спросил Лёха, не отрываясь от обзора ближних кустов.
- Лёша, твою маковку, тихо. Крути башкой и смотри внимательно, - прошипел сталкер.
Поднялся ветер, разгоняя облака. Верхушки деревьев зашелестели еще не упавшими листьями, осыпая сталкеров каплями воды. Голд прибавил ход. Ветер в Зоне мог быть как союзником, так и выдать сталкера, разнося его запах по окрестности, направив по следу мутантов. Наконец, среди макушек деревьев показалась ржавая ёмкость старой водонапорной башни, местами с еще не облупившейся серебрянкой, не понятно как, устоявшей под действием множества «Выбросов» с момента существования Зоны. Голд облегчённо выдохнул.
- Лёха, запоминай ориентир, - сказал он, указывая на сооружение советской эпохи.
Михайлов кивнул.
Они прошли ещё около ста метров. Смешанный редеющий лес понемногу отступал, сменившись на когда-то высаженную вдоль дороги, ведущей к деревне, разросшуюся полосу тополей. Стали видны полуразрушенные постройки домов. Преодолев еще около пятидесяти метров, Михайлов разглядел покосившийся металлический ржавый столб с пожелтевшей от времени и кислотных дождей табличкой, сохранившей часть названия деревни «МАРТЫНО...». Голд присел за стволом старого тополя, в метрах тридцати от ближайшего дома с уцелевшей кровлей и, обернувшись к Михайлову, махнув рукой, потребовал спрятаться. Затем он приложил указательный палец к губам. Алексей выполнил, всё, что от него требовалось. Через несколько минут томительного ожидания, сталкер, въедавшийся глазами в обстановку, наконец, вновь обернулся к новичку и молча указал на небольшое окошко в деревянном фронтоне двухскатной крыши дома. Михайлов пригляделся, но ничего не заметил, переведя взгляд на напарника, пожал плечами. Голд полностью скрылся за стволом дерева. Лёха поспешил последовать его примеру.
- Эй, на чердаке, сталкер! Не стреляй! Свои! Вольные! - неожиданно для Михайлова, выкрикнул он.
- Голд, ты?! А кто с тобой?!- раздался голос часового.
- Я! Со мной Странник! Шериф, ты?!- ответил Голд, поймав на себе вопросительный взгляд новичка, и развёл руками в ответ.
- Я! Подходи сначала ты! Без обид Голд, я его не знаю! - подстраховался сталкер.
- Иду! - ответил Голд, подняв свое ружьё высоко над головой обоими руками, вышел из-за укрытия, направившись к часовому.
Поравнявшись с оградой, он скрылся из вида, но уже через несколько секунд вновь появился в поле зрения напарника и махнул рукой. Странник встал в полный рост и поспешил к товарищу, повесив автомат на плечо, дабы не давать повода для часового нажать на спусковой крючок. Когда Лёха подошел к дому из чердачного окошка высунулся сталкер, осмотрев его, расплылся в улыбке и поприветствовал, махнув рукой.
- Привет, Странник! Я Шериф! Будем знакомы!
- Хау, бледнолицый! - подняв руку с открытой ладонью, поприветствовал его Михайлов.
Сталкеры рассмеялись.
- Ну, всё проваливайте, не отвлекайте. Я сообщил, Волк ждёт, - сказал Шериф и скрылся в темноте проема.
Деревня представляла собой около 30 домов, расположенных по обе стороны дороги. Полуразрушенные постройки, с покосившимися, посеревшими и местами выломанными пролётами оград, провожали вновь прибывшего в Зону сталкера пустыми глазницами оконных проемов. Деревянные бревенчатые останки завалившихся стен постепенно гнили, утопая в земле, покрываясь желто-коричневым мхом, превращаясь в труху. Лишь уцелевшие русские печи напоминали о былом уюте. Разруха и «Выбросы» пощадили несколько кирпичных строений, в которых когда-то располагались сельсовет и ФАП. На опустевших участках виднелись холмы погребов с вытоптанными к ним тропками, в которых предприимчивые сталкеры-выживальщики обустраивали убежища от «Выбросов» и места; для безопасного ночлега. Несколько аномалий, встретившихся на пути сталкеров, были обозначены вешками, которыми послужили ветки деревьев и штакетник, воткнутые в землю вдоль границ их срабатывания.
- Голд, а чего ты меня Странником назвал? - спросил Михайлов.
- А что я должен был кричать на весь «Кордон» твоё имя? Что первое на ум пришло. Шериф мужик серьёзный, промедли я с ответом он бы палить начал. Ты со счетов не скидывай, что тут и бандитики шалят. Могут нашего брата-сталкера в заложники взять, чтобы пост отвлечь или с дистанции снять. Случаи разные бывали, с незнакомцем всегда ухо востро тут держат. А вообще много с тобой странного произошло, вот и Странник. Считай, что теперь прозвище твоё. Думаешь, почему меня Голдом кличут? - спросил он.
- Рыжий? - не раздумывая, ответил Лёха.
- Потому что соображаю быстро, где и как получше и пожирнее прихабариться можно. Ну и рыжий конечно тоже, - рассмеялся сталкер.
Сталкер Волк сидел на крыльце бывшего сельсовета. При приближении гостей он встал, коренастая фигура среднего роста четко контрастировала на фоне стены из серого кирпича. Странник отметил его суровый вид. Лицо бронзового цвета, небольшие с прищуром глаза, косой зарубцевавшийся шрам от левой скулы до мочки уха и черная щетина с проседью заставляли невольно опасаться его носителя. Экипировка дополняла образ бывалого сталкера. Комбинезон цвета хаки, изготовленный из арамидной ткани, усиленный композитными материалами и встроенными керамическими броне пластинами. Быстросъёмный жилет–разгрузка с многочисленными подсумками. Наплечники, налокотники и наколенники из высокопрочного пластика дополняли и без того солидную защиту. Противогаз–маска, висевший на шее, с двумя шлангами, уходившими к встроенным за спиной в комбез фильтрам, обеспечивал защиту органов дыхания и глаз от суровых химических сред, распространённых в Зоне. Непромокаемые ботинки Волка с высокой шнуровкой и прочными пластиковыми подноска;ми, на толстой подошве, заставили Михайлова опустить голову и с унынием осмотреть свои стандартные, видавшие виды армейские берцы. Редкий, не только по меркам Зоны, автомат «Абакан» окончательно добил Лёху. От всего увиденного он невольно открыл рот, что не прошло незамеченным для Голда, о чем он дал знать ему легким ударом локтя по ребрам. Странник, опомнившись, закрыл рот, стараясь походить на Волка, состроил серьёзную мину.
Волк, в свою очередь, оценив новичка, перевел взгляд на своего знакомого.
- Здорово Голд, давно не заглядывал, - спокойным низким голосом поприветствовал Волк. - Ты же одиночка, новичков не обучаешь или «в отмычки» взял? – нисколько не смущаясь присутствия Странника, спросил Волк.
- Привет, он для меня не «отмычка». Он мне жизнь спас, - расставив точки над и, ответил Голд.
Волк взглянул на Алексея одобрительным взглядом.
- Ладно, как знаешь. Давай сразу к делу, раз пришел. Нужна ваша помощь. Сейчас в лагере из опытных только я, Шериф, Фанат и еще пара парней, ночью пришли. Молодых дюжина наберется. Что-то странное тут творится в последнее время. Один новый у меня пропал из центра деревни. Сидел у костра, отошел отлить и нет его, понимаешь? Ни одного следа, кроме обреза на земле, - сказал Волк.
- Может погулять пошел? - выдвинул предположение Лёха.
Однако сталкер проигнорировал Михайлова, даже не повернув головы в его сторону, продолжил вести диалог с Голдом.
- На охоту зовёшь? - задал резонный вопрос Голд.
- Ставлю в курс вас обоих. А по неладному выясняем. Как выясним, там по обстановке сориентирую. Но на тебя рассчитываю, - ответил Волк.
- Мы подумаем. Нужно свои дела решить, - ответил за двоих Голд.
- Надумаешь, найдешь меня, - с еле заметной ноткой недовольства ответил Волк, на доли секунды сжав губы, - здесь безопасность общая, и вклад в нее общий, - теперь уже глядя на Странника сказал Волк.
От этого взгляда Алексей растерялся и даже как будто покачнулся, как от толчка.
Сталкеры направились к бункеру Сидоровича.
- А чего они сами не справятся? - обдумав сказанное сталкером, спросил новичок.
- Не знаю, Волк, матёрый сталкер, если бы он был уверен, что разберется имеющимися у него силами, то не просил бы помочь. И не понятно, что за тварь осмелилась сунуться в деревню. А может и из-за забора зацепила за мозги и вывела. Они хоть и мутанты, но тоже жить хотят. Одно дело если нападают стаей на одиночку в Зоне и совершенно другое, когда в самом центре деревни, где больше десятка людей с оружием, пусть и большинство из них не опытные. Да и не ставил бы он на охрану Шерифа. Страхуется. – выдал свои размышления Голд.
- Слушай, а это не может быть та скотина, чьи следы мы видели на поляне? - спросил Странник.
- Всё может быть. - вспоминая следы, ответил сталкер.
Бункер торговца располагался на окраине деревни. Сталкеры свернули с дороги на вытоптанную множеством сапог и ботинок тропинку, ведущую к небольшому холму, поросшему травой и кустарником, создающих естественную маскировку, с расположенным у подножия входом. Массивная двустворчатая бронированная дверь, обычно открытая днём, была закрыта.
- Опасается, старый хрен, - с усмешкой произнес Голд, собираясь нажать кнопку вызова на металлической панели, расположенной на створке двери.
- Я всё слышал, поговори мне ещё! - раздался хриплый мужской голос из динамика, спрятанного за панелью.
Лёха еле сдержал улыбку, сжав губы.
- Сидорович, привет. Это Голд и Странник, - постарался сменить тему разговора сталкер.
Однако вместо ответа раздался протяжный электронный писк, сопровождаемый характерным щелчком отпирания замка. Дверь открылась. Сталкеры поспешили войти в коридор, стены и потолок которого были бетонными. Дверь за ними закрылась. На потолке загорелись электрические лампы, освещая пролет бетонной П-образной лестницы, ведущей вниз. Голд притормозил новичка.
- Я первый арт толкну, посмотрим какую цену давать будет. От этого и отталкивайся, когда свой продавать будешь, - прошептал Голд.
- Услышал, - ответил Михайлов.
Спустившись на два лестничных марша, сталкеры упёрлись в еще одну дверь, не уступающую по надежности той, что осталась на входе.
Раздался все тот же писк и щелчок электронного замка, отварившего дверь. Сталкеры вошли и оказались в небольшой прихожей отделенной от основного помещения решеткой, из толстых металлических прутьев, с небольшим окошком для торговли. Сразу за решеткой был оборудован прилавок с небольшим столиком, за которым и сидел Сидорович. На вид ему было больше 60 лет, невысокого роста, лысеющая голова, грузное тело, неизменные чёрные брюки, белая рубаха и кожаная коричневая жилетка, ставшие визитной карточкой легендарного барыги «Кордона». За спиной торговца, вдоль стен стояли стеллажи с занавешенными черной тканью полками. Далее была видна ещё одна дверь, хранившая за собой секреты владельца бункера. Сидорович смерил опытным глазом сталкеров, очевидно пытаясь понять с виду, что это за новый перец позади Голда и какой хабар они ему приволокли.
- Ну, небось, консервных банок притащили? - закинул удочку торговец, сверля глазами Голда.
- Приветствую Сидорович, с днём рождения тебя дорогой, - пытаясь реабилитироваться за казус «с хреном», ответил Голд.
- Опоздал малёха, 30 сентября было, - парировал барыга.
- Эх, жаль, а мы тебя порадовать отличным хабаром в честь праздника хотели, - ответил с наигранной грустью сталкер.
- Выкладывай, чего принёс? - смягчился Сидорович, хотя надо полагать, что этот барыга скупал не только хабар, но и информацию, и везде в Зоне были его глаза и уши, а посему нелестные отзывы в свой адрес, он наверняка слышал не раз и в действительности обиды ни на кого не держал, пока хабар исправно шел именно к нему. В плюс Сидоровича можно сказать, что слово своё он держал крепко, а по-другому и торговцу и честному сталкеру в Зоне никак.
Голд снял с пояса контейнер и положил на крышку прилавка, намереваясь открыть его.
- Погоди, - остановил его торговец, одевая перчатки, защитные очки, блеснувшие качественной пластиковой оправой, и фартук со свинцовой прокладкой, затем кивнул сталкеру. Голд открыл контейнер и развернул его. Сидорович аккуратно вынул «Ломоть» и придирчиво осмотрел со всех сторон.
- Пользовались, даю 8 тысяч, и то только потому, что настроение хорошее, -заключил он.
- 10 тысяч, пользовался раз и исключительно для проверки, - твердо заявил Голд.
- Много, - сказал Сидорович, небрежно положив артефакт обратно в контейнер, и откинулся назад.
– Ага, говори мне, - улыбнулся Голд, нисколько не сомневаясь в своей позиции. -Двенадцать! – тут же добавил он.
- Ах, ты! – не то восхитился, не то возмутился Сидорович, тем не менее, в его глазах мелькнул азартный огонек. Ему всегда нравился торг. Это было его способом общаться с людьми. Просто сидеть и покупать либо отказывать клиенту было неинтересно, а вот реальная схватка с клиентом, знающим цену артефакту, было тем, что цепляло его как хорошая наживка для судака, за самые жабры.
Торговец, нагнулся над прилавком и положил тонкую стопку купюр на стол.
- Восемь, - уверенно сказал он, скрестив пальцы на груди и крутя один большой палец вокруг другого.
- Хм… - хмыкнул Голд. Торг обещал быть интересным. Не зря же он Голд. – Ладно, восемь, но только я сейчас выйду, там, у мужиков один прихворнул с суставами, подлечу его, возьму четыре тушёнки и координаты схрона, плюс две аптечки, и заберешь его за восемь. Как раз один раз использовано будет, но по делу уже. – Идет? – спросил Голд.
Сидорович замер.
- Не-не, погоди, - возразил он. В его руках появился калькулятор. – Четыре тушёнки… - пальцы нажали несколько кнопок. – Две аптечки… Девять! – заявил он и положил к купюрам на столе еще две.
Голд склонил голову набок, причмокивая губами, делая вид что раздумывает.
- Координаты тайника ещё… - сказал он.
- Хм! – снова хмыкнул торговец. – А ты сам-то дойдешь, до тайника-то того? Кто там хворый у нас? Казак? Гусь? – спросил он.
- Казак, - кивнув головой и не моргнув глазом, соврал Голд.
Оба несколько секунд сражались взглядами, как фехтовальщики на олимпиаде. Наконец, Сидорович не выдержал и опустил взгляд.
- Ладно, черт с тобой, - он положил еще две купюры на стопку. – Десять! А Казаку скажи, чтобы… хрен с ним, ничего не говори. Он мне все равно должен, вот и боится зайти. Что за народ...? – театрально возмутился он, тем не менее, протягивая руку в перчатке к артефакту и быстро забирая его к себе под прилавок, видимо к уже заготовленным контейнерам. – Забирай свои коврижки. Или записать? Или нужно чего?
Голд царственно кивнул, позволяя Сидоровичу не выпускать деньги из рук, и рассчитаться товаром, с которого торговец опять возьмет свой гешефт.
- Тушёнки банок 10, галеты, колбаса, водки пару бутылок, батарейки на фонарь, противогаз, патроны двенадцатый калибр-картечь, пули, аптечек штуки 3, антирад, - перечислил Голд.
- Батареек нет. Доставка в «Карусель» влетела, по мелочи собрали, что смогли и то уже мужики выкупили, извиняй. Новая партия уже идет, через два-три дня будет, - уже другим тоном объяснился торговец.
Пробел в доставке был для него болезненным и принципиальным упущением. Тут действительно не всё зависело от него, и отсутствие батареек в ночное время для сталкера, могло стоить ему и ходки, и жизни, а торговцу – кормильца.
- К технику зайди он заряжает, скажи, что от меня поручение, он тебе в лучшем виде снарядит. Остальное есть. Итого 5500, - сказал Сидорович.
Сталкер задумался, подсчитывая в уме стоимость заказа, затем кивнул торговцу. Сидорович, встал и в несколько ловких движений, которые не сильно вязались с его полной фигурой и возрастом, скидал требуемое клиенту к окошку, так споро, что казалось он, заготовил именно это заранее. Хотя, может быть, так оно и было. Голд, спокойно переместил это все в рюкзак, не брезгуя, тем не менее, проверить дату на консервах, аптечках и скользнуть внимательным взглядом по маркировке боеприпаса.
Теперь торговец перевел взгляд на Лёху, до этого стоявшего за спиной напарника и внимательно следившего за торгом, отметившего для себя, что так ловко как Голд, он соврать не сможет.
- Странник, да? У тебя, что тоже «Ломоть»? Или за компанию пришел? - осведомился барыга, приглашая сталкера к окошку. Его глаза, видевшие сотни других сталкеров, новичков и ветеранов теперь бегло осматривали подступивший с той стороны окна субъект.
- Так и есть «Ломоть», - вынимая из рюкзака контейнер, ответил Леха.
Сидорович прищурил глаз, понимая, что его развели. Новичок теперь примерно знает цену на «Ломоть мяса», и крутнуть его на две тысячи и банку тушенки не получится.
- Показывай, - как можно равнодушнее ответил он.
Странник повторил процедуру. Сидорович вынул артефакт и одобрительно кивнул, оставшись довольным качеством.
- Сколько хочешь? - спросил барыга, понимая, ниже 15 тысяч цену сбить, не удастся.
«Вот же хитрый жук», - подумал он, бросив короткий взгляд на Голда, уже растянувшего улыбку, затем вернулся глазами к Страннику.
- 20 тысяч, - совершенно спокойно озвучил цену Михайлов.
- Да вы меня по миру пустите побираться. Где вы их набрали-то? 18 тысяч – красная цена. Ну, скажи ему Голд? – призвал к сочувствию торговец.
Голд развернул контейнер с артефактом к себе так, как будто первый раз его видел. Приблизил лицо, несколько секунд разглядывал его и даже приподнял, пробуя на вес и пытаясь увидеть что-то на просвет лампы.
- Ну что, я конечно, здесь не заинтересованная сторона, но если ты меня спросил, то посмотри внимательно, - он ткнул пальцем в одну из граней, где свет электрической лампы проникал чуть глубже, чем в другие. – Видишь красное? Это жизнь, это крепкая жизнь в «Ломте», Сидорович, этой красноты хватит на…
- Ой, всё, всё! – махнул на него рукой Сидорович. – С тобой спорить, лучше жгучего пуха в штаны засунуть. Начнется сейчас, не остановишь. Зачем я тебя ещё спрашивал?! - на этот раз, искренно раздосадовавшись, чуть не прикрикнул он. - Чего тебе? - перекладывая артефакт из контейнера в свинцовый ящик, спросил Сидорович, стараясь не глядеть на покрасневшего от удовольствия Странника.
- Тоже, что и Голду, только ещё рюкзак, сменное белье, нож, нужен ПДА, два контейнера для артефактов, комбинезон с встроенной бронезащитой и поясом, разгрузка, противогаз поновее, ботинки непромокаемые, фонарь налобный и патронов 5.45;39 мм. 3 пачки, - выпалил как заученный стих Лёха.
Сидорович замер, прислушиваясь к списку. Что ж, новичок на товар ходкий, не жмется, берет по делу, а не водкой. Это хорошо. Сидорович встал, оперевшись руками на стол, и снова оценил сталкера. Выделил его порозовевшее лицо, учащенное от волнения дыхание, прямой, открытый взгляд как будто зелёных глаз. Еще раз согласно кивнул. Годится, ради такого сталкера можно пару тысяч и потерять в торге. Ничего в следующий раз поумнее будет, новичков вперед торговать будет, а не как сейчас.
Он, став серьезным, написал на листке товар и цены, протянул Страннику. Голд также глянул список. Однако вышло, что денег, вырученных за артефакт, не хватало, от чего он расстроился, пришлось отказаться от ботинок, разгрузки, части провизии и взять одну бутылку водки. Из 20 тысяч, с учетом изменений, оставалось полтысячи. Но Сидорович предложил на оставшиеся деньги два магазина повышенной ёмкости на 45 патронов, кружку и ложку. На том и сошлись.
Несколько минут торговец собирал проданный сталкеру товар, выкладывая его на прилавок. Видя, что Странник плывет в понимании комбинезона, под одобрительным взглядом Голда, распаковал не новый, но не ношенный в Зоне комбинезон, показал укрепленные швы, не изношенные накладки, рабочие замки и липы. Даже предложил понюхать внутреннюю часть, показывая, что обмундирование из химчистки, посторонних запахов и тем более наличие посторонней живности исключено. Алексей, понимая и не понимая одновременно, о чем идет речь, щупал, постукивал и нюхал в тех местах, где было указано Сидоровичем, согласно кивая и стараясь не расплываться в широкой улыбке от понимания своей первой, настоящей и так удачно прошедшей сделки.
Сталкеры, упаковались, почувствовав значительно потяжелевшие рюкзаки, и мужественно помахав Сидоровичу в окошко на прощание, двинулись на выход, поскрипывая грузом и ремешками.
Когда внешние двери за сталкерами захлопнулись, барыга уселся за стол, включил вентилятор, пытаясь остудить разгоряченное движениями тело, несколько секунд провожал их взглядом через камеру наружного наблюдения.
- Ну, удачи вам, мужики…- негромко пожелал он им в спину.
Тяжесть брезентового рюкзака за спиной приятно давила на плечи Странника. Улыбка не сходила с его лица, пока они не вышли на дорогу и остановились, решая, что делать дальше.
-Ну что? Доволен? - спросил Голд, взглянув на сияющее радостью лицо Михайлова.
- Спрашиваешь, конечно, доволен. Теперь и на охоту, и за артефактами, да хоть в центр Зоны!!- не сдерживая эмоций, выпалил Леха.
- Погоди-погоди, разогнался в центр Зоны, сначала к технику зайдем, познакомимся, приценимся, - угомонил горячность новичка Голд.
Док обосновался в лагере несколько дней назад, заняв кирпичное помещение бывшего фельдшерско-акушерского пункта, конечно с позволения Волка, чем вызвал недовольство нескольких новичков, ранее облюбовавших это хорошо укрепленное, по меркам Зоны, место. Однако быстро поняв, что нахождение специалиста-техника по соседству, несет только плюсы, быстро сменили гнев на милость и даже начали помогать ему с обустройством помещения под мастерскую. Док же в качестве оплаты, отремонтировал помощникам поизносившуюся снарягу и оружие, чем «убил двух зайцев», прорекламировав своё мастерство на деле. Зачастую новичкам не очень везло на стоящий хабар в окрестностях «Кордона», а снаряжение и оружие имело свойство изнашиваться и грозило подвести своих и без того неопытных владельцев в самый неподходящий момент, который мог стоить им жизни или оставить калекой. Да и на обновки с хилым заработком не всегда хватало средств, а в долг новичкам Сидорович не давал. Поэтому многие начинающие сталкеры, так и не добившись успеха, покидали «Кордон», уходя к более опытным сталкерам хоть «отмычками», лишь бы набраться опыта, либо прибивались к бандитам, либо, что происходило еще реже возвращаясь на «Большую землю». Такой расклад был не на руку барыге, поэтому новость о появлении техника он принял, с довольной миной и благосклонным кивком. Разумеется, для всех торговцев, техников, врачей, не добывавших свой хлеб, таская артефакты из аномалий, прибыток был связан с толковыми сталкерами, чьи контейнеры регулярно пополнялись дорогой добычей, а оборудование, амуниция, оружие затачивались мастерами с особой тщательностью и за приличные деньги. С этой стороны, на окраинах Зоны, мастер-оружейник или бронник не имел ни приличного клиента, ни соответственно работы и навара. Естественно, что и для торговцев самый знатный хабар был ближе к центру Зоны, но вот для Сидоровича, часто являющимся первой точкой снабжения сталкера, связь с периметром, быстрая поставка требуемого для новичка приносила свой изрядный кусок хлеба с маслом, а иногда и ящиком красной икры.
Разумеется, торговец и техник быстро нашли общий язык, как две руки одного организма, пересылая иного сталкера друг к другу.
Сталкеры, расспросив по дороге у двух новичков, направлявшихся к бункеру, где обитает Док, подошли к одноэтажному кирпичному, с четырехскатной кровлей покрытой листовой жестью, зданию в центре деревни. Напарники вошли в здание бывшего фельдшерско-акушерского пункта, попав в небольшое помещение, когда-то служившее «комнатой ожидания» для пациентов. Вдоль стен были расположены несколько потёртых кушеток, вероятно, использовавшихся в качестве скамеек, оставлявших между собой двухметровый проход. На стенах были развешаны пожелтевшие от времени плакаты советской эпохи, призывавшие к здоровому образу жизни и отказу от алкоголя и курения. Напротив входа, на расстоянии около семи метров, располагалась дверь в кабинет фельдшера.
Голд громко покашлял для приличия и постучал в деревянную, выкрашенную в серый цвет дверь, с чудом сохранившейся табличкой «фельдшер Иванова Лариса Ивановна».
- Да-да, - послышался твердый мужской голос.
- Здравствуйте, Ларису Ивановну хотим, – выдал, само собой напросившуюся, шутку Странник, пытаясь изобразить акцент. От чего сталкеры, будучи в приподнятом настроении, одновременно расхохотались.
Полноватый, круглолицый, с короткой стрижкой русых волос, выше среднего роста мужчина, возрастом примерно за 40 лет, в белом халате, стоял у стеллажа и перебирал электронные платы, разглядывая каждую по очереди, очевидно пытаясь найти нужную. При появлении сталкеров и озвученной шутки, сопровождаемой смехом, он повернулся к гостям, расплывшись в добродушной улыбке, подошел и пожал каждому руку.
- Всё забываю снять табличку, сегодня эту шутку я слышу уже в третий раз. Здравствуйте, я Док. Что у вас? Оружие, снаряжение, может ПДА? - представившись, поинтересовался Док и сел за длинный, почти на всю ширину помещения, стол, стоящий в 2 метрах от входа, одновременно служивший прилавком.
На столе стояли различные приборы, среди которых напарники могли уверенно определить лишь паяльник и мультиметр и нечто напоминающее маску часовщика со сменными увеличительными стеклами. О назначении других, поблескивающих нержавеющей сталью, либо лежащих в футлярах инструментах, сталкеры могли лишь догадываться. Уважительно пробежав глазами по арсеналу, который Док, видимо, не очень планировал распихивать по полкам и шкафам, сталкеры притихли.
- Итак, товарищи сталкеры, что у вас? У меня очень много дел, - довольно в интеллигентной форме повторил свой вопрос Док, переключив внимание Странника и Голда от разглядывания оборудования.
- Да мы познакомиться пришли, Сидорович сказал, что ты можешь зарядить батарейки, аккумулятор. Извиняюсь, забыл представиться я Голд, это Странник, - неожиданно для себя подхватив манеру общения техника, ответил сталкер.
- Всё верно, это вы по адресу, если батарейки, как вы их называете, аккумуляторного типа, то я с радостью вам помогу. Вам несказанно повезло, буквально утром я закончил зарядное устройство, а источником питания является, как вы думаете, что? - улыбаясь, попытался создать интригу Док, и замер в ожидании ответа, вопросительно взглянув на Странника.
- Нууу видимо артефакт, «Батарейка» или «Вспышка», - покопавшись в записках Седого, отложившихся в его памяти, неуверенно ответил Лёха.
- Всё верно! Артефакт из аномалии «Электра». Давайте ваши АКБ, - обрадовавшись верному ответу, подтвердил Док, обращаясь к Голду.
- А что по цене? В сообщении было, что на месте обговаривается, давай договариваться на берегу, - предчувствуя подвох, ответил сталкер.
- Ах да, всё время забываю где я, еще не привык, - как бы извиняясь, оправдался Док, - думаю, колбаса или пара банок тушёнки, вполне подойдет в качестве оплаты. Каюсь, есть грех, за работой совершенно не замечаю количество съеденного. Бартер вас устроит? - озвучил своё предложение техник.
Голд был приятно удивлен, такой цене, согласившись, вытащил из рюкзака две банки тушёнки, пачку галет и выложил на стол вместе с батарейками и аккумулятором. Док сгреб комплект батареек, довольно легко, как показалось Страннику, поднял аккумулятор и ушел в соседнюю комнату, откуда через минуту послышалось легкое гудение и радостные возгласы. Затем он вернулся к сталкерам.
- Приходите через пару часов, всё будет готово, - доложил он.
- Однако, я думал минимум часов 7, - с удивлением подметил Голд, - Я батарейки заберу, а аккумулятор у вас полежит, тяжелый зараза - сказал он, и взглядом указал на галеты сверх оговоренной цены. На что Док, кивнув, согласился и повернулся к Страннику.
- А что у вас товарищ сталкер? - спросил он.
- Мне бы крепление на руку для ПДА, - ответил Лёха.
- И всё? Ну, раз вы больше ничего не хотите? Позвольте ваш гаджет, - разочарованно вздохнул техник.
- А разве еще что-то есть? - с интересом спросил Странник.
- Конечно, могу обновить программу, залить новейшую карту Зоны с последними изменениями, встроить детектор жизненных форм или детектор артефактов. Да и просто починить. Я, между прочим, еще и неплохой айтишник, - без бахвальства, серьезным тоном, оторвав взгляд от ПДА, и пристально посмотрев на сталкеров, ответил Док.
- А если крепление, и карту залить, и детектор, каких их там… форм, и артефактов? - зачастил от волнения Странник.
- Пока только крепление и карту обновить! Пока! - остудив напарника, вмешался Голд, положив ладонь на плечо новичку.
- Ну да, крепление и карту, - опомнившись, повторил Странник, понимая, что платить за услугу ему особо не чем.
- Понимаю, если крепление и карту, то думаю, что коляски колбасы и галет будет достаточно. Все будет в лучшем виде, думаю, за часа три я управлюсь, - заверил Док.
Странник кивнул и выложил на стол плату, подвинув к технику.
- Ах да, товарищи сталкеры, если у вас случайно окажутся неисправные гаджеты или скажем неисправное оружие, то приносите. Лишними запчасти не бывают. И самое главное артефакты! Сейчас меня интересуют образования гравитационных аномалий, - заключил он.
- Заметано, Док, будем иметь в виду, - отозвался Голд, которому явно пришлось по душе такое предложение. Затем пообещав зайти сегодня или в крайнем случае на следующий день, они вышли из мастерской. Голд шедший впереди остановился и повернувшись к Лехе полушепотом спросил: - А кто это айтишник?
- Это тот, кто шарит в компьютерах, в программах, - ответил Странник, стараясь не улыбаться, чтоб не обидеть сталкера.
- А я подумал, что степень такая научная типа профессора, - хихикнул Голд, - хотя, как по мне этот Док умный мужик руки из правильного места растут, зарядка на артефактах, Кулибин не иначе и чего он в Зоне забыл? – с серьезным видом, подметил сталкер.
- Ага, он, когда меня про основу этой зарядки спросил, я себя как на экзамене в ПТУ почувствовал, - соглашаясь с Голдом, ответил Лёха.
- Так, вернёмся к нашим баранам, надо бы помыться, да и отметить сделку не мешало бы, – с улыбкой сказал Голд.
- Это точно, - согласился Странник, почесав щетинистый подбородок.
Между тем часы на ПДА Голда обозначили 16.00.
Решение с помывкой нашлось довольно просто, вопреки ожиданиям Странника новых трудностей. Среди полуразрушенной деревни, имелась вполне сносно уцелевшая баня, которую сталкеры подремонтировав, использовали по прямому назначению. Вода хоть и не самого лучшего качества, набираемая из колодцев, вполне годилась чтоб помыться и постирать вещи.
Растопив баню, натаскав воды, Странник перед тем, как принимать водные процедуры, наломал березовых веток с уцелевшими желтоватыми листьями, благо ходить далеко не пришлось, ибо дикорастущие березы, заметно пощипанные другими сталкерами, были почти на каждом участке заброшенных домовладений. Мылись по очереди, дабы не потерять свои вещи, чего в принципе в лагере не случалось, но было принято совместное решение последовать старинной сталкерской мудрости. Дождавшись своей очереди и передав пост Голду, раскрасневшемуся после первого пара и усиленной работы мочалки, Лёха наконец-то вошёл в предбанник, достал из рюкзака сменное бельё и аккуратно разложил на скамейке, затем прихватив стирку, сунув берёзовый веник под мышку, вошёл в баню. Небольшое окошко давало достаточно дневного света. Горячий, влажный воздух наполнял помещение, совместившее и парилку в виде высокого полка;, и помывочную в виде широкой лавки. Михайлов налил в оцинкованный таз горячей воды и замочил шмотки, веник он залил тёплой водой в небольшом деревянном запарнике и накрыл крышкой, сам же вылив ковш кипятка в каменку, забрался на поло;к. Белые клубы плотного пара окутали помещение. Странник закрыл глаза, приятный жар согревал тело, принося облегчение изнывающей от грязи коже, мышцы постепенно расслаблялись, улыбка блаженства появилась на лице сталкера. Вскоре он почувствовал лёгкий аромат берёзовых листьев с преобладающим резким запахом скипидара, видимо усиленно проявившейся в аномальных условиях Зоны. Однако этот неприятно пахнущий казус нисколько не смутил новичка, окатив себя холодной водой из ковша, он вновь поддал парку и принялся нещадно хлестать себя веником, периодически окуная его в запарник. Ни одна часть его тела не осталась без внимания, ну кроме пятой точки. Потому как «боевые раны», полученные после противостояния с «Каруселью», еще побаливали, и светились россыпью синяков, на раскрасневшихся булках сталкера.
Хорошенько напарившись, Лёха буквально сполз с полка;, отдышавшись, приступил к стирке, заботливо оставленным Голдом, куском хозяйственного мыла, отметив для себя необходимость, приобрести комплект мыльно-рыльных принадлежностей.
Закончив со стиркой и тщательно отжав вещи, он принялся намыливать мочалку и не жалея сил отдирать накопившейся слой грязи, вместе с которым уходили и переживания двух последних дней, проблемы и суета «Большой земли». Отмывшись, он вышел в предбанник. Осенний воздух приятно обдал прохладой. Лёха насухо вытерся, сияющим белизной армейским вафельным полотенцем, предусмотрительно оставленным напарником, напялив на себя комбинезон и плащ, вышел из бани, развесив бельё, уселся на лавку рядом с ожидавшим его сталкером.
- Ну что как тебе жизнь по-сталкерски? - спросил Голд.
- Нормально, Голд, даже отлично, - более чем довольный происходящим искренне ответил Леха.
- Теперь можно и отметить, пошли к костру, заодно и с ночлегом определимся, - призывно махнул рукой сталкер, показывая направление.
Сталкеры закинув рюкзаки за спину, взяли оружие, и вышли на дорогу. В наступивших сумерках пламя костра было хорошо видно, уже слышался звонкий смех стягивавшихся на огонёк сталкеров. К вечеру, по уже сложившейся в лагере традиции, сталкеры независимо от ранга собирались на вечерние посиделки, перекусить и пропустить горячительного, поделиться новостями, обсудить планы или просто поболтать, отвлечься от повседневных забот суровой жизни в Зоне. Рядом с костром стоял длинный стол и две лавки, сколоченные из старых досок, позаимствованных сталкерами из близлежащих домовладений.
У костра собралось около 7 человек. Волк и Шериф, на правах старожил лагеря, занимали самые удобные места, во главе стола. Их присутствие на таких вечеринках объяснялось просто, на тот случай если кто-то из новичков, перебрав храброй воды, затевал ссору и, получив по щам, начинал хвататься за оружие, а это грозило ранениями и убийством, чего допускать было никак нельзя. Подошедшие к костру Странник и Голд поприветствовали всех собравшихся у огня, и с молчаливого кивка старшего заняли свободные места у стола. Сталкеры стали накрывать поляну, выкладывая не отличавшиеся особыми изысками угощения, кто, чем богат, как говорится. Странник также не остался в стороне, выложив на стол банку тушенки, галеты и отрезал пол коляски колбасы, под одобрительный взгляд напарника. Голд, в свою очередь, вынул бутылку водки и дополнил уже имевшийся на столе комплект снарядов. Послышался хруст скручиваемых крышек и звон металлических кружек, подставляемых под приглушенное весёлым говором, бульканье выливаемого из бутылок горячительного. Каждому досталось пусть и немного, зато поровну и по-братски. Лёха посмотрел на кружку со своими заслуженными, по словам Голда, ста граммами «сталкерских», затем оглядел лица всех присутствующих, поднес кружку к губам и, выдохнув, опустошил её, в несколько глотков. Водка хоть и отдавала сивухой, но пошла легко, обдавая расползавшимся теплом желудок, постепенно застилая легкой пеленой сознание. Алексей втянул носом воздух и закусил протянутой напарником колбасой. От выпитой порции проснулся аппетит, и сталкеры принялись уничтожать съестное, периодически наполняя кружки. После второй порции спиртного, Михайлову стало хорошо, и он предпочёл остановиться на достигнутой кондиции.
Атмосфера суеты отходила под звуками гитары. Компания словно по команде стала замолкать, дабы не мешать сталкеру по прозвищу Музыкант, настраивать старенькую фанерную «Бобровку» с чёрно-белой фотографической наклейкой, запечатлевшей легендарного Владимира Высоцкого в обнимку с гитарой. «Я ЖИВ, - снимите черные повязки», гласили слова из песни, под его портретом. Найденная Музыкантом в одном из домов гитара теперь ожила и радовала лагерь. Свет пламени отражался от потускневшего лакового покрытия, обнажая имеющиеся на корпусе древесного цвета, царапины. Сталкер иногда останавливался, подкручивая колки; на головке потёртого грифа, меняя натяжение, затем щипал медную струну, прислушиваясь к звуку, одобрительно кивая, либо вновь подкручивал, еле прикасаясь к барашку. В каждом его движении, при не ровном свете костра, чувствовалась какая-то гипнотическая слаженность инструмента и человека. Наконец, настроив инструмент, пальцы левой руки сталкера с характерным шуршанием по медной оплётке старинных струн, задвигались по дорожкам грифа, прижимая баррэ на ладах, сопровождаемые боем. В вечернее небо Зоны, вместе с искрами растревоженного свежими поленцами костра полетели аккорды легкоузнаваемой композиции. Мужики дружно запели слова песни рождённой в Зоне.
Мы сталкеры - свободные бродяги,
Нам Зона – мама, заменила кров,
Мы гордо расправляем наши стяги,
Пусть на комбезах нету орденов,
Мы сталкеры в погоне за хабаром,
Теряем головы, попавши в «Карусель»,
Нас «Жарки» обдают палящим жаром
Нам не впервой с судьбой вести дуэль.
Мы сталкеры - свободные бродяги,
Мутанты на пути нам нипочем.
Что уготовано нам Зоной мы не знаем
Узнаем завтра, если доживём
Узнаем завтра, если доживём
Лёха тихонько стал подпевать запоминающиеся слова: «Узнаем завтра, если доживём» ... Сейчас он стал ощущать себя, пусть и маленькой, но все же частью сталкерского братства. Братства людей, таких же, как и он, пришедших в Зону отчуждения, в поисках лучшей доли. Они жили сегодня и сейчас радовались простым вещам, не хитрой еде, дешевой водке, хорошей компании. Ведь возможно завтра кто-то из сидящих за одним столом бродяг не вернётся в лагерь. Только сейчас Алексей в полной мере осознал слова, сказанные ему у костра Седым, там за периметром: «…жизнь в Зоне она другая…». Возможно, тогда Седой смотрел на пламя и мысленно переносился сюда, в Зону, к такому же костру и так же, как и Странник пел вместе с братьями - сталкерами песню, рождённую в Зоне.
Музыкант, закончив играть, бережно поставил гитару слева от себя, прислонив её грифом к скамейке. Только сейчас Лёха заметил, что у инструмента было свое место в этом кругу, которое никто не занимал. Отблески пламени танцевали на корпусе как бы пытались прикоснуться к струнам, вобравшим в себя частички душ, каждого из собравшихся, сталкеров. Глаза Странника, притянутые неведомой силой, смотрели на гитару, взгляд медленно опускался от грифа к нижнему порогу и, встретившись с изображением глаз певца, Михайлов замер, глаза с гитары смотрели на него, словно ожив, рассматривали, изучали сталкера, пронизывающим, глубоким взглядом. Казалось, что не изображение, а действительно человек молча смотрит на него, на новоприбывшего, знакомясь и изучая, заглядывая в душу и вопрошая что-то одним взглядом. Новичок усмехнулся, опустив глаза. Виновата в том была водка или погода, или волнение предыдущих суток, но Алексею вдруг захотелось засмеяться и заплакать одновременно, слушая теперь уже братскую сталкерскую речь, ощущать тепло от костра, легкий, едва уловимый вечерний ветер и иногда резонирующий в тон сталкерам, едва слышимый им гул струн, словно и она принимала участие в разговорах, также смеялась и перешептывалась со всеми.
Лёха вдохнул полной грудью. Как же сейчас ему было хорошо, не передать словами. Он бы хотел поделиться этой радостью сейчас со всем миром, с любым и каждым. Столько слов, но нет нужных… Его взгляд снова вернулся к инструменту, на этот раз в не ровном свете костра, лицо Высоцкого улыбалось, а взгляд исподлобья был упрям и весел. «Я ЖИВ, - снимите черные повязки» ярко гласила надпись. Ни капли сомнения. Ни единой капли. Он только что почувствовал что-то, что никогда не мог представить. Теперь он ощущал перед собой не инструмент, а живого человека. Сильного, прямого и честного. Его глаза округлились, рот приоткрылся, а от самой головы до самых пят, от неизведанного, волнами побежали мурашки, дыхание остановилось. В растерянности он перевёл взгляд на Музыканта. Сталкер склонив голову, изучал Странника. Нисколько не смущаясь своего пристального взгляда, он так же, как и изображение на гитаре изучал Странника. Алексей, попытался сглотнуть слюну, но сейчас это сделать не получалось. Едва заметно кивнув Михайлову, Музыкант перехватил инструмент, и едва касаясь кончиками пальцев струн, легким перебором простых аккордов, окрасил общий фон разговоров простой, мягкой мелодией.
Только теперь новичок мог выдохнуть, ощущая, как колотится сердце, раскачивая грудь мощным биением. Он только что коснулся, а вернее его только что коснулось то, что касается любого новоприбывшего сталкера – дыхание Зоны. После они все привыкают к нему и начинают дышать одним потоком, чувствовать друг друга. И тот, кто сможет не испугаться, а дышать с ней вместе, сможет почувствовать и приближающийся «Выброс», и внимание мутанта, и присутствие аномалии. А тот, кто не найдет в себе смелости, честно и прямо разговаривать с Зоной, что ж… тот и не сможет услышать её подсказки, понять её предупреждения, увидеть свою дорогу в ней.
От подбрасываемых в огонь веток и поленьев, костер выбрасывал в сгустившиеся сумерки снопы искр, стремящихся в непроглядное свинцовое небо, но неминуемо угасавших в холодном осеннем воздухе. Пламя с пожирало предложенное ей угощение, разгораясь всё сильнее, обдавая лица сталкеров согревающим светом.
«И всё-таки здорово, что здесь у мужиков вот так всё устроено…», - улыбаясь сам себе, подумал Лёха. Сидевший слева от него Голд, озабоченно обсуждал с бородатым сталкером новость о развороченном где-то схроне, который не то взорвали изнутри, не то уничтожила народившаяся рядом аномалия. Было очень интересно слушать рассуждения о том какие брёвна того сруба вылетели наружу первыми, за сколько метров их нашли, кто это мог быть и может ли быть схрон ещё пригоден при таком раскладе. Но вот, Голд и бородатый вроде как замолкли, осмысливая доводы собеседника, и Странник захотел признаться Голду, что ему сильно показалось, что гитара похожа на человека. Он даже открыл было рот, как вдруг…
Отдельным, посторонним куском реальности, в этот уютный теплый круг сталкеров ворвался пронзительный крик, раздавшийся буквально в 20 метрах от костра, заставивший его, как и остальных мгновенно протрезветь. Сталкеры повскакивали, хватаясь за оружие, раздались щелчки предохранителей и звуки досылания патронов, но грубый командный голос Волка пресёк суету и зачатки паники среди новичков.
- Не стрелять! В круг! Стволы наружу! Фонари! Держать свой сектор! - раздались чёткие команды Волка, которые были выполнены незамедлительно.
Повисла тишина, круг из людей ощетинился стволами, лучи фонарей шерстили округу, разрезали темноту, пытаясь нащупать возможный образ цели. В тот же момент прозвучали выстрелы сигнальных пистолетов. Сталкеры, дежурившие в охране лагеря, также слышали крик и отреагировали незамедлительно, запустив в темнеющее небо звезды осветительных патронов. На несколько секунд округу залило белым дневным светом, откидывая резкие, контрастные тени от кустов и поломанных заборчиков, освещая непроницаемые для фонарей места. Белый свет осветительных ракет, плавно спускавшихся сверху, немного успокоил сталкеров, убедившихся в отсутствии видимых рядом угроз. Странник, до этого сжимавший вспотевшей ладонью рукоятку своего автомата, еле слышно выдохнул, с благодарностью отметив для себя быструю реакцию постов.
Заговорила рация Волка. Восточный и западный посты, прикрывавшие подходы с дороги с противоположных сторон, предусмотрительно усиленные опытными сталкерами Носом и Енотом, поочередно доложили об отсутствии противника в зоне их видимости. Фанат, возглавлявший третий пост, прикрывавший подход к лагерю с юга, стороны леса, сообщил, что на секунду на расстоянии тридцати метров от поста, детектор живых форм уловил присутствие мутанта и человека, однако тип мутанта прибор не успел определить. Волк, выслушав последний доклад, помрачнел, желваки заходили на его скулах, пытаясь скрыть напряженный ход мыслей хозяина.
Эфир слышали все присутствующие. Сталкеры понемногу стали осматриваться.
- Казака нет, - раздался голос одного из новичков.
- Вот и определились с потерей, - еле слышно произнес Шериф.
- Волк, Фанату. Не стреляйте. Подхожу, - раздался голос из динамика рации.
Волк дал отбой сталкерам.
Через несколько минут, в свете костра появился невысокий коренастый сталкер, одетый в черную вязаную шапку, комбинезон тёмно-зелёного цвета, схожий по расположению броне пластин с экипировкой Волка и коротким помповым дробовиком наперевес. Тёмная с проседью, коротко стриженая борода придавала Фанату схожесть с викингом из иллюстраций учебника истории. Волк, обменявшись с Фанатом несколькими фразами, которые были слышны только им и стоящему рядом Шерифу, подозвал жестом руки Голда. Остальным же была дана команда, расходиться по схронам, по двое и без особой нужды не высовываться. Сталкеры расходились двойками, не ставя оружие на предохранители.
Голд, Шериф, Фанат и Волк остались у костра, очевидно, как самые опытные и крепкие сталкеры «Деревни новичков». Странник, закинув автомат на плечо, подошел поближе, в ожидании напарника. На лице Волка читалась обеспокоенность от случившегося.
- Фанат, давай подробнее, через твой пост мутант уходил? - спросил Волк.
- Рядом прошёл, сгрёб добычу, запрыгнул на ближайшие развалины, там и следы когтей остались на брёвнах, и уже оттуда перепрыгнул ограждение, судя по форме и длине следа - кровосос, ростом около 2.5 метров. И меня пугает то, что я засек мутанта детектором только на отходе. У меня детектор на сигналке стоит, как что непонятное пищит. А тут не сработал, - сталкер нервно поскреб бороду. - Знатная хрень получается, Волк. Он был тут у нас и выжидал момента, - выложил свои данные сталкер.
- Тот сектор мы минировали особенно тщательно. Ближе к лесу сигнальные ракеты стоят, и растяжек с гранатами натыкано. Выходит, эта фартовая сволочь, вместе с Казаком под мышкой, в котором не меньше семидесяти килограмм было, спокойно залезла на стену, перемахнула ограду и умудрилась ни одной растяжки не зацепить? Я лично первые 10 метров от забора минировал, не зная прохода, там не пройти. Только если прыжком или по воздуху, - подметил Шериф, зло сплюнув, перевел взгляд с Фаната на Волка.
- Спокойно, Шериф! Никто в твоих навыках сапёра не сомневается. Так только одна дрянь может прыгать – Болотник. И совсем не хотелось бы, чтобы она тут появилась, - задумавшись, предположил Волк, - но тут и обычный кровосос редкость, если и появлялись, то к лагерю не приближались и уж тем более не заходили. Голд, что думаешь?
- Я думаю, что в последнее время много странностей подкидывает нам Зона, - начал сталкер, - Странник отбил меня от слепых собак и одна из них била пси-атакой. Я такой мощной пси-атаки от них никогда не встречал. Даже в «Рыжем лесу». Теперь вот Болотник, которого детектор с трудом берёт, и сдается мне, что на его след мы наткнулись утром в километре южнее лагеря. Идти за ним сейчас так лучше сразу в аномалию прыгнуть, он передушит нас как цыплят. Казака уже не вытащить. Болотник голодный был, раз решился лезть в деревню с вооруженными людьми, либо за угрозу нас не считает, - закончил Голд.
Сталкеры замолчали, опустив головы, понимая, что Голд прав, мысленно прощаясь с товарищем. Волк первым нарушил минуту молчания, подводя итог: - Завтра, обойдем лагерь, нужно понять, как он прошёл, и перекрыть все лазейки. Дальше решим, как быть. Сегодня кровосос больше не появится. Фанат, в полночь вместе с Носом и Енотом снимайтесь с постов, вы нужны будете завтра, подмену пришлю. В 9.00 сбор у меня. Голд, что решил? Поможешь?
Голд, встретившись взглядом с Волком, твёрдо кивнул, согласившись. Шериф предложил Голду и Страннику занять погреб без вести пропавшего сталкера Казака и проводил до места ночлега. В Лехиной голове вновь всплыла строчка из песни: «Узнаем завтра, если доживём...».
Казак основательно обустроил своё жилище, разместившись в погребе недалеко от центра деревни. Стены погреба, когда-то выложенные прежним владельцем кирпичом, представляли надежную защиту от обвала. Относительно недавно перекрытая сталкерами крыша, состоящая из двух накатов бревен, укрытых слоем земли, служила надежной защитой от «Выбросов», терявших свою силу на окраинах Зоны. Несмотря на глубину, в погребе было относительно сухо, благодаря вентиляционной трубе, выходившей на улицу через крышу погреба, и небольшой буржуйке. Спуск в убежище осуществлялся при помощи деревянной четырехметровой лестницы. Вдоль стен были расположены широкие полки, в прошлом служившие для хранения банок с солениями, сейчас же нижний ярус был приспособлен под лежанки, на верхних полках были сложены не хитрые пожитки почившего сталкера, которые судя по запаху, витавшему в погребе, были далеко не первой свежести. Перевернутый деревянный ящик, расположенный в середине погреба, на перестеленном досками полу служил столиком, на котором стояла старая лампа – керосинка, с лежащим рядом коробком спичек. Такую обстановку увидел Странник, спустившийся первым, в свете своего налобного фонаря. Следом спустился Голд и захлопнул за собой массивную деревянную крышку лаза. Странник зажёг лампу, припоминая, что заряжать или покупать батарейки удовольствие не из дешёвых. Разгоревшийся фитиль лампы наполнил пространство погреба теплым желтоватым светом, сгладив резкие тени электрического фонаря. Сняв рюкзак с плеч, Лёха закинул его на верхнюю полку, предварительно сдвинув вещи Казака в сторону, затем снял плащ, застелив им нижнюю полку, сел и стал наблюдать за напарником. Голд готовился к завтрашнему выходу, выкладывая припасы, чтоб облегчить рюкзак, оставляя необходимый минимум еды. Проверил своё ружьё и противогаз, рассовал по карманам комбинезона патроны в зависимости от заряда.
- Чего сидишь-то? Деньги не нужны? - спросил Голд, хитро прищурившись, посмотрел на новичка.
- Это как? Нужны, конечно! - оживившись при упоминании о деньгах, ответил Странник, ожидая разъяснений.
- А так, Волк ведь тоже сталкер и не упустит шанс «и рыбку съесть и косточкой не подавиться». В общем, я уверен, что сейчас он у Сидоровича и выбивает у него награду для себя и тех, кто пойдет за кровососом. Ведь барыга и сам заинтересован, чтоб такого опасного мутанта не было на «Кордоне». Если он тут таскать сталкеров будет, то дорожка до барыги быстро травкой зарастёт. Кто хабар носить будет? Ну, включай соображалку, - выдал свои соображения Голд.
- Заработать, конечно, не помешает только вот ... Кто меня возьмет? Я в Зоне второй день, - высказал свои, в целом обоснованные, предположения Михайлов.
- Ну, я тебя в деле видел, а не проверенных, я за своей спиной не хочу. Обновка у тебя рабочая, - Голд указал пальцем на комбез напарника, - на такое дело сгодится. Да и автомат поинтереснее будет против кровососа. А то у мужиков наших сам видишь, ружьишки, обрезы, кто во что горазд. Кровосос мутант быстрый, пока они заряжаться будут, да что к чему понимать, он уже и полоснуть может. Это я про обычного, а тут Болотник. Болотник, брат — это чума… От таких подальше держатся, но тут у «Кордона», куда уже отползать? К солдатикам разве что, но те сам знаешь, не сильно лучше кровососа будут, - Голд на секунду замер с пачкой патронов в руках, задумавшись. – Ты кровососа не видел же ещё? - вдруг спросил он.
- Не… - признался Лёха.
- Ну вот, потому ты и пригодишься. В Зоне бояться надо, конечно, но не до одури, иначе короткая тропинка будет сталкеру. Понял?
Алексей согласно кивнул. «Что значит пригодишься, потому что кровососа не видел?», - смутно закралось ему не высказанное.
- А другие мужики, сталкеры, то есть, они видели? – спросил Странник, пытаясь нащупать невыясненное.
Голд убрал пачку патронов в рюкзак и достал другую, вскрыв картонную упаковку, вынул боеприпас с чёрной пластиковой гильзой, приблизил патрон к лампе, читая маркировку. «Пуля Поляева 6 У» - гласила надпись, выполненная белым маркером на гильзе.
- Кто-то видел, кто-то слышал, кому-то показалось… - негромко сказал он. – Это же «Кордон», Странник. Тут много кому что кажется, много, кому что слышится, но… - он, удовлетворившись выбором боеприпаса, положил его на стол, намереваясь переснарядить оружие и разгрузку, - мало кому верится…
Лёха погрузился в раздумья, перевел свой взгляд на комбез, даже постучал костяшками пальцев по броне пластинам, затем посмотрел на автомат и, кивнув сам себе, снял с полки рюкзак, стал выкладывать лишнее, оставив тот же набор, что и Голд. По его же совету распотрошил пачки с патронами и снарядил увеличенные магазины для своего автомата. После всех сборов Михайлов потушил лампу и улегся на свое место, привыкая, что вот уже вторую ночь он встречает на новом месте. Сунув рюкзак под голову, он закрыл глаза. До его слуха, через вентиляцию, ветер доносил звуки ночной Зоны, где-то вдалеке был различим вой слепых собак, поглощаемый шелестом листьев берёзы, растущей вблизи погреба. Звук наполнил его сознание каким-то незнакомым уютом. Незаметно для себя сталкер Странник уснул...
Проснулся новичок от того, что почувствовал приток свежего прохладного воздуха. Сквозь приоткрытые щёлки век, Лёха увидел столб утреннего света, пробивавшегося через открытый лаз погреба. Голд проснулся гораздо раньше и уже успел вскипятить воду, бросив прямо в кружку пару пакетиков чая. Странник поднялся, опустив ноги на пол, сел на край своего ложа и принял из рук напарника кружку, сделав несколько глотков бодрящего горячего напитка, который помог окончательно проснуться, благодаря своим тонизирующим свойствам. Сталкеры наскоро перекусили и выбрались наружу. Холодное солнце Зоны только-только перебралось за линию горизонта. Вечная осень, царившая тут, не баловала сталкеров особо тёплой погодой и зелёными красками растительности. Голд посмотрел в свой ПДА, на мониторе высветились цифры 8.00, оставалось время, чтоб зайти к Доку и забрать свои заказы. Войдя в здание ФАПа, и миновав приемную, напарники попытались открыть дверь мастерской, но вопреки их ожиданиям, она оказалась заперта;. Оглядевшись, Странник обнаружил металлический шкафчик с надписью «Заказы», который был установлен предусмотрительным Доком в правом углу от входа в помещение мастерской. Открыв дверцу, он увидел, что шкаф был поделен на несколько отсеков с выдвижными ящиками, на одном из которых была приклеена записка «тов. Странник», выдвинув ящик, он обнаружил свой ПДА и крепление. Голд выдвинул ящик ниже, уже с запиской на своё имя «тов. Голд», забрал батарейки к фонарю.
- Вот же! Ошалел что ли от ужасов мирной жизни. Заходи, кто хочешь, бери что хочешь! - выказал своё недовольство Голд, задвинув ящик, не откладывая на потом, он сразу вставил батарейку в фонарь, прицепив его на грудь к комбезу, - Пойдём, лучше раньше прийти, Волк не любит опозданцев.
Сталкеры вышли на дорогу и через несколько минут остановились у здания сельсовета. Голд вошел. Странник остался на улице и присев на крыльцо принялся цеплять ПДА на крепление, затем включив его, отметил, что Док не только залил ему обещанную карту, но и зарегистрировал его в сети, также выставил время, чем приятно удивил владельца. «Надо бы отблагодарить при встрече», - подумал он с улыбкой. Дверь за спиной Странника скрипнула, и в проёме показалось довольное лицо Голда.
- Пойдем, все уже в сборе, - сказал он.
Лёха подскочил и поспешил за напарником, пройдя по узкому коридору, стены которого были выкрашены отлупляющейся синей краской от пола до середины, остальная часть и потолок были побелены известью, имевшей от времени желтый оттенок и местами осыпавшейся вместе с кусками штукатурки. Сталкеры остановились у деревянной двери с табличкой «председатель тов. Волк» при чем «Волк» было написано от руки, поверх фамилии Бабушкин, перечеркнутой шариковой ручкой. Голд открыл дверь, потянув за ручку, и вошел в кабинет, за ним вошел Странник.
В кабинете Волка за длинным лакированным т-образным столом уже сидели сталкеры. Волк, на правах старшего, сидел в изголовье, далее по обе стороны расположились Фанат и Шериф, затем лицом к входу сидели двое не знакомых Страннику сталкеров. Незнакомцы были одеты в одинаковые комбинезоны черного цвета с ярко выраженными грудными броне пластинами, поверх комбезов располагались жилеты - разгрузки, из карманов которых торчали магазины к автоматам иностранного производства, лежащих на столе перед ними. Рядом с автоматами лежали два черных сферических шлема с прозрачными забралами, и пристегнутыми масками, типа респираторов. Такая бронька произвела значительное впечатление на новичка. «Крутые дядьки», - подумал Алексей. По сравнению с потёртым коричневато-серым комбезом Шерифа и его укороченным автоматом Калашникова, снаряга сталкеров выглядела куда предпочтительнее.
Волк кивнул Голду и Страннику на свободные места за столом, приглашая присесть. Сталкеры не заставили себя долго ждать, заняв свободные стулья.
- Странник, знакомься это Нос и Енот, - указав рукой поочередно на незнакомцев, сообщил Волк. Сталкеры повернули головы и кивками поприветствовали Лёху, на что он ответил аналогичным жестом. Если с Носом было более или менее понятно о происхождении его прозвища, поскольку его шнобель был невероятно длинным и сразу бросался в глаза, то вот как получил своё прозвище Енот, пока оставалась загадкой.
На столе была расстелена крупномасштабная карта «Кордона», в центре, которой был обозначен лагерь, расположение постов, минных полей, прилегающих к территории «Деревни новичков», и непонятные для Михайлова хаотичные пятна с заглавными буквами типа К, Ж, В, пунктирные разноцветные линии, похожие на маршруты, и несколько плотно заштрихованных площадей.
- В общем, расклад такой, - перешел к делу Волк, - Мы с Шерифом и Фанатом утром обошли лагерь и судя по следам, Болотник залез через забор рядом с восточным постом, - при этом он взглянул на Енота, который собирался, что-то сказать, приоткрыв рот, но Волк жестом руки его остановил.
- Мутант прошел дворами почти до южного поста, - Волк ткнул пальцем в место, где предположительно сидел мутант, соседнее, с расположением южного поста, домовладение. - Затем ждал, выцепил отошедшего от костра Казака, и тут же ушел как мы и думали, перескочил ограждение с развалин ближайшего дома. - закончил Волк и перевел взгляд на Шерифа, кивком головы предложив продолжить.
-Я обошел минное поле, эта тварь прыгнула на 7 метров от забора, ровно между растяжек, след глубокий там остался, и следующий на расстоянии 5 метров. Удачливая тварь. Если ставить чаще, то при взрыве одного заряда, детонирует всё поле и нам самим достанется, - как бы оправдываясь, закончил Шериф и ударил кулаком по крышке стола.
- Теперь, Голд, покажи, где вы наткнулись на следы, - попросил Волк при этом привстал, внимательно рассматривая участок, указанный сталкером.
Голд приподнялся со своего стула и быстро указал пальцем место на карте.
- Так и есть он лесом ушел. Я прошел за ним около ста метров, и направление следов от лагеря совпадает с указанным районом. Тут он сука! - оживился Фанат, словно гончий пес, напавший на след зверя. - До болот километров 15, так далеко он отходить не будет. Он рядом где-то. Помнишь старый ручей, Волк? Мы там до «Выброса» были. Там низина и место заболачиваться стало, 200 метров западнее от точки, что указал Голд, и около километра от лагеря выходит. Там его и надо искать, жопой чую, там он!
Волк и Шериф склонились над картой, анализируя полученную информацию. Голд, Енот и Нос согласно кивнули и только Странник, приоткрыв рот, смотрел то на карту, то поднимал глаза и окидывал взглядом всех собравшихся.
- Согласен, - подытожил Волк. - Да и ещё, вчера Фанат был у Дока, показывал свой ПДА, он подтвердил, что всё исправно работает, так что Енот, твоей вины нет. Конкретно эту тварь детектор с трудом берёт, когда он в невидимке. - Волк хлопнул ладонью по столу. – Ладно, решили. Теперь приятный момент. Сидорович обещал по приличному куску каждому, если завалим кровососа. Кому и сколько решать буду я, каждому по заслугам, от каждого по возможности.
- Плюс, Док обещал усовершенствовать детекторы жизненных форм, если притащим хотя бы кусок шкуры мутанта. А лучше, конечность. Башку его, я заберу, если сохранится. У меня на неё заказ. Возражения? – спросил Волк бесцветным голосом. Возражений почему-то не последовало. Даже Лёхе, которого так и подмывало спросить, «приличный кусок — это сколько?», после вопроса Волка, заданного таким голосом, почему-то расхотелось обозначать себя в этом пространстве.
«Приличный кусок…», - тем не менее, пронеслась сладкая мысль в голове Странника. «Как в воду глядел, вот уж точно Голд».
- Когда выходим? - спросил до этого молчавший Нос и посмотрел на Волка.
- Через час. Есть время всё проверить, дособираться, кто не успел. Шериф раздай гранаты, - ответил Волк.
Шериф кивнул, вытащил из-под стола зеленый ящик и отрядил каждому по 2 РГДешки. Когда подошла Лехина очередь, Шериф пристально посмотрел ему в глаза, улыбнувшись, передал предназначавшиеся для Странника гранаты Голду, со словами: - Тебе не надо, ты и так страшный.
Сталкеры дружно засмеялись и направились к выходу. Волк стоял у края стола, скрестив руки на груди, снова всматривался в карту, прогоняя в голове обобщенную информацию и выстраивая свои мысли в логическую цепочку. Затем его глаза расширились на долю секунды и повернувшись к выходу он окликнул Голда, застав его в дверном проеме.
- Голд ты с ружьем пойдешь? - спросил Волк, указывая кивком головы на стволы ружья на плече сталкера. - Не годится, - не дожидаясь ответа, отрезал Волк. Сталкер зашел за свой стол и вынул из-под крышки модернизированный автомат Калашникова с потертым деревянным прикладом, под патрон калибром 7, 62 мм и вручил Голду. После чего он выдвинул верхний ящик стола и выложил на крышку 4 снаряженных металлических магазина на 30 патронов и две пачки патронов с черной полосой по диагонали.
- На время ходки. Машина, проверенная не подведет. За патроны вычту из твоей доли. Всё иди, готовься, - сказал Волк голосом, не терпящим возражений. Голд собрал магазины и патроны, затем молча кивнул и вышел на улицу.

Глава 4. Отважный сталкер
К назначенному времени группа собралась у здания сельсовета. Также пришел Музыкант. Волк давал сталкеру инструкции, назначив его старшим в лагере на время ходки. Музыкант слушал и кивал время от времени, не перебивая, лишь после того как Волк закончил, осмелился задать всего один вопрос.
- А если не вернетесь? - сталкер посмотрел твердым взглядом в глаза Волка, в ожидании ответа.
- Без если, не ссы, один не останешься. На этот случай Сидорович знает, что делать. Охрану лагеря обеспечь, рассчитываю на тебя. - ответил Волк, положив руку на плечо Музыканта – Закончили. Приступай к обязанностям.
Волк оставил сталкера и подошел к группе.
Поднявшийся ветер согнал серые облака в сплошное покрывало затянувшее и без того тусклое небо Зоны, отняв у людей солнечный свет. Мелкие, неуютные, монотонно накрапывающие капли дождя, заставили сталкеров натянуть капюшоны плащей. Кислотные дожди были редкостью на окраинах Зоны, и это сильно упрощало жизнь сталкерам «Кордона». Вот и сейчас падающие с серого неба капли, попадая на плащи, стекая по длинным полам, чертили тонкие дорожки своего побега на прорезиненном брезенте, не обещая разрисовать материал кислотными росчерками.
Только сейчас Странник заметил на поясе Шерифа открытую кобуру с револьвером, под 44-ый магнумовский патрон. На груди стоявшего рядом Фаната красовался охотничий карабин с ружейным стволом и магазином под патроны двенадцатого калибра.
- Фанат ведущий. Шериф за ним, Енот, Нос, Странник, Голд, я замыкаю. - скомандовал Волк, определив походный порядок группы, перевешивая «Абакан» на грудь. - Выходим!
Все, кроме Лёхи, незамедлительно заняли свои места в колонне. Голд легонько подтолкнул напарника в спину, на что Странник обернулся, и взглядом попросил подсказку.
- Строго за Носом, след в след, дистанция 2 метра, держишь левую сторону, если заметишь что-то странное или необычное, или просто показалось, сразу сообщаешь остальным, - кратко, но довольно ёмко дал указание Голд.
Алексей кивнул и занял указанное ему место. Остальные сталкеры разобрали сектора, подстроившись под Странника, сменив хват своего оружия. Опыт и сноровка давали о себе знать, каждый из матёрых сталкеров не испытывал неудобств и прекрасно стрелял с обеих рук вне зависимости от того, кем он являлся правшой или левшой. Странник, уже на ходу, сообразил, что так обзор группы был наиболее эффективным. Стволы оружия сталкеров, справа и слева по ходу движения группы, напоминали ветки елочки. Группа миновала восточный пост и двинулась вдоль минного поля к посту, прикрывавшему южную сторону «Деревни новичков». Фанат прошел по этому маршруту около 2,5 часов назад и поэтому вел группу относительно быстро, задавая темп остальным сталкерам. Поравнявшись с южным постом, группа сталкеров свернула в лес и уже пошла по следу, оставленному мутантом, скрывшись среди деревьев от провожавших их взглядами постовых. Холодная марь, наполнявшая воздух и усилившийся мелкий дождь, пока не слишком затрудняли движение сталкерам. Намокшая листва под их ногами, как подушка, скрывала звуки их шагов, да и встречный ветер пришелся как нельзя кстати. Странник старался внимательно, насколько это было возможно, осматривать свой сектор, дублируя впереди идущего Енота. Приходилось щуриться, защищая глаза от мелких капель дождя, иногда попадавших при порывах ветра под край капюшона.
Периодически он опускал глаза вниз, мельком рассматривая след кровососа, оставленный под тяжестью веса собственного тела и тела Казака. В траве отпечатки лап были еле заметны или вообще терялись для неопытного глаза Странника, но Фанат, иногда останавливая группу, раз за разом отыскивал их, проходя немного вперед, чесал бороду и внимательно всматривался в усыпанную листьями землю, траву, стволы и ветки деревьев и кустарников, словно сканировал своим цепким взглядом местность на 180 градусов.
Группа шла в молчании, ведущий отдавал команды знаками, некоторые Лёха уже понял по следовавшим за ними действиям сталкеров. Сейчас же, подняв руку со сжатой в кулак ладонью, Фанат вытянул указательный палец, указывая на крону, впереди стоящей в десяти метрах от него, осины. Странник поднял глаза в указанном направлении, вглядевшись, обнаружил серо-зелёные пучки растительности, похожие на стебли морской капусты, колыхавшиеся в порывах ветра. «Жгучий пух», - мелькнул рисунок в голове сталкера. Если бы опытный проводник не указал точное местонахождение аномалии, то Странник с большой долей вероятности не заметил притаившуюся опасность, сливавшуюся цветом с корой дерева. Фанат, подстраховавшись от случайного сброса пуха, повел группу в обход, указав ладонью левую сторону от дерева. Успешно миновав ни то растение, ни то аномалию, группа вновь встала на след кровососа, удалившись от лагеря примерно на 400 метров.
Постепенно дождь прекратился. Усилившийся ветер медленно угонял тучи дальше на север, наверное, только он мог беспрепятственно гулять по Зоне, не опасаясь быть сожжённым или разорванным на мелкие кусочки, да и «Выбросы» не были страшны этому вездесущему бродяге. Пробивающиеся лучи солнца преломлялись в каплях воды на стеблях травы и листьях деревьев, поблескивая маленькими светящимися бриллиантами. Сталкеры вышли на небольшую опушку леса, вспугнув стаю ворон, единственных птиц, которые прижились в Зоне. Воронье с оголтелым криком встало на крыло, покружив над поляной, расселись по веткам деревьев, наблюдая за непрошеными гостями.
Фанат прошел немного вперед, где среди пожухлой травы и мокрых листьев обнаружил тело Казака. Сталкер лежал на спине, раскинув руки, бледная кожа плотно обтягивала череп и кисти рук. Шея имела ряд овальных ран с обеих сторон, пустые глазницы смотрели в небо. Вороны успели выклевать глаза и веки, обнажив малиновые от обескровливания волокна глазных мышц. Кожа лица также уже покрылась оспинами от ударов клювом.
- Волк, - негромко подозвал Фанат товарища.
Отделившись от группы, сталкер приблизился, несколько минут осматривая останки. Подобные картины Волк, проживший в Зоне не один год, видел не в первый раз, но каждый раз внутренне переживал утрату, научившись не выказывать свои чувства.
- Оставим? - спросил Фанат.
- Оставим, - как можно спокойнее, произнес Волк, - Зона приберёт, - подняв голову, он посмотрел на птиц, терпеливо ждущих своего часа.
- Я бы его в «Воронку» снес, - предложил Голд. - а то встанет после «Выброса» припрется. Патроны тратить только.
- Тебе и карты в руки, - ответил Волк на предложение.
Сталкер присел и стал расстегивать пуговицы старой, потертой куртки на теле Казака, затем откинув в сторону полу, снял с пояса мертвеца полупустой патронташ, флягу и старенький нож в ножнах, которым бедолага так и не сумел воспользоваться.
Обернувшись, Голд, взмахом руки, подозвал Странника.
- Помоги, - попросил он, - до ближайшей аномалии надо донести.
Лёха кивнул, снял рюкзак и повесил автомат за спину, через плечо стволом вниз. Затем они приподняли тело, и новичок привычным движением закинул его на свободное плечо. Вопреки ожиданиям труп был легким. Привычной тяжести, сопровождаемой болями в спине и суставах, как от мешка с сахаром, он не ощутил. Голд подобрал рюкзак Странника, повернувшись к Фанату и Волку кивнул, сообщив о готовности продолжать движение.
- Ближайшая «Воронка» будет немного западнее, метров 150 отсюда, - посмотрев на карту, сообщил Фанат и перевел взгляд на Волка.
- Добро, тронулись, - ответил старший группы.
До указанной аномалии сталкеры добрались довольно быстро, почти не отклоняясь с намеченного Фанатом маршрута. Старая аномалия «Воронка» обосновалась среди кустов бузины, благодаря которым даже неопытный сталкер мог определить её местонахождение, по тянущимся к центру аномалии голым веткам. Сорванные листья и красные ягоды кустарника, зависшие над аномалией в видимом дрожании воздуха, также служили верным сигналом в дневное время.
Голд, с помощью нескольких болтов, с каждым разом увеличивая силу броска, пока болт, попав в поле действия аномалии, оставил в воздухе подобия круговых волн, определил границу её срабатывания. Затем он подозвал Странника, до этого внимательно следившего за полётом болтов напарника, отмечая для себя безопасное расстояние до границ сработки «Воронки». Остальные сталкеры предпочли держаться на безопасном расстоянии, спокойно наблюдая за действими Голда. Странник, сбросив тело с плеча на землю, в указанном ему месте, взялся за ноги. Напарник взял руки мертвеца в районе запястий, затем они подняли тело, раскачав, бросили в аномалию, тут же отскочив от нее. «Воронка» активировалась, со страшной силой втягивая, помимо трупа, всё, что было в радиусе десяти метров к своему центру, сжимая в плотный комок, с хрустом ломая кости убиенного. Затем комок, спрессованный вперемешку с одеждой, листьями, обломками веток и человеческой плоти, нечетко видимый в преломляемом чудовищным давлением воздуха, затрясся, будто пытаясь выскочить из прессующей его аномалии, и с резким хлопком разорвался изнутри, словно граната, разлетевшись мелкими кусками по округе. При этом Лёха, отбежавший сразу после броска, ощутил на себе вибрацию воздуха и, как ни странно, холод от взрывной волны, разметавшей тело Казака.
Сталкеры опустили головы, застыв в минутном молчании, простились с товарищем. Волк объявил десятиминутный отдых. Михайлов присел на корточки, отпив немного из фляги, повернулся к присевшему рядом Голду.
- Это всегда так? - спросил он негромко у напарника.
- Часто, - ответил Голд.
- А что, если похоронить? – чувствуя себя немного неуютно от произошедшего, спросил Алексей.
- Можно и хоронить, Странник. Но сам понимай, это только если его друзья и близкие захотят, - Голд отстегнул фляжку с пояса и сделал глубокий глоток воды. – Если хоронить, то на метр минимум, чтобы «Выброс» не поднял. Но и хоронить надо там, где мутант не раскопает. Плоть придёт, раскопает, слепой пёс придёт, раскопает, кабан придет, тоже попытается достать. И вроде как сожрать хотят, но жрут не всегда. Оно ведь видишь как, начнут копать, да бросят на полпути. Так наполовину только, чтобы «Выброс» достать смог. Так кажется иной раз, что у них по этому поводу особые соображения есть. Хотя вроде твари и твари, а как подумаешь иногда, что происходит, так и мороз по коже. Но я, если что, свиней этих и собак безмозглыми не считаю, Странник. И тебе не советую. Фанат? – окликнул Голд сталкера.
- Чего? – обернулся Фанат, стоящий сейчас плечом к плечу с Волком и что-то в полголоса обсуждающий с ним.
- Ты много разрытых в округе могил видел? – спросил Голд.
- Бывали раньше. Видел. Сейчас только старые не разрытые остались, а свежие если на Ростке, под охраной, - ответил Фанат.
- Вот видишь, Странник. Только долговцы своих хоронят и то на охраняемой территории. Так что для Казака, это лучшее, что мы могли для него сделать. Такая вот реальность, обратная сторона медали, - он не весело вздохнул, уперев взгляд в землю.
Лёха погладил себя по небритой щеке, вспоминая холодок от аномалии. Жутковатый такой холодок. Мертвый. В просветах рваных клочков серых перистых облаков, желтый диск осеннего солнца вновь появился почти над головой сталкеров, ознаменовав конец первой половины дня. Волк поднял группу. Сталкеры заняли свои места и продолжили движение по уже скорректированному Фанатом пути. Вскоре Фанат вновь вышел на след мутанта, выделявшийся на фоне прелой опавшей листвы, небольшими лужами воды, наполнившей отпечатки его лап. Каждый шаг сталкеров сопровождался хлюпающими звуками. Все чаще стала попадаться молодая поросль осоки, вечной спутницы болот, с желтовато – зелеными, узкими, желобчатыми листьями. Старый лес отступал, отдавая молодому болоту свои владения. Корни начинали гнить и разрушаться, обрекая на медленную смерть тела деревьев.
Чем ближе сталкеры подходили к болоту, тем воздух становился тяжелее от перенасыщения влагой, угадывались кислые оттенки затхлости.
Волк остановил группу на окраине поредевшего от соседства с болотом леса. После короткого совещания, Фанат, как самый опытный следопыт, предложил свою кандидатуру для разведки, обосновав это тем, что шума от семи человек больше чем от одного и велика вероятность вспугнуть спящую днем «Болотную тварь». С чем Волк согласился.
За час отсутствия разведчика, сталкеры успели перекусить и отдохнуть, пока на ПДА Волка не пришло сообщение с координатами места. Группа незамедлительно выдвинулась к Фанату. Волк также был неплохим проводником и знал местность не хуже, тем более, что Фанат предусмотрительно оставил за собой легко читаемый след. Вскоре стало ясно, почему сталкеры не встретили на своём пути живности, кроме вороньей стаи. Кровосос, облюбовавший болото и посчитавший близлежащую округу своими охотничьими угодьями, извел местных мутантов. То и дело на пути сталкеров попадались останки чернобыльских кабанов, в виде кусков шкур и костей со следами крысиных погрызов. Даже трусливой и всегда осторожной плоти, видимо пришедшей на запах гниющей падали, не удалось избежать щупалец и когтей «Болотной твари», лишь по части уцелевших утолщенных костей и начисто обглоданных добела насекомоподобных, заостренных конечностей можно было угадать примерный размер убитого мутанта.
Расстояние в сто с лишним метров группа преодолела быстро. Засевший в зарослях молодых ив, Фанат, три раза нажал на тангенту своей рации. В динамике рации Волка раздались глухие щелчки - это был условный сигнал – «Не стреляйте, иду к вам». На что Волк ответил разовым нажатием тангенты своей рации, предварительно, дав команду, жестом руки, опустить стволы. Легкий шорох ветвей и хруст сочной осоки выдал, до этого не видимого для глаз сталкеров, приближающегося Фаната. Соединившись с группой, Фанат обрисовал местность, тут же указывая на карте своего ПДА, места, которые тварь могла бы использовать в качестве своего логова, и таких мест набиралось больше десятка, подходы к некоторым из них были только по открытой воде.
- Что думаешь, Волк? - чуть слышно спросил Шериф. - Нам и двух рот будет мало, чтоб оцепить болото и проверить каждую нычку. Да и то вспугнем, в невидимку уйдет и тогда если не всех, то половину из нас точно угробит.
- Знаю, - задумчиво произнес Волк, - значит нужно выманить тварь на открытое место. А такое место где? - выдал решение проблемы сталкер и взглянул на Фаната.
- А такое место только в середине болота, там открытая вода и небольшой островок. Болото не глубокое, максимум по пояс. Трясин нет, молодое болото, я проверил старые вешки, по которым мы проходили в прошлый раз, на месте остались, - живо сообщил Фанат, поняв, к чему ведет Волк.
Впрочем, суть замысла Волка поняли все опытные сталкеры.
- Давай, я, - предложил Голд.
- Нет. Надеюсь, почему объяснять не надо, - холодно ответил Волк, - я тебе автомат не для этого дал.
Голд, почувствовал на себе суровый взгляд вожака, не терпящего неподчинения.
«Вот уж точно волчара. Аж, не по себе стало», - мелькнула мысль в голове сталкера.
- Странник, ты в Зону добровольно пришел? - перехватил нить разговора Шериф.
Лёха утвердительно кивнул.
- Выходит, доброволец? - присоединился Фанат, обведя всех присутствующих глазами, остановил взгляд на новичке.
- Ну, выходит, что так, - ответил Странник, подозревая неладное.
Нос и Енот, до этого следившие за местностью, переглянувшись друг с другом, слегка улыбнулись.
- Ну, если доброволец, тогда слушай боевую задачу, - не выдержав, вмешался Волк, - нужно будет побыть живцом, для общего дела. Справишься? Не зассышь?
- Я? Живец? - оторопев, переспросил Странник.
- Вот и славно, я знал, что на тебя можно рассчитывать, - сказал Волк, - Фанат проведет тебя к вешкам, идешь строго по ним. Добираешься до островка и ждёшь.
- А-а-а… а сколько ждать? – неуверенно спросил Михайлов.
- Не долго. Как мы затихнем, так она начнет действовать. Главное не паникуй, мы срежем тварь еще на подходе. Но на всякий случай помни, начнем стрелять, сразу падай на землю. И автомат у тебя не для красоты висит. Фанат действуйте, - хлопнув по плечу Странника, закончил Волк.
Алексей, явно охреневший от избранной для него роли, выкатив глаза, поплёлся за Фанатом, который, подойдя к своему недавнему убежищу, вытащил из-под раскидистых ветвей ивы полутораметровый шест, с которым буквально полчаса назад, крадучись, обошел болото, и молча вручил его Страннику. Пробравшись через пожелтевшую поросль камыша, отплёвываясь от осыпающегося пуха его метёлок, Странник, ведомый Фанатом, вышел на край открытой воды. Однако вопреки его ожиданиям вода была на удивление прозрачной и теплой, едва достигавшей колен сталкера. С каждым шагом по направлению к вешке, из-под слоя почерневших, на не слишком вязком дне, листьев под ногой Странника к поверхности устремлялись бусины пузырьков. Лопаясь во множестве, они, с легким шипением, высвобождали газ с ощутимым запахом тухлых яиц, что никак не вязалось с прозрачностью воды и отсутствием болотной тины. Прошагав несколько метров, Лёха оглянулся, но Фаната, стоявшего еще несколько минут назад за спиной, уже не было.
«Вот бы и мне так научиться», - отметил для себя Странник.
Стараясь высоко не поднимать ноги, дабы не создавать всплесков воды, он выбрался на клочок суши, пронизанный толстыми еще не сгнившими корнями дерева, от которого остался лишь полутораметровый широкий пень. В радиусе десяти, местами пятнадцати, метров от острова растительности не было, лишь несколько коряг торчащих из воды нарушали красоту небольшого озерца, окруженного стеной молодого камыша. Осмотревшись на 360 градусов с автоматом в руках, Лёха пытался разглядеть хоть какие-то признаки присутствия кровососа, полагая, что если даже тварь станет невидимой, то он все равно увидит ее по разводам и колебаниям на поверхности воды. Это умозаключение приободрило его и вселило уверенность, что он и сам сможет уложить тварь, выпустив все 45 пуль разом. Кивнув сам себе, Михайлов поставил переводчик огня на автоматический.
Болото, как и было ранее подмечено Фанатом, образовалось относительно недавно. Старый ручей, берущий своё начало где-то в прилегающем к Зоне районе Большой земли, под действием череды «Выбросов» или еще каких обстоятельств, изменивших его русло, заполнил низменную часть рельефа. Свою лепту также внесли частые дожди вечной осени, царившей в Зоне. От переизбытка влаги деревья гибли, оставляя комолые, без ветвей и макушек, умершие стволы. Разросшийся, вперемешку с рогозом, камыш быстро занимал новые пространства. Густой ковер влаголюбивой осоки с почти вертикальными стеблями расстелился по окраинам.
Тем временем группа, определившись с наилучшими позициями для стрельбы, перекрывавшими наиболее вероятные лёжки мутанта, медленно, растягивалась, образуя подобие полуподковы, дабы при ведении огня не зацепить друг друга.
Однако, вопреки заверениям Волка, тварь и не собиралась появляться. Водную поверхность беспокоил только поднявшийся ветерок, создававший легкую рябь. Спокойствие Странника улетучилось с последним лучом заходящего солнца. Серые вечерние сумерки еще давали возможность различать очертания местности, но когда сумерки сменились сгустившейся темнотой ночи, сталкеру стало совсем не по себе. Ожидая нападения, Алексей, то и дело вскидывал автомат на шелест растительности нарушавший тишину, при небольших порывах ветра, пытаясь рассмотреть мутанта. Несмотря на все внутренние призывы к спокойствию и хладнокровию, сердцебиение и пульс учащались, а мышцы напрягались. Он то и дело замирал, задерживая дыхание, напрягая слух и зрение, ладони ежесекундно потели, от чего приходилось поправлять хват на рукоятке и цевье автомата и всё крепче упирать приклад в плечо, указательный палец то и дело порывался выжать спусковой крючок до упора, запустив на шум длинную очередь пуль. Но каждый раз убеждаясь, что тревога была ложной, Лёха облегченно выдыхал, по очереди вытирая ладони о штанины своего комбеза. Только через пол часа он стал привыкать к окружающей ночной обстановке и уже реагировал на каждый источник шума, не таким бешено колотящимся сердцем.
Подолгу концентрировать внимание и сохранять спокойствие для неопытного новичка оказалось не простой задачей. И первоначальный страх постепенно переходил в пофигизм. Время словно замедлило свой ход. Засевшие на своих позициях закаленные Зоной сталкеры хорошо видели движения Странника в инфракрасной части спектра через окуляры приборов ночного видения, но терпеливо ждали появления мутанта, ни коем образом, не выдавая своего присутствия. Опытный Волк, будучи в свое время таким же новичком, прекрасно понимал состояние Странника. Он сам не единожды испытывал подобное от ожидания неизвестности и знал, к каким последствиям оно может привести, если поддаться панике. Будь сейчас Странник на месте кого-то из засадной группы, то давно бы выдал свое местоположение или мог просто на просто начать палить раньше времени, только завидев мутанта, или того хуже пристрелить наживку, появись тварь в непосредственной близости от сталкера. Если навыки стрельбы товарищей не вызывали у Волка вопросов, то в умениях новичка он сильно сомневался. Ведь попасть в этого быстрого и сильного, а потому смертоносного хищника Зоны было не легкой задачей. Посему сталкеры, умудренные опытом, делали ставку на высокую плотность прицельного огня, ну и конечно на удачу.
От переживаний и выбросов адреналина, Лёхе захотелось кушать, и поэтому он, рассудив, что пока имеется возможность нужно подкрепиться и заодно отвлечься от угнетающей обстановки, по-быстрому стал набивать рот галетами, запивая водой из фляги.
Закончив с поглощением припасов, Алексей заглянул в свой ПДА, который высветил время 23.15. Сгустившаяся темнота рисовала перед новичком такие же мрачные перспективы. Перед глазами всплыл образ покойного Казака. Лёха снова занервничал. Жути стали придавать, вдруг появившиеся, булькающие звуки, поднимающихся со дна болота, пузырей газа, от чего казалось всякое. В том числе и Болотник, включивший режим невидимки, потихоньку крадущийся к острову, что вот-вот обхватит шею своими щупальцами. В нескольких метрах левее что-то хлопнуло и совершенно по живому не то выдохнуло, не то всхлипнуло… Странник мигом развернулся на звук, тыча неровно заходившим стволом автомата во влажную темноту. Ничего кроме стрелок камыша и плавающей в воде коры не видно, но это совершенно не означает, что там ничего нет. В животе засвербело и заскулило. Немилосердно захотелось на горшок. На хороший такой горшок из белого фаянса в крепкой бетонной коробке с хорошей дверью, желательно металлической с тремя… нет с четырьмя замками… Да… такими чтобы одной кнопкой раз и закрывались. Вот там бы он сейчас присел, приспустив штаны и выставив автомат наружу…. Да-да, значит и бойницу надо придумать в двери… или не надо? Мысли новичка заметались между незакрытой дверью надежного туалета, чавкающими звуками, которые его обострившийся слух вдруг начал отчетливо выделять из темноты и вполне себе реалистичным опасением надуть в исподнее. Он нащупал дрожащей рукой налобник, который Голд, по-дружески прикрутил ему к башке. От этого фонаря стало еще хуже. Глаза, ранее хоть что-то видевшие вокруг, через секунду, вдруг потеряли боковое зрение и стали видеть только пятно луча фонаря. Лёха тихо заскулил… кругом одни поганые звуки этого болота. Ни ветерка, ни карканья ворон, ни человеческого голоса. Он задрал голову, надеясь увидеть ночное небо. Ни! Фи! Га! Еще и башка закружилась. Пошатнулся. Под ногой чавкнуло. Отпустил автомат и судорожно перехватился за воткнутый в болотистую почву шест.
- Мама! – коротко и неуверенно, каким-то фальцетом вскрикнул сталкер.
«Эти, небось, на берегу ржут как кони», - почему-то обиделся Странник. Прислушался. С той стороны вообще полная тишина.
«Да и вообще есть ли там кто на берегу? Может он один вообще. Сбагрили меня в эту лужу и ушли домой к костерку. Может это у них традиция такая, над новичками издеваться? Может они меня к этому ктулху на заклание привели?» - запаниковал Странник, совсем уже теряя самообладание.
В нескольких метрах позади что-то протяжно застонало. Это было слишком. Странник вздрогнул всем телом. Даже не вздрогнул, а подпрыгнул сразу во все стороны руками, ногами, вспотевшей спиной и напряженным животом. Уже не соображая, что происходит, он развернулся, светя фонарем в безумную слепую темноту, открывая рот, не в силах издать ни звука. Наконец, он засипел не хуже какого-то мутанта, пугая этим звуком себя еще больше, и вдруг понимая свое одиночество, беспомощность и отчаянность ситуации, заорал что есть мочи:
- Гооолд, Вооолк, Фаааанааат!!! Я большеее не хочууу быть живцооом! Я ссуууу! Заберииитеее меняяя! Маамаааа!!!
Каждое слово откликалось совершенно искаженным, смеющимся, злобным даже близко не похожим на голос Странника, эхом. Мурашки пробежали по спине сталкера, заставляя волосы на голове встать дыбом. Он несколько раз стремительно развернулся, ему вдруг показалось, что кто-то постоянно прячется у него за спиной и заглядывает ему через плечо, улыбаясь во весь свой уродливый рот полный мелких зубов. Одинокий мечущийся фонарь на островке прекрасно передавал истерию Странника. Лёху охватил приступ не просто паники, но ужаса. С трудом понимая, что делает, но совершенно четко осознавая, что не хочет тут оставаться, погибать молодым, и ведомый каким-то внутренним древним инстинктом, просто кричащим ему, что если он тут останется еще хоть на минуту, ему точно уже будет не выйти. Позабыв про автомат, аномалии и задание, он ломанулся на выход с этого гиблого, страшного и беспросветного места.
Алексей мотнулся в сторону и напоролся на какой-то мертвый куст. Все еще крепкие торчащие во все стороны прутья ткнулись в лицо, грудь, фонарь. Фонарь, легко соскользнув с головы, плюхнулся в подступившую тут воду и опустился стеклом на дно, оставив сталкера в полной темноте. Лёха нагнулся к фонарю, не понимая, как он вообще согласился на такую фигню, и как никогда понимая, что ему уже тут все совершенно не нравится… Позади хрюкнуло. Не просто знакомый звук болота, а именно хрюкнуло. Довольно, сыто и как будто радуясь…Вот теперь… вот теперь новичок понял, что такое мурашки. Настоящие мурашки аномальной Зоны. От охрененного синхронного выхода мурашек его разогнуло, подкинуло на метр, вероятно на собственной реактивной тяге, с шестом в руках, одновременно разворачивая лицом в сторону звука. Впору было бы катапультироваться сразу же с этого островка при таких способностях, но кто же знал, что у Странника есть такая мощная катапульта на реактивной тяге, а рот сам орал со всей силы:
- ГООООЛ!!!
Это было что-то на футбольном. Приземлившись вертикально с первого раза, в отличие от ракет Илона Маска, Лёха рубанул шестом прямо перед собой.
Шест, рассекая воздух, неожиданно наткнулся на невидимую преграду, но благодаря своей гибкой упругости спружинил, выскочив из ладони.
Маневровый ресурс Странника был исчерпан. Буквально в метре от него воздух наполнялся серо-зеленой плотью, приобретая очертания схожего с человеком существа, с явно выраженной мускулатурой обтянутой плотной, местами с пучками шерсти, кожей. Худощавое тело напоминало сложение пловца-олимпийца. Нечто, было гораздо выше сталкера, так что взгляд упирался в широкие грудные мышцы твари. Михайлов медленно поднял голову. Сверху вниз на него смотрела пара небольших, наполненных яростью, красных светящихся глаз, утопленных в глазницы массивной, совершенно гладкой, без ушных раковин, яйцеобразной формы головы. На месте носа были два треугольных отверстия ноздрей, под которыми свисали четыре щупальца с овальными наростами - присосками. Смрадное дыхание донеслось до лица сталкера. Странник мужественно заорал. Что-то уже на нечленораздельном. Но, возможно, это был Иврит или боевой клич африканского племени Масаи. В тот же момент, Болотник, растопырив щупальца, с глубоким вздохом, расставив длинные жилистые руки с мощными когтями в стороны, издал ответный рык, уверенно посрамивший возможности человеческих легких. Лёха, продолжая орать, попятился назад, одновременно ухватив цевье автомата левой рукой, попытался поднять ствол оружия до пояса, чтоб выдать зверю очередь от бедра. Но споткнувшись о корень пня, он потерял равновесие и в падении зажал спусковой крючок. Автомат загрохотал выстрелами, пули пролетели мимо, лишь зацепив по касательной левую руку мутанта, почти вся очередь, из более чем десятка выстрелов ушла в темное небо Зоны. Сталкер рухнул в воду, отяжелевший комбез и автомат потянули ко дну. Одновременно с всплеском воды, наконец-то заработали автоматы сталкеров, вгоняя в тело «Болотной твари» бронебойные заряды разных калибров, прошивавших на вылет, вырывая куски плоти вместе с брызгами бурой крови. Голд бил короткими очередями, сконцентрировав огонь на ногах, стараясь помешать хищнику скрыться, одним мощным прыжком.
Нос, Енот и Шериф хладнокровно и методично нашпиговывали спину Болотника, целя в позвоночник, стараясь не задеть голову.
Заухал охотничий карабин Фаната, выплевывая тяжелые свинцовые пули двенадцатого калибра, буквально припечатавшие кровососа к клочку суши. Сталкеры обездвижив мутанта и продолжая вести шквальный огонь, покинули свои укрытия, сохраняя строй, стали сокращать дистанцию. Тело Болотника превратилось в кровавую кашу, сдобренную мелкими щепками древесины разнесенного пня.
- Прекратить огонь!!! - раздался крик Волка, еле различимый в паузах между сменой магазинов и дублируемый жестом руки.
Как только выстрелы прекратились. Волк на ходу забросил автомат за спину, вынул нож, блеснув отполированной сталью клинка, и что есть сил, бросился к острову, преодолев 10 метров открытой воды буквально за несколько секунд. Еще живой кровосос судорожно грёб оставшейся рукой землю, пытаясь ползти. Волк без промедления вонзил клинок в уязвимое место, между шейных позвонков, навалившись всем телом на рукоятку, резким движением обеих рук провернул нож на 45 градусов. Еще несколько режущих движений с заметным усилием и голова мутанта отделилась от тела.
- За парней, падаль, - прошептал Волк, глядя в гаснущие глаза твари.
Щупальца обмякли, безобразная пасть безвольно открылась.
Расправа над тварью заняла меньше минуты. Голд и Шериф бросились к видневшемуся под водой, в свете фонарей, силуэту Странника, подхватив его тело за руки, подняли на ноги. Лёха, выпучив глаза и открыв рот, сделал глубокий вдох, затем отплевываясь от стекавшей с головы воды, стал вытирать все еще бледное лицо. В последний момент перед погружением ему удалось рефлекторно сделать вздох, но выныривать он не рискнул, услышав канонаду приглушенных выстрелов под водой.
- Ты как? Цел? - спросил Голд, осматривая в свете фонаря, напарника.
Странник медленно обвел взглядом всех присутствующих, затем закивал, с трудом разжав цевье автомата, начал, для верности, ощупывать себя легкими хлопками ладони по намокшей амуниции, по груди, животу. Опустив голову, расширенными глазами, несмотря на слепящий свет фонарей, осмотрел ноги.
- Вввроде цццел, - наконец, вымолвил он, чуть заикаясь - Ааа эээтот гггде? Ббболотник?
- Вон, - ответил Шериф, указав на останки кровососа стволом своего автомата, - ты его так напугал, что он голову потерял, - пошутил сталкер, пытаясь разрядить обстановку, похлопав Странника по плечу.
Все присутствующие негромко рассмеялись, поддерживая Алексея.
Новичок, ведомый напарником под руку, мелкими шагами вышел из воды, опустив взгляд на изрешеченный обезглавленный труп твари. Внезапный приступ рвоты подкатил к горлу, от чего во рту появился привкус горечи, желудок, повинуясь мышечному спазму, пытался вытолкнуть из себя остатки пищи. Сталкер развернулся на 180 градусов, согнувшись, выпустил поток рвотной массы, отплевываясь от остатков слюны и желчи. После чего он снял фляжку с пояса, присосавшись к горлышку, сделал несколько спасительных глотков, затем вылил немного воды на лицо, вытер губы тыльной стороной ладони. Почувствовав облегчение, Лёха повернулся к сталкерам, ожидая шуток в свой адрес. Однако шуток не последовало, более того опытные товарищи, вели себя так словно ничего и не было. Енот и Нос невозмутимо следили за обстановкой, внимательно осматривая округу.
Фанат и Волк заканчивали укладывать трофеи, в виде головы и руки мутанта, в плотные полимерные мешки, и распихивали их по своим рюкзакам, не обращая внимания на окружающих.
- Это нормально, - спокойно произнес Голд, поправляя ремень автомата на плече.
- Точно, меня в первый раз так полоскало, что потом на еду день не мог смотреть, - поддержал с улыбкой Шериф, пытаясь подбодрить Странника.
- В порядке? Идти сможешь, сталкер? - спросил Волк, закидывая лямки своего рюкзака на плечи, пристально посмотрев в глаза Странника. Алексей кивнул в ответ, от заботливого слова из уст одного из опытнейших ветеранов Зоны стало физически легче, словно, будь он солдатом после тяжелого, победного боя, получил похвалу от самого генерала.
-Вот и отлично. Всем проверить оружие. Фанат маршрут, – привычно скомандовал он.
Новичок, повинуясь команде, отстегнул магазин и отвел затвор в крайнее заднее положение от чего патрон, находившийся в патроннике, выскочил и упал в образовавшуюся кашу из земли и травы, от многочисленных шагов сталкеров. Странник, пристегивая полный магазин, поймал на себе неодобрительный взгляд напарника, за подобное расточительство. Тут же сориентировавшись, Леха поднял патрон, обтер его и сунул в один из карманов.
Фанат, уже наметил кратчайший путь к «Деревне новичков» на карте своего ПДА. Затем он повернулся к стоявшему рядом старшему группы, показав карту с проложенным маршрутом, конечной точкой которого являлся западный пост лагеря. Волк, оценив дорогу, утвердительно кивнул.
- Выходим, порядок тот же, - скомандовал Волк.
Сталкеры потянулись цепочкой за проводником, покидая болото. Как только стебли камыша сомкнулись за спиной Волка, на противоположном берегу озера появилась плоть, словно сухопутный аномальный ворон, следившая за людьми и терпеливо ждавшая своего часа. Порождение Зоны имело коричневатую морщинистую кожу. Огромная голова с неимоверно большим ртом и рядом мелких острых зубов. Морда отдаленно напоминала человеческое лицо с большими несимметричными глазами, утопленными в череп. Мутант, еще некоторое время, вглядывался в след уходящих людей, затем потянул воздух уродливым носом, еще раз убедившись в отсутствии опасности, покинул свое укрытие. Плоть с трудом преодолевала водную преграду, видоизменённые лапы - пики то и дело протыкали дно, погружая массивное тело хозяина глубже в воду, от чего мутант злился, кряхтя и хрюкая, выдавал себя всплесками воды, когда пытался переставлять конечности. Выбравшись на клочок земли, плоть, отдышавшись, приступила к разделке тела кровососа, подобно огромному уродливому портному щелкая клешнями. Отделив наиболее аппетитные, по ее мнению, куски, она отправляла их в пасть, довольно урча от удовольствия. Некогда безжалостный хищник, наводивший ужас на округу, теперь сам встал в низ пищевой цепи, продлевая жизнь другим созданиям Зоны.
Обратная ночная дорога к лагерю, заняла немного больше рассчитанного Фанатом времени, хоть местность и была хорошо ему знакома. Лёха не подавал виду, но переход стал отнимать у него все больше сил. Часы, проведенные на взвинченных нервах, не прошли бесследно. Намокшая, после купания в болоте экипировка, значительно прибавила в весе, что не могло не отразиться на скорости передвижения сталкера, от чего он часто спотыкался и как следствие вываливался из строя. Волк дал команду Фанату сбавить темп. Также задержку в движение группы внесла новообразованная аномалия «Электра», облюбовавшая остов, непонятно как оказавшегося среди леса, поеденного ржавчиной армейского грузовика «Урал». Аномалия явилась сюрпризом для проводника, а для новичка, впервые увидевшего столь завораживающее и одновременно пугающее зрелище. В темноте ночи испускаемые аномалией разряды, в виде электрических дуг озаряли округу короткими вспышками голубоватого света. Каждый брошенный Фанатом болт «Электра» била плетью-молнией, удар которой сопровождался раскатистым шокирующим треском с ярким всполохом света, от чего волосы на голове и теле Странника вставали дыбом, а ноги непроизвольно сгибались в коленях в полуприсядь. Границы срабатывания аномалии оказались довольно широки, благодаря металлу грузовика. Фанату пришлось потратить около 10 минут, чтоб определить безопасное расстояние для обхода, на котором электрические дуги не смогли бы достать сталкеров, имевших при себе достаточное количество металла, способного провести если не смертельный, то оглушающий удар даже вблизи границ аномалии. Пришлось заложить 30-ти метровую дугу, дабы избежать рисков.
Только по прошествии двух часов, Фанат вывел сталкеров к западной окраине деревни. Волк вышел на связь с постом, оповестив о своем прибытии. Сталкеры, стоявшие на посту, отчетливо слышавшие канонаду выстрелов, в тишине ночной Зоны, проводили охотников уважительными взглядами.
Волк распустил группу сталкеров на отдых, назначив сбор на 11.00 дня. Странник и Голд отправились к своему месту ночлега, по пути набрав заранее приготовленные солидные охапки дров в ближайшем дворе. Наконец, добравшись до погреба и растопив буржуйку, Странник стянул с себя промокшую одежду, почувствовав неимоверное облегчение, избавив плечи и спину от тяжести, развесив ее над печью, на только что натянутые предусмотрительным Голдом веревки. Берцы также отправились поближе к источнику тепла. Буржуйка, проглотив первую партию дров, наполнила погреб теплом, сопровождаемым треском поленьев и легким гудением. Переодевшись в свой старый костюм, Лёха, наконец-то, согрелся. Опрокинув с напарником по стакану водки, сталкеры принялись уплетать разогретую на всё той же печке тушёнку, растопленный жир, наполненный заигравшими ароматами специй, с кусками аппетитного мяса прекрасно согревал нутро и утолял голод. Откинувшись спиной к стенке погреба, Лёха моментально уснул. В свете керосиновой лампы серебряным блеском отразилась легкая, у висков Странника, седина волос.

Глава 5. Флэшбэк
- Вставай, хорош, дрыхнуть, всё бабло проспишь, - раздался голос Голда, выдернувший Странника из сна.
Алексей открыл глаза и моментально поднялся с лежанки, пытаясь ногами на ощупь найти свои берцы, но вспомнив, что оставлял их сушиться, прекратил поиски.
- Давай собирайся, Волк уже ждет, - поторопил Голд.
Сталкер поднялся и стянув свои вещи с верёвок, стал одеваться, отметив, что комбез и плащ успели высохнуть. А вот берцы, просохнув, стали немного маловаты, причиняя неудобство при ходьбе.
«Вот ведь, напихать чего-нибудь надо было», - подметил свою оплошность Лёха.
Когда со сборами было покончено, Странник и Голд покинули убежище и направились к сельсовету. Новый день встретил Странника пасмурной прохладной погодой, туманная взвесь, витавшая в воздухе, окутала округу. Желтовато-красный круг солнца, объятый серыми слоисто-кучевыми облаками, еле виднелся в небесных просветах. Его лучи были холодными и не несли согревающего света. Ветер словно взял выходной, и не собирался разгонять застелившие небосвод облака. Полный штиль. Лагерь давно не спал. Весть об успешной ходке на кровососа, разлетелась среди новичков еще ночью, постарались часовые, которые отправили сообщения на ПДА товарищей почти сразу, как только группа вернулась с охоты. Еще ранним утром группа из самых предприимчивых новичков отправилась прочесать известные аномалии, в надежде на хороший хабар. Встретившиеся по дороге сталкеры Батон и Кекс, завидев напарников, почтительно подошли и по очереди протянули руки Страннику, чем ввели последнего в легкое замешательство.
- Это чего они? - с удивлением спросил он, глядя на Голда.
- А ты теперь местная знаменитость, или забыл, как на Болотника орал, так что ему башку снесло? - с улыбкой ответил напарник. - Это только кажется, что Зона большая, но новости быстро расходятся, будь уверен. Они теперь неделю руки мыть не будут. Сталкерскую сеть почитай время будет, не так удивишься.
- Да, ладно какой на хрен подвиг!? Я, когда этого кровососа перед собой увидел, чуть в штаны не наделал! И вообще имел я такие засады! - разозлившись, вывалил Лёха.
- Успокойся и никому не рассказывай, а то статус легенды уронишь, - не унимался Голд, хлопнув напарника по плечу.
Михайлов скривил недовольную мину, вспоминая события прошлой ночи и свое не очень-то геройское поведение, от чего шутки напарника казались еще более язвительными. Однако взглянув в его глаза, с намерением ответить на колкости парой крепких фраз, он осекся. Голд смотрел на него с добрым улыбающимся лицом, не выражавшим намерений поиздеваться над напарником. Лицо Странника преобразилось в ответной улыбке, он растерянно поскреб голову и махнул рукой. Чего это он действительно в штыки? Дело-то сделано хорошее…
За разговором, они подошли к сельсовету. Пройдя по уже знакомому коридору, сталкеры вошли в кабинет. Волк, Фанат и Шериф сидели за столом, на котором была разложена карта этой местности, придавленная болтами, патронами разного калибра и монетками. Судя по всему, обсуждались меры по укреплению обороны «Деревни новичков», в частности подходы со стороны южного поста.
Появление Странника и Голда, заставило сталкеров прервать обсуждение.
- Проходите, садитесь. Сейчас Нос и Енот подойдут, тогда и начнем - сказал Волк. Сталкеры воспользовавшись приглашением, заняли свободные стулья. За дверью послышались шаги, в кабинет буквально ввалились Енот и Нос.
- Волк, извини, опоздали, - выпалил Нос, - Енот, полночи шмотки полоскал, еле растолкал, - бросив укоризненный взгляд на напарника.
Фанат и Шериф слегка улыбнулись, едва заметно кивнув. Енот, не обращая внимания на смешки, молча сохранял невозмутимый вид, с гордостью демонстрируя свой чистый еще не полностью просохший комбез, отдававший нотками имевшегося тут стирального порошка «весенняя свежесть», который, несмотря на свою примерно сорокалетнюю выдержку исправно пузырился и отстирывал сталкерское белье.
Волк не отреагировал на оправдания и жестом руки пригласил за стол.
- В общем, Сидорович, изначально отваливал за это дело 60 штук, но с утра накинул еще 10, честно говоря, я сам не ожидал такой щедрости, - обозначил сумму вознаграждения Волк.
- Выходит, по десятке на брата? - вставил свое слово Нос.
- Верно, но мы с парнями посовещались, и я решил, что кусок Странника должен быть жирнее на 6 штук. Есть возражения? – спросил Волк, обведя взглядом всех присутствующих.
Сталкеры согласно закивали, прекрасно понимая, что Странник рисковал больше всех, хоть и не осознавал степень опасности в полной мере, в силу своей неопытности. Ведь мало кто выживал, встретившись с Болотником лицом к лицу и то, что он не атаковал сталкера сразу, было скорей счастливой случайностью, вкупе с невероятным везением, а скорее всего, просто улыбкой Зоны, которая всегда давала новичкам пару случайных козырей на первой раздаче. На это и рассчитывал опытный Волк, назначая Странника живцом.
Лёхе такой дележ пришелся более чем по душе. Заслышав про еще 6 штук сверху, искры радости промелькнули в его глазах, а на лице появилась широкая нескрываемая улыбка. Он выпрямился и расправил плечи. Наблюдавший за преображением напарника Голд, опустил голову и прикрыл ладонью рот, пытаясь скрыть подступивший приступ смеха.
«Царь во дворце, царь во дворце», - пронеслась фраза в голове Голда, от чего ему стало еще смешнее, и он издал легкий смешок на вдохе, похожий на крик чайки, но поймав на себе строгий взгляд Волка, осекся, взяв себя в руки.
- Я отпишу торгашу. Расчёт лично у него в бункере, а там как определитесь, - подытожил Волк.
- Да, Странник, Сидорович просил узнать твое экспертное мнение, – вмешался в разговор Фанат, почесывая бороду, хитро переглянувшись с Шерифом.
- Ага, точно, - пока не понимая задумку товарища, подыграл сталкер.
Алексей сделал серьезное лицо и внимательно посмотрел на Фаната, обратившись в слух.
- Как считаешь, у комбинезонов с интегрированными памперсами есть будущее в Зоне? - выдал заготовленную шутку Фанат и закатился заразительным хохотом, передавшимся всем присутствующим, только всегда серьезный Волк, отреагировал на шутку легкой улыбкой.
Новичок, не ожидавший подвоха, поначалу не понимавший причину коллективного смеха, смотрел на ржущих, а от того раскрасневшихся сталкеров растерянным взглядом. Несколько секунд он крепился, стараясь сохранять серьезный вид, но поняв, что все равно проиграет, засмеялся сам, опустив голову и закрыв ладонью глаза.
- Ладно, ладно, хорош ржать, мужики, - добродушно поднял, в останавливающем смех жесте, ладонь Волк. – Мужик большое дело сделал. Там хоть, «Гол», хоть «Кол» кричи, хоть маму зови, главное, что сделал. Компания, внемля голосу командира, сбавила смех до прорывающихся кашляющих смешков. – Дело же ты сделал, Странник, да? – обратился к новичку Волк.
- Сделал… да чуть по большому не сделал… - смущенно подтвердил Странник.
Компания взорвалась новым приступом хохота, отозвавшимся звоном стекол в некоторых уцелевших окнах строения.
Нос, задрав лицо к потолку стучал ладонью по столу, Енот повернулся к нему, переломившись пополам и орал в пол, Фанат и Шериф, откинулись назад, хохоча и вытирая выступавшие на глазах слезы.
- Г-о-о-о-о-л! – радостно заорал Фанат, в лицо Волку, делая круглыми восторженные глаза, отчего и Волк, издал нечто вроде пулеметной очереди смеха, уперевшись кулаком в стол, безвольно повесив голову, стараясь не глядеть на Лёху, который и покраснел, и ржал, одновременно чувствуя, как под столом его за ногу держит упавший туда, скулящий и конвульсирующий Голд.
Сбор был окончен. Стонущие сталкеры, с красными, перекошенными лицами потянулись к выходу. В кабинете остались только Волк, Фанат и Шериф, в попытке успокоиться, отпившие из фляжек по нескольку крупных глотков воды, чтобы вернуться к разбору укрепления южного рубежа лагеря.
Странник и Голд, решив, что награда никуда не денется, и к торговцу можно зайти позже отправились перекусить, тем более что время подходило к обеду. Вернувшись в свое временное жилище, сталкеры не стали заморачиваться на изысканные блюда, в виде лапши из бич-пакетов, а обошлись чаем и парой бутербродов.
Затем завалившись на лежанку, Странник принялся читать новости сталкерской сети, от прочитанного его глаза округлились, и напала икота. Новость об охоте на Болотника, разлетелась по всей Зоне, обрастая подробностями и шутками, порой доходившими до абсурда.
Сталкер, с прозвищем Колокольчик, писал, что Странник обладает нечеловеческой силой, и при помощи одной только палки снес мутанту голову, так быстро, что никто из группы Волка даже выстрелить не успел.
Некий сталкер Миндаль, упрекал Колокольчика во вранье, и утверждал, что на самом деле Странник умеет разговаривать с мутантами и просто заболтал кровососа, дав возможность остальным почти в упор расстрелять тварь.
- Голд, это че за хрень? Им чего заняться не чем? - спросил возмущенный Странник.
- Ну, погоди, тебя скоро самого в мутанты запишут и награду за твою голову объявят, долговцы вообще сразу палить начнут при встрече, ну если повезет, то просто в плен возьмут и на «Янтарь» ученым сдадут для опытов, - начал подливать масло в огонь Голд, не удержавшись от очередной шутки.
- Зачем в меня палить? – насторожился Странник. - А если серьезно? – спросил он.
- Ну, если серьезно, то Зона не большая. Новостей не много. То, что происходит, особенно с новоприбывшими, иногда перемывается неделями. Серьезные вещи обсуждают тихо, а удивительные, странные и общепонятные громко, особенно если это безопасно. Тут не всегда поймешь, где правда, а где вымысел. Считай это желтой прессой, - махнул рукой Голд. – Но, - он поднял указательный палец вверх, иногда и в желтой прессе встречаются золотые статьи. Не зря же я Голд.
- А-а-а… - протянул с пониманием Странник.
- Привыкнешь, еще, - пообещал Голд.
Лёха пожал плечами.
- Ну привыкну, так привыкну…а чего прикупить-то мне, а? - вернулся к действительности Странник.
- Ну, раз совета просишь, то оружейного масла, в первую очередь. Ты ствол свой искупал, так в пору разобрать и смазать, - совершенно серьёзным тоном ответил напарник.
«А ведь и точно, Седой то же самое говорил», - подумал Михайлов, мысленно добавив масло к списку необходимых вещей.
После короткого отдыха сталкеры отправились к торговцу, за заслуженной наградой.
У самых дверей бункера им встретились уже отоварившиеся Нос и Енот, о чем свидетельствовали под завязку набитые рюкзаки за их плечами и довольные лица. Данный факт заставил Странника немного поволноваться, натолкнув на мысль о том, что так желанные им новенькие ботинки были уже проданы и дабы скрыть беспокойство от напарника, он поджал губы и ускорил шаг. Миновав дверь, он буквально ворвался к Сидоровичу. Торговец копошился у стеллажей и перебирал аптечки, раскладывая их по коробкам в зависимости от срока годности медикаментов, о чем тут же вносил запись в тетрадь простым карандашом.
- Сидорович, здравствуй! А ботинки!?- не дожидаясь ответного приветствия, спросил он.
- И тебе не хворать сталкер, - не отвлекаясь, от сортировки ответил барыга, - не переживай, ботинки есть, специально для тебя отложил, 43-ий размер.
Сталкер облегченно выдохнул и тут же почувствовал сзади лёгкий тычок под лопатку. Лёха обернулся и увидел недовольное лицо Голда, молча крутившего указательным пальцем у виска.
- Ну, чего притих? Говори, чего еще надо? Дел по горло, - прервал немой диалог напарников Сидорович.
- Так, мне бы разгрузку еще, масло оружейное, тапочки, пару полотенец, мыло куска три, колбасы коляски три, консервов - кашу и тушенку, сгущёнки. Всего по три банки и галет не помешало бы пачек 5, бутылку водки, шоколадных батончиков с десяток. А ПНВ есть, ток не дорогие?
Сидорович, чуть наклонив голову, посмотрел на сталкера исподлобья, опустив очки на нос.
- ПНВ? Никак опять по ночи погулять собрался? Шальная голова, или ...? - торговец, прищурив веки, посмотрел на Странника пытливым взглядом. - Нашел чего?
Неожиданный скачок напряжения в электросети бункера заставил на долю секунды, гореть лампы голубоватым цветом, мозг Странника незамедлительно отреагировал и выдал картинки из прошлой ночи, еле заметное голубоватое с чуть различимым зеленым оттенком свечение на дне болота, которое он заметил боковым зрением, погрузившись под воду.
- Нет... - ответил сталкер, сделав небольшую паузу, давая себе время осознать вспышку памяти. - Ничего не нашел, просто вещь уж очень полезная. - продолжил он.
Данная пауза не ушла от внимания Голда и Сидоровича. Оба, и торговец и сталкер переглянулись. Уж кто-кто, а они точно могли различить фальшь-ноту в беседах, а тут просто черным по белому видно, что вопрос застиг Странника врасплох.
- Ладно уж, есть и «Ночник» и тепловизоры, а есть и два в одном, - деловито отозвался торговец.
- А какой лучше? Разница в чем? - растерянно спросил сталкер.
Теперь настала пора Сидоровича замереть, вопросительно глядя поверх очков на Странника. Торговец, не поворачивая головы, перевел взгляд на Голда, который тут же сделал вид, что он не при делах или вообще стоит рядом со Странником просто по ошибке.
- Ну ладно…- процедил Сидорович сквозь зубы. – Зелень… поперепрыгивают через проволоку, а я им тут объясняй… Сами не знаете, чего хотите. «Ночник» усиливает слабый свет, - начал густым голосом Сидорович, глядя немигающим взглядом все также поверх очков на Странника. - Свет попадает на объектив и преобразует его в видимую для глаза картинку, а тепловизор собирает тепловое излучение, и выделяет его, чем теплее поверхность, тем ярче видно объект, – пояснил Сидорович.
Затем торговец отошел к стеллажу, достал небольшой черный пластиковый кейс и вернулся к прилавку. Уложив кейс на стол, он открыл его и достал монокулярный прибор ночного видения. Прибор внешне был похож на компактную зрительную трубу, в корпусе черного цвета, имевший кольца регулировки кратности объектива и встроенную инфракрасную подсветку. Сидорович вставил аккумуляторную батарейку в небольшую коробочку, прикрепленную сбоку корпуса монокуляра, покрутил кольца резкости, совместив значения шкал, нанесенных на корпусе и кольце, в виде вертикальных рисок и передал Страннику. После чего он щелкнул выключателем со своей стороны помещения. Свет погас и Лёха, поднеся окуляр к правому глазу совершенно четко увидел обстановку в помещении в светло-серых тонах с темнеющими контурами предметов и силуэтом торговца.
- Ну как? - раздался в темноте голос Голда, - дай гляну.
Алексей передал прибор напарнику.
- Да… вещь! – восхищенно протянул Голд, задержав взгляд чуть дольше чем надо на пространстве позади торговца. Ага… - задумчиво произнес он, очевидно сделав какие-то для себя выводы.
Свет моментально включился после этой фразы.
- Чего «агакаешь», сталкер? – недовольно спросил торговец, протягивая руку к окну, указывая, что надо вернуть девайс.
- Знатная приблуда, - сказал Голд, с некоторой неохотой возвращая монокуляр Сидоровичу.
- Еще бы не знатная. Считай экспериментальный образец с такой четкостью и кратностью. Батареек хватает на несколько суток, не то, что на местных. Тонкий инструмент! Для серьезных людей припасено, охотников, добытчиков, - деловито похвалил и в самом деле роскошное устройство торговец, украдкой наблюдая за произведенным эффектом. Эффект был. Странник забыл, как дышать, жадно глядя на вдруг ставший вожделенным предмет, а Голд выглядел растерянным и взъерошенным, обозначая целую бурю эмоций в связи с новыми возможностями, открывающимися с этим прибором.
- И сколько за такой? - осторожно спросил новичок.
- 50 тысяч, плюс оголовье с регулировкой под размер головы, кейс в комплект не входит, - сразу уточнил барыга.
- Дороговато…- с нескрываемым сожалением отметил Странник, - у меня столько нету.
«Дороговато», - с усмешкой повторил барыга, - а ты чего хотел? Берет до 500 метров, ударопрочный пластик, водонепроницаемая сборка, специальная армейская модификация для Зоны «Горизон-16Б», - убирая прибор в кейс, ответил Сидорович. - Тепловизор ещё дороже стоит, а совмещенные модели не меньше ста тысяч. Будет стоящий хабар, тогда и другие модели покажу. Ты хоть понимаешь, что тут в Зоне, обкатывают самые современные приборы, которые на Большой земле в серию или не выйдут вообще или выйдут упрощенными и урезанными? Тут ведь самую роскошь тестируют, а не солдатский ширпотреб. Понимаешь? – требовательно уставился он на Странника. – Ну конечно, - Сидорович сделал скромное лицо, потупив взгляд, - иногда у солдатиков и военсталов «пропадает» что-то, «портится» … сам понимаешь, им тоже жить как-то надо. Иначе хрен бы эти игрушки вы увидели.
- В смысле портится? – не понял Лёха. Голд тут же ткнул его локтем в бок, сделав страшное лицо. – А… - дошло до него. – Портится да, - поторопился согласиться он, быстро закивав.
Сидорович поставил кейс на пол, затем принялся считать стоимость покупки, выписывая цену напротив наименования, затем протянул листок ошарашенному озвученными ценами сталкеру.
- А ботинки, почему дороже-то стали, аж на тысячу? - удивленно спросил Странник, поднимая глаза на торговца. - И разгрузка на пять сотен в цене прибавила?
- Так ходовой товар, специально для тебя отложил, а так много кто уже спрашивал. Я по-отцовски приберёг последнее, - ответил Сидорович, то ли решив отомстить за предыдущее поражение в торге, то ли, вдруг не справившись с придушившей его жадностью к такому удачливому сталкеру, а может, и на ходу подняв цену, за то, что Странник чего-то не договаривает. Умение договориться в Зоне, особенно с барыгами – дорого стоит, и это не просто слова. Сейчас эти «не просто слова» превратились в конкретную цифру увеличения счета, поскольку Сидорович должен быть в курсе происходящего, это его хлеб. А если кто-то что-то недоговаривает, значит, он крадет его, торговца хлеб, а если у Сидоровича крадут хлеб, то он за это накажет… вот как сейчас. Всего-то на полтора, два косаря… ну может на три… это уж ему виднее.
Голд снова легонько подтолкнул напарника в спину, давая понять, что его пытаются нагреть. Лёха чуть заметно кивнул.
- Так из всей деревни, в ходку только мы ходили, а значит и деньги только у нас есть, и кто же успел расхватать? Что-то я таких обновок ни у кого не видел, - парировал Странник.
«Быстро оперился. Не иначе как Голд науськал», - подумал барыга, в душе порадовавшись за новичка, но сдаваться не собирался.
- Ну, смотри сам, тебе вроде как ботинки нужнее, а товар высшего качества, не промокаемые, - сделал акцент на последнем слове торговец, подняв палец верх. Затем он склонился и выставил на прилавок новенькую пару тактических ботинок на высокой шнуровке, цвета хаки, 43-его размера.
- Ааа, ты глянь! Подошва толстая, прочная из термостойкой, высококачественной резины с диэлектрическими свойствами, - торговец взял ботинок и согнул его, затем отпустил, подошва тут же вернулась в первоначальное состояние, – а покрытию не только вода, но и кислота нипочем! – взял уже привычную ноту профессионального барыги Сидорович. - Меж подошва амортизирующая, шнурки с сердечником из кевларовой нити. Сталкера ведь ноги кормят, а если не позаботишься о ногах, то долго не пробегаешь! - закончил сталкерской мудростью торгаш, расхваливая достоинства товара, после чего сунул ботинок Страннику в руки.
Да, Сидорович знал, о чем говорил. Сохранить ноги было гораздо важнее, чем сохранить пару тысяч. Крутя в руках такую нужную часть амуниции, новичок понимал, что в целом он готов купить ее и дороже, потому что действительно надо. Он искренне вздохнул, внутренне смиряясь с этой мыслью.
- Так и быть еще две пары кевларовых стелек в придачу к ботинкам, - продолжал дожимать клиента Сидорович.
- Идет, - махнул рукой Странник, согласившись на цену.
- Значит 8000 товаром, и 8000 на счет? - уточнил Сидорович.
- Нет, 2000 заберу наличкой, - ответил сталкер, тут же присев на ящик, с целью немедленно примерить обновку.
Обувь действительно пришлась впору. Странник испытал облегчение и легкость. Ботинки сидели как влитые, как будто всегда были на его ноге. Сидорович выложил на прилавок две купюры номиналом в тысячу и пошел собирать заказ.
Вскоре барыга вернулся, разложив на прилавок, товар по списку.
Сталкер принялся складывать всё в рюкзак, немного удивившись, что на этот раз колбаса была нарезана на круглые пластики и упакована в плотные прозрачные полимерные вакуумные пакеты, что увеличивало срок хранения колбасы чуть ли не на месяц, да и места в рюкзаке занимало гораздо меньше.
- Однако, удобная упаковка, - сказал Голд, взглядом оценивая преимущества вакуумного пакета.
- Всё для вас, дармоедов. Кто еще кроме старика Сидоровича о вас побеспокоится, - пробурчал торговец, прикидывая в уме, насколько в будущем можно накрутить цену на новинку, понимая, что явно не прогадал с товаром.
Алексей, закончив с укладкой, уступил место напарнику. Голд купил только продукты, взяв наличкой несколько тысяч. Сложив продукты в рюкзак, он закинул его на спину. Сталкеры попрощавшись с торговцем, покинули бункер.
- Ну, теперь смотри, чтоб тебя из-за этих ботинок не грохнули, – вполне серьезно предупредил Голд, - особенно когда дальше в Зону пойдешь.
- Постараюсь, - ощущая, насколько стало удобнее шагать, ответил Странник.
- Нагрел тебя, конечно, дед, но ты сам виноват. Хотя старый хрыч, товар поставил достойный, нужно отдать ему должное, я сам чуть не купил такие же, - с улыбкой сказал сталкер. - Пойдем, оружие почистим, мне еще автомат надо Волку сдать, заодно и тебе покажу, куда и чего вставлять, - хохотнул Голд.
Сталкеры зашагали по деревне к своему жилищу. На крыльце сельсовета стояли Шериф и Волк, ведя непринужденную беседу, наслаждались свежесваренным горячим кофе, аромат которого разносился по округе гуляющим тут легким ветерком. Проходившие мимо Голд и Странник, уловив запах бодрящего напитка, невольно повернули головы в сторону ветеранов, прочитав удовольствие на их лицах.
Кофе в Зоне не был каким-то редким продуктом, в караванах с Большой земли регулярно приходили партии растворимого кофе на любой вкус и цвет и любой фасовки. Но натуральный зерновой кофе считался дефицитом и особо ценился среди гурманов, коими являлись не малое количество сталкеров.
- Волк, автомат почищу, и попозже занесу! - крикнул Голд.
Сталкер, соглашаясь, кивнул в ответ.
- А с новичка будет толк, – негромко сказал Волк, обратившись к Шерифу.
- Согласен, другие все больше водяру, да жрачку берут, а этот и комбез успел прикупить и ботинки вон, – ответил Шериф, подметив обновку новичка. - Малость пооботрётся, поднатаскается, глядишь и бывалых сталкеров, за пояс заткнёт, - с улыбкой, проводив напарников взглядом, заключил ветеран.
Странник и Голд, добравшись до своего пристанища, принялись раскладывать покупки по полкам погреба, облегчая свои рюкзаки. Покончив с распаковкой, напарники выбрались наружу и приступили к чистке оружия, расположившись у лаза, предварительно расстелили старую куртку, когда-то принадлежавшую Казаку, прямо на землю. Голд подробно, с некоторой отцовской заботой, объяснил устройство автомата, и порядок разборки. Странник, следуя примеру Голда, самостоятельно разобрал свой автомат, благо простота конструкции не доставила бы проблем даже школьнику. Затем он принялся тщательно протирать каждую деталь и ствол от скопившейся влаги, пущенным на тряпки полотенцем почившего Казака, после чего напарники смазали детали оружейным маслом. Сборку Лёха осуществил в обратном порядке под одобрительным взглядом напарника. Покончив с оружием, сталкеры решили перекусить, устроив пикник на свежем воздухе.
За обедом Голд, вдруг пристально посмотрев в глаза напарника, после очередного глотка чая, спросил:
- Так, Странник, колись, чего ты увидел на болоте? Вроде как вместе ходим, что за секреты?
- Понимаешь, я бы и сам не вспомнил, если б Сидорович не спросил, - откровенно ответил Странник и рассказал о странном свечении на дне болота.
- Ну а сам как думаешь, что это могло быть? - не унимался Голд, пытаясь получить больше информации, мысленно сравнивая описание света с известными ему явлениями Зоны. Отставив чай, он стал искать подсказки в своем ПДА.
- Не знаю, я в Зоне даже недели нету, может спросить у кого? - пожав плечами, ответил Лёха, делая свой глоток чая.
- Ага, спроси, допить не успеешь, как всё болото прочешут, а потом ты увидишь, как кто-то с твоим «Горизонтом» расхаживает. Такую информацию никому нельзя отдавать за бесплатно, – серьезным голосом сказал Голд.
- В смысле никому? И тебе тоже? – не понял Алексей.
- Никому, кроме своего самого близкого напарника Голда, - поправился Голд, подняв вверх указательный палец. - За информацию тоже платят хорошо, особенно ученые! Ты помалкивай. Правильно, что Сидоровичу не сказал ничего. Он тот еще гусь...
Голд задумался, глядя сквозь собеседника.
- Значит надо сходить туда еще раз и всё проверить. Я ещё думаю, странно чего это в болоте вода такая прозрачная? – произнес сталкер.
- И тёплая ещё, - добавил Михайлов, – Так, сколько обычно за информацию платят?
- Это зависит от того какая информация и кому она может быть интересна. Вот сходим и узнаем, - потирая ладони, решил Голд.
- Только без засад! – спохватился Странник.
- Это уже как пойдет, - ответил Голд с улыбкой, заглянув в свой ПДА, чтоб уточнить время. 15.30 самое рабочее время для сталкера – поисковика, при правильной погоде.
Но в этот раз погода не порадовала своей благосклонностью, постепенно усиливавшийся ветер не только не разогнал плотные, налившееся свинцовым цветом облака, а наоборот плотнее сбивал их над «Кордоном», закрыв все разрывы, предвещая обильные осадки.
- К Доку пойдем? - спросил Странник. - Я хотел детектор жизненных форм и детектор артефактов установить. Он говорил, может встроить в ПДА.
- Обязательно пойдем, уж очень мне интересно, как кровосос умудрился остаться незамеченным для ДЖФ, - ответил Голд и принялся помогать напарнику, убирать со стола.
Собрав пустые консервные банки и прочий мусор, оставшийся после пикника и чистки оружия, в старый полиэтиленовый пакет, сталкеры перед уходом предусмотрительно закрыли лаз в убежище. Облака, над головами напарников, сбились в потемневшие тучи и в скором времени были готовы обрушить очередную порцию дождя на чернобыльскую землю, словно сама природа пыталась таким образом очиститься и смыть остатки следов человечества вместе с оставленной им радиацией
Странник и Голд вышли на дорогу и направились к самой ближайшей термической аномалии, прозванной «Жарка», поселившийся через три домовладения от их убежища в сторону восточного поста лагеря, прямо посреди огорода, спалив при этом все, что могло гореть в радиусе нескольких метров. Границы аномалии были обозначены кусками металлических труб и прутами арматуры, вбитыми в землю, на концах которых покореженные от иногда поднимающейся температуры болтались пластиковые бутылки разных цветов, для усиления маркировки. Новичок остановился в метре от ближайшей трубы и приглядевшись увидел, что в центре огороженной территории потоки горячего восходящего воздуха образовали словно живую прозрачную стену, поднимающуюся от самой, выжженной до черна, земли, на видимую высоту около 2,5 метров. Гонимые ветром соринки и редкие листья, попадая в поле действия аномалии, немедленно вспыхивали красными искрами и исчезали, поднимаясь верх вместе с горячими потоками воздуха. Въевшийся в этот кусок земли запах гари указывал на приличный возраст этой прикормленной сталкерами аномалии, которую не смогли сдвинуть с места уже многие десятки «Выбросов».
Лёха легким броском швырнул пакет с мусором в «Жарку», который, не успев приземлиться, был охвачен струёй жаркого желто-оранжевого пламени, со звуком огромного газового резака, вырвавшегося, казалось, из-под земли. Появился химический запах от сгоревшего пластика, консервные банки, раскалившись до красна упали на землю, затем переливаясь цветами побежалости, побелели и стали рассыпаться на мелкие пластинки. Уничтожив нарушителя своего спокойствия, струя пламени затихла и исчезла, как будто кто-то перекрыл подачу топлива для огня.
Странник, отбежав после броска, к стоящему в паре метрах позади Голду, кожей лица почувствовал жар пламени сработавшей аномалии, решив для себя, что в следующий раз нужно отходить подальше, дабы избежать недоразумения в виде возгорания одежды и детонации боекомплекта от мгновенно возрастающей, в десяток раз, температуры. Хоть Седой и довольно подробно рассказывал о «Жарке» и мерах предосторожности, но сейчас Михайлов прочувствовал всё на собственной шкуре, и в полной мере осознал исходившую от неё опасность, даже находясь на значительном расстоянии при ее срабатывании. А о том, что будет, если угодить в саму аномалию, не хотелось даже думать.
Сталкеры вернулись на дорогу и зашагали в обратном направлении к мастерской техника.
- Надо поторопиться, иначе накроет дождем. Не хочется мокнуть, - сказал Голд, ускорив шаг.
Странник лишь кивнул, застегивая плащ на ходу.
Напарники застали техника за работой. Он сидел за столом и сосредоточенно орудовал тончайшим паяльником, пытаясь починить какую-то электронику, при этом в мастерской стоял едва ощутимый сладковатый запах, выделяющийся при нагревании флюса.
Док, наконец, припаяв нужный контакт, поднял голову и посмотрел на вошедших сталкеров через увеличительную линзу, находившегося на его голове приспособления, от чего его глаз виделся невероятно огромным.
- Ааа, товарищи Голд и Странник. Здравствуйте, - поприветствовал техник, вынув вилку паяльника из розетки удлинителя. - Наслышан о вашем походе в логово мутанта, признаться честно я бы ни за что не отважился стать приманкой, - восхищенно взглянув на Странника огромным глазом.
- Да я тоже, больше ни за что и не отважусь, - ответил Лёха, косясь на расплывшегося в улыбке напарника.
- Позвольте пожать вашу мужественную руку, - продолжил Док, привстав, протянул через крышку стола руку. – Всегда приятно иметь дело с человеком, способным на большие поступки.
Сталкер, немного смутившись, пожал руку техника, опустив глаза.
После рукопожатия, техник, наконец, снял приспособление с набором линз с головы.
- Итак, что вас привело ко мне? - спросил он.
- Док, вы ... ты - замешкался Странник, решая, как обратится к технику, - в общем, ты говорил, что можешь в ПДА, детектор жизненных форм встроить и детектор для поиска артефактов. Так вот по цене бы определится.
- Да, могу, но что-то одно, видите ли, возможности именно ваших ПДА ограничены конструкцией и возможностями соответствующего программного обеспечения, говоря проще если установить оба детектора, то гаджет будет просто на просто зависать и отключаться. Так что выбирайте. Ах, да и по цене скажем 2000 за один детектор, вас устроит? - озвучил свою цену техник.
- Мне ДЖФ, - с уверенностью ответил Странник, положив на стол ПДА и две купюры, - Док, вот еще колбаса, это за настройку, - сказал сталкер, вынув из кармана вакуумный пакет, положил рядом с гаджетом.
- Очень приятно иметь с вами дело, товарищ Странник, - с улыбкой ответил Док, затем перевел взгляд на Голда, - ну-с, я так понимаю вам, товарищ Голд, детектор артефактов? - предположил техник.
- Нет, мне ДЖФ обновить, мертвому артефакты без надобности, - ответил сталкер, - и расскажи, уважаемый, почему кровососа наши ДЖФ с трудом брали? Руку же Фанат тебе передал?
- Да, руку мутанта мне передали, конечно, пришлось провести ряд опытов, по известным алгоритмам, как раз для таких случаев. Ваш покорный слуга, разобрался-таки в чем дело, - не без нотки гордости ответил Док.
- Не томи, Док, - попросил Голд. – Науку мы всегда уважали, если сталкеру помогает. От этого наша жизнь зависит.
- Понимаю, - лицо техника стало серьезным. - И так, я полагаю, вы слышали о технологии «Стелс»? Так вот, данная технология основана на трех принципах, но в нашем случае имеет значение лишь один, - Док, поднял указательный палец верх, акцентируя внимание сталкеров.
- И какой? - спросил Странник, сфокусировав взгляд на пальце техника.
- Принцип работы ДЖФ, основан на работе волн, проще говоря, это тот же радар, который посылает волны определенной частоты. То есть, когда вы меняете чувствительность детектора, вы меняете частоту волн и таким образом распознаете даже мелкую живность на определенном для этой волны расстоянии, - Док, сложил руки за спину и бросил взгляд поверх сталкеров, переваливаясь с пятки на носок, на секунду отвлекшись мыслями. Затем остановился и посмотрел на затихших сталкеров, ожидающих выудить из потока новой информации, нужное им зерно, - так вот, отражаясь от мутанта, волна меняет свои характеристики. Определенному типу живности соответствуют свои параметры отраженной волны, которые и заложены в программу детектора. Принцип такой же, как и у светового излучения. Вы светите белым светом фонаря, а в ответ видите красный, синий, зеленый возврат. Соответственно, по возвратному потоку и по сочетанию их комбинаций вы видите друг друга, перефокусировав взгляд, видите что-то ближе, что-то дальше. Пока понятно? - прервал лекцию Док.
- Если честно, ничего не понятно, но очень интересно! - ответил Странник. - Можно покороче и попроще?
Техник на минуту задумался, затем пожав плечами продолжил: - Постараюсь попроще. В общем, ваш Болотник мог в результате воздействия на него окружающей аномальной среды, либо в результате эволюции, поглощать эти самые волны, которые просто не возвращались к детектору. Тем самым он оставался невидим для прибора, но когда мутант терял концентрацию и выходил из состояния невидимки, то волны вновь отражались от него и прибор регистрировал его присутствие. Я нашел диапазон волн, в котором маскировка кровососа бесполезна, и внес изменения в алгоритм работы прибора. Теперь детектор автоматически меняет частоту и длину волн вплоть до указанной, тем самым, не оставляя шансов остаться незамеченным даже такому продвинутому виду. Да, важный момент, вблизи аномалий ДЖФ может давать ложные сигналы. Это связано с исходящим от аномалий радиоактивным, тепловым и особенно электромагнитным излучением, ведь помимо волн, детектор параллельно считывает тепловую сигнатуру живых организмов, а если рядом с мутантом или человеком будет, скажем «Жарка», то вы просто их не обнаружите или прибор покажет невесть что. Так что перепроверить глазами в подобном случае будет необходимо, - заключил Док.
- Или болтом, - как бы невзначай добавил Голд.
- Или болтом, - подтвердил техник, посмотрев на сталкера.
- Или пулей, - добавил все так же нейтрально сталкер.
- Ну, или пулей… - немного растерявшись, повторил Док.
- Промеж глаз, - сказал Голд.
- Промеж… э-э-э… - автоматически чуть не повторил за ним техник. – Да, как хотите, товарищи сталкеры, это дело ваше, - чуть раздосадовано, из-за того, что его сбили с мысли, едва заметно махнул рукой Док. – В общем, по сути ДЖФ - это и радар и тепловизор и именно поэтому установка на один гаджет двух детекторов жизненных форм и артефактов вызовет перегрузку прибора, - подвел итог Док.
- Погоди, а почему тогда на Большой земле не используют такие детекторы? - спросил Голд.
- Хороший вопрос, - оценил техник, внимательно следя за таким, как оказалось не простым сталкером, - отгадка тут интереснее, чем загадка. Дело в том, что вне пределов Зоны отчуждения, проникающая способность всех волн гораздо выше, и они просто не отражаются от живых существ, а проходят сквозь них. В пределах Зоны наоборот. Существует множество гипотез, но ни одна пока что не получила научное обоснование. Данный факт и по сей день остается загадкой для всех ученых мира, - пояснил Док.
- Ну а сам-то, Док, что думаешь? – прицепился к интеллигенту Голд, который очевидно и сам был далеко не прост в таких вот вопросах.
- Ну… - Док, потер переносицу. – Я почти уверен, что само аномальное излучение Зоны, будь то Монолит или что там в самом ее центре, вот оно изменяет свойства среды настолько, что, как вы сами видите, некоторые вещи из неосязаемых становятся фактически существующими, а те, о которых мы могли только догадываться, теперь подтверждаются тут, в Зоне, приборами. Вот именно тут можно создавать принципиально новые устройства, проверять их, корректировать. Это уникальная для ученого среда… - Док снова потер переносицу, и сталкеры увидели нервное дрожание пальцев в этом движении.
Да… Док был не просто так здесь. Совершенно не просто так. И это здорово укрепляло доверие к этому человеку. Именно такие и идут бескорыстно в Зону, именно такие и приживаются тут, и становятся своими, золотыми людьми, без которых очень скоро невозможно будет представить «Деревню новичков». Голд, внимательно слушавший техника, согласно кивнул, молча снял свой гаджет и положил на стол. Затем он отсчитал две тысячи и протянул Доку.
- К утру, думаю, всё будет готово. Я только закончил с ПДА товарищей, которые были с вами на охоте, - пояснил техник, - если меня не будет, то заберете заказы в коридоре, в шкафчике.
- Док, так ты хоть замки какие придумай, а то тебя нет, если кто зайдет и прихватит чужое, - посоветовал Голд.
- Видите ли, я установил в мастерской и коридоре микрокамеры видеонаблюдения, и запись видео передается на мой ПДА. Я могу видеть все, что происходит тут, как в режиме записи, так и в режиме онлайн. Ну, а как поступают с ворами в Зоне не мне вам рассказывать, - успокоил сталкера техник.
- Тогда вопросов больше не имею, - ответил Голд, повернув голову к напарнику с вопросительным взглядом.
- И у меня нет. Мы пойдем, не будем отвлекать, - сказал Лёха.
Сталкеры попрощались с техником, и вышли на улицу. Погода окончательно испортилась, начинал накрапывать пока еще мелкий дождь. Напарники натянули капюшоны.
- Я к Волку, автомат сдам, – сказал Голд, - давай до схрона.
Странник кивнул и припустил к своему убежищу. Только он захлопнул за собой лаз, как послышались раскаты грома, и крупные капли дождя забарабанили по крышке погреба.
Алексей включил фонарь, спустившись к своей лежанке, присел, немного отдышавшись от короткого спринта, принялся зажигать керосиновую лампу. Сняв колбу, он подрезал обгоревший край фитиля, покрутил ручку и вытянул около сантиметра, пропитанной керосином, хлопковой ленты, затем чиркнув спичкой, поджег ее. Лампа осветила погреб, и Странник погасил фонарь, невольно задержав взгляд на желтом язычке пламени, несшим тепло и свет.
Тем временем дождь перерос в плотный ливень и еще несколько минут назад различимая дробь капель, разбивающихся о слой земляной насыпи и крышку погреба, теперь слились в единый монотонный хлюпающий поток, заглушаемый лишь мощными раскатами грома.
- Хорошо, что успел, - неосознанно произнес он, мелькнувшую в голове мысль.
При этом изо рта вырвался едва заметный пар, вместе с которым сталкер остывший от бега, ощутил прохладу, заставившую его поежиться. Потерев озябшие ладони, Леха осмотрел скудный запас дров, состоящий из нескольких поленьев, вздохнул и принялся закладывать остатки роскоши в топку, ругая себя за неосмотрительность. Судя по всему, дождь зарядил надолго и выбираться наружу совершенно не хотелось. Паленья разгорелись быстро, печь довольно загудела под действием тяги. Сталкер наполнил кружку и поставил воду кипятиться. В ожидании напарника, Лёха присел у открытой топки печи, приковав взгляд к пламени, постепенно перед глазами стали появляться картинки из прошлой жизни Алексея Юрьевича Михайлова, влачившего жалкое существование, отбывшего срок в местах лишения свободы, харкавшего кровью на больничной койке туберкулезного диспансера, лишенного единственного жилья, изгоя общества.
Из воспоминаний Лёху вернуло шипение, с которым капли закипевшей воды испарялись с металлической поверхности печки, покидая кружку вместе с пузырьками воздуха и водяного пара. Сталкер снял кружку, прихватив ручку через полотенце, отлил половину в стакан напарника, бросив по пакетику чая в кипяток, вернулся к огню.
Теперь оператор - мозг стал прокручивать в голове события последних четырех дней, проведенных тут, за периметром, в Чернобыльской Зоне Отчуждения. Несмотря на трудности и смертельную опасность, коими Зона наполнила эти дни, сталкер был по-своему счастлив. Появилось что-то настоящее, истинное в его жизни. Не пустая погоня за копейками, не вынужденные знакомства с посторонними людьми, а что-то настоящее, неподкупное, ценное и единственно верное для него. Что-то, что не дает усомниться в правильности выбранного пути, что-то, что дает с каждым разом все больше сил, интереса и желания жить, что-то, что зовет его заглянуть чуть дальше за черту, к которой он казалось еще вчера, не осмелился бы и приблизиться. Тихо шипело пламя, поселившееся на хлопковой ленте керосинки, заметно громче, увереннее, но, не смешиваясь с керосинкой, гудел огонь в печи. Тепло, уют и покой. Верные и ценные минуты собственного бытия. Улыбка появилась на лице Странника. Неожиданный звук ударов по крышке погреба, заставил его вздрогнуть.
- Открывай! - раздался сверху приглушенный шумом дождя голос Голда.
Лёха поставил кружку на печь и полез к выходу. Через открытый лаз в лицо сталкера ударили, слившиеся в струи, капли дождя, заставив его на мгновение закрыть глаза, вместе с водой в укрытие ворвался поток холодного осеннего ветра.
- Принимай! - прокричал Голд, сунув напарнику большую охапку дров, прикрытую курткой, на которой еще днем они чистили оружие.
Михайлов приоткрыл глаза, обхватив поленья руками, еле удержавшись на лестнице, поспешил спуститься вниз. Следом буквально спрыгнул Голд, закрыв за собой лаз. Напарник сбросил с головы капюшон брезентового плаща, покрывавшего почти всё тело сталкера до самых ботинок. Затем он расстегнул пуговицы и одним движением забросил плащ на веревку, забрызгав Странника, который так и продолжал стоять с охапкой дров.
- Ну и погодка! - сказал Голд, уже успевший прихватить кружку с чаем с печки и отпить несколько небольших глотков, не обращая внимания на температуру напитка.
Алексей, сложил дрова к печи, повесив куртку на лестницу.
- Это ты где дождевиком разжился? - спросил Странник.
- На автомат сменял, - пошутил Голд, с улыбкой, - Фанат дал добежать. Дождь зарядил, будь здоров. Так что сегодня у нас выходной, - закинув пару поленьев в топку, сообщил сталкер.
- А чего ты там под роспись что ли каждый патрон сдавал? Успел бы и по сухому проскочить? - спросил новичок.
- Там к Волку вояки в гости заявились с блокпоста. Ну, я ухо и пригрел у двери. Оказывается, тот кровосос не только к нам наведывался и у военных потери есть, а когда есть потери, то начинаются проверки. Одно дело, когда раз в полгода какой-нибудь срочник, по своей глупости, вляпается в аномалию и совершенно другое, когда за несколько дней без вести пропадают несколько часовых. Вот и пришли с поклоном к сталкерам, прошла информация, что Док детекторы жизненных форм усовершенствовал. – пояснил Голд.
- Разве вояки с нашим братом не на ножах? Мне никто ручкой не махал, когда через колючку в Зону шел, а наоборот очередью вдогонку поприветствовали. – сказал Лёха.
- Так-то оно так, но из любых правил есть исключения, в тебя стреляли на внешней линии охранения, а эти с внутреннего поста, что у железнодорожной насыпи. Разницу понимаешь? – спросил напарник и не дожидаясь ответа, продолжил, - мы с ними в одинаковых условиях, поэтому ссориться друг с другом нам резона нет. Они за небольшую мзду пропускают сталкеров туда дальше, вглубь Зоны. Солдатики-то конечно все в форме и морды вон, через одного кирзовые, только я тебе из первых рук скажу, что, когда наш брат, вольный сталкер недалеко трется, им самим спокойнее. Сам подумай сколько плюсов для них.
Новичок пожал плечами, не очень понимая какие плюсы у вояк будут, к примеру, от его присутствия в Зоне. Голд, глотнул еще чая, оценивая силу мысли Странника. Судя по всему, сила мысли Странника, Голда сейчас не удовлетворила. Он продолжил.
- Вот стоит рядовой Ваня на посту. Ночь, кровосос воет, собаки слепые шарятся, щупают.
- Как щупают? – не понял Лёха.
- Да никак, блин. Щупают и всё. Слепой пес как о тебе узнает? Щупает, - отрезал Голд.
- Ладно, - поспешил согласиться Михайлов, не желая прерывать более Голда глупыми вопросами.
- Там вдали, представь «Жарка» полыхнула, заорал кто-то дико. Не так просто заорал, а так что представить не можешь от какой боли человек так заорать может, - продолжил Голд. – Ванечке твоему, хоть он и в бетонном коробе сидит, например, такого променада, даже одного часа на месяц вперед хватит, чтобы успокоительное пить по стакану перед сном.
- Ага, - согласился Странник. – Жутко конечно…
- Жутко… - передразнил его сталкер. – И вот Ванечка видит ночью, как по дороге катится металлическая бочка. Гремит и катится. Метров за сто. А луны толком нет, фонари не достают, он ее и видеть-то не может, а видит. И подмывает того Ванечку, сдристнуть подальше со своего поста, вот как есть бросить все и бежать. Потому что бочка та, до жути страшная. Он даже не знает, что в ней, но твердо уверен, что как только она докатится до него оттуда из темноты, то и не жить ему больше ни секунды. И вот твой Ванечка уже расчехляется, броник снимает, автомат кладет, в рацию своим не докладывает, потому что от жути такой у него язык отнимается. Раздевается чтобы бежать налегке со страху подальше отсюда…Всё сознательно, с чувством, с толком, с расстановкой. Всё логично, всё правильно в его голове.
- И что? – затаив дыхание, все-таки не удержался Лёха, который вдруг так ясно представил эту картину, что у него задрожали колени.
- И тут голос в темноте неподалеку раздается. Нормальный, мужской, мол, мужики, не дергайтесь, аномальная активность, то ли излом, то ли псевдопёс, то ли полтергейста приволокло, и не дай Зонушка, к ночи сказано контроллера. Мол, мы тут с вольными чуем, что пси хрень работает, по доброте душевной к вам подались, чтобы вас тут не попортили и в нашу, мол, сталкерскую сторону не направили. Как ты думаешь, как после этого Ванечка будет на сталкеров смотреть и сколько жизней и ненужных отчетов сталкер местному гарнизону сохранил? – спросил Голд.
- Да, блин, - впечатленный услышанным выдохнул Странник. – Много, наверное, раз спрашиваешь.
- До десятка в месяц вполне может выйти, - уверенно сказал Голд.
- Ого! – под впечатлением от такой истории, оценил новичок.
- Да, брат… Мы им помогаем иногда. Мы-то здесь живем, дышим Зоной, а они командировочные, у них по-другому с ней порядок заведен. Ну и в случае чего, когда приходится время посчитаться, вояки помогут нам дать прикурить бандюкам и ренегатам, гранаткой поделятся, патронами. Да и у Сидоровича с ними свои дела, а то давно прилетела бы пара вертолетов, покружилась «каруселью» и бревнышка от деревни не оставила и никакие норы, – Голд хлопнул по кирпичной стенке погреба, – нас бы не спасли.
Странник задумался, осмысливая сказанное напарником. Голд, тем временем, присел на свою лежанку и принялся снимать ботинки, затем поставил их сушиться поближе к печи.
- Выходит и в Зоне нужно уметь договариваться, - выдал результат своих размышлений Лёха.
- Ага, но с максимальной выгодой для себя! – ответил напарник, делая акцент на последних двух словах. - Вот Волк и торговался с начальником поста. Будь уверен он с него поимеет по полной. Я не удивлюсь, если на постах лагеря появится парочка крупнокалиберных пулеметов, ну или у Дока в мастерской новые приблуды окажутся.
- А разве у них своих техников нет? - спросил Странник.
- Конечно есть, не только техники, но и целые конструкторские бюро, и научные институты. Но пока пройдут испытания, пока примут на вооружение, пока переоснастят доблестных воинов, пройдет год, а может и не один и не факт, что всем достанется. Нет, на бумаге-то новые детекторы всем выдадут, а по факту со старыми ходить будут. Понимаешь, о чем я? – спросил Голд, пристально взглянув на напарника.
- Вроде понимаю…- неоднозначно ответил Алексей, - Голд, а ты-то откуда знаешь, как у вояк всё устроено?
- Так я сам, бывший лейтенант, командир взвода, – ответил с улыбкой Голд, - контракт закончился я и уволился, потом сюда в Зону. Так что, как и чего устроено в армии, уж поверь, знаю изнутри.
- Вон чегооо… – удивился сталкер, - а по тебе и не скажешь.
- А я чего должен маршировать по Зоне что ли? - расхохотался Голд. – И на все вопросы отвечать «Никак нет» и «Так точно»? Не, спасибо, вот оно мне где, – сталкер поднес руку с раскрытой ладонью к горлу и коснулся несколько раз кадыка, - вопросы, жалобы, предложения?
Лёха подскочил с лежанки, выпрямился в струну, прижав руки по швам комбеза, и что есть сил, заорал: - Ниикаак неет!
- Воольно!- скомандовал Голд и разразился громким смехом.
Сталкеры рассмеялись, повалившись на свои лежанки. Мощный раскат грома прервал их веселье, на секунду показалось, что земля содрогнулась. Голд подскочил со своего места и пулей подбежал к люку. Немного приоткрыв крышку, он замер и напряженно стал вглядываться через стену проливного дождя в вечерние сумерки. После чего закрыл лаз и облегченно выдохнул, спускаясь по лестнице, поймал на себе встревоженный взгляд напарника, растерянно стоявшего с автоматом в руках.
- Выдыхай сталкер. Ложная тревога, – с наигранной улыбкой сказал Голд, – думал «Выброс» начинается. Давай, что ли выпьем и закусим.
Михайлов поставил автомат на предохранитель, положив его на лежанку, и принялся накрывать на стол. Голд вернулся к столу, опустившись на своё место, вытер со побледневшего лба капельки влаги, пытаясь скрыть дрожь в руках. Затем взял свой стакан с уже остывшим чаем и в несколько глотков опустошил его, после чего достал с верхней полки бутылку водки, скрутив крышку, налил себе и Страннику.
Сталкеры выпили и принялись закусывать. После порции алкоголя Голд заметно расслабился, а кожа лица приняла естественный цвет. После чего напарник завалился на лежанку и, отвернувшись к стенке быстро заснул.
Данный факт не остался не замеченным Странником, но посчитав, что лучше не лезть с расспросами, он промолчал, выпив еще немного, осторожно, чтоб не разбудить напарника убрал со стола, подкинул в печку несколько поленьев и погасил лампу. Пространство погрузилось в темноту, лишь небольшой отсвет пламени в печи пробивался желтой полоской, сквозь щель неплотно прикрытой дверцы топки. Шум дождя стал немного тише. Лёха закрыл глаза и провалился в сон.

Глава 6. Зад
Лёха проснулся раньше, чем обычно. В тихой темноте погреба было тепло, только слышалось ровное сопение напарника. Привстав с лежанки, сталкер протянул руку и нащупал лежавший на верхней полке фонарь. Прикрыв стекло ладонью, он как можно тише нажал на клавишу включения и желтоватый тусклый луч лампочки стал пробиваться между пальцев. Чуть приоткрыв стекло, Странник выпустил часть света и осмотрелся. Голд лежал на своем месте, уткнувшись лицом в стену. Лампа по-прежнему стояла на ящике. Алексей встал и нацепив тапочки, чуть шаркая, направился к печке, угли в топке ещё не успели остыть, отдавая свое последнее тепло. Поленьев заметно убивалось, не иначе как напарник вставал ночью и подбрасывал в топку дров.
Странник подошел к лестнице и в несколько движений взобрался наверх, уперевшись ладонью свободной руки во влажную крышку. Толстые, плотно подогнанные к друг другу доски, из которых была сколочена крышка лаза, промокли насквозь и разбухли, от чего крышка крепко засела в пазах косяка. Михайлов поднапрягся и несколькими толчками открыл люк. Серое предрассветное утро встретило холодным, тяжелым, от переизбытка влаги, воздухом, наполненным горьковатым запахом прелых листьев и гнилой древесины. Сквозь пелену тумана с трудом можно было рассмотреть очертания построек. Сталкер поежился, поддернув плечами.
- Хорош, не студи хату, - раздался заспанный приглушенный голос Голда из глубины погреба.
Лёха опустился на одну ступеньку и прикрыл лаз.
Напарник уже зажигал лампу, фитиль занялся пламенем, и Странник погасил фонарь.
- Чего там с погодой? - зевая, спросил Голд.
- Сыро, холодно и туман. Попа, в общем, - ответил Странник. Присев у печки, он закинул пару небольших поленьев в топку и принялся раздувать угли.
- Отлично, самая подходящая погода для скрытной ходки по знакомой местности, - сказал Голд, наливая в кружку воды. - В такую погоду желающих идти за хабаром мало, а значит, никто свой любопытный нос за нами не сунет. Если всю ночь дождь был, то и мутант не особо шустрый. Стоит где-нибудь в закутке, спит, сохнет… оно ему тоже не сильно надо… мерзнуть. После дождя в зданиях, пещерах и лесках шариться не желательно, а по открытке можно, - поучал сталкер, засовывая ногу в ботинок. Затем Голд, бросил взгляд на Михайлова, словно раздумывая, учить ли напарника еще или попридержать, но сделав выводы продолжил. – Это если вся ночь теплая была, мутант ходит по открытке, а с утра холодок, у него аппетит и беспокойство, вот тогда в туман ни ногой. Особенно в средней Зоне. Сожрут как барашка и патронов не хватит. Тогда даже долговцы смирные сидят, и без крайней, ну самой крайней надобности не высовываются, - Голд на секунду задумался, осматривая шнурок второго берца. Озабоченно провел пальцем по видимой потертости. – Не годится… - затем перевел взгляд на новенькие Лехины ботинки и вздохнул.
- Так, а если дождь, всю ночь, значит безопасно? – постарался вернуть Голда к ценной беседе Странник.
- Ну, если всю ночь… - всё еще не спуская задумчивого взгляда с обуви напарника, произнес Голд, - то безопасно. Ну как безопасно, - встрепенулся он. – Смотря какой дождь, смотря какая местность. Мутанту всю ночь под водопадом стоять смысла нет, он не дурнее сталкера. А потом, когда долго стоит, кровосос, например, он как будто засыпает. В общем, они же твари быстрые, кровососы, жрать хотят постоянно. Если режим переключать не будут, сгорят на хрен с голоду. Они же теплокровные, непонятно от кого такие только… Ладно давай харчеваться. Поплотнее надо перед ходкой.
- А если, ну не всю ночь под водопадом? – не унимался Лёха.
- А? – переспросил Голд, запустив руку на верхнюю полку с консервами. – Если в укрытии был? Ну, тогда, конечно, он бойкий будет. Только тут знать надо местность, кто хозяйничает, и тропинки, - видя жадный интерес в глазах напарника, он вздохнул, чувствуя, что надо выкладывать сталкерскую науку на стол, поскольку иначе тот не угомонится. Вон даже рот раскрыл, так внимательно слушает. – Короче, если кабан или плоти, те в лесок уйдут от холода. Если твари закрытые, комнатные, бюрреры, полтергейсты, и прочие, так тем вообще смысла по открытке шариться нет. Если универсалы типа кровососы, слепые псы и всё их собачье племя, так те по месту стараются приспособиться. Собаки вон вповалку и под машину брошенную могут забиться всей сворой, кровосос хрен его знает, но болото мы зачистили, а тут такой мутант, даже обычный кровосос вообще редкость. Так что возле того ручья, которое болото сейчас, ни домиков, ни машин, ничего нет. Пусто там, - заключил Голд.
- А-а-а… - заворожённо протянул Странник. – Понятно теперь. А вот еще контроллер есть, он кто комнатный или какой? – задал вопрос новичок.
Голд, достав банку консервы с полки, испуганно икнул.
- На хрен ты его вспоминаешь? Этого еще не хватало. Его в Зоне считай, единицы видели, а из единиц, видевших своими глазами, в смысле не через бинокль или оптику, вообще почти никого в живых нет. Не было тут этой твари на «Кордоне» и не надо. Давай, не порть завтрак, не буди лихо!
- Ага. Понял, не будить лихо, - машинально повторил впечатленный Странник.
Голд сел на лежанку внимательно разглядывая срок на тушёнке, затем потянулся за другой банкой.
- Ну…- всё-таки не смог остановиться Голд. – Контроллер ж это особая… как его назвать-то. И тварью-то не назовешь. К человеку ближе. Жуткое явление. Может один быть в тоннелях, развалинах, в общем на покинутых людских местах, а может и свиту собрать вокруг себя. Собаки, кабаны, кровососы, мертвецы… в общем всяких, кого захочет. С такой свитой он и прогуляться может куда надо, и найти, и наказать. Короче, нет от него спасения, если он тебя врасплох застанет. Даже пискнуть не успеешь. Ну его на хрен, Алексей? Лады? – Голд прямо посмотрел на товарища, впервые за долгое время назвав его полным именем.
Вняв такой искренней просьбе, Михайлов только кивнул и закрыл рот. С явным облегчением выдохнув, Голд, наконец, выбрал консерву и замахнулся ножом, чтобы с небольшого размаха пробить крышку.
- А химера? – издал полушепот Лёха.
Нож с силой воткнулся мимо банки в перевернутый ящик, дно которого служило столешницей.
- Лёха!!! Твою маковку! Чтоб тебя! – заорал Голд, кинув взглядом молнии.
Странник, поняв, что превысил некую до селя неизвестную ему границу в подобных разговорах, стремительно телепортировался на пару метров от эпицентра возможных неприятностей.
Подсохшие за ночь дрова быстро разгорелись.
- Лишь бы Док успел с детекторами, - наконец, осторожно нарушил неуютную тишину новичок.
- Это да, вещь в Зоне не заменимая, - с видимым облегчением сказал Голд, подойдя к печке, поставил кружку с водой кипятиться.
Сталкеры плотно позавтракав, собрали рюкзаки и покинули убежище. Туман с восходом солнца немного рассеялся, однако от обильного дождя, еще вчера утоптанная плотная земля проселочной дороги превратилась в липкую влажную кашу, куски грязи то и дело прилипали к подошвам новеньких берц Странника. Каждый шаг сталкеров сопровождался чавкающими хлюпающими звуками.
Дверь мастерской техника была заперта, но, как и было обещано, гаджеты дожидались сталкеров в шкафчике для заказов, на этот раз оба прибора лежали в одном ящике с уже знакомыми записками «тов. Странник» и «тов. Голд».
На ящике, расположенном ниже была прикреплена записка с надписью «тов. Музыкант», выдвинув который Странник увидел пистолет Макарова, но явно подвергшийся изменениям, в виде увеличенного магазина и удлинённого ствола. Удивившись необычному внешнему виду оружия и удовлетворив своё любопытство, он задвинул ящик с чужим заказом
Помимо этих записок дотошный техник приложил подробную инструкцию пользователя ДЖФ, где максимально просто и доступно, по пунктам, было изложено, как пользоваться детектором, с учетом внесенных изменений, из которой напарники поняли одно, что в случае сбоя прибора его следовало просто перезагрузить. Более того техник максимально упростил запуск детектора, как следовало из инструкции, он вывел на корпус ПДА отдельную кнопку, нажав на середину, которой детектор активировался, края кнопки с обозначением «+» и «-» регулировали чувствительность прибора, остальные действия по смене диапазона волн и поиску тепловых сигнатур детектор выполнял в автоматическом режиме. Приятным бонусом для напарников стали прозрачные силиконовые водонепроницаемые чехлы. Хотя конструкция ПДА, помимо прочих достоинств, и предусматривала защиту от влаги, но подстраховка в Зоне никогда и никому еще не вредила, особенно в отношении такого жизненно важного прибора.
Странник, читая инструкцию, написанную старательным ровным подчерком техника, периодически переводил взгляд на свой гаджет, осмотрел силиконовую кнопку активации оранжевого цвета, расположенную с левой стороны на корпусе ПДА. Расположение и размер кнопки были более чем органичными, клавишу можно было безошибочно нажать даже наощупь. Лёха включил наладонник и проделал запуск детектора через электронное меню. На экране отразились три зелёных точки. Если точки Странника и Голда отразились на экране совершенно четко, то третья точка, видимо обозначавшая присутствие спящего Дока, то исчезала, то загоралась вновь, однако через секунду точка техника стала стабильной. После чего сталкер выключил детектор и продублировал запуск через кнопку, всё работало как швейцарские часы. Странник довольно кивнул сам себе и покосился на Голда. Напарник почесывал подбородок, смотря то в меню гаджета, то в инструкцию. Затем его лицо исказилось восторгом - он широко раскрыл рот, хлопнув себя ладонью по лбу, чуть слышно, с укором самому себе прошептал: - Семён Семёныч…
Лёха пряча лицо, наклонил голову, сдерживая улыбку, поджал губы.
Сталкеры завершив тест обновы, прикрепили свои гаджеты на их штатные места и направились к выходу. Странник, задержавшись в дверном проеме, оглядел помещение и попытался отыскать глазами спрятанные камеры наблюдения, но ничего не обнаружив, с улыбкой на лице, попрощался с Доком, помахав рукой в никуда. Напарники вышли на улицу, оставив в помещении и на крыльце следы и куски отвалившейся грязи с ботинок. Определившись с маршрутом, Голд взял роль проводника, Страннику же отводилось общее визуальное наблюдение и отслеживание мутантов с помощью детектора. Напарники, миновав западный пост лагеря, выбрались в поле с плотным густым покровом из пожухлой желтеющей травы, и идти стало гораздо легче.
Двойка сделала небольшой крюк, обходя минное поле, прошагала еще около двухсот метров и вошла в подступавшую к лагерю с юга чащу леса. Теперь Голд, идущий впереди, сбавил темп, то и дело, вглядываясь в прогалины среди деревьев, укрытых редеющей вуалью тумана, скрывающегося от легких порывов ветра. Зашумели верхушки берез и осин, сбрасывая на землю остатки влаги с веток и листьев. Алексей мысленно порадовался, что не пожалел денег на новую обувь: ботинки до сих пор оставались сухими изнутри, несмотря на то что лесная подстилка из гниющих листьев буквально сочилась водой при каждом шаге сталкера.
Сталкеры не спеша прошагали около трехсот метров к болоту, в южном от лагеря направлении. Голд несколько раз отклонялся от маршрута, закладывая небольшие дуги в зависимости от силы порывов ветра и расположения порослей аномалии «Жгучего пуха», всегда готовых осыпать свою жертву облаком частиц, похожих на пушинки одуванчика, которые, попав на незащищенные участки тела, разъедали кожу и плоть, прожигая до самых костей, словно высококонцентрированный смертельный коктейль синильной и азотной кислот.
Встретившиеся на пути «Электра», а затем и «Воронка» не обрадовали сталкеров подарками в виде артефактов. Преодолев еще сто метров, ПДА Голда неожиданно завибрировал, подавая короткие пикающие звуковые сигналы, свидетельствующие о повышенном радиационном фоне, что явно встревожило проводника. Голд резко остановился, развернувшись к напарнику быстро и четко проговорил:
- Назад. Задержи дыхание. Противогаз, быстрее. Одевай на ходу.
ПДА на его руке стал вибрировать чаще, прерывистый звуковой сигнал превратился в монотонный непрерывный писк.
Лёха мгновенно развернулся на 180 градусов, делая глубокий вдох, буквально побежал по лужам своих следов, пытаясь неумелыми, рассеянными движениями вынуть противогаз из подсумка, болтавшегося на плечевом ремне под плащом.
Писк прибора стал прерывистым. Кое-как справившись, он напялил защиту на лицо, нащупав язычок резиновой заглушки, откупорил фильтр и выдохнул. Стекла очков мгновенно запотели, чуть ли не полностью ограничив видимость слоем конденсата, от чего Странник резко сбавил ход.
Голд справился со своим средством защиты гораздо быстрее, потому как подсумок с противогазом был закреплен на поясе, в легкой доступности. Заметив, что напарник замедлился, он тут же обогнал его, схватив за рукав, потянул за собой, словно пёс-поводырь.
Странник, почувствовав тягу, испугался и поначалу попытался вырваться.
Ремень автомата сполз с его плеча, безвольно болтаясь на локтевом сгибе, и раскачивался в такт шагов.
До ушей Голда доносилось только неразборчивое приглушенное плотно прилегающим слоем резины мычание новичка. Сталкер вцепившись мёртвой хваткой в рукав плаща, упорно тянул напарника подальше от всплеска радиационного фона, присущего только Зоне, ориентируясь по частоте вибраций прибора. То и дело, оборачиваясь, он вовремя успел пресечь попытку Странника снять противогаз. Наконец, вибрация стала редкой, а затем и вовсе прекратилась. Голд остановился и отпустил рукав напарника, затем снял маску и сделал глубокий вдох прохладного свежего воздуха.
- Снимай, уже можно, - облегченно разрешил он.
Алексей снял противогаз и посмотрел выпученными покрасневшими глазами на Голда, хватая воздух широко открытым ртом. Щеки и подбородок новичка были покрыты белым слоем талька. Голду захотелось влепить крепкую лейтенантскую затрещину дебилу-новобранцу за подобное упущение, но, прикинув, что тут есть часть и его вины, гневно выдохнул, снял с пояса фляжку и стал лить воду на глаза и лицо напарника. Странник проморгавшись, утерся ладонью, затем отхаркнув попавший в рот тальк, сплюнул.
- Ну и кто противогаз к использованию должен был готовить? - недовольным тоном произнес Голд, посмотрев с укором. - Наука тебе на будущее!
- Да уже понял, как глаза защипало, так и понял, - ответил Михайлов, - А у тебя что? Стёкла не запотели?
- Не запотели, - он снова вздохнул, успокаивая себя. - Солдатская смекалка и хозяйственное мыло, потом покажу, – ответил Голд, - а сейчас доставай аптечку. Одну таблетку антирада глотай! - скомандовал он. - Видишь, как оно переползло за ночь. Нежданно-негаданно. Только в Зоне такие пятна мигрируют. Хрен угадаешь с ними.
Странник быстро достал аптечку и заглотил таблетку антирада. Голд проделал тоже самое, запив водой.
- На болото придём, возможность будет, обмоем снарягу, - сказал он и посмотрел на экран ПДА, проверив показания фона.
Детектор жизненных форм, включенный на постоянный поиск, завибрировал на руке Странника и вывел на экран карту с участком нахождения сталкеров, обозначив красной точкой с надписью «Плоть», притаившегося в зарослях кустарника мутанта.
Алексей, взглянув на экран, сделал шаг в сторону и бросил противогаз на землю, освободив руку. Затем в два движения вскинул оружие в сторону мутанта. Голд отреагировал мгновенно, присев на одно колено, также вскинул ружьё, ориентируясь с направлением по стволу напарника.
- Где? - прошептал он.
- На два часа, 15 метров, кусты, одна плоть, - ответил Странник.
Голд облегченно выдохнул, встав с колена.
- Всё нормально, - сказал он, - не будет нападать, побоится, - пояснил Голд, вешая ружьё на плечо.
- Тебе виднее, но я на всякий случай буду посматривать, - сказал Михайлов, подобрав противогаз.
- А вот это верное решение, - улыбнувшись, ответил напарник.
Сталкеры продолжили путь, заложив крюк в 100 метров, обходя радиационное пятно. Туман окончательно рассеялся. Едва различимое солнце только подбиралось к линии горизонта.
Плоть последовала за людьми, предпочитая держаться на почтительном расстоянии. Всё же два человека с оружием, представлялись ей непосильными соперниками, если бы сталкер был один и хорошо бы еще и раненный, то мутант непременно бы напал или выждал, когда добыча выбьется из сил и не окажет серьезного сопротивления.
Детектор постоянно срабатывал на спутника-мутанта, действуя Страннику на нервы.
- Голд, чего она за нами прётся? Может шугануть ее? - не выдержав, спросил он.
Напарник, не оборачиваясь, ответил: - Может думает, что подстрелим кого или просто любопытно. Попробуй угадай, что у неё в голове творится. Так что не трогай её, если рядом, то значит поблизости никого посерьезней нет. Детектор детектором, но и сторожевая плоть тоже не помешает.
«А ведь и правда», - подумал сталкер.
- Патроны денег стоят и шуметь ни к чему, - привел еще один довод Голд.
Вынужденное отклонение от намеченного маршрута заняло у сталкеров немного больше времени, чем планировалось. Голд, страхуясь по большей части, делал небольшие остановки и всматривался в хиленький лесок, ища малейший намек на опасность. Однако Зона больше не преподнесла неожиданностей, позволив добраться напарникам до болота. Красная точка плоти на экране ПДА пропала, и новичок немного успокоился.
Болото, по причине ночного проливного дождя затопило выемки и ложбинки среди деревьев подступавшего к нему смешанного леса, заметно расширив свои владения. Там, где еще сутки назад, была относительно твёрдая почва, пронизанная корнями деревьев и кустарников, теперь ноги сталкеров утопали выше щиколоток, вдавливая прелую подстилку листвы в черную влажную кашу.
Напарники остановились. Голд обернувшись, подозвал Странника, махнув рукой. Алексей как можно тише приблизился и, осмотревшись, обнаружил, что земля была испещрёна следами копыт разного размера и глубины, а ближе к стволам деревьев виднелись извилистые канавы с отвалами земли по неровным краям, оставленные рылами мутантов после поисков кореньев.
- Кабаны, - прошептал Голд, - вон и клок шерсти на дереве.
Сталкер подошел к ближайшей березе и снял с комля тёмно-коричневый клок густой щетинистой шерсти и сунул его напарнику. В нос ударил специфический запах, от которого Михайлов сморщился, отшатнувшись, делая шаг назад.
- Стой, – только и успел в полголоса сказать Голд.
Тут же многострадальные рецепторы в носу сталкеров уловили еще более резкий, вонючий запах экскрементов. Странник, осмотревшись, обнаружил, что одним ботинком стоит в куче тёмно-коричневых сплюснутых лепёшек с непереваренными остатками травы, корней и клочков шерсти. Глаза напарников заслезились. Алексей, зажав нос ладонью, начал часто моргать, спешно покидая зону химической атаки, даже мелькнула мысль о применении противогаза, но порыв ветра вовремя облегчил страдания, отнеся в сторону основное облако отравляющего вещества.
- Чего они так воняют? – сдавлено произнес Лёха, пытаясь не дышать.
Напарники в ускоренном темпе продвинулись на десяток метров ближе к болоту, стараясь не наступать на «мины», в хаотичном порядке расставленные стадом кабанов. Встречный ветер стал доносить до ушей треск камыша, а также хруст ломающихся сочных стеблей рогоза, вперемешку с хрюканьем и всплесками воды. Сталкеры замерли, напряженно вслушиваясь в звуки с болота.
- Бывает у них такое. Мне один зверолов рассказывал, что, когда на новую, непривычную кормежку мутант переходит, у него помет смердячий, просто слов нет. Я тогда, не придал значения, а теперь понял… Вон смотри, - прошептал Голд, указывая на поеденные остатки осоки и глубокие порезы на коре близрастущих деревьев, оставленные клыками мутанта, на высоте около полутора метров от корней. – Здоровый какой!
Странник невольно сглотнул, представляя размер кабана, оставившего такие сечки на дереве, вспоминая кабанью голову, в которую он уперся, пересекая периметр Зоны.
- Голд, может ну его на хрен это болото? Что-то я очкую, - прошептал он.
- Да ты успокойся! Сначала глянем, что к чему, там и решим, - успокоил напарника Голд. - Я тоже на клыках болтаться не хочу. Пока ветер в нашу сторону, не почуют.
- А если ветер переменится? - задал вполне логичный вопрос Странник.
- А если, да кабы, - раздраженно прошипел Голд, - Если почуют, так сразу поймешь. Не ссы раньше времени.
Лёха неуверенно кивнул и поспешил за напарником, поглядывая на экран своего ПДА. Сталкеры пригибаясь, прошли порядка двадцати метров от берега, погрузившись почти по колено в воду, достигли поросли молодого ивняка и укрылись под раскидистыми ветвями. Детектор жизненных форм, наконец, получил сигнал от отраженных волн, выдав на экран ПДА множество красных точек разного размера, на противоположном краю болота, фиксируя присутствие не только взрослых особей, но и более мелких подсвинков и поросят. Михайлов попытался сосчитать метки, но помимо того, что мутанты постоянно двигались, детектор жизненных форм начал давать сбои, при которых точки мутантов то мигая пропадали, то появлялись вновь, от чего было сложно понять реальное число кабаньего поголовья. Сбившись, в очередной раз, со счёта, он оставил эту затею, вопросительно подняв глаза на напарника. Голд также переключил свой детектор, глядя на экран, напряженно думал, от чего рыжие брови собрались в кучу, а желваки заиграли на его скулах.
- Гоолд? Чего делать-то будем? Их тут вагон и маленькая тележка. А главное, откуда? - спросил Лёха.
- А? - переспросил Голд. – Да понятно, откуда. Кровососа мы замочили, вот и полезли на болото, для кабанов самая благодать.
- А делать-то чего? Всех не перестреляем, патронов не хватит. Да и если ветер сменится, то почуют ведь. - не унимался Странник.
- Ну, предположим, проблема с запахом решаема, - сталкер прищурившись, улыбнулся, - но решение тебе точно не понравится. Будь тут и отслеживай мутантов, я через 10 минут вернусь.
Алексей кивнул, чувствуя очередную дурно пахнущую идею напарника, однако он решил согласиться, тем более, что собственных идей, пахнущих фиалками у него, не было, а посему он молча уткнулся в экран наладонника. Через 5 минут детектор зафиксировал увеличение поголовья чернобыльских кабанов. Странник решил перезагрузить ДЖФ. Теперь на экране появилось около десятка красных точек мутантов.
«Видимо расстояние большое или я рукожопый, или Док напортачил», - мысленно предположил сталкер.
Послышался яростный пронзительный рёв, периодически сменяемый клацаньем клыков и хрустом ломающихся веток. За этим потоком звуков Странник не обратил внимания на возвращающегося напарника, однако уже знакомый запах кабаньих какашек заставил его обернуться.
- Фу мля, Голд. - зажимая нос, выказал недовольство Лёха. - Это и есть твоё решение?
Чутьё и в этот раз не подвело Странника, идея оказалась действительно дурно пахнущей, в самом прямом смысле этого слова.
- Не ной, - серьезным тоном сказал сталкер, - это для дела. Там вроде драка у мутантов.
- Ну судя по всему да, - неуверенно согласился новичок, - визжат громче и вон детектор показывает… не точно только почему-то…, - с сомнением сказал он, показав экран своего ПДА напарнику, на котором с разной частотой мерцало более десятка отметок.
Голд лишь вскользь бросил взгляд на экран, улыбнулся, глядя на Странника покрасневшими от вони глазами.
- На детектор надейся, а сам не плошай, давай скорее обмазывайся! - сказал Голд, протягивая пакет с фекалиями.
- А чего я-то сразу? - попытался возразить Михайлов. - Наживка я, какашками мазаться тоже мне? - запротестовал сталкер, отпихивая пакет.
- Так ты же это свечение увидел под водой, тебе и каки, вернее карты в руки! Давай быстрее мажь, пока они там дерутся, быстро слазишь и посмотришь! Мажь, говорю, деньги не пахнут! - привел убедительный аргумент Голд, позабыв об осторожности, чуть не переходя на крик.
Вспомнив про деньги и про те ништяки, которые можно на них выручить, Лёха снял рюкзак, разгрузку, автомат и передал их напарнику, затем застегнул плащ на все пуговицы и натянул капюшон, выдохнув и совершенно не театрально, брезгливо сморщив лицо, запустил руку в пакет. Вынув средство запаховой маскировки, он принялся размазывать его по рукаву плаща, с ненавистью и отчаянием поглядывая на Голда, лицо которого выражало гамму эмоций от бурной радости, до сдерживания рвотного позыва.
- Давай-давай, мажь погуще, чтоб наверняка не почуяли, - поучал сталкер, - свежак! Я старался, выбирал, - на полном серьезе сказал он, и запустив руку в пакет, принялся по-братски помогать Страннику.
Тем временем звуки схватки не прекращались, а наоборот стали более громкими, рёв противников более яростным, а всплески тяжелее и многочисленнее.
- Вроде готово, - осматривая напарника, сказал Голд, - как нырнёшь, включи видеозапись на ПДА или фотки сделай. Мало ли что. Мне тоже надо прикинуть. Будет ли вообще это информация стоить денег, ученые тоже не дураки, за туфту платить не станут.
Странник, кивнув, вытерев ладонь о ворот плаща, снял прибор с крепления и выбрал в электронном меню режим видеосъёмки, оставляя матовые полосы на чистом до этого момента экране, затем резко выдохнул, крадучись направился к кромке открытой воды углубляясь в заросли камыша. За сутки уровень воды в болоте поднялся сантиметров на 20, внеся свои изменения в пейзаж местности. Сталкер, стараясь передвигаться как можно тише, раздвигал стебли камыша, всё больше погружаясь в, не по сезону, тёплую, пока ещё мутноватую воду. Чем дальше Лёха продвигался к центру водоема, тем вода становилась более прозрачной. Лёгкие, едва заметные струйки пара, поднимаясь над водой, закручивались и разгонялись потоками ветра, создающими легкую рябь на водной поверхности. Осмотревшись, Михайлов с удивлением обнаружил, как изменилась обстановка.
Казалась бы, что на недавно заболоченной, со слов Фаната, местности, время ускорило свой ход, заставив всё сущее развиваться и погибать по новым противоречащим законам логики правилам. Поваленные гниением корней и чёсом шкур кабанов, стволы деревьев теперь мирно покоились на поверхности, сталкиваясь друг с другом, цепляясь уцелевшими ветвями, словно якорями, за подводные островки желто-зелёных водорослей и корни погибших собратьев, найдя свой причал, образовывали плавучие баррикады. Захватывая новые прибрежные территории, вода окружала небольшие возвышенности, создавая новые островки и отмели.
«А ведь прошло чуть больше суток», - подумал сталкер, отмечая, что болото претерпело кардинальные изменения.
В одном месте Странник заметил неровную, вдавленную вниз поверхность недвижимой воды, напоминающую чашу. Благоразумно решив не приближаться, он обошел её дальним кругом.
К тому моменту, когда Алексей добрался до края зарослей камыша, удалившись от напарника метров на 15, вода скрывала его по пояс. Осмотрев водную гладь, он заметил, что вешки, по которым он ещё недавно шёл к островку в центре озера, едва виднелись над поверхностью, да и где сейчас находился этот центр, теперь определить не представлялось возможным. Линия открытой воды делала петли в виде небольших заливов, кое-где подходивших вплотную к границам, а местами и вторгшихся на территорию леса, соседствующего с северной стороны с болотом, изрезанным небольшими каналами и свежими тропами кабанов. Клочок земли, на котором сталкеры расправились с кровососом, полностью погрузился под воду. Ещё сутки назад озеро, представлявшее неровный овал, превратилось в бесформенную кляксу.
«Да как так-то? Тут теперь метров 70 не меньше! Я тут до старости раком ползать буду, пока хоть что-то найду», - подумал Лёха, скорчив гримасу возмущения.
С противоположного берега, по-прежнему слышался визг, хрюканье и звуки утихающей схватки.
Ветер сменил свое направление и теперь дул в спину новичку.
«Как ни крути, а Голд здорово придумал. Запашок, что надо», - подумал Алексей, пристально вглядываясь в глубину через слой воды. Но мелкая волна, поднятая ветром и его собственными движениями, мешала рассмотреть дно.
Нырять Михайлову не очень-то хотелось, но звук ломающихся зарослей и всплесков воды, сопровождаемый уверенным хрюканьем и визгом явно не одного мутанта, заставил его очень быстро передумать. Сделав глубокий вдох, Странник постарался погрузиться под воду, чувствуя, что воздух, находящийся в капюшоне, под плащом, предательски удерживает его на поверхности, не давая скрыться полностью. Несколько судорожных движений под водой и вот он, на свое счастье, смог зацепиться рукой за древесный корень, все еще крепко держащийся за почву. Притянув себя к нему, он, наконец, смог одолеть вынужденную плавучесть и исчезнуть с поверхности водоема.
Как только Михайлов скрылся под водой, смяв поросль камыша, на открытую воду выбрались несколько мутантов около полутора метров в холке, удерживавших над поверхностью свои огромные рыла, с двумя парами массивных острых белых клыков, сравнимых, казалось бы, с бивнями молодого слона. Мутанты, просто дышали здоровьем и силой. Очевидно, местный курорт и новая диета пошла им более чем на пользу. Кабаны стали жадно втягивать воздух, шевеля при вдохе пятаками, затем замерли, поочередно вращая двумя парами ушей. Заподозрили ли они присутствие человека или это был случайный всплеск активности, но дружелюбием и покоем от их настороженного дыхания и резких движений мордой, не веяло. Убедившись в отсутствии угроз, они развернулись и направились к стаду, оставив после себя мутный след и широкие проходы-просеки.
Тем временем, нырнув и выждав, когда всплески удалятся, Лёха осторожно открыл глаза, вращая головой в разные стороны, осмотрелся, затем легко оттолкнувшись от дна, подняв при этом кучу пузырьков газа, поплыл, как ему казалось, к центру озерка. Однако если бы кто-то смотрел со стороны на барахтанья Странника, то с уверенностью мог сказать, что сталкер больше полз по дну на четвереньках, периодически делая гребки руками. Намокший комбез, потерявший за это время остатки воздуха, с встроенными броне пластинами, теперь игравшими роль утяжелителей, тянул новичка ко дну, не давая воде вытолкнуть тело на поверхность.
Воздух в лёгких сталкера быстро заканчивался, Странник уперся в дно ногами, медленно высунув голову из воды, огляделся, напоминая сам себе некоторое странное земноводное огромных размеров, и с облегчением увидел, как огромные тёмно-коричневые туши кабанов возвращались на берег.
«Пронесло», - подумал он, набирая в грудь воздух и снова ушел под воду.
Голд, перебравшись поближе к кромке зарослей камыша, взобрался на средних размеров молодую иву, устроившись на развилке ствола на небольшой высоте. Клонившиеся к воде ветви ивы хорошо маскировали его от посторонних глаз. Сталкер пристально следил за Странником. Замерев от напряжения, он сжал в руках автомат, когда напарник буквально на секунду раньше появления кабанов скрылся под водой, и облегченно выдохнул, когда мутанты, развернувшись, вышли на берег и принялись рыться в грязи. Отвлекшись на кабанов, сталкер пропустил момент всплытия напарника, заметив только небольшие круги на воде в 4 метрах от камыша, которые тут же были смазаны волнами.
Тем временем Страннику улыбнулась удача, сместившись вперед на пару метров он, наконец, заметил долгожданное едва уловимое голубоватое свечение у самого дна. Опустив голову глубже, навёл объектив камеры наладонника на свет, создав небольшое движение воды. Свечение незамедлительно отреагировало, изменив цвет на ярко-зеленый, затем стало расползаться, окружая человека, облепляя его плащ, растворяя появившуюся взвесь органики, принесенную на себе сталкером, заставив его удивиться и немного испугаться. При этом он почувствовал, что вода вокруг него стала значительно теплее. Переложив ПДА в другую руку и развернув объектив камеры на себя, Лёха постучал себя по груди, сбивая принесенный помет, запечатлев процесс на видеозапись, отметив тот факт, что свечение становилось ярче и насыщеннее, поглощая частицы органики и тускнело, завершая трапезу. Зеленоватое облако стало уплотняться, постепенно вытягиваясь в нить, и плавно потянулось от сталкера, ложась на дно. Странник, недолго думая, развернул объектив камеры и осторожно стал двигаться вдоль светящейся нити, попутно цепляясь за стебли подводной растительности, остатки камыша и прочего мусора. Периодически поднимая голову над поверхностью воды и вдыхая очередную порцию воздуха, Алексей, внезапно увлекшись исследованием, сам не заметил, как миновал середину озера, обогнув небольшую возвышенность, на которой провел ни один час в ожидании кровососа. Нить делала петли, меняла направление, от чего Страннику стало казаться, что он ползает по дну кругами, в безуспешных попытках отыскать противоположный конец световой нити, которая вновь окрасилась в голубоватый цвет. Когда сталкер уже начал было беспокоиться, намереваясь бросить всё и вернуться к напарнику, нить привела его к своему, размером с куриное яйцо, завершению. Образование, цветом и формой походило на неспелую ягоду крыжовника, которая сияла, переливаясь зеленоватым и реже голубым светом, сменявшим друг друга, а иногда загораясь обоими цветами сразу. Лёха, с восторженным замиранием сердца, засняв неизвестное, аккуратно протянул руку, осторожно сжимая находку пальцами. При прикосновении образование замигало чаще, создавая легкую вибрацию, передававшуюся в ладонь сталкера, через упругую прозрачную оболочку, покрытую слоем склизкого вещества.
Голд, то опуская глаза на экран ПДА, то вглядываясь в водную поверхность, пытался визуально совмещать изредка появляющуюся зеленую точку напарника на карте с его фактическим местонахождением под водой. Вот точка Странника снова появилась на экране и начала движение. Глаза сталкера увеличились, чуть ли, не выскочив из орбит. Он быстро перевёл взгляд, обнаружив чуть заметную торчащую из воды движущуюся кучку водорослей и веток к противоположному берегу. Именно в такую кучу внешне превратился новичок, нацепив на себя всё, что встретил на своём пути. Теперь Странник пёр прямо на мутанта, а точнее на огромную свиноматку, которая забравшись по отвисшее брюхо в тёплую воду, стараясь не привлекать внимания вечно голодных поросят, тихонько похрюкивала, наслаждаясь временным отдыхом от материнских забот. Ещё секунда и зелёная точка напарника исчезла с экрана. Голд начал проклинать себя за то, что запихал молодого в болото. Мысли судорожно заметались в голове сталкера, он вскинул автомат, прицелившись в мутанта, однако быстро отказался от опрометчивого хода, опасаясь задеть напарника и переполошить стадо, которое обязательно кинется на него и тогда уже никто не останется живым.
«Нужно было что-то, что наверняка вспугнёт стадо. Что-то громкое! Что-то вроде … Гранаты!!», - вспомнил Голд.
Спрыгнув с дерева, сталкер стал перебирать содержимое рюкзака, наконец, вынув 4 РГД-ешки, которые перед охотой на кровососа раздал Шериф и которые по счастливой случайности, а может и не случайности, Голд забыл сдать. Не теряя ни секунды, сталкер выпрямил усы предохранительных колец пары гранат, визуально оценив расстояние до противоположного берега, а оно по его прикидке составляло около 70-80 метров.
«Значит необходимо забросить гранаты как можно дальше, чтоб взрывы были именно на суше. Гранаты наступательные, разлёт осколков не большой, Странник под водой в низине, если осколками не заденет, то максимум лёгкая контузия. Бросать нужно правее, тогда стадо начнёт ломиться влево, только бы не бросилось в воду и не затоптало Странника, тогда придется бросать третью к самой кромке воды, ориентируясь по проходу, оставленному кабанами в камышах. Рискованно, лейтенант, ох, рискованно!», - думал Голд, выстраивая в голове логически продуманную цепочку действий, сопоставляя с условиями сложившийся обстановки и оценивая возможные риски. Ко всему прочему предстояло решить ещё одну и самую главную проблему - добросить гранаты на другой берег.
Голд за свою пусть и не продолжительную военную службу, много времени проводил на полигонах, обучая срочников метанию ручных гранат, естественно, как и положено хорошему командиру, показывал всё на личном примере, что и позволило поднатореть в этом деле, забрасывая гранаты на дистанцию, часто превышающую 45 метров, выполняя норматив на «отлично». Но закинуть на такое расстояние гранату, весом около 300 грамм, было под силу разве что олимпийскому чемпиону.
Тем временем Лёха, на всех основаниях посчитав миссию выполненной, принял решение возвращаться к напарнику. Однако петляя по дну болота, он совершенно не понимал, в какой стороне находился напарник. Навык ориентирования на местности, в силу отсутствия опыта, не был коньком Странника, а про ориентирование под водой, пусть и в небольшой «луже» даже мечтать не приходилось. Визг и хрюканье мутантов, доносящиеся с разных направлений, были хорошо слышны даже под водой, и сбитый с толку Михайлов, уже неоднократно поменявший курс, не представлял в какую сторону ему сейчас двигать. Линия камышей, с его точки зрения везде была абсолютно одинаковой. После недолгих раздумий, сталкер принял единственное верное, как ему казалось на тот момент, решение – осторожно выплыть ближе к берегу и под прикрытием зарослей камыша переложить «Ягоду», то и дело норовившую выскользнуть из ладони, в контейнер, затем осмотреться и вернуться к напарнику.
Сталкер дал самый малый вперёд, наматывая на себя очередной моток растительности, через несколько метров он почувствовал стебли камыша, приподнял голову над водой, сделал глубокий вдох. Посчитав, что первый пункт плана прошёл без сучка и задоринки, Алексей поднял глаза и через просвет между свисавших с его головы листьев камыша, вперемешку с пучками зелёных водорослей, увидел, как огромный покрытый шерстью окорок вот-вот опустится ему прямо на голову. Лёха успел лишь податься назад, убрав голову, но руки оказались прижаты тушей мутанта ко дну. При этом образование, в его руке оказавшись под ещё большим давлением, завибрировало с удвоенной частотой, выдавая череду световых импульсов и тепла.
«Это что ещё за на хрен! Вот те раз!», - одновременно испугался и удивился Странник, уперев колени в дно, попытался вытащить руки.
Свиноматка поначалу насторожилась и заёрзала, придавив ко дну своей пятой точкой руки сталкера по самые локти, заставив его погрузить голову и плечи под воду. Однако мутант, распознав все прелести вибромассажа, быстро передумал вставать, а наоборот, расслабившись, и замахав коротким хвостиком, дал продолжительный паровозный гудок, довольно хрюкнув.
«А вот те два», - ответил бы мутант, если бы умел читать мысли.
Решение проблемы пришло на ум почти сразу, как только Голд взглянул на развилку ствола ивы.
- Жгут!! Рогатка! - чуть ли не вскрикнул от радости Голд, вынимая из нагрудного кармана проверенный десятилетиями кровоостанавливающий жгут Эсмарха.
Распустив красную резиновую ленту, он привязал оба конца к ветвям развилки ствола ивы, затем растянул жгут, отходя от ствола на пару метров, проверяя на прочность резину и надёжность узлов, одновременно прикидывая угол, под которым следовало запустить боеприпас. Затем Голд вынул нож, вырубив несколько ветвей, которые могли помешать полёту гранат. Теперь оставалось самое сложное, точно запустить снаряд, не подорваться самому и не задеть Странника.
Поместив гранату по центу жгута, таким образом, чтоб полотно резины при натяжении прижимало спусковой рычаг запала к корпусу гранаты, Голд растянув ленту до половины, дёрнул чеку, выбрав нужный угол, вытянул жгут до упора, сделав шаг назад.
«Потерпи немного, Лёша!», - подумал сталкер и отпустил жгут.
Короткий вдох воздуха, который еле успел сделать новичок, неумолимо подходил к концу, от нехватки кислорода лёгкие постепенно сжимались, каждый стук сердца отдавался в ушах глухим ударом. Попытки хоть как-то вытащить руки из-под 400 килограммовой туши не привели к успеху. Любая осмысленная потуга сталкера заставляла его ещё быстрее расходовать и без того скудный запас кислорода. Эти попытки пусть и давали толику пространства между дном и руками, но при ослаблении мышц нещадно пресекались тяжестью мутанта, вдавливавшей конечности Михайлова ещё больше в мягкий грунт, и всё больше отделявшей человека от поверхности, руша надежду на даже самый маленький спасительный глоток воздуха.
«Ах ты, жирная тварь! Скотина! Да сдвинь ты уже свою задницу! Развалилась там кайфуешь! Пошла на хрен!», - мысленно стал сыпать оскорблениями в адрес мутанта Странник, поддавшись приступу ярости. Мутант, словно прочитав поток брани, ответил очередным выбросом сероводорода, сопровождаемым бульканьем стремящихся к поверхности пузырей.
Позабыв про всякую осторожность, Лёха, поджав колени к груди, насколько это было возможно, упёрся головой в зад свиноматки и попытался сдвинуть пленившую его тушу, но и это попытка оказалась тщетной. Запаниковав, он начал бить мутанта, тараня жирный зад головой. Но это вообще было не то, что хоть как-то бы способствовало изменению ситуации. Скорее всего, довольная свинья, кроме услуги вибромассажа ощутила дополнительную целебную антицеллюлитную опцию, за что отблагодарила сталкера новым залпом сероводорода в лицо и мечтательно хрюкнула. Окончательно растратив последние частицы воздуха в лёгких, Алексей, в отчаянии широко раскрыв рот, попытался укусить ненавистный зад. Но, к несчастью, его челюсти не открывались на такую ширину. Это было все равно, что попытаться укусить арбуз. Огромный шерстистый, четырехсоткилограммовый арбуз, бьющий в лицо сероводородным источником.
«Неужели всё закончится именно так? Неужели я умру здесь на «Кордоне», захлебнувшись болотной жижей, под жопой мутанта, с артефактом в руке? Да пропади он пропадом, зачем покойнику артефакт? Старый пень – Сидорович, со своим ПНВ, новейшая разработка мля! Какая позорная смерть…», - внезапно неожиданно чётко пришли на ум Странника последние мысли безнадёжности. Он, перестал шевелиться, пытаясь хоть на доли секунды продлить себе жизнь. Сердце сталкера пытавшееся компенсировать нехватку кислорода билось в бешеном ритме, но выжав свой последний ресурс, начинало давать сбои, делая всё более редкие вялые удары.
«Вот и заработал … вот и посмотрел Зону… Голд, где же ты… спаси… Ты же мне должен…», - мелькнул последний проблеск надежды в мутнеющем сознании сталкера.
Рогатка сделала своё дело, проводив боеприпас в небо, с хлёстким звуком сжимающийся резины. Сталкер, не дожидаясь взрыва, повторил выстрел рогатки. Гранаты легли гораздо правее, чем рассчитывал Голд, разорвавшись в воздухе с разницей в несколько секунд в паре метров над сушей, срезав осколками ветви деревьев, метёлки и стебли камышей, окутав берег облаком дыма. Эффект от взрывов усиленный эхом, превзошел все ожидания Голда, стадо визжа от ужаса, бросилось в противоположную сторону. Мутанты, в суматохе сбивая друг друга, и топча более мелких сородичей, спешно покидали береговую линию. Болото словно ожило. Взрывы гранат и визг удирающих кабанов переполошили округу, заставив бежать созданий Зоны, посчитавших обильные заросли камыша надёжным укрытием на время отдыха.
Два громких взрыва сотрясли землю, прервав мысли Странника, и возвратив его из предсмертного забытья. Свиноматка, подняв свой зад, сорвалась с лёжки и припустила прочь, освободив руки пленника. Лёха уже потерявший надежду на спасение, возвращаясь в сознание, из последних сил вынырнул, с хрипом раскрывающихся легких сделав жадный глубокий вдох широко открытым ртом, затем перевернулся, опрокидываясь вместе с травяным островом на спине, продолжая жадно хватать бесценный воздух. Гораздо более ценный, для него сейчас чем все артефакты Зоны. Прокашлявшись и отплевавшись от стекавшей с его головы и облепивших её водорослей, воды он, наконец, открыл глаза. От головокружения, вызванного кислородным голоданием, картинка перед глазами, застеленная мутной пеленой, плыла. Странник попробовал встать на ноги, но тело с трудом слушалось его, ко всему прочему свисавшие с его плеч густые пучки подводной растительности добавляли тяжести к отяжелевшей от воды экипировке.
Сердце сталкера снова забилось с новой силой, разгоняя по венам кровь, обогащённую живительным кислородом, возвращая конечностям подвижность и чувствительность. Так плохо как минуту назад ему, еще никогда не было. Постепенно Лёха снова стал ощущать вибрацию «Ягоды», вынув, до этого безвольно свисавшую вдоль тела, руку с артефактом из воды, затем приоткрыл глаза и попытался сфокусировать взгляд на находке.
Наконец, с трудом сосредоточившись, при этом чувствуя боль даже в глазах, вызванную временным нарушением кровоснабжения, Странник обнаружил, что артефакт начал уменьшаться в размере, сжимаясь, плотная оболочка сохла и покрывалась складками, при этом еще несколько секунд назад, побелевшая от переизбытка влаги, кожа его руки была абсолютно сухой. Слизь, покрывавшая образование теперь стала более густой на ощупь, постепенно твердея и покрываясь трещинами. Переливы света внутри артефакта теперь были еле заметными.
- Вот и ещё один пинок от Зоны, - прошептал Странник, безвольно опустив руку в воду, запрокинув голову, засмеялся истерическим сумасшедшим смехом.
Голд, после взрывов гранат, впился глазами в экран ПДА, отслеживая направление, в котором стадо кабанов, в панике, спешно покидало болото. Всё вышло как нельзя лучше, расчёт сталкера оказался верен, красная россыпь точек мутантов стремительно удалялась от метки напарника. Теперь нужно было спешить к Лёхе. Схватив автомат, он покинул своё укрытие и ринулся напрямик через болото, посчитав, что это не только самый короткий, но и самый безопасный, уже проверенный путь. Конечно, по суше добраться до Странника было бы быстрее, но вероятность нарваться на аномалию или потерять визуальный контакт с напарником его не устраивала. Голд, насколько это было возможно, прибавил ход, не особо заботясь о создаваемом шуме. Преодолев около пятнадцати метров открытой воды, обходя и расталкивая поваленные стволы и коряги, он с трудом смог разглядеть на фоне желто-зелёного камыша, облепленного растительным мусором напарника, изначально приняв его за кучу водорослей возвышавшуюся над поверхностью. Только когда Михайлов попытался подняться и с всплеском упал на колени, Голд окончательно убедился в верном направлении.
«Живой», - пронеслась радостная мысль, от чего сталкер расплылся в улыбке.
Чем ближе Голд приближался к напарнику, тем больше его лицо мрачнело, донесшийся до его ушей жуткий смех окончательно стёр остатки радости, заставив если не испугаться, то сильно забеспокоиться, подстегнув форсировать оставшиеся десятки метров водной преграды еще быстрее.
- Да катись ты, урюк грёбаный! Чуть не сдох из-за тебя! - внезапно выкрикнул новичок, с силой сжав образование в руке, в намерении зашвырнуть его подальше. Однако артефакт отреагировал уже знакомой вибрацией, заставив Странника остановить руку в замахе. Разжав пальцы, он в недоумении обнаружил, что «Ягода» вновь наполнилась силой, приняв свою изначальную форму, а сияние вновь наполнилось ярким переливающимся светом.
- Вода! Тебе нужна вода! - радостно вскрикнул Михайлов, сунув ПДА в карман, судорожно пытаясь снять контейнер с пояса дрожащей рукой.
- Лёха, кому нужна вода? - спросил Голд, преодолевая последние метры, разделявшие его от напарника.
Странник поднял голову, взглянув на расплывающийся перед глазами силуэт.
- Голд, Голд, это ты друг? А я чуть не помер под свиньей. Прижала руки, понимаешь? Села сволочь и не сдвинуть, - начал взахлёб рассказывать он, - а я вот нашёл, - подняв руку из воды, Алексей с вялой сумасшедшей улыбкой, не пришедшего в себя человека, продемонстрировал находку напарнику.
Голд на несколько секунд задержал взгляд на неизвестном ему артефакте, затем осмотрел Странника.
- Да хрен бы с этим артефактом! Главное жив, бродяга! – с нескрываемым облегчением произнёс сталкер. Повесив автомат за спину, он принялся освобождать Лёху, срывая и отбрасывая в сторону пучки водорослей с его тела.
- Не-не, не хрен. Я чуть не сдох ради этой «Ягодки», её надо в контейнер с водой, иначе высохнет, - возразил Михайлов, вновь попытавшись снять контейнер с пояса ослабшей рукой.
- Сейчас всё будет, ты главное не вырубайся! Нам ещё сваливать отсюда, - ответил Голд, посматривая на экран наладонника, отбросив остатки пут.
Наконец, Алексею удалось снять контейнер с пояса, но на этом его силы иссякли. Ещё не совсем окрепшие пальцы, не справившись с нагрузкой, не удержали бакелитовую коробку, упавшую в воду. Голд схватил контейнер, черпанув в него воды, поднёс к руке с артефактом, затем обхватил запястье напарника и слегка встряхнул. «Ягода», булькнув, упала в контейнер, и сталкер защёлкнул крышку, прицепив коробку к поясу Странника.
- Давай, пора уносить ноги! - сказал сталкер, подхватив Леху левой рукой за пояс, закинув его руку себе через шею, помог встать на ноги.
Странник, всё еще пьяно шатаясь, еле переставлял ватные ноги, спотыкаясь, норовил упасть и утянуть напарника под воду вслед за собой, создавая кучу брызг и не нужного шума. Голду приходилось прилагать немало усилий, каждый раз напрягаясь всем телом, чтоб снова ставить его на ноги.
- Ну и доставил я хлопот, - с виноватой улыбкой произнёс новичок, тяжело дыша.
- Долг платежом красен, - выдавил Голд, покраснев от напряжения, - если вернёмся, считай в расчёте.
Сталкеры с трудом преодолев водное пространство, устроили привал у дерева. Необходимо было перевести дух и собрать оставленную экипировку. Алексей, прислонившись к стволу, продолжал глубоко дышать, наслаждаясь возможностью вдоволь вдыхать воздух. Сердце Странника, ещё каких-то 10 минут назад, работавшее на износ, продлевая жизнь своему носителю, только теперь начинало выравнивать свой ритм, постепенно возвращая органам и конечностям их полный функционал, ранее урезанный ради экономии кислорода.
- Идти сам сможешь? - спросил Голд, отвязывая жгут.
-Да, вроде отдышался, - ответил Странник, с интересом осматривая изобретение напарника, - а это чего за кружок «очумелые ручки»? - спросил он, делая глоток воды из фляги.
- Гранатомёт системы Голда - личная разработка, тактико-технические характеристики потом расскажу. А сейчас надо уносить ноги. Шуму наделали. Нам чужое внимание тут не надо, – ответил сталкер, протягивая автомат напарнику.
Лёха кивнул, спешно снимая свои пожитки с веток дерева.
- Я готов, - сказал он, вставив ПДА в крепление и переведя его в режим детектора жизненных форм.
- А маскировку берем? – спросил Голд, с ехидной улыбкой, указывая на ветку с висевшим пакетом.
- Топай, давай! Не смешно! Я твой рецепт запомнил, - прошипел Странник и непроизвольно сморщил гримасу отвращения, вспомнив жуткий запах помёта.
-Всё-всё, успокойся, - сдерживая смех, ответил сталкер, подняв руки в примирительном жесте, - в следующий раз будет моя очередь, честное сталкерское, а сейчас двинули.
Двойка взяла обратный курс к «Деревне новичков», оставляя за спиной болото, чуть не ставшее могилой для новичка – сталкера. Болото, взявшее свою равноценную плату за артефакт, который сейчас бултыхался в контейнере на поясе Странника.

Глава 7. Признание
В лагерь напарники вошли уже к полудню, миновав восточный пост, промокшие до нитки, а от того замёрзшие и угрюмые. Недоумевающие постовые лишь молча проводили их взглядами, не решаясь задавать вопросы об успехе ходки, потому обошлись лишь молчаливыми кивками в качестве приветственного жеста, получив аналогичный жест в ответ, продолжили нести свою вахту.
Сталкеры, запасшись дровами, достигли своего убежища, растопив печь, принялись стягивать с себя мокрую одежду и обувь, переодевшись в сухую сменку, после чего, практически молча, думая каждый о своем, приступили к обеду. На фоне пережитых событий Лёха, плотно набив живот, прилёг на лежанку, ощутив такое долгожданное тепло и покой, незаметно для себя заснул, придавив на массу на пару часов.
Пробуждение было столь же внезапным. Приоткрыв глаза, он увидел, как Голд сосредоточенно осматривал его плащ, висевший на веревке, периодически обнюхивая рукава и воротник.
- Это что за фетиш на чужие шмотки? - не выдержав происходящего и наконец нарушив тишину, сказал Михайлов, застав напарника в намерении лизнуть рукав. - Ты для этого меня уговаривал пакет с собой взять? Так бы сразу сказал о своих пристрастиях, разве ж я отказал бы другу в помощи, - добавил он, расплывшись в злорадной улыбке, отыгрываясь за помазание на болоте.
Голд, застигнутый врасплох, как хамелеон, мгновенно втянул язык, повернувшись к Страннику, улыбнулся.
- Фетиш да, - хохотнув, ответил Голд, - а если серьёзно, пока ты дрых, я запись с твоего ПДА просмотрел, - пояснил он, указав пальцем на гаджет, лежащий на столе.
- Так… - оживился Алексей и принял сидячее положение. - Ты о том, свечении? Странная штука да? Оно же это… прям облепило меня. Видел? - спросил Алексей, прокручивая в памяти утренние события. - Что хоть за артефакт такой мы нашли? На сколько потянет?
- В том-то и дело, что не знаю. Как и ты вижу в первый раз, и даже ума не приложу, что за аномалия могла его родить. Вот и пытался разобраться и скажу только одно, что твой плащ абсолютно чистый и даже запаха не осталось, как будто из химчистки, - ответил сталкер. – Я так понял, что органику мелкую оно прибрало. Такая вот щадящая аномалия. Если разрастется, может быть, будет прямо с кости мясо снимать, кто знает, - предположил Голд.
- Вот оно что, - ответил Странник, округлив глаза от удивления. - Погоди, а как мы его продавать-то будем? Если сами не знаем, что это за штука. Сидорович, даже если и знает, то наверняка скажет, что бесполезный и копеечную цену даст. А сам потом перепродаст «нашу прелесть» в сто раз дороже, - выдал свои предположения сталкер. - Это что же получается, я там чуть коньки не отбросил, а он на ровном месте бабло стричь будет?!- чуть не заорал Лёха, краснея от накрывшей его волны возмущения.
- Вот, соображать начал, - ответил Голд, посмотрев на напарника одобрительным взглядом. - Поэтому мы пойдём к Доку, пусть он поколдует своими приборами и возможно картина станет яснее. Хоть немного понимать его свойства, а от этого и свою цену просить.
- А если не станет яснее? - задал вполне уместный вопрос напарник.
- Тогда один путь на «Янтарь» к учёным, там верняк - бабла отвалят, - пояснил Голд, - уж больно они охотливые до всего неизвестного.
- Янтаарь… - протянул Лёха. – Это же хрен знает, где… Голд, если с Доком не выгорит, ты со мной до «Янтаря» пойдешь? Ты же сам видишь, какой из меня сталкер. Один-то я точно не дойду, да и ссыкотно, - признался Странник.
Голд опустил голову, пряча глаза от напарника, словно пытался как можно дольше отсрочить ответ, мысленно ругая себя, что вообще упоминал о «Янтаре», как о беспроигрышном варианте. Громкий щелчок, горящих поленьев в печи, оборвал повисшую тишину в погребе.
- Давай сначала к Доку, а там видно будет, - уклончиво ответил Голд, открыв топку печи, принялся подбрасывать поленья в огонь.
Михайлов молча кивнул, в который раз отметив странное поведение Голда, затем взял свой ПДА, отыскав файл с записью, нажал кнопку воспроизведения, погрузившись в просмотр. Мозг сталкера начал автоматически редактировать запись, накладывая на каждый кадр чувства, ощущения, эмоции, подмечая упущенные глазами детали, и в тоже время, дополняя мутноватые картинки, запечатлённые камерой, не предназначенной для подводной сьёмки. В объектив не попали самые страшные для сталкера кадры, лишь белые цифры таймера в правом нижнем углу потемневшего экрана, которые сейчас обозначали длительность записи, тогда отсчитывали последние отведённые секунды жизни. Лёха, сидя в безопасности, даже сейчас вынужден был делать глубокие вдохи, пытаясь унять бешеное биение сердца и держа двумя руками неровно заходившее ПДА. Свет лампы отражался на бледной, будто остекленевшей коже лица. В голове вновь всплыли последние мысли, напомнившие о беспомощности и погружении в смерть. Он выключил запись и отложил дрожащей рукой гаджет.
- Ровно... - невольно произнёс Странник, но спохватившись, заставил себя замолчать, оборвав фразу.
- 50 секунд, - закончил за него Голд, всё это время, смотревший на танцующие языки пламени в топке печи.
- Голд… я на болото больше не пойду, - почти шёпотом сказал Странник.
- Понимаю… Боишься – это нормально. Не бояться только покойники и умалишённые, ну и новички, которых ещё не тронула Зона, - не поворачиваясь, ответил сталкер.
Голд закрыл топку, взяв кружку с чаем с печи, подошел к столику, присев на своё спальное место, затем отлил половину в кружку напарнику и поставил перед ним.
- Пей, полегче станет, - сказал он, указав кивком головы на чай.
Лёха поднялся и сделал несколько глотков сладкого тонизирующего напитка, действительно почувствовав облегчение.
- Голд, ты вроде не дурак и далеко не новичок и уж точно не покойник, - сказал Странник, посмотрев в глаза напарника.
- Всё верно…- ответил Голд, сделав глоток, - я тоже боюсь.
- А чего? Если не секрет? - осторожно спросил Алексей, продолжая сверлить напарника взглядом.
Сталкер опустил глаза. Если бы раньше он и не подумал делиться таким с зелёным новичком, то теперь он говорил с равным. Странник тоже заглянул по ту сторону жизни. Он знает, как можно бояться не случившегося, как дорог последний глоток воздуха, как много значит угасающая частичка сознания, цепляющаяся за жизнь. Скрывать что-либо об этом, смысла уже нет. Он глубоко вздохнул. Наверное, лучше выложить всё на чистоту.
 -Лёша, ты в Зоне совсем ничего… Не скажу, что салага зеленая. Уже понимаешь немного, за что Зона сталкера любит. Но под «Выбросом» ещё не был, - Голд сделал паузу, прислушиваясь к горению в печи. - Твой наставник, наверняка, рассказывал тебе об этом, и наверняка, упоминал, что нужно забиться в самый глубокий схрон, погреб, нору, да куда угодно, только чтоб не оставаться на поверхности, - Лёха молча кивнул, сосредоточив своё внимание на повествовании напарника, - Лёша, - едва слышно продолжил сталкер, лицо которого мгновенно изменилось, приобретя резкие, угловатые черты и бледноватый оттенок, а зрачки глаз смотрели будто сквозь Странника, расширившись до предела, - Так вот, те, кто успевают уйти в схрон, и понятия не имеют, что такое «Выброс». Сначала ты видишь красное зарево на горизонте, воздух становится густым и при каждом вдохе начинает покалывать нос и лёгкие, словно ты дышишь мелкими осколками стекла. Ты уже бежишь, но порывы ветра сливаются в сплошной, непрекращающийся, сбивающий с ног, пылевой поток. Ты уже начинаешь сходить с ума. Детектор фона истерит, от запредельного уровня радиации. Нарастающая дрожь земли под ногами, переходит в легкие толчки, которые усиливаются раз за разом, перерастая в удары, вибрация от них раскалывает землю и заставляет мелкие камни буквально зависать в воздухе. Ты уже не веришь в происходящее. Не чувствуешь своего тела. Его как будто отключают. От нарастающих раскатов грома поначалу закладывает уши, и ты можешь только кожей чувствовать вибрацию воздуха, но, когда они подбираются ближе и звучат уже над головой, барабанные перепонки просто лопаются. Вспышки молний настолько яркие, что слепят глаза. Небо, облака, воздух, словно сплетаются в одно тяжёлое свинцовое одеяло и начинают давить на тебя, от чего дышать становится всё тяжелее и тяжелее. Ты пытаешься бежать, ты борешься за каждый шаг из этого ужаса. Твои шаги, твои мысли, каждый твой вздох кажется последним, и ты дерешься за себя. За каждую секунду владением своим телом. Твои мозги начинают закипать и из глаз, носа, ушей начинает идти кровь, которая смешивается с витающей в воздухе пылью, превращаясь слой грязи на твоём лице. - при этом он провёл дрожащими, широко расставленными пальцами по не бритой щеке. - «Выброс» - это гнев Зоны, это волна энергии, которая исходит из самого Её центра. Волна, которая выжигает твой мозг без остатка, словно его препарировали и запихали в микроволновку и, если ты не будешь сопротивляться, его зажарят и подадут тебе же. Волна, которая поднимает сотни мутантов и гонит их к окраинам Зоны, превращая это огромное стадо в сметающую всё на своём пути лавину. И ты… ты один из этих мутантов… ты вместе со всеми… ты больше не чувствуешь себя человеком… ты часть Зоны. Вот что такое «Выброс», и если ты увидел, услышал всё это то, ты почти труп, потому что упустил свою возможность на спасение.
На последней фразе, лицо сталкера исказилось непроизвольными сокращениями мышц, еле заметные пружинистые подрыгивания ног от носков ступней участились, передавая колебания всему телу.
Странник слушал напарника с замиранием сердца, его глаза открывались всё шире и шире, параллельно он осознавал, что рассказ Седого о «Выбросе» - это лишь маленькая крупица, по сравнению с тем, что сейчас он узнал от Голда.
- Почти труп… - прошептал Михайлов, - и ты всё это видел? Голд? Голд? - попытался дозваться напарника Лёха, но сталкер будто не слышал и не видел его, словно кто-то одним щелчком выключил его сознание, нажав на тумблер, отвечающий за работу мозга. Новичок, не на шутку испугавшись, схватил напарника за плечо и начал трясти, пытаясь привести его в чувство.
Сталкер словно превратился в куклу, только частые вздохи полуоткрытым ртом и бегающие, будто что-то ищущие глаза, говорили о том, что он жив. Удар ладонью по щеке от напарника заставил его, наконец, очнуться. Голд осмотревшись и поняв, где он находится, с облегчением выдохнул, смахнув крупные капли пота, выступившие на его бледном лице, затем перевёл взгляд на Странника и продолжил.
- Я бежал, понимаешь? Я бежал, но волны догоняли меня, голова превратилась в котёл с кипящими мозгами, земля тряслась и уходила из-под ног. Всё расплывалось перед глазами, я только слышал хрипы и вой бегущих рядом мутантов, «Выброс» гнал нас всех вместе. Когда я уже почти потерял себя, почти перестал сопротивляться, мощный толчок земли или пробегавший мутант сбил меня с ног, и я оказался перед собачьей норой, которую я бы ни за что не увидел, стоя на ногах. Не знаю, был ли это счастливый случай или Зона пощадила меня, но я из последних сил, едва втиснулся в этот проход. Мне повезло, что нора была пустой, но окажись там хоть химера, хоть сам дьявол я бы всё равно полез дальше и как можно глубже. Лучше умереть в пасти мутанта, чем задержаться на поверхности даже на секунду дольше. Только под землей разрывающая мою голову боль немного ослабла. Я скрючился как новорожденный, я кричал как новорожденный, я был беспомощен... я был…  – сталкер замолчал, пытаясь перевести дух и успокоиться.
Немного отдышавшись, он попытался смочить пересохшее горло, сглотнув слюну, которой не было, но опомнившись, обнаружил в руках кружку с чаем, которую он сжимал до побелевших костяшек пальцев. Дрожащей рукой он поднёс кружку к губам и сделал несколько глотков.
Теперь Алексей ощутил ужас передаваемый напарником. Как можно было пережить такое и не сойти с ума? Или все-таки он сошел?
- Ты не почувствовал «Выброс» заранее? – осторожно нарушил затянувшуюся паузу Лёха.
- Я почувствовал «Выброс» за несколько часов до его начала, это как перед сменой погоды начинает выворачивать суставы. Единственным и надёжным вариантом было добраться до базы «Свободы» на «Армейских складах» и я бы успел, но… Черт меня дернул лезть за «Вывертом». Штука редкая, полезная от радиации спасает и стоит прилично. Казалось, только протяни руку, и он твой, но раз за разом он ускользал от меня, перескакивая от одной «Воронки» к другой. В общем, пока я с ним возился, искал проходы между аномалий и, наконец, смог поймать его, время было упущено, - пояснил Голд.
- И что было дальше? - не унимался Странник.
- А дальше, я очнулся у свободовцев на базе, как мне потом рассказали, их патруль случайно нашёл меня. Если бы не они, сам я не смог бы вылезти, тем более что лаз завалило. Наверное, это меня и спасло, ну и тот самый «Выверт», который впитал большую часть предназначавшейся мне радиации. Как я тогда выжил и не поехал крышей или того хуже не превратился в ходячего мертвеца, до сих пор не понимаю, - ответил сталкер. - Хотя несколько дней за мной приглядывали, бывали случаи, что и спасшиеся после «Выброса» сталкеры сходили с ума, спустя некоторое время. Но, как бы то ни было, именно «Выброс» рождает новые аномалии, и заряжает старые, без этой зарядки не будет артефактов, без артефактов нахождение сталкеров в Зоне теряет всякий смысл.
- Выходит, ты боишься «Выброса», - озвучил очевидное Странник.
- Всё так, Лёша, всё так… если я не смогу спрятаться вовремя в надёжном укрытии, то Зона обязательно дожжёт меня. Я это чувствую. Только тут, на окраине Зоны, где «Выброс» теряет силу своего влияния на мозги, я могу легче перенести последствия, забившись в самую глубокую нору, словно крот, - пояснил он.
Рой мыслей буквально гудел в голове Странника, постепенно сплетаясь в звенья логической цепочки дальнейшего развития событий.
- Раскат грома вчера…- полушепотом произнёс Алексей.
- Да, я вчера испугался всего лишь от одного сильного раската грома, – признался сталкер, приходя в себя.
- Значит без вариантов? - поникшим голосом спросил Михайлов.
- Ты про «Янтарь»? - уточнил Голд.
- Ну да, с кем попало я не горю желанием идти к учёным, да и мало кто согласится тащить «балласт» вроде меня хотя бы в среднюю Зону, только «отмычкой» разве что. Меня проще грохнуть, снять хабар с трупа и скинуть в ближайшую аномалию. Разве я не прав? - высказал свои доводы новичок. - И ничего нельзя сделать?
- Ну, может и такое быть. Народец в Зоне разный. Это ты, верно, подметил, - с сожалением подтвердил Голд. - В твоём случае проблема решается комбинезоном с замкнутой системой дыхания, типа «Севы», это вроде акваланга, только выдыхаемый тобой воздух, проходит через контур с фильтром и разбавляется порцией кислорода из баллона. Всех тонкостей я не знаю, но общий принцип, думаю понятен. Если интересно, то подробнее, наверное, только Док сможет объяснить.
- А от влияния «Выброса» есть защита? - с надеждой спросил Лёха.
- Есть, но не про мою честь, - вздохнул Голд, - псиблокаторы, вроде шлемов, с встроенной экранирующей защитой, которая в разы снижает влияние от разного рода излучений. Стоят они дорого и позволить себе их могут только разве что ветераны, вроде Волка, ну и военные сталкеры ещё. Такие штуки не гарантируют 100 процентной защиты, поскольку «Выброс» - явление очень мощное и любая электроника не выдерживает такой силы, но думаю, что если укрыться вовремя и напялить на голову такой шлем, то мозги явно будут целее. Да и появляется хорошее преимущество перед контролерами, бюррерами, изломами и прочей психоактивной нечистью. Сам понимаешь за такую штуку, и пристрелить могут, уж очень большие перспективы открываются, - пояснил сталкер, допив остатки остывшего чая, пристально взглянул на напарника в ожидании вопросов, которых появилось ещё больше в голове Странника.
- Голд, ты сказал, что «Выброс» – это гнев Зоны? За что Она гневается? Что для тебя Зона? – чистосердечно выдал новый поток вопросов Лёха. - Такое не принято спрашивать, но всё же?
- Всё верно… Не принято, - вздохнул Голд, - но раз уже начал… В общем, можешь верить, а можешь не верить, но не смей смеяться! Тот, кто живет здесь уже долгое время понимает, что Зона живая, что-то вроде божества. Она всё видит и всё слышит, награждает и наказывает по своему усмотрению. Дыма без огня не бывает, иначе как объяснить, что я остался жив? Что мне попался именно «Выверт»? Что я упал именно перед норой? Как объяснить то, что есть негласные правила среди нашего брата, которые гласят поступать по совести? – сталкер вопросительно посмотрел на Странника, будто пытался прочесть его мысли. - А может это не наши правила, а законы Зоны, за нарушение которых Она карает? Я никогда об этом не задумывался и даже посмеивался над теми, кто говорил о подобном, считая это романтическим бредом. Для меня главное было поднять бабла. Побольше бабла, побыстрее и полегче. Тогда я так думал…
- И ты думаешь, что Зона наказала тебя за это? - неуверенно высказал своё предположение Лёха, теперь внимательно следивший за ходом мыслей напарника, пытаясь найти хоть какие-то логичные ответы озвученным Голдом вопросам, но не находил и лишь пожимал плечами.
- Не знаю… может быть. У каждого свои тропы тут в Зоне, - ответил Голд. – Иногда нельзя идти чужими тропами, даже если они кажутся проверенными. На некоторые тропы лучше вообще не вставать. Некоторые тропы - это тропы мертвецов.
Он вновь почувствовал накатывающие волны страха от недавних воспоминаний, рыская глазами по полкам, пытался найти недопитую вчера бутылку водки, но, не обнаружив таковой, встал и запустил руку на полку с припасами, нащупав непочатую бутылку, судорожно скрутил крышку и приложился к горлышку, сделав несколько глотков, облегченно выдохнул и плюхнулся на лежанку.
- Когда я сказал тебе, что отключился в норе, - икнув, продолжил он, - то я соврал, я не отключился. Я смотрел на себя, но чужими глазами. - сделав еще глоток водки, сказал Голд.
- Это как? - спросил Странник, оставивший все попытки мысленных поисков рационального объяснения.
- Не знаю…- ответил сталкер, на секунду задумавшись, - но я это видел. Я видел себя сверху маленького, жалкого и беспомощного, забившегося в нору человечка. Мы думаем, что знаем Зону и можем с ней тягаться, но мы ничего не знаем о Зоне. Идиоты из «Долга» считают, что если они нещадно будут истреблять мутантов, то так они кого-то смогут спасти? - сталкер рассмеялся, от чего Лёхе стало жутковато, волна мурашек прокатилась по его спине. - Неет, - Голд вытянул руку с поднятым указательным пальцем и помахал им из стороны в сторону перед самым носом напарника, - Она показала мне, что никто и ничто не сможет Её остановить и уж тем более уничтожить. Долговцы просто болваны, которые не видели того, что видел я, того что почувствовал, что показала мне Зона. Я понял это когда смотрел на себя чужими глазами. Её глазами! Я поднимался выше над землей, мне стали видны владения Зоны, усеянные аномалиями, сотни мутантов - кабаны, плоти, слепые псы, кровососы, снорки, тушканы, псевдогиганты, - Голд выдохнул, переведя дыхание, заливая в себя очередную порцию жидкости из бутылки, даже не поморщившись, будто пил не водку, а воду. Сейчас он напомнил Седого. – Мы просто людишки, которым Она позволяет ползать по своему телу. Она может смахнуть нас с себя в любой момент, и не важно, сколько и кто придет сюда в надежде покорить ее. Чем сильнее пытаться Её уничтожить, тем сильнее Она ответит. Она просто позволяет нам тут быть. Она видит каждый наш шаг, как только мы перешагиваем за колючку. Она, если надо, расставляет фигуры на своем, поле и никакой сталкер с опытом всерьез не посмеет роптать на Неё. Всё по заслугам… всё по заслугам. Мы, люди, тоже ей для чего-то нужны. Не знаю, может так, через нас Она узнает о том, что за ее пределами, но рано или поздно, ты оставляешь ей часть себя, а Она оставляет часть в тебе. Это неизбежно…
Словно в подтверждение последним словам сталкера через вентиляционную трубу с порывом ветра в погреб ворвался собачий вой, заставивший вздрогнуть Странника.
- Думаешь и наша встреча не случайность? - задумавшись, спросил Лёха, пользуясь откровенностью сталкера.
- Однозначно. Не случайность, - не сомневаясь, ответил он. - То, что тогда я посчитал просто странным стечением обстоятельств, теперь же, после того, что мы пережили за эти несколько дней, то могу уверенно заявить - это воля Зоны.
- Ну да… Если учесть, что я встретил зомби в первый день и потом он приснился мне и отправил к тебе на выручку, то это воля Зоны, других версий у меня просто нет. - согласился Странник, почесав затылок.
- За встречу! - выдал тост Голд и ополовинил бутылку.
- Я так понимаю, к Доку ты сегодня не собираешься? - спросил очевидное Лёха.
- Не торопись, а то успеешь, - пошутил сталкер, - ты лучше спроси у меня, зачем я пришёл в Зону.
- Голд, я давно хотел спросить у тебя, а зачем ты пришёл в Зону? - подыграл Лёха с улыбкой, глядя на окосевшего напарника.
- Вопрос неожиданный, - с усмешкой резюмировал сталкер. Теперь он снова стал знакомым ему Голдом, - За такие вопросы, у нас, у сталкеров часто шлют на хрен, потому что у каждого своя правда, и никто не пришел сюда от хорошей жизни. Это не то место, где приживаются маменькины сынки, но тебе, Странник, я скажу, - ответил он, чуть заплетающимся языком, - друга ищу, он так же, как и я был командиром взвода и так вышло, что вместо меня на охрану периметра был командирован он, - сталкер приложился к бутылке и сделал несколько больших глотков, от чего в ней осталось всего грамм сто, может чуть больше. Голд выдохнул, чуть сморщившись, словно только сейчас почувствовал запах спирта.
Странник метнулся за консервой, не глядя, схватив первую попавшуюся под руку. Ею оказалось тушёнка. Споро открыл ее ножом и придвинул Голду вместе с вилкой. Тот благодарно кивнул, достав пару хороших кусков с большим чувством облегчения заел. Почему-то сейчас Лёха тоже почувствовал облегчение за напарника. Голд очевидно пережил очередной накат закрепившейся в нём Зоны и сейчас возвращался к жизни. Странно это все. Люди закрепились в Зоне, а Зона в них. Странно, но… справедливо. Неужели и он будет таким? Наверное, теперь Страннику стало понятно, почему тут почти у каждого есть своя тара со спиртом или водкой, а между тем, о постоянно пьяных или живущих ради выпивки вроде, как и не слышно.
- Голд, так что с другом-то? - заторопился Странник узнать судьбу сослуживца, переводя взгляд с замолчавшего сталкера на почти пустую тару в его руке, пытаясь угадать степень его опьянения.
- А? - отозвался сталкер, подняв голову, взглянул на Лёху расфокусированными глазами. - Пропал без вести... Гон мутантов... Прорыв периметра... Я писал рапорта, обивал пороги кабинетов с просьбами направить меня в Зону на поиски, но без толку и тогда я просто уволился и пришёл в Зону сталкером, - закончил Голд и допил оставшуюся водку.
Странник молчал, стараясь подобрать слова, чтоб поддержать напарника, но ничего не приходило на ум. Не умел он говорить слов соболезнования, хотя всей душой сопереживал утрату Голда. Однако всё же одна мысль пришла ему в голову.
- Голд, а может тот зомби и был твоим другом? Не просто же так ...- Лёха замолчал, не договорив, напарник вырубился и уже не слышал его слов, развалившись на своей лежанке.
«Вот и поговорили. Значит, пойду к Доку один, не вечно же на других полагаться», - подумал Странник, глядя на мирно храпящего Голда.
Северо-западный ветер, пришедший из глубин Зоны отчуждения, взял бразды правления в свои руки и теперь рвал на клочки, начинавшие было вновь собираться кучевые свинцовые облака над «Кордоном», прогоняя их на юг, за охраняемый периметр, дав возможность октябрьскому солнцу хоть немного порадовать светом сталкерский край.
Странник немного съёжился и поддернул плечами от осенней прохлады. Порывы холодного воздуха, разбавленного дымом, вырывавшимся из печных труб сталкерских схронов, быстро расправились с остатками тепла в его одежде, заставив застегнуть плащ на оставшиеся пуговицы.
Док находился на своём рабочем месте, сидя за столом, нацепив фартук и перчатки, копался в ударно-спусковом механизме старенького обреза ружья, всем своим видом показывая, что данное занятие не приносит ему особого удовольствия.
- Док привет. Зайти попозже? Вижу, занят? - негромко поприветствовал его Странник.
- Ааа, товарищ Странник, здравствуйте! - с радостной улыбкой поздоровался техник. – А где же ваш напарник?
- Он… это, в общем, устал немного и решил отдохнуть, - соврал Лёха.
- Ну как? Вы успели опробовать детекторы жизненных форм? Насколько я понял, из вашего раннего визита, вы планировали выход… - техник замялся, усомнившись, не является ли упоминание о планах сталкеров бестактным с его стороны.
- Ходка была, прошла успешно, - ответил сталкер.
- Хорошо, хорошо, рад слышать, - ответил Док с облегчением, - так что же? Как себя показали детекторы?
- Ты знаешь Док, если тварь близко, то работает чётко, а если дальше, то даёт погрешности и неточности, - начал Лёха, - то больше красных точек на экране, то меньше, то мигают, то пропадают вовсе.
- Ну, это вполне естественно, я же предупреждал вас, - немного обиженно ответил техник, - всё зависит от окружающей обстановки, наличия иных источников излучения. Вы читали инструкцию, которую я приложил к вашим ПДА?
- Да я, собственно, не поэтому пришёл, - сталкер сделал паузу, размышляя как лучше перейти к основной цели визита, - Док, предположим, если б тебе принесли неизвестный артефакт и попросили разобраться в его свойствах, оценить, сколько он может стоить? Но при этом попросили сохранить в тайне это дело? – спросил Михайлов, оценивая реакцию техника. - То смог бы ты…
- Смог! - твёрдо ответил Док, ударив ладонью по крышке стола, словно ждал подобного предложения всю жизнь.
- Док, погоди, я же сказал, предположим, - начал было оправдываться сталкер.
- Ни слова больше! Выкладывайте, что у вас? Уверяю, всё будет конфиденциально! - твердо произнес Док, при этом в его глазах появился фанатичный блеск жажды исследователя.
Затем он быстрым шагом подошёл к выходу мастерской, приоткрыв дверь, осмотрел коридор, убедившись в отсутствии посторонних, захлопнул её и закрыл на замок, давая понять сталкеру, что с ним можно иметь дело.
- Если не смогу дать точные сведения сам, то воспользуюсь своими связями в научных кругах и поверьте их немало. Светилы науки с мировыми именами и с очень большим финансированием своих научных изысканий, - сказал техник, подняв указательный палец вверх.
Глаза Странника расширились, при упоминании о финансах, сняв с пояса контейнер, он поставил его на стол.
«Вот тебе и техник», - подумал он.
- Док, в общем, ни я, ни Голд сами не знаем, что это за артефакт, но пока единственное, что могу сказать, без воды он сохнет, - пояснил Странник, - если будешь доставать, то ненадолго. Уж очень дорого он нам достался, не хотелось бы продешевить. Сколько за работу возьмёшь?
Техник не отрывал глаз от контейнера, находясь в предвкушении предстоящих тестов, выстраивая в голове план лабораторной работы.
- Док! Ты слышишь? - переспросил Странник.
- А? - вздрогнул техник, вырванный из потока мыслей. - Простите, да, я понял, без воды сохнет. Не беспокойтесь, моя работа будет совершенно бесплатной и более того, если артефакт окажется действительно уникальным и ранее не изученным, то я, по мере возможностей подскажу, кого в принципе такой артефакт может особо заинтересовать. Ну, то есть, помогу вам его выгодно продать, по-вашему.
«Вот это разговор», - подумал Леха.  «Не то что жмот Сидорович». Лёха кивнул и потянулся к защёлкам крышки контейнера.
- Минуточку! - остановил его Док. - Меры предосторожности никогда не бывают лишними! - пояснил он и направился в соседнюю комнату.
- Док, да он вроде не опасный, я в руках держал и ничего живой здоровый, - попытался успокоить техника Странник, - он только светился часто и дрожал.
- Дорогой товарищ, артефакты - вещь непредсказуемая, - ответил Док, - и их влияние на организм может быть незаметным, - парировал он.
- Ты радиацию имеешь в виду? - уточнил сталкер.
- И не только, скажем некоторые артефакты, могут воздействовать на организм на молекулярном уровне, как ускоряя процессы в организме, так и замедляя, вам знакомо понятие катаболизм? - спросил Док.
- Като… чего? - переспросил Лёха. – Док, давай ты скажешь проще, что может произойти?
- Если проще, то артефакт может запустить бесконтрольный процесс ферментации сложных органических соединений с высвобождением энергии. – ответил Док.
- А если ещё проще? - переспросил Странник, пытаясь скрыть своё раздражение от нежелания переключаться с мыслей о денежном вознаграждении к ненужным сейчас для него понятиям.
- А если ещё проще, то, например, сгоришь изнутри от большого переизбытка энергии, - ответил техник, появившись в дверном проёме.
Данное пояснение значительно успокоило возбуждение сталкера. Действительно, мало ли что, а он голой рукой за неизвестный артефакт…
Подготовка техника была основательной, помимо защитной маски с прозрачным забралом на его лице, грудь, живот и ноги защищал широкий прорезиненный фартук с выделяющимися по своему контуру под верхним слоем ткани прямоугольными свинцовыми пластинками. Сам фартук был подпоясан чем-то вроде тяжелоатлетического ремня и также крепился не менее солидными ремнями через плечи на манер подтяжек. Подол фартука свисал почти до самого пола, из-под которого были видны носки резиновых сапог. В руках, облаченных в длинные по самый локоть резиновые перчатки, он держал широкую колбу из толстого термоустойчивого стекла.
- Всё так серьезно? - сказал сталкер, выпучив глаза при виде техника. - Док, а ты точно просто техник? Ты сейчас больше на учёного-экстремала смахиваешь.
- Ну что вы, я всего лишь скромный кандидат наук в нескольких научных областях, - смущённо произнёс он, - и так приступим, открывайте контейнер, - скомандовал кандидат.
Лёха протянул руки к контейнеру, но остановился и посмотрел на техника, переминавшегося с ноги на ногу от предвкушения.
- Давай лучше ты, а то я этого като... как его там… давай сам, в общем… – ответил сталкер и сделал шаг назад.
- Не ссыте, дорогой друг! Положитесь на Дока! - чуть ли, не подпрыгнув от радости, произнёс техник.
Затем он, пододвинув контейнер ближе к себе, открыл крышку и перелил содержимое в колбу. «Ягода» вывалилась из контейнера, булькнув в сосуд с водой, медленно опускаясь на самое дно, провожаемая восторженным взглядом Дока, засияла уже знакомым Михайлову свечением, выдав череду импульсов. Кандидат в нескольких областях моментально потерял интерес к сталкеру, загипнотизировано считая переливы. Его губы уже что-то шептали, а по глазам были видно, что первая череда выводов у него уже сделана.
- Док, Доок! – попытался оторвать техника от созерцания артефакта сталкер.
- А? - кандидат перевел взгляд на Странника.
- Ну, что скажешь, хотя бы на первый взгляд? – спросил Алексей, в надежде получить хоть какую-то информацию о находке.
- Могу с уверенностью заявить, что описания подобного образования я не встречал нигде и даже в большом сборнике работ профессора Сахарова. Это очень интересно, - он снова вернулся к колбе. - Вы понимаете, дорогой мой, что это значит? – спросил он, поднимая забрало маски.
- Что мы с напарником получим много денег? – с улыбкой ответил Странник, потирая руки.
- Ну что же вы… – расстроился техник, услышав ответ сталкера, - Я имел виду, что вы, можно сказать, открыли новый и доселе неизвестный науке артефакт.
-Так сколько он может стоить? - не унимался Лёха, кивком головы указывая на колбу.
- Не торопитесь, мне нужно провести ряд тестов и снять кое-какие показания и на их основании проконсультироваться с коллегами и тогда уже будет известно более точно. - остудил Странника Док.
- А.. - попытался спросить сталкер.
- Наши договоренности остаются в силе, как только я буду располагать более точными сведениями о …, - техник замялся на секунду, - кстати, как вы его назвали?
- Ну, «Ягода», - ответил Лёха, - видишь, на крыжовник похожа и на ощупь, как будто тоже, правда, склизкая ещё.
- «Ягода» значит. Хорошо… знаете всегда поражался тому как сталкеры довольно точно и ёмко дают названия артефактам. Но что же это я, впереди много работы, - опомнился Док, - я отпишу вам на ПДА, как только у меня появится первичный результат. - засуетился техник, намекая сталкеру, что ему пора уходить, он подошел к двери, открыл замок и протянул ему руку.
Алексей, повинуясь хозяину мастерской, пожал руку и вышел в коридор. Дверь за его спиной захлопнулась, и послышался звук запирания замка.
«Как всё удачно сложилось. Продуктивный денёчек выдался», - подумал Лёха, от чего на его лице появилась широкая улыбка.
Сталкер выпрямился, расправив плечи, от гордости за самого себя за проведение успешных, как ему казалось, самостоятельных деловых переговоров, и твёрдым шагом вышел на улицу, натягивая капюшон.
Ветер упорно продолжал свою работу, подсушивая напитанную влагой землю, верхний слой которой понемногу твердел и становился не таким вязким под ногами.
Михайлов вышел на дорогу и было направился к своему убежищу, однако шедший на встречу Волк нарушил его планы.
- Привет Странник, а Голда где потерял? - поприветствовал он.
- Волк привет, да он отдыхает, - попытался соврать Лёха, но посмотрев в улыбающиеся глаза ветерана Зоны, понял, что его версия не прокатила.
- В сопли? - переспросил Волк.
- Нуу дааа, - протянул новичок, с улыбкой попавшегося на вранье мальчишки.
«Волк ты скоро?», - послышался голос из динамика рации сталкера.
- Две минуты, - коротко ответил он, зажав тангенту, - пойдем, что ли кофе угощу, заодно и поговорим, - пригласил Волк Странника, голосом, не подразумевающим варианта отказа.
Лёха лишь согласно кивнул и последовал за прошедшим вперед Волком, понимая, что приглашение носит скорее деловой, чем дружеский характер, да и с чего бы матёрому сталкеру новичка кофеем поить? Вряд ли, только по доброте душевной.
- Не бойся, пытать не буду,- не оборачиваясь, сказал Волк, словно прочитал мысли сталкера.
С самого порога в здании бывшего сельсовета, теперь служившим подобием командного пункта или штаба лагеря, витал бодрящий, с едва уловимыми шоколадно-ореховыми нотками, запах, только что сваренного кофе. Запах усиливался, по мере того как сталкеры приближались к кабинету Волка, который на правах хозяина первым вошел в помещение, привычным движением толкнув дверь. В желтоватом свете электрической лампы, у стола Волка стоял Фанат, склонившийся над портативной газовой плиткой, регулировал дрогнувшее голубоватое пламя, вращая вентиль подачи газа. Рядом с плиткой стояла медная турка, которая и была источником приятного кофейного аромата, поднимавшегося над узким горлышком тонкими струйками пара.
- У нас гости, - оповестил Фаната Волк.
Фанат лишь слегка повернул голову, увидев Странника, улыбнулся и поприветствовал кивком головы, затем водрузил турку на плитку, аккуратно прихватив резную деревянную ручку.
Волк обошел Фаната и уселся на своё место. Покопавшись в ящике стола, поставил на столешницу три небольшие белые фарфоровые кружки, затем вопросительно посмотрел на Михайлова оставшегося стоять возле двери.
- Чего стоишь? Проходи, присаживайся поближе. - сказал он, указав рукой на стул ближайший к изголовью стола.
Лёха, до этого внимательно следивший за церемонией варки кофе, поспешил занять предложенное ему место, по пути расстегивая пуговицы плаща.
- Смотри, не прозевай, как в прошлый раз, - напутствовал Волк, обращаясь к новоиспечённому бариста.
Фанат, не отводя слегка напряженного взгляда от только что появившейся, коричневатой пенной шапки, снял турку с огня, взглянув на Волка, облегченно выдохнул, расплывшись в улыбке, шмыгнул носом, почесав бороду.
- Не волнуйтесь шеф, усё прошло без шуму и пыли, - ответил Фанат, голосом одного из киногероев Анатолия Папанова.
Волк и Странник улыбнулись.
- Наливай, давай, Лёлик, - скомандовал Волк с лёгким смехом в голосе.
Фанат повеселел ещё больше и принялся разливать напиток в кружки, стараясь не расплескать ни одной драгоценной капли, отмеряя каждому поровну.
Лёха, получив свою кружку с напитком, впал в некое замешательство, до сегодняшнего дня ему ни разу не доводилось пробовать с таким усердием сваренный кофе. Посему он решил понаблюдать за сталкерами, дабы не накосячить и не обидеть своей неучтивостью присутствующих.
- Ты чего? Ни разу не пробовал? – удивленно спросил Фанат, заметив плохо скрываемое волнение на лице Странника.
- Нее, только пыль бразильских дорог, - смущенно отшутился Лёха с легкой улыбкой.
- Был в Бразилии? – уточнил Фанат.
- Не-е-е… - растерялся Странник. – Куда там…
- Понятно. Тогда знай, на небесах тебя окрестят лохом, - еле сдерживая смех, ответил Фанат, - пойми, на небесах только и говорят, что о кофе, - продолжил он.
- Хорош стебаться, Фанат, - остановил напарника Волк, с нотками смеха в голосе, - а если серьёзно, надо дать напитку немного остыть, так аромат раскроется сильнее, и пить мелкими глотками, в общем, сам всё поймешь, когда попробуешь.
- Блин Волк, я так долго эту шутку готовил, - немного расстроившись, произнёс бариста. – Вода тройной очистки из дальнего родника. Специально баклажечку набрал. Издалека пёр. Сказка, а не вода!
- Верю, ценю, учитываю, - кивнул Волк. – Уф-ф-ф! - сделав глоток, не сдержался Волк. – Хор-р-рош!
Лёха последовал его примеру, решив, что время для первой пробы выдержано, поднёс кружку к губам и осторожно подул, сбивая восходящие струйки ароматного пара, затем сделал небольшой глоток густой ближе к черному цвету жидкости. Глаза новичка постепенно стали округляться, богатый, не передаваемый, крепкий вкус напитка, аромат прожаренных с дымком зерен, разлился на языке, ударил изнутри по ноздрям, заставив их раскрыться и выдохнуть непроизвольно-восхищенное: - Ух!
- А то! – не без гордости подтвердил Фанат, удовлетворяясь произведенным эффектом.
- Это лучшее, что я пробовал, – с уверенностью ответил Лёха, делая ещё один глоток.
- Еще бы! – благосклонно кивнул Фанат. – Ну, командир, кто тут папка? – обратился он к Волку.
- Ты, ты, - с удовольствием, кивком подтвердил Волк. - А теперь давайте к делу, - сказал сталкер, пристально посмотрев в глаза новичка, - вы с Голдом пошумели утром в районе болота? - уже зная правду, спросил он.
- Ну да, - подтвердил Странник, понимая, что врать, смысла нет.
- Ну и наделали вы дел, без гранат никак нельзя было? - строго спросил Волк. - Вы же два блокпоста военных на уши поставили, благо, что у нас хорошие отношения с местными, а так бы по району отработали минометы. Потом спасибо Шерифу скажете, что он вовремя сообразил, что вы в ходке и успел успокоить вояк. Стрельба привычное дело в Зоне, но когда рвутся гранаты и мины, то это привлекает внимание.
- Волк, - начал Странник, поставив чашку на стол, - если бы не гранаты, я бы тут сейчас не сидел. Голд меня спас. Кабанов было много, мы бы не отстрелялись, пришлось шугануть.
Волк и Фанат переглянулись. Оба знали Голда довольно хорошо и сейчас, после услышанного ответа новичка, поняли, что, вероятно, причина была веская, раз пришлось лезть под нос мутанту.
- Ладно, расслабься, – смягчившись, сказал Волк, сделав глоток, - что вы там делали не моё дело. Кабанов сколько насчитали?
- Не знаю, - оживился Странник, - но то, что их было больше двадцати — это точно, а по пути мы напоролись на радиоактивное пятно. Голд сказал, что его раньше там не было, еле успели отойти.
- Показать на карте сможешь? - вмешался Фанат.
- На месте смогу, а так я не очень разбираюсь в картах, - ответил Лёха.
- Ещё странное или необычное было? - серьёзным тоном спросил Волк.
- Было…- ответил новичок, на секунду задумавшись, стоит ли рассказывать о болоте сталкерам.
- Послушай, - строго начал Фанат, примерно догадываясь, о чём подумал Михайлов, - у нас тут есть правила. Эти правила сохраняют жизнь людям, новичкам, сталкерам и всем тем, кто делит с нами крышу. Это, - он обозначил в воздухе пальцем некоторую окружность – «Деревня новичков». Тут молодых сохраняют, обучают, предупреждают и если надо страхуют, а не суют в мясорубку. Мы, - Фанат указал пальцем на себя и на Волка, - не пытаемся выведать ваши секреты или хабаристые места. И без ваших секретиков есть чем заняться. Расспрашиваем мы для того, чтоб такие же новички, как ты, не попали в очередную задницу, из которой они наверняка не смогут выбраться. Тебе повезло, что в напарниках у тебя опытный сталкер, а как же остальные?
Волк, согласно, кивнул в поддержку слов Фаната.
- А… понял, - кивнул Алексей, почувствовав некоторое угрызение совести за то, что действительно уже немного подумал о ветеранах Зоны в корыстном ключе.
Странник рассказал об утренней ходке, делая акцент на сместившееся пятно радиации с повышенным фоном. Также было озвучено кардинальное изменение болота, его скорое старение, а также то, что после того, как Болотник был убит, болото заняли другие мутанты в больших количествах. Однако о своей подводной одиссее и находке он умолчал, но Волк и Фанат и не требовали уточнений о цели их похода.
- Фанат, оповести постовых, чтоб предупреждали всех новичков, покидающих лагерь, что соваться в район болота, пока не стоит, если жить хотят, - дал указание Волк. – Так Странник, скажешь Голду, чтоб забежал ко мне, надо на карте показать это пятно.
Лёха кивнул в ответ, допив остатки кофе на дне кружки, затем посмотрел на Волка.
- Я тогда пойду? – на всякий случай спросил он.
- Давай, да вот Голду передай, - сказал сталкер, поставив на стол две стеклянные пол-литровые бутылки пива «Рижское» с криво наклеенными бумажными этикетками синего цвета, - с похмелья в Зоне не болеют, а вот сушняк никто не отменял. Пусть порадуется.
Новичок встал, застегнул плащ, затем взял подарки для напарника, сунув бутылки в карманы, поблагодарил за кофе и вышел на улицу.
Солнце уже опустилось за линию горизонта, лишь краем своего диска освещало лагерь сталкеров, погружая его в вечерние сумерки. Вечно осенний ветер лишь усилился, о посиделках у костра можно было забыть, и большинство новичков сейчас согласились бы с Лёхой, будь они рядом, отдав предпочтение тёплым схронам, чем разговорам на холодном ветре.
Сталкер прислушался к звукам вечерней Зоны, глубоко вдохнул прохладный воздух и зашагал к своему укрытию. Подойдя к лазу погреба, стараясь не шуметь, он открыл крышку, из глубины убежища повеяло устремившимся вверх теплом и запахом перегара, стали слышны похрапывания напарника. Сталкер включил фонарь, спустившись на несколько ступеней вниз, закрыл за собой лаз. Первым делом он закинул в печь добрую порцию поленьев, предварительно пошурудив еле живые угли. Постепенно, подсохшая древесина занялась огнём.
«Из искр возгорится пламя», - неожиданно всплыла фраза в памяти Странника, хотя откуда она ему известна, кто был её автором, он не помнил - просто отголосок из его прошлой жизни. Прикрыв дверцу топки, Лёха вынул из карманов презент Волка и поставил на столик, затем сняв плащ и ботинки, прилёг на лежанку и погасил фонарь, погрузившись в кромешную тьму.
Сейчас прокручивая в голове слова напарника о Зоне, Странник думал о том, что может быть действительно их встреча с Голдом была не случайной, а что если и Седой появился не просто так в его жизни, и охота на Болотника, и артефакт - это всё «хотелки» кого-то свыше? Зоны? Или же это всего лишь стечение обстоятельств? Лёха задавал себе все новые и новые вопросы и пытался ответить на них, опираясь на более или менее логичные доводы, но из этих ответов возникало ещё больше вопросов, его размышления превращались в хождение по замкнутому кругу, и незаметно для себя сталкер провалился в сон.
Глава 8. Мертвец
Пробуждение было ранним. Через приоткрытую крышку лаза в погреб проникал прохладный утренний воздух, от чего Лёха немного съежившись, повернулся на бок и приоткрыл глаза, обнаружив перед собой довольное лицо напарника, потягивающего пиво прямо из бутылки.
- Вееещь, - протянул Голд, после очередного глотка, - где достал?
- А Волк угостил, сказал, чтоб тебе передал, мол, сушняк сбивает хорошооо, - зевая на последнем слове, ответил Алексей, - да и просил зайти, чтоб место на карте показал, где мы в радиацию вляпались.
Голд кивнул и после очередного глотка смачно отрыгнул, избавившись от избытка газа.
- А чего ещё говорил? - спросил Голд.
- А ещё вставил мне люлей, за то, что пошумели на болоте гранатами, - ответил Странник, поднявшись с лежанки и присев у столика. - Вроде как военные переполошились и хотели минами болото закидать, - потянувшись, пояснил он.
- Мда-а, неловко получилось, - протянул Голд, почесав затылок, - ладно заскочу попозже.
- Есть и хорошие новости, - продолжил Странник, - артефакт, что мы нашли, может стоить кучу денег.
На последней фразе про деньги, Голд отставил бутылку и впился глазами в напарника, в ожидании продолжения рассказа.
- В общем, я вчера отнес «Ягоду» Доку, он сказал, что нигде не описан такой артефакт, даже у профессора Сладкого, - сообщил Лёха.
- Может Сахарова? - переспросил Голд с улыбкой.
- Ага, его самого, - исправился Странник, - артефакт я оставил у Дока, говорит тесты нужны и тогда точно скажет, и ещё поможет продать подороже.
Голд задумавшись, встал с лежанки, подошёл к печке, снял кружки с кипящей водой и вернулся обратно.
- Запись не показывал? - уточнил он, поставив кружки на столик, бросил в каждую по пакетику чая.
- Не, не показывал. Я подумал если артефакт стоящий, то и запись тоже дорого можно продать, - поделился соображениями Странник. - Как будет результат, Док сообщение пришлёт.
- Это ты, верно, скумекал, - одобрил Голд.
- Я так понял у него свой интерес научный. Он даже от денег за работу отказался и обрадовался сильно, когда «Ягоду» увидел. Как думаешь, зачем он в Зону пришёл? - спросил Лёха.
- Может за этим и пришёл...- ответил сталкер, пожав плечами.
- Голд... - начал Странник, сомневаясь, стоит ли продолжать вчерашний разговор, - вчера ты рассказывал о своём товарище, ну, сослуживце. Помнишь?
- Смутно, - ответил сталкер, помрачнев.
- Я чего подумал. Может тот зомби, которого я встретил в первый день, это он и есть? Да и во сне именно он меня к тебе на выручку отправил. Может он и шёл к периметру по старой памяти? - озвучил вполне логичные доводы в пользу своей версии новичок, - может, есть артефакт, которым можно...
- Хватит! – грубо оборвал напарника Голд, но через секунду поняв, что перегнул палку сменил гнев на милость. – Извини, больное для меня это дело... Надо убедиться... Покажешь место? - спросил он уже в полголоса.
Такая реакция озадачила Странника, натолкнув на мысль, что напарник был не полностью откровенен и явно умолчал о чем-то важном, но лезть с расспросами благоразумно не решился.
- Покажу, там не далеко от аномалии, где мы «Ломти» добыли, - ответил Лёха.
Голд, сделав глоток чая, не спешил с ответом, очевидно прикидывая маршрут предстоящей ходки.
- Голд, если пойдём, надо еды побольше взять, мертвец покушать любит, - подметил Странник, - если он там ещё конечно.
Сталкер отставил кружку с чаем, взял свой ПДА и привычными движениями пальцев заводил по сенсорному экрану прибора, затем развернул экран к Страннику.
- Жёлтая точка - это «Карусель». Примерное место покажи от нее, где на зомби напоролся.
Михайлов взглянул на экран с открытой картой местности «Кордона». Поставленная напарником задача вызвала у Странника затруднения, он попытался мысленно воссоздать свой маршрут от периметра до места своего первого привала в Зоне, отыскивая в памяти, хоть какой-то примечательный ориентир, планируя найти его на карте и таким образом определить место. Голд, находясь в ожидании, внимательно наблюдал за работой мозга новичка, отражавшейся на его лице, в виде сдвинутых в кучу бровей, морщин на лбу, и бегающих по карте зрачков.
- С ориентированием у вас беда товарищ сталкер, - сделал вывод Голд, - хреново тебя Седой готовил.
- Я на месте могу показать, - ответил он, смущённо опустив голову, пряча виноватое выражение своего лица.
- Ладно, это дело поправимое, - Голд развернул к себе экран и в несколько нажатий открыл копию карты местности, и вновь повернул прибор экраном к напарнику.
- Смотри внимательно, - настоятельно потребовал он.
Странник поднял голову и прильнул глазами к монитору. Вся карта была буквально усеяна точками разного цвета, пунктирными и сплошными линиями.
- Это чего? - спросил Лёха, с нескрываемым удивлением.
- Это моя копия, с понятными только мне пометками, которыми я обозначаю ориентиры на местности, свои тропинки, по которым уже ходил, аномалии, пятна радиации, лёжки мутантов, свой схрон, - пояснил Голд. - Местность в Зоне штука не постоянная после каждого «Выброса», всё может измениться до неузнаваемости, хотя на «Кордоне» это редко бывает, но лучше перебдеть.
- И как это мне поможет? - ещё не понимая сути озвученного, спросил новичок.
- Да просто всё, - с снисходительной улыбкой ответил Голд, - видишь ориентир перед собой, который видно из далека, или который ни с чем не перепутаешь, отметь на карте. Условных обозначений в топографии хренова гора и всё запомнить, новичку вроде тебя просто невозможно, поэтому делай свои. Так большинство сталкеров по Зоне ходят от ориентира к ориентиру или по старым трассам, вдоль опор линий электропередач, или тупо платят проводникам. Пути – дорожки постоянно меняются из-за аномалий и прочих особенностей Зоны, и самый короткий маршрут на карте не всегда самый быстрый.
- Ааа, вон как, - на секунду задумавшись, ответил Странник. - Это я смогу, - с уверенностью добавил он.
- Вот и славно, на местности ещё потренируешься. До рассвета еще часа полтора. Завтракаем и выдвигаемся, а Волку я координаты на ПДА перешлю. - подытожил Голд. - Я сам-то тоже хорош, про пятно забыл отметиться Фанату, - махнул рукой Голд. – Совсем из головы вылетело. Ладно… Да, и мой схрон у себя на карте отмечать не вздумай, - предупредил он.
Странник понимающе кивнул и полез на полку с припасами. Сталкеры позавтракав, проверили экипировку и через час покинули убежище.
Утро встретило напарников предрассветными сумерками, легкая дымка тумана застилала окрестности. Серое безоблачное небо, с редкими отблесками ещё не погасших звёзд, прозрачным взглядом следило за пробуждающейся Зоной. Подмороженная земля с налётом инея и кристаллами льда по кромкам луж, говорила о холодной ночи. Только небольшие участки, попадавшие в поле действия аномалии «Жарка», противились законам природы и выделялись бросающимися в глаза чёрными пятнами, да и некоторые притаившиеся гравитационные аномалии, сломав туман в причудливые формы, держали его в своих невидимых клещах.
Покинув пределы лагеря, через восточный пост и поравнявшись с подступающей границей лесопосадки, сталкеры потревожили стаю ворон, плотно облепивших ветви деревьев на ночёвку. Птицы не кстати разорвали утреннюю тишину Зоны тревожным карканьем, предупреждая округу о незваных гостях.
Голд вновь прильнул к экрану своего ПДА, проложив маршрут, затем подозвал озиравшегося по сторонам напарника.
- Перенеси себе на карту и по пути отмечай приметные ориентиры, - дал наставление сталкер, - с определением сторон горизонта проблем нет? Солнце, где восходит?
- На востоке, - ответил Странник, не отрывая глаз от карты напарника, перенес основные точки и линии к себе в ПДА.
- Ровно на востоке? В какое время для этой местности и месяца? – глядя в сторону спросил Голд?
- Ну… - неуверенно начал Странник.
- Ладно, не морщи лоб, - прервал его сталкер. - В ПДА компас есть встроенный. Часто правильно показывает. Найдешь, включишь, а сейчас Восток там, - Голд примерно махнул рукой в сторону. Понял?
- Ага, - заторопился кивнуть новичок.
- Вот и славно, что не понятно сразу спрашивай, пока обстановка позволяет. На месте будем определяться с точками стояния, заодно и по топографическим знакам немного натаскаю, а то потеряешься, маяться тебя искать потом. Двинули, - скомандовал Голд.
Двойка сталкеров начала движение к намеченной цели. Будь Голд один, он бы преодолел путь меньше чем за три часа. Внешне сталкер был спокоен и сосредоточен. Простые и ёмкие пояснения, которыми он время от времени отвечал на вопросы Странника, звучали твёрдым голосом. Однако внутренне Голд переживал бурю эмоций, смешивавшихся в один поток с мыслями о предстоящей встрече, и на всё это накладывались варианты развития событий и пути их разрешений. Раньше он бы отмахнулся от подобной вероятности. От вероятности опознать пришедшего из глубины зоны мертвеца. Но за последние несколько дней что-то сильно изменилось в местном воздухе. Настолько сильно что это почувствовали даже мутанты, пришедшие по какой-то своей волне из глубокой Зоны. И во всех случаях так или иначе участвовал этот шагающий позади новичок. Голд просто не имеет теперь права отмахнуться от его предположения. Просто не сможет. Это не даст ему покоя пока он лично не убедится своими глазами.
Странник же, переключив детектор живых форм в фоновый режим, по мере продвижения по маршруту цеплялся глазами за участки местности, стараясь запомнить отличительные приметы. Наиболее запоминающиеся ориентиры, по его мнению, Лёха наносил себе на карту, на глаз определяя расстояние, периодически задавая уточняющие вопросы опытному напарнику и демонстрируя свои художества, на что Голд либо соглашался, либо делал корректировки, с указанием на допущенные ошибки.
Постепенно сумерки отступали, разгоняемые первыми лучами восходящего солнца, ковер из клубов тумана бесследно таял, обнажая пожухлую траву и опавшие листья. Только в тени раскидистых лап елей еще виднелись остатки серой дымки. Повсеместно заблестели капли утренней росы. Собранная ногами сталкеров влага оседала на ботинках, штанинах комбинезонов и полах их плащей.
Детектор живых форм дал вибросигнал, определив впереди присутствие небольшой молодой стаи слепых псов, расположившейся в паре десятков метров от сталкеров. Мутанты дремали на опушке леса, нежась в согревающих лучах солнца, после холодной ночи, проведенной в сырых, после обильных дождей, норах. Странник снял автомат с плеча и вышел из-за спины впереди идущего напарника, данный маневр не остался не замеченным Голдом, поднявшим руку вверх, упредив товарища от поспешных действий. Сталкеры замерли, медленно присев, взяв оружие наизготовку. Оценив ситуацию, он повернулся к напарнику с вопросительным кивком головы и едва слышимым шёпотом поинтересовался о количестве псов, на что Странник ещё раз бросил взгляд на экран и показал раскрытую ладонь с широко расставленными пятью пальцами.
Лёгкий порыв ветра, ударивший в спину сталкерам, разрешил создавшуюся ситуацию, донеся до носов мутантов химический запах резины и оружейной смазки. Собаки повскакивали, потянув воздух, оскалились, обнажив клыки, и негромко зарычали в сторону людей. Однако молодой пегий вожак с поперечной полоской шрама чуть выше лопатки на лысой шкуре, очевидно уже имевший дело с двуногими хищниками, громким отрывистым лаем, дал команду к отступлению сородичам, предпочитая не вступать в драку. Напарники, переглянувшись, одновременно облегчённо выдохнули, когда последний пегий пёс, около метра в холке, покинул опушку леса, скрывшись среди деревьев.
- Пронесло, - выдавил Странник, вытирая о плащ вспотевшую ладонь, - обойдём?
Голд кивнул, забрав влево, повёл напарника дальше, в обход поляны. Странник старательно отогнал от себя мысль, что было бы, если бы он напоролся на эту стаю собак, когда только шел в Зону. Наверняка лежал бы сейчас где-то по округе четырехдневными безымянными разгрызенными костями.
Примерно через пару часов сталкеры вышли к аномалии, которая несколько дней назад одарила их артефактами. За время их отсутствия «Карусель» заметно расширила свои границы, изувечив растущие рядом деревья, попавшие в зону её новых владений. Молодые и низкорослые осины и берёзы, повинуясь силе притяжения аномалии, тянулись своими поредевшими от потери листвы макушками к её центру.
- Ну, теперь дело за тобой, - сказал Голд, уступая Страннику место проводника.
Лёха принялся осматривать местность, вспоминая направление, откуда он пришел, затем сличил участок местности на карте со своим фактическим местоположением, привязавшись к метке аномалии.
- Я тогда вдоль грунтовки шел, - озвучил свои мысли вслух Странник, - а переходил примерно тут. Всё есть маршрут, - радостно сообщил сталкер напарнику, с улыбкой на лице.
- Ну, значит веди Сусанин, - скрыв своё волнение, как можно спокойней, ответил Голд, взглянув на экран ПДА Странника с отмеченным красным кружком пунктом назначения.
Напарник кивнул и бодро зашагал между деревьев. После полуторачасового петляния по округе они, наконец, вышли на ту самую поляну. Всё те же поваленные деревья, пустая покрывшаяся ржавчиной консервная банка, клочки жеваной обертки от шоколадных батончиков, торчащих из-под сырых листьев, окончательно убедили Лёху верности искомой точки маршрута, развеяв оставшиеся сомнения.
- Точно. Тут, - сообщил он Голду.
Голд молча кивнул. Осмотрелся. Скинул рюкзак на землю и принялся доставать продукты, раскладывая их прямо на листья. Затем он вынул бутылку водки, скрутив крышку, налил немного в металлическую кружку и поставил на землю, накрыв пачкой галет.
- Он ведь на запах пришел? - уточнил он, взглянув с удивлением на наблюдавшего за ним напарника.
- Ну да, только не пришел, а поднялся из кучи листьев. - ответил Лёха, указывая на пустовавшее место лёжки мертвеца, неподалеку.
- Значит, подождём, - заключил сталкер, вскрыв банку тушёнки ножом, - заодно и сами перекусим.
Странник последовал примеру напарника, вынув вакуумированный пакет с колбасой, пачку галет и банку гречневой каши с мясом, оставив про запас шоколадные батончики с орешками, зашелестевшие своей упаковкой под шарящей в рюкзаке рукой. Запах табачного дыма заставил отвлечься сталкера от выбора продуктов. Лёха поднял голову и с удивлением обнаружил, что Голд только закончив прикуривать сигарету. Взмахом руки он затушил спичку, старательно растягивая тлеющий табак, выпуская струйки сизого дыма, затем положил тлеющую сигарету рядом с кружкой. Хоть Алексей и не курил, но сделал вывод о том, что табак был явно дорогим. Сладковатый, с нотками шоколада, дым, поднимающейся тонкой струйкой от сигареты кофейного цвета, разительно отличался от того которым дымили бывшие коллеги в перерывах между разгрузкой вагонов.
- Голд, для чего это всё? Кружка с водкой и хлебом, сигарета вон? - не выдержав, спросил Странник.
- Так к покойнику в гости пришли…- коротко и ёмко пояснил сталкер. - Человек, ведь как-никак, хоть и мертвый…
Лёха молча кивнул, опустив голову, добавил пару батончиков шоколада к галетам и водке.
Напарники, расположившись на бревне, друг напротив друга, принялись поглощать припасы, периодически оглядываясь.
- Голд, а кто эти карты составляет, что у нас залиты в ПДА? - спросил Михайлов, закидывая жирный кружок ароматной колбасы в рот.
- Если на «Кордоне», то этим делом Фанат занимается, а если в средней или глубокой Зоне, то проводники. Правда ломят за свои маршруты бешеные деньги, ну оно и понятно – это их хлеб. Ну есть ещё картографы, но их единицы и они тщательно шифруются и работают только с теми, кто готов серьёзно раскошелиться, особенно когда речь идет о малохоженых участках Зоны. – пояснил сталкер, запив очередной кусок тушенки водой из фляги.
- А чего они шифруются-то? – задал логичный вопрос Странник.
- Как чего? – удивившись, переспросил Голд. - Сам подумай, где больше всего дорогих артефактов? Правильно, там, где их никто не собирает, в силу того, что дойти до них и при этом не сдохнуть та ещё задачка, а имея карту с указанием аномалий, полей излучения и безопасными проходами, схронами, то считай, половина дела в шляпе.
- А они как? Тоже ногами? - не унимался Лёха, подстегиваемый жаждой знаний.
- Может и ногами, хотя баек много ходит. Кто говорит, что картографы используют временные и пространственные аномалии и с помощью артефакта «Компас» могут появиться в любой точке Зоны, а кто плетёт, что они побывали у Монолита и загадали желание, мол, хотим всё знать о Зоне, вот и получили дар, хотя, как по мне это больше на проклятье смахивает. Я пока что ни одного не встречал и желанием особым не горю.
Странник попытался спросить ещё что-то, но бросив взгляд за спину напарника, замер с галетой в руке, другой медленно потянулся к прислоненному к бревну автомату.
Голд заметив изменения в поведении Михайлова, носком ноги пододвинул ружьё ближе к себе, затем взглянул на напарника и спокойным голосом, не меняя тона спросил: - Кто? Он?
Странник медленно кивнул.
- Вооружен? - вновь задал уточняющий вопрос сталкер.
Странник отрицательно покачал головой.
Голд медленно взял ружье в руки, затем встал и развернулся в сторону мертвеца, внимательно вглядываясь в силуэт стоящий у дерева в десяти метрах от сталкеров.
Лёха, пользуясь тем, что напарник закрыл его собой, взял автомат и пакет с остатками колбасы, встал и сместился влево, затем медленно протянул Голду колбасу.
- Переговоры, - шёпотом подсказал он.
В сложившейся ситуации данная фраза прозвучала нелепо и как-то по-детски, окажись на месте напарников, кто-то другой, то незамедлительно нашпиговал зомби свинцом.
Голд поставил ружьё на место, взял пакет с колбасой, обернувшись на секунду к Михайлову, дабы удостовериться, что он прикрывает его, медленно пошёл на встречу к мертвецу.
- Серёга, - раздался голос сталкера в повисшей на поляне тишине, - Серёга, брат это ты? - повторил Голд громче, сделав ещё пару шагов.
Мертвец зашевелился и ответил нечленораздельным горловым урчанием, неуклюже шатаясь, начал переставлять свои ноги навстречу сталкеру. Дистанция постепенно сокращалась и чем ближе она становилась, тем сильнее смещался Странник, двигаясь левее, чуть впереди напарника, держа зомби в прорези целика автомата, но почему-то к нему приходило необъяснимое ощущение того, что стрелять ему не придется.
Голд остановился в паре метров от мертвеца, внимательно вглядываясь в серое, со следами разложения и ран, лицо, пытаясь уловить остатки знакомых ему черт.
Зомби в свою очередь, также осматривал человека своими мутными глазами, постепенно переводя взгляд на пакет с колбасой и рефлекторно вытягивая руку к обнаруженной пище. Сталкер, приблизившись на полшага, передал колбасу.
Мертвец с радостным урчанием принял угощения и ожидаемо начал заталкивать куски нарезанной колбасы в рот, рефлекторно работая челюстями. Мясной жир стекал по погнившим кускам изъеденных кем-то губ, покрывая подбородок покойника блестящей плёнкой.
Голд отошёл назад, повернувшись к напарнику, отрицательно покачал головой, затем развернулся и зашагал к месту обеда.
Лёха поспешил к Голду и в полголоса, стараясь не отвлекать мертвеца от трапезы, спросил: - Ну что? Не он?
Голд не ответил и начал складывать невскрытые припасы в рюкзак.
Странник, чувствуя вину перед товарищем за то, что зря обнадёжил, только собрался извиниться, но его намерения были прерваны хриплым протяжным голосом мертвеца: - К… - что-то вылетело изо рта мертвеца вместе с этим звуком. К…
Голд замер, вздрогнув всем телом.
- Кооляя… ешшоо… даай кууушаать. - монотонно протянул зомби, выдав осмысленную просьбу.
Голд выронил из задрожавших рук рюкзак, затем словно очнувшись, схватил остатки галет, банку с недоеденной кашей и чуть ли не бегом вернулся к зомби, протянув ему пищу. На лице мертвеца появилось подобие улыбки, он принял у сталкера галеты и стал впихивать их в рот. Ломаясь с сухим треском, прямоугольные пластинки сухого хлеба осыпались крошками и мелкими кусочками, прилипая к колбасному жиру на его заостренном подбородке, и потемневшим от грязи крючковатым пальцам. Расправившись с галетами, мертвец приступил к поглощению каши, раз за разом запуская пальцы в банку, удерживаемую рукой сталкера.
В уголках глаз Голда выступила влага, на миг сверкнувшая под лучами солнца. Он смотрел на пришедшего, одновременно веря и не веря в происходящее. Наконец, внутренняя борьба закончилась, и Голд слабо кивнул головой, скинув капюшон.
- Серега, ты меня помнишь? - дрогнувшим, но неожиданно тёплым голосом спросил он ещё раз, глядя в обезображенное лицо.
- Кооляяя, - уже твёрже прохрипел зомби.
- Да… я Коляя, - подтвердил сталкер, с трудом продавив голосом спазм сковавший горло.
Странник стоял в растерянности, не понимая, как ему вообще реагировать на такое, посему он недолго думая достал припасенный шоколадный батончик, вскрыв его, медленно подошел к напарнику и Сереге и протянул «ништяк». Мертвец перевёл взгляд на Лёху, вытянув руку в его сторону промычал:
- Пеереегоовоорыы.
Тем временем напарник вынул из нагрудного кармана фотографию и показал зомби.
- Помнишь? Это жена твоя Наташа, - пояснил он, указывая пальцем на молодую улыбающуюся брюнетку в красном платье, - а это Алёнка, дочка твоя, - сталкер переместил палец на изображение девочки лет десяти в белом сарафане и панамке.
Мертвец зафиксировал взгляд на фотокарточке, затем пальцем поочередно прикоснулся к изображениям.
- Алееенка, Наатаашааа. Яяя Сеереегаа, яяя пооомнюю. - с каким-то мягким хрипом произнёс он.
- Серега брат! - вскрикнул Голд и обнял зомби, не обращая внимания ни на состояние мертвеца, ни на запах разложения.
Странник окончательно офигел от такой встречи, выпучив глаза и открыв рот от изумления, замер с вытянутым в руке шоколадом.
- Братишка! Я ведь искал тебя по всей Зоне...! А ты тут был рядом всё это время… - Голд с трудом разжал объятия, заглядывая в погасшие глаза мертвецу, тем не менее, не отпуская его плеч, - ты не переживай, у Наташи с Аленкой всё хорошо, я им деньги каждый месяц отправляю. Они любят и ждут тебя… Слышишь …
Мертвец замер в объятьях сталкера, вслушиваясь в слова Голда такой глубиной своего изуродованного смертью и Зоной организма, что Страннику стало жутко. Ему показалось, что в этот момент исчез шум листвы в кронах над головами, отдаленное карканье ворон, даже цвета вокруг исчезли, и он, Странник, как и мертвец, видел теперь только лицо Голда, быстро и горячо говорящего что-то пришедшему, словно оправдывался, словно клялся, словно… Странник моргнул, отгоняя чужую картинку. Странный морок, который не был галлюцинацией. Странный морок Зоны, который втянул его в себя, навсегда запечатлев лицо Голда. Вот такого Голда, который горячо объясняет что-то другу, пытаясь найти в его глазах отклик, понимание или… прощение.
- Яяя меертвыый, - прохрипел зомби.
Сталкер замолчал, затем опустил руки и отошел на шаг.
- Да Сережа... - почти шепотом произнёс сталкер.
- Тыыы стрееляяй в гооолоовуу мнее, мееертвыый неельзяя к Наатаашее, к дооочкеее неельзяя. Мееертвыый ...- попросил Серега.
- Неет брат, не буду, - прошептал Голд, побледнев лицом, - ты меня столько раз спасал, как же я стрелять в тебя буду.
- Ооостааавиил, - ответил мертвец, еле слышно.
Сталкер сгорбившись, опустил голову, зажав себе рот ладонью, чтоб заглушить вырывающийся из груди крик вины и отчаяния, сопровождаемый дрожью по всему телу.
Зомби несколько секунд смотрел на муки Голда, затем медленно повернул голову к Лёхе.
- Пеереегоовоорыы, тыы стрееляяй, - протянул мертвец.
Теперь, Странник растерялся окончательно, переводя взгляд то на мертвеца, то на напарника, который серым своим лицом и синими губами, сейчас и сам не выглядел живым.
- Голд, че делать-то? - едва слышно прохрипел он, пересохшим от волнения голосом.
- Только попробуй выстрелить! - пригрозил напарник, выхватив из его ладони батончик, вложил шоколад в руку мертвеца.
Серега, тут же словно выпав из контакта, молча принялся жевать.
Голд отвёл недоумевающего новичка в сторону, потянув за локоть.
- Погоди Голд, - остановил напарника Лёха, вырывая локоть из его руки, - он сказал «оставил», я слышал. Что это значит? - спросил он, пристально взглянув в бегающие, покрасневшие от слёз глаза сталкера.
Голд не в силах произнести ни слова, медленно повернулся, шатаясь, поплёлся к бревну, с трудом переставляя, словно налитые свинцом, ноги. На него страшно было смотреть.
Червь вины, который пожирал Голда все эти месяцы, которого он пытался спрятать от посторонних, которого пытался успокоить неустанными поисками без вести пропавшего друга, наконец, вырвался наружу и теперь беспощадно карал, и калечил человека, перед присяжными заседателями в лице сталкера-новичка и мертвеца, глазами которого, он знал, на него смотрела вся Зона.
Голд присел на бревно, скрестив руки на груди, начал медленно раскачиваться словно маятник, подавая корпус тела вперёд и назад, монотонно бормоча понятные только ему слова. Странник поспешил к напарнику, присел рядом, медленно отставив ружьё подальше от сталкера.
- Голд, Голд, Голд, - в полголоса позвал он товарища, осторожно потормошив за плечо, протянул ему фляжку с водой, готовясь нанести пощечину в качестве крайней меры отрезвления.
Сталкер вернувшись в реальность, сфокусировал взгляд, принял дрожащей рукой флягу и попытался влить в себя несколько глотков воды, но поймав глазами мертвеца, поперхнулся, вытолкнув воду наружу, закашлял.
Зомби прикончив батончик, уловил белесыми глазами, стоящую на земле кружку с едой и шаркающими шагами направился к заветным углеводам, вороша лесную подстилку из слежавшихся листьев. Достигнув цели, он сел на землю, не обращая внимания на людей, продолжил трапезу, уже осмысленно вскрывая упаковку шоколада и смакуя каждый откусанный кусок.
- Я обещал… Я обещал его жене, дочке обещал вернуть его живым и здоровым. Он мне нужен был тут в Зоне. Я отпросил его у семьи, со мной в Зону. Он… Он мне сколько раз жизнь спасал, Леха! А я… Неужели я ему ни разу… - голос Голда дрогнул, он подавился чувствами и замер, опустив голову. Прозрачная капля слезы сорвалась с переносицы и, сверкнув алмазом, упала в землю. В землю Зоны. - Неужели я его… - Голд задышал тяжело, неимоверными усилиями борясь с душащими его слезами, - неужели я его ни разу не спасу, Леха?! Как быть, Алексей? Как мне быть, Странник?! Ведь он всегда… а я…
Он еще раз бросил затравленный, измученный душевными терзаниями взгляд на мертвеца. На такой страшный и прямой упрёк с того света. Голд, уже не сдерживая слёз и вот так сгорбившись, зарыдал беспомощно и по-мужски, глухо, не имея в себе сил более спрятать или утереть слёз.
- Серега… ты прости…  - сталкер встал на колени, протянув дрожащие руки к мертвецу, не обратившего никакого внимания на мольбу о прощении. Если бы можно было всё вернуть… Я бы…
- Голд, я… - Лёха сделал глубокий вдох, давая себе время, чтоб подобрать нужные слова, - я думаю... Нет, я просто уверен, что он простил тебя, только... - Странник, опустил руку на плечо напарника. - Только станет ли тебе легче после этого? Я не знаю, что тебе делать... Решать тебе...
Голд опустил руки, склонив голову, замер. Слова Странника эхом зазвучали в его голове, раз за разом повторяя «решать тебе, решать тебе, решать тебе». Он обхватил голову руками, что есть сил, прижимая ладони к ушам, но голос не пропадал, а звучал сильнее, проникая всё глубже и глубже в его сознание, словно требуя ответа... Ответа здесь и сейчас... Всё померкло в его глазах, кромешная непроглядная тьма окружила сталкера и лишь пара мёртвых глаз смотрела на него, выжидающим сверлящим взглядом... Куда бы он ни отворачивался, как бы ни старался спрятаться, взор неотступно следовал за ним, не отпуская ни на мгновение. Сталкер зажмурился, пытаясь прогнать наваждение, но открыв глаза, он увидел мчащееся на него стадо мутантов, ощутил волны нарастающего выжигающего «Выброса» и … лежащего на земле Сергея, протянувшего к нему руку в надежде на спасение…
- Брат!! – вырвалось из груди Голда, - Я иду!!! Держись брат!!!- закричал сталкер, сделав шаг на встречу, протягивая руку, пытаясь ухватить, поднять товарища, спасти от гибели, пусть и ценой своей жизни…
- Гоолд!! Очнись!!! - отчаянный призывный крик прервал видение, когда считанные сантиметры разделяли Николая и Сергея, возвращая сталкера в реальность.
Перед глазами Голда вновь появились цветные картинки леса и перекошенное от испуга лицо Странника.
- Я всё понял… я все понял Лёш, спасибо тебе, - прошептал Николай, тяжело дыша. Невооруженным глазом, по пульсирующей дрожи, проходящей через все его тело, было видно, как бьется его заходящееся в истерике сердце. - Я всё исправлю ... Теперь моя очередь спасти тебя брат, - сказал он, взглянув в холодные отрешенные глаза мертвеца.
Алексей облегченно выдохнул, утерев капли выступившего на лбу пота, ведь только что напарник отключился от реальности, став белым словно мел, ни крики, ни удары по холодным, нет ледяным, щекам не помогали вернуть его в чувство. Открытые глаза сталкера, с расширенными до предела зрачками, смотрели в глаза зомби, который словно по щелчку, отбросив пищу, переключил своё внимание на человека, ловя каждый короткий вздох, каждое его слово.
- Голд, завязывай, - охрипшим голосом потребовал Странник. - Ты со своими приходами меня до инфаркта доведёшь.
После чего он поднял с земли свою, почти опустевшую флягу и попытался вылить остатки воды в пересохшее горло. Оставшейся воды хватило лишь на пару небольших глотков, Странник, отыскав глазами флягу напарника, оставленную на бревне во время трапезы, и с молчаливого согласия Голда, наконец, смог полноценно утолить жажду и смочить саднившее от криков горло, от чего он облегченно выдохнул, протянув флягу владельцу.
- Так чего теперь-то делать будем? Куда твоего друга девать? В лагерь нас с ним точно не пустят, или того хуже порешат ещё на подходе. - обозначил проблему Михайлов.
- Это верно, - задумчиво ответил сталкер, - если будет сильный «Выброс», то Серега присоединиться к «Гону» и пойдет к периметру, а там …
- А там военные разнесут его на клочки, - продолжил за него Алексей. - Может спрятать? А потом, ну, когда придумаем, как его оживить выпустим, как тебе идея?
«Придумаем», - повторил Николай, повернулся к напарнику и посмотрел в его глаза. - Ты сказал, придумаем? Мы?
- Конечно мы, я и ты. Да что с тобой? - удивленно произнёс Странник. - Друзья обычно помогают друг другу. Разве нет?
- А тебе много помогали в жизни? - задал встречный вопрос Голд.- Ты же в Зону пришёл из-за денег.
Михайлов помрачнел.
- Немного, почти никто, но, когда наступали самые тяжелые времена, и я готов был озлобиться на весь мир, мне помогали, совершенно не знакомые люди … Пусть это были мелочи для них, но для меня, тогда это было спасение. Вот и я помогаю. Может это и звучит по-дурацки, а может и я дурак…- с улыбкой ответил Лёха. – Делать-то чего будем? Может схрон какой соорудим? Или вон в твоей землянке спрячем? Гоолд, чего ты опять замолчал?
- Ты прав… - отвлекшись от мыслей о сказанных напарником словах, ответил Николай. – И ты далеко не дурак… Схрон – это дельное предложение, - сказал он, оценивая вариант напарника как самый приемлемый. Взглянув на мертвеца просветлевшим взглядом, который уже уничтожил шоколад и галеты и с интересом рассматривал полуистлевшую сигарету, вероятно уловив исходящий от неё аромат шоколадной пропитки. – У тебя шоколад ещё остался?
- Есть, - кивнув, ответил Странник, - штук 5 ещё будет.
- Значит, сделаем так – обвяжем Серегу тросом за пояс, будешь идти впереди и если надо тащить его, а я веду вас до своей землянки. - выдал план действий сталкер.
- А шоколадом манить значит надо будет, - сообразил Михайлов.
- Именно так, - подтвердил Голд, - Да и сделай ты уже что-нибудь со своим детектором, а то из него скоро дым пойдёт.
Действительно в горячке недавних событий, Лёха просто не обращал внимания, на вибросигналы ПДА. Детектор жизненных форм, обнаружив мертвеца, периодически оповещал своего владельца об опасности, не получая отклика о прочтении. Странник задал программе команду не реагировать на волны, отражённые от зомби, а также обнаружил одно непрочитанное сообщение, отобразившееся иконкой конверта в левом верхнем углу экрана, на которую он поспешил нажать. В выведенном на экран коротком тексте сообщения от Дока, было лишь 5 слов: «Есть результат, подробности при встрече».
- Док отписался, - сообщил он напарнику, показав сообщение.
Сталкер пробежал глазами по тексту, молча кивнул, не выказав при этом каких-либо эмоций, лишь принялся шарить в своём рюкзаке в поисках троса. Обнаружив искомый предмет, Голд встал и обвязал один конец на поясе мертвеца, затем присел и с улыбкой смахнул с лица Сереги остатки табака.
- Брат, мы тебя спрячем. Так надо, понимаешь? Побудешь у меня в землянке, еды мы тебе оставим, потом ещё принесу. Надо идти… Понимаешь? - попытался объяснить Голд свои намерения. – Это, - указал он на трос, - чтоб ты не потерялся. Я долго тебя искал и не хочу потерять снова. Ты пойдешь со мной?
Сергей смотрел на человека, немного наклонив голову в сторону, очевидно пытаясь осмыслить сказанные ему слова.
- Иидтии, - прохрипел мертвец, поднявшись с земли, рефлекторно поднес запястье левой руки на уровень груди и принялся очищать от грязи и налипших листьев ПДА, намереваясь проложить маршрут.
- Брат, я поведу, мне свой ПДА отдай. Я проводник, - попросил Голд.
Мертвец отвлекся от своего занятия и медленно вытянул руку с разряженным гаджетом, ремешки крепления которого свободно ходили по иссохшей руке зомби, что позволило сталкеру, не прилагая особых усилий стянуть ПДА.
- Вот и славно, - сказал Голд, - Доку отдадим, может, оживит машинку. Я впереди пойду, так быстрее будет, а ты с Серегой за мной. Будет тормозить, мани шоколадкой, - обратился он к напарнику, еще раз напомнив порядок действий и вручив свободную часть троса.
Странник кивнул, рассовав батончики по карманам, принял поводок. Однако на деле всё оказалось не так просто, мертвец то и дело спотыкался и падал, что, несомненно, не прибавляло скорости сталкерам. Несколько раз зомби останавливался, указывая рукой влево или вправо по пути следования группы, и не двигался до тех пор, пока Голд не смещался в противоположную сторону, корректируя маршрут. Только после того, как Серёга, остановившись в очередной раз, указал на макушку впереди стоящего дерева, с свисавшим с его ветвей пучком «Жгучего пуха» всё встало на свои места.
«Вон оно как… Чувствует аномалии оказывается», - мысленно сделал вывод Странник и судя по удивленному выражению лица Голда, стало понятно, что он сделал аналогичное умозаключение.
К полудню сталкерам все же удалось достичь намеченной цели. Хозяин осмотрел землянку, выложив имевшиеся там остатки продуктов на стол. Туда же перекочевали запасы из рюкзаков сталкеров. Всё имевшееся в убежище оружие - двустволка Странника, пара пистолетов Макарова, патроны к ним и даже противопехотная мина, предусмотрительно было убрано на поверхность. После всех приготовлений, мертвец обрел своё убежище, которое должно было уберечь его от встреч с мутантами, сталкерами и самое главное спасти от последствий «Выброса».
- Лёш, погоди снаружи, - попросил Голд, снимая трос с пояса друга.
Странник понимающе кивнул и покинул землянку. Выбравшись наружу, он подобрал своё ружьё и пистолеты, однако зеленую прямоугольную коробку с надписью: «К противнику» на выпуклой стороне он трогать не решился. По прошествии десяти минут, Голд вылез наружу, захлопнув крышку лаза. Для верности напарники привалили вход несколькими бревнами и закидали ветками и листьями. Затем Николай подобрал мину, закинув ее в рюкзак, повел напарника обратно в лагерь.

Глава 9. Сборы
По возвращении в «Деревню новичков», по настоянию Странника, напарники отправились прямиком к технику. Док расхаживал по мастерской, сложив руки за спину, целиком находясь в раздумьях, и не сразу заметил осторожно вошедших сталкеров. Только когда Голд тактично покашлял, известив Дока, что он больше не один в помещении, техник повернулся и на несколько секунд расплылся в радостной улыбке.
- Ну что же вы товарищи, я жду вас битый час, - произнес Док, поочередно протянув руку напарникам для приветствия.
- Док, ты извини, дела были, - сухо ответил Голд, пожимая руку техника. – Вот, тебе сразу, горячее. Взгляни, сможешь оживить? - спросил он, вынув из кармана ПДА мертвеца.
- Прибор в удручающем состоянии, - с сожалением ответил Док, оценив гаджет, - но эта моделька славится своей живучестью. Критических повреждений нет. Я сделаю всё от меня зависящее.
- Выручи, это очень важно для меня. Плевать на железо, главное информация! - взмолился сталкер с едва заметной дрожью в голосе.
- Дорогой вы мой, я же сказал, что сделаю всё возможное. Если мне удастся достать хоть мегабайт информации, я незамедлительно дам вам знать и отправлю все полученные файлы вам на ПДА. - заверил техник.
- Спасибо Док, - облегченно выдохнув, ответил Голд, - Так что там с нашим артефактом?
- Вы знаете, товарищи, - деловито начал техник, запирая входную дверь на замок, - артефакт, что вы нашли уникальный. Я, наверное, не сделаю для вас большого открытия, если скажу, что в основе изучения артефактов лежит способ люминесцентного анализа.
Лёха, хотел было кивнуть, услышав знакомое слово «люминесцентного», однако поразмыслив, решил воздержаться, опасаясь того, что Док начнет с ним диалог, поддержать который, сталкер, скорее всего, будет не в силах.
- Как вы успели заметить в силу своей профессии, аномальные образования, в большинстве своём, испускают свет определенной цветовой гаммы и частоты импульсов.
- Есть такое дело, - подтвердил Голд.
- Так вот, спектрограмму свечения вашей «Ягоды», которую я получил благодаря собранному мной люминоскопу, - не без гордости сообщил техник, подойдя металлической коробке с встроенным окуляром, - я сравнил с присланными мне спектрограммами всех известных артефактов. Есть определенная таблица, где все найденное систематизируется по ряду признаков. Какого же было моё удивление, когда я нашел схожие колебания световых волн вашего артефакта с волнами артефактов как гравитационного, так и химического происхождения. Ваш артефакт дает начало целой новой группе артефактов. Это, несомненно, более чем важная находка. Это целое новое направление! - техник возбужденно протёр вдруг запотевшие очки. - К вышесказанному могу добавить, что фоновое излучение, даже в состоянии стресса, то есть активного свечения и вибрации, не превышает предельно допустимых значений опасных для человека.
- И как это понимать? Что «Ягода» делает-то? – спросил Странник.
- Не берусь делать однозначные выводы, - уклончиво ответил техник, - у меня слишком мало исходной информации. Я не знаю, при каких обстоятельствах вы обнаружили данный артефакт. Нет описания и характеристик аномалии, породившей данное образование, - с сожалением сказал Док, - Но могу вас обрадовать, ваша находка уже наделала много шума в научных кругах и коллеги из научного центра на «Янтаре» готовы предложить солидную сумму.
- На сколько солидную? – уточнил Голд.
Техник внимательно посмотрел серыми глазами поверх очков на Голда, возвращаясь мыслями к не самому интересному для него вопросу о денежной оценке артефакта.
- На столько, - техник вырвал листок из своего блокнота и, не отрывая ручки, вывел цифру с приличным количеством нулей, - хочу заметить, что это не окончательный вариант. Поскольку, артефакт принадлежит вам, и на данный момент он уникален, я, положа руку на сердце, могу озвучить максимально известную мне сумму при таких условиях. Вы же понимаете, наука не может позволить себе, чтобы подобный экземпляр был для нее утерян. Поэтому сумма будет варьироваться в зависимости от дополнительной информации, которую я обозначил ранее. Поймите, любые сведения сэкономят время и позволят более точно определить свойства объекта исследования, а это тоже стоит денег, а в условиях Зоны, всегда не малых, - пояснил Док. - Это новый артефакт и ничего подобного за десятки лет существования Зоны еще не обнаружено, и для науки, это крайне перспективное явление.
Голд несколько секунд изучал бумажку с цифрами, которую пододвинул к нему Док. Его глаза расширились, а дыхание на секунду остановилось. Странник, стоявший рядом, прикусил губу и невольно застонал, стараясь справиться с позывом что-то начать говорить. Это ему удалось и пауза, которую вынужденно сделали сталкеры, была совершенно не наиграна. Док, тем временем чуть склонив голову, смотрел сквозь бумажку, продолжая думать о чем-то другом.
- Если я тебя правильно понял, у нас сейчас карт-бланш? – оторвав взгляд от гипнотических нулей, заключил, Голд.
- Именно так, - подтвердил техник.
- А где гарантия, того что, получив информацию об аномалии, твои коллеги, просто на просто, не наймут других сталкеров для поиска артефакта заплатив им копейки, и оставив нас с носом, - резонно спросил Голд, зная, как могут вестись дела в Зоне. – Нам тоже нужны гарантии.
- Это справедливое требование, - вынужден был признать Док. - Но здесь ради науки, мы, то есть мои коллеги на «Янтаре», можем оплатить вам всю сумму, после того как они перепроверят его в своих специализированных лабораториях, и если мои выводы подтвердятся, то оплатят еще столько же заранее, за всю известную вам информацию, которая позволит повторно найти подобные артефакты.
- Нам надо подумать, - решительно заявил Голд и потолкал так и не пришедшего в себя Лёху к выходу.
- А-а-а… - растерянно подал голос Док, видя, как сталкеры зашевелились в сторону выхода, самостоятельно открыв замок, оставленным в замочной скважине ключом.
Миновав коридор, оба сталкера вышли под прохладное небо Зоны, всем телом ощущая жар, ставшей вдруг горячей кожи под броней. Несколько секунд Голд крутил головой, убеждаясь, что никто их не подслушивает, затем развернулся к Лёхе, который выкинутым на берег карасем хватал воздух, одновременно трясущимися руками пытаясь открутить крышку с пустой фляжки. Однако вспомнив, что вся вода была израсходована еще в лесу, он жестом попросил флягу у напарника и сделав несколько глубочайших глотков, одновременно даваясь и кашляя, он вернул фляжку Голду. Сталкер выдохнул в сторону, словно собираясь махнуть пол стакана водки, и тоже приложился к фляжке.
- Хррре-е-на се! – вырвалось, наконец, у Михайлова, чьи глаза все еще были округлёнными примерно, как нолики на бумажке.
- Ага… - подтвердил Голд, - тут ты прав, Странник. Крепко тебя Зонушка любит…
- Почему меня?  - растерялся Алексей.
- Я-то почем знаю, Странник? - выдохнул Голд. – Давай думать.
- А что думать-то, Голд? Пошли на Янтарь?! – возбудился новичок.
- Тиха. Такие дела с кондачка не решаются. Давай курить, - серьёзно сказал сталкер и сел прямо на крыльцо, доставая пачку сигарет. Лёха сел рядом, не понимая, чего тут еще думать. – Будешь? – предложил ему Голд.
- Не… - отрицательно потряс головой Странник. – По здоровью.
- Да? – удивленно и без особого интереса переспросил Голд и, пыхнув дымком, затянулся, уйдя в себя, медленно выпуская струйки дыма из носа.
Странник терпеливо ждал, когда уголёк сигареты подберется к фильтру и сладковатый дым, относимый в сторону, перестанет изредка заглядывать к нему в лицо. Но после первой, Голд достал вторую и раскурил ее от бычка, продолжил дымить, совершенно не меняя положения.
- Ну, чего там Голд? – нетерпеливо спросил Странник, не в силах выдержать второй сигареты.
- А… не терпится? – отстраненно переспросил очевидное Голд, по прежнему глядя в одну точку. – Ну, вот послушай, что я думаю… Последние дни, вот как ты тут появился, все как будто ускорилось. Что ни день, то авария, оно конечно все благополучно закончилось, но не закончилось…
- Мм-м… - неопределенно поддержал Голда Странник, не зная, как реагировать на такое.
- А сегодня, вообще, Зона за мной пришла и тебя тоже к себе зовет,… видишь, как настойчиво. Ты бы не радовался так, сталкер.… Тут просто так ничего не дается… у всего своя цена. Не деньгами, Зоне это не надо. Это нам деньги надо… в начале, а потом они уже ни к чему, - уверенно сказал Голд.
Странник задумался. Действительно, все выглядит так, как будто специально отрезают все ходы, оставляя лишь один путь, дальше вглубь Зоны. И даже артефакт не то чтобы редкий, а вообще впервые найденный ему в руки дали, не бесплатно конечно, чуть не умер он там, если бы не напарник.
- И мне дорожку Зонушка стелет, ждать не велит, - продолжил Голд, прислушиваясь к чему-то внутри. – Но и вернуться мне судьба, это тоже факт. Ждут же меня теперь тут. Сам знаешь кто. Вот как вернуться, как мой братишка или живым? Не знаю… как скажет, так и вернусь.
- Ну… ну, значит, идем? – оживился Лёха.
Голд посмотрел на него прозрачным взглядом, усмехнувшись.
- Молодой ты еще, Странник. Не знаешь, куда стопы направляешь. Там тебе не здесь, там – это там. Всего-то два километра разница, а по ощущениям уже все другое будет и трава, и небо, и воздух. Увидишь - не забудешь, - Голд вздохнул, докуривая вторую.
- Ну, хорошо, воздух другой, трава. Что ж такого, увидим, посмотрим, - согласно кивнул Алексей, ожидая, когда его напарник начнет подниматься.
- Не дойдем мы так просто, Странник. Зона дураков не любит, не кидайся на блёсточку, как щука на блесну, думай спокойно, - посоветовал Голд, выкинув окурок и сделал несколько глотков из фляги. – Нам охрана нужна, но говорить точно, зачем и почему нельзя, понимаешь почему, - спросил он.
- Конечно, ну так мы и не скажем, - утвердительно кивнул новичок.
- Само собой, что не скажем. Но поверь, тут не только у сталкеров чуйка на артефакт, но и у других, товарищей, которые нам вовсе не товарищи, тоже есть чуйка на хабар. И вот им то мы при всем нашем с тобой желании, отказать не сможем. Поэтому с голым задом на точку не пойдем, для этого у нас Волк есть и его бойцы.
Лёха, который только что отошел от эффекта круглых глаз, снова округлил глаза.
- Ты думаешь, Волк, тут только и делает, что молодь оберегает? – усмехнулся Голд. – Этот, - сталкер понизил голос, - Волчара, совсем не простой…. Это он с нами тут в песочнице сидит, играет, а район под ним и команда такая, что и в «Припяти» могут пару домиков зачистить, и в «Рыжем лесу», с часик продержаться и прикроют, если оплатят как надо.
- Да…? – зачарованно и изумленно прошептал Странник.
- Да. Только одно условие у него, деньги вперед. И деньги не малые. На нас двоих, примерно..., - Голд прикрыл один глаз и посмотрел в вверх, словно хотел прочитать цифру в низколетящих серых облаках. – Примерно пятнадцать процентов от суммы, которую мы оба с тобой видели.
- Так, где ж мы её возьмем? - расстроился Михайлов.
- Это уже моя проблема, Странник. Ты свое дело сделал от начала и до конца. С такого новичка как ты уже и спрашивать тут не чего, дальше только моя очередь. Решим, - Голд выдохнул и решительно поднялся.
Вслед за ним, расторопно встал и Странник, жадно вглядываясь в просветлевшее лицо напарника.
- Куда щас? – пытаясь угадать ход мыслей, спросил он. – К Доку или к Волку?
- К торговцу, пёс его задери, - негромко сказал Голд. – Отопрем кубышечку…
Напарники, взяв курс на бункер Сидоровича, быстрым шагом поспешили к западной окраине лагеря. Как только силуэты сталкеров скрылись в серой дымке наступающих вечерних сумерек, из-за угла здания появилась невзрачная худощавая фигура слушателя, человек поднял еще тлеющий окурок и сделал пару затяжек, стараясь подольше удержать дым от дорогого табака в лёгких.
- Шикарно живёшь, рыжий, - зло прошептал слушатель, бросив окурок на землю, затем сплюнул и поспешил в противоположную сторону.
Двери бункера были уже закрыты, однако данный факт нисколько не смутил полного решимости Голда.
- Сидорович, открой, дело есть, - сказал он, зажав кнопку вызова на панели переговорного устройства, сверля взглядом объектив направленной на сталкеров камеры. Раздался уже знакомый щелчок отпирания электронного замка, сопровождаемый монотонным писком зуммера. Напарники вошли в бункер и через несколько секунд уже стояли перед торговцем.
- Что приперлись под вечер? Бумага туалетная закончилась? – с недовольством спросил барыга, отхлебнув глоток чая из стоящей на столе керамической кружки.
- Шлем нужен, - прямо в лоб выпалил Голд, пристально взглянув в одутловатое лицо торговца, - видел, есть он у тебя, - сказал сталкер, указав кивком головы на приоткрытую дверь в соседнее помещение, за спиной старика.
Сидорович совершенно не ожидавший такой опрометчивости от опытного сталкера, готовясь к жаркому торгу, опешил, пытаясь определить, в чем кроется подвох.
- Ты знаешь, деньги у меня есть, - продолжил Голд, не дожидаясь ответа барыги, - сколько хочешь? - наседал он.
Торговец, чувствуя крупный навар, деловито прокашлялся, затем сделал еще один глоток, давая себе время, чтоб еще раз всё взвесить и не прогадать с суммой.
- Экий ты прыткий, ввалился на ночь глядя, шлем ему подавай, - начал Сидорович в привычной для себя манере, пытаясь прощупать сталкера. - Ты хоть знаешь, что это не просто котелок, а усовершенствованный броне шлем с встроенной…- но, не успев договорить, был прерван Голдом.
- Пси защитой, - продолжил Николай, заученным текстом, - электронным забралом из пулестойкого стекла, синхронизируется с любым типом экзокостюмов, разработан 2 года назад для подразделений Министерства Обороны, выполняющих спец. задания в условиях Чернобыльской Зоны Отчуждения. Мне продолжить? - совершенно спокойно спросил Голд, глядя на ошарашенного торговца, которого удивить чем бы то ни было практически невозможно.
- Ну, раз ты сам всё знаешь, то цена в 200 тысяч тебя не должна смутить, - как можно спокойней произнес барыга, внимательно отслеживая реакцию сталкера.
- Идёт, - не торгуясь, согласился Голд, чем вызвал приступ паники у Сидоровича.
Торговец оставался в большом плюсе, и совершенно точно был рад избавиться от шлема, который, несмотря на свою редкость и функциональность, отпугивал местного покупателя своей ценой. Кроме того, шлем уже давно стоило продать, поставщик ждет. Но не это сейчас волновало старожилу Зоны, он нутром чувствовал, что что-то важное сейчас происходит на «Кордоне», и это важное происходит без его ведома и участия, а это означало, что он не владеет ситуацией, то есть сдает свои позиции. И тот факт, что только что сталкер цитировал инструкцию к шлему с грифом «Секретно», только подливал масла в огонёк сомнений, начинавший разгораться в голове барыги.
- Ещё нужен, автомат Калашникова 5.45 в масле, магазины, разгрузка, патроны, гранаты РГД и Ф-1, подствольный гранатомет 25 - ый, ВОГи к нему, штук 5, обувь, фильтры, продукты на трое суток на двоих, - сталкер сделал паузу, примерно подсчитывая сумму покупки, - шоколада, сколько у тебя есть?
- Коробка осталась, через два дня ещё будет, - ответил Сидорович, записывая перечисленные Голдом покупки. - На войну что ли собрался? Патронов сколько?
- Ага, на войну с контрабандистами, - улыбнувшись, пошутил Николай, - 60 обычных, 60 бронебойных, а шоколад весь заберу и 150 тысяч наличкой.
Торговец переменился в лице, опустил очки на нос и пристально взглянул в глаза сталкера, затем перевел взгляд на стоящего позади, ошалевшего от услышанных сумм Странника, пытаясь прочесть на лице новичка хоть какую-то ясность от происходящего.
- 37 тысяч, - мрачно сказал Голд, подсчитав остаток от своих сбережений.
Барыга, тяжело вздохнул, застучал по потертым клавишам старого калькулятора, подбивая сумму заказа, затем поднял голову и кивнул, подтвердив расчёты Голда.
- Отправь 35,- распорядился сталкер, - адрес у тебя есть, две тебе за беспокойство.
- Сделаем, - ответил торговец, тяжело поднимаясь со стула, и пошел собирать заказ.
Собрав всё необходимое, Сидорович направился в соседнее помещение, достав из кармана брюк массивную связку ключей, звоном которых привлек внимание Голда, заставив его оторваться от осмотра автомата.
- Сидорович, - окликнул барыгу сталкер, - шлем и наличку я завтра заберу, у тебя целее будут.
- Как хочешь, - ответил торгаш с облегчением, - могли бы тогда и завтра прийти. Нет же, надо под вечер. Как снег на голову свалились. Не жалеете старика. – заворчал он, возвращаясь к столу. - Ну, всё проверил?
Голд кивнул.
- Тогда поторапливайтесь и выметайтесь. Мне отдыхать давно пора. Чего стоишь глазами лупаешь? - прикрикнул торгаш на Лёху. - Помогай, давай напарнику!
Странник, опомнившись, снял с плеча ружьё, затем скинул ремень автомата, висевшего на его шее, и принялся рассовывать оставшуюся часть заказа в свой полупустой после ходки рюкзак.
- Обвешался как ёлка новогодняя, - ворчливо подметил Сидорович, - за 2 тысячи заберу «пукалку» твою, - предложил он, указав припухшим пальцем на двустволку.
Алексей, на секунду задумавшись, припоминая, что приобретал его в два раза дороже, решил принять предложение, тем более что лишние килограммы ему действительно теперь ни к чему.
- 3 тысячи и патронташ забирай с десятком патронов, - озвучил свои условия новичок, надеясь хоть немного отбить потраченные деньги, просунул оружие торговцу между прутьев решетки.
Старик начал осматривать товар придирчивым взглядом, переломив ружьё и вынув патроны, повернулся на свет и заглянул в каналы стволов, оценивая их износ, недовольно покачивая головой. Затем вернул стволы в изначальное положение и поочередно нажал на спусковые крючки, прислушавшись к щелчкам ударно-спускового механизма.
- Ты что им дрова колол? - с укором спросил старик, указывая на скол у самого носка приклада.
- Не, голову слепой собаки, - смутившись, ответил новичок.
- 2500 за всё, если не устраивает, неси к Доку, может он на запчасти и возьмёт. - предложил окончательную цену торгаш.
Странник посмотрел на напарника, поняв по его кивку, что большего ему не выторговать, с сожалением вздохнул.
- Идёт, - махнув рукой, согласился он.
- Кто ж тебе такой хлам продал? - с издевкой спросил Сидорович, отсчитывая нужную сумму.
- Тогда не до жиру было, на что хватило, то и взял, - с недовольством буркнул новичок. - Воды лучше чистой на эти деньги дай литров пять.
- И две кобуры под пистолет Макарова с парой магазинов, - дополнил заказ Голд.
Лёха кивнул в ответ на вопросительный взгляд торговца, подтвердив слова напарника.
- Как раз на 2500, - сообщил Сидорович, сунув листок с ценами клиенту, на что сталкер вздохнув, вынужден был согласиться.
Вскоре покупки были рассованы по рюкзакам и сталкеры поспешили покинуть бункер.
- Голд, - окрикнул сталкера барыга, - ты помалкивай, у кого шлемом обзавелся, они на спец. учете, номерные.
- Знаю, - ответил Николай, - не беспокойся и спасибо тебе…
- Да иди уже, - ответил старик, отмахнувшись рукой.
Сумерки окончательно вступили в свои права, окутав лагерь серо-голубой дымкой, возвещая обитателям «Кордона» о скором приближении ночи, призывая искать себе надежное убежище или же готовиться к ночной охоте. Отдаленный вой созданий Зоны был хорошо слышен в округе в этот пока еще не остывший безветренный вечер. Все реже раздавалось карканье стаи ворон, устроившейся на ночлег поближе к людям, вероятно рассчитывая на безмятежный сон. Повсеместно стали видны короткие вспышки сталкерских фонарей, которые блеском выдавали своих владельцев, занимающихся последними приготовлениями ко сну или же веселому продолжению вечера. Первые тусклые бледные огоньки звезд едва-едва стали уловимы в разрывах, плывущих по небу перистых облаков. В воздухе витала безмятежность и спокойствие смешанных с запахом дыма от костров и буржуек. Идущий впереди Странник невольно залюбовался этим на редкость красивым пейзажем, вдыхая полной грудью, бодрящий своей прохладой воздух Зоны, даже тяжесть набитого до отказа рюкзака за спиной новичка была приятной в этот момент, хоть лямки и давили на плечи, оттягивая корпус тела назад.
Залюбовавшись видом Лёха, не сразу заметил семенящего легкой рысью на встречу сталкера, едва не столкнувшись с ним на узкой тропинке, ведущей к укрытию торговца.
- Здорова, мужики! - ничуть не смутившись, поприветствовал напарников сталкер.
- И тебе не хворать. К Сидоровичу, что ль спешишь? - ответил Голд. – На сегодня приём окончен. Старый спать собирался.
- Эх, а я-то думал, успею, в ходку собирался, а патронов с пяток осталось только, - с сожалением вздохнул незнакомец, почесав затылок.
- Ну, иди, попытай удачу, может и откроет, - обнадежил новичка Странник, уступая дорогу.
Сталкер кивнул в ответ и поспешил к бункеру, поправив ремень старенького ружья на плече, опустив глаза поравнявшись с Голдом.
- Голд, ты чего? - отвлек его Алексей.
- Да так ничего… Топай, давай, еще к Волку заскочить нужно… - ответил Николай, продолжая, о чем-то размышлять.
Напарники продолжили путь, выйдя на дорогу, поспешили, к видневшемуся у штаба лагеря, костру, откуда уже доносились разговоры и смех подоспевших на огонёк новичков, сопровождаемый звоном металлических кружек и легким перебором струн гитары, разминавшего пальцы Музыканта.
У костра Волка не оказалось. Старшим в этот раз был заступивший в ночную смену Шериф. Голд подошел к столу, обменявшись приветствиями с руководителем посиделок, перекинулся с ним несколькими фразами, очевидно выясняя местонахождение Волка. Выслушав сталкера, Шериф связался с Волком по рации и сообщил о предстоящем визите напарников.
Стоящий в стороне Лёха с удивлением обнаружил группу из трех новичков, возглавляемых Доком, отдающим взволнованным голосом распоряжения. Группа курсировала по дороге в свете фонарей сталкеров, останавливаясь у подходящей, по мнению предводителя, лужи и черпала воду, затем переливая ее в стеклянные колбы.
- Ты смотри-ка, соображает Док, - подметил незаметно подошедший Голд, присоединившись к наблюдению.
- А теперь к колодцу, - послышался голос Дока, - умоляю быстрее товарищи, у меня слишком мало времени…
- Может тогда забрать? - неуверенно предложил Странник, взглянув лицо напарника. - А то ведь докопается и наша запись гроша ломанного стоить не будет.
- Пусть колдует, мы же сами не всё знаем, - покачав головой, ответил Голд, – поверь, мало кто в Зоне решится повторить твой подвиг даже за очень большие деньги. –успокоил напарника сталкер. - Пойдем, Волк у себя, ждёт уже. - сообщил он и зашагал к зданию бывшего сельсовета.
В кабинете, склонившись над картой «Кордона», стояли Волк и недавно вернувшийся из разведки Фанат, который двигая указательным пальцем по карте, делал пояснения по маршруту своей ходки. Звук приближающихся шагов, раздающийся в коридоре, а затем и тактичный стук в дверь, заставили Фаната прервать доклад и перенести своё внимание на вошедших Голда и Странника.
- Волк, извини за поздний визит, дело важное, до завтра никак, - начал с порога Голд.
- Ну, раз важное то проходите, присаживайтесь, - пригласил Волк напарников, присев на свое место во главе стола. – Не иначе как в ходку собрались, - предположил он, окинув наметанным глазом, набитые рюкзаки сталкеров и висевший на плече Голда автомат Калашникова.
- Так и есть, к ученым на «Янтарь», посылку важную доставить, - подтвердил Голд, нисколько не удивившись прозорливости Волка.
- Давай ближе к делу. Я так понимаю, вы не за благословением к нам пришли. Что от нас-то нужно? Оружие? Проход через армейские посты? - взял деловой тон ветеран.
- Сопровождение и охрана, - ответил Голд. - Я в те края давно не выбирался, да и связи все подрастерял, случись какой форс-мажор, мы вдвоем не отобьёмся, тем более Странник зелёный совсем. Волк, ты сам знаешь, как по средней Зоне с новичком ходить, поэтому к вам и пришли.
- Всё верно, чем дальше в Зону, тем страшнее звери, - согласился Волк, переглянувшись с Фанатом, - только тут не благотворительный фонд и за просто так ни я ни мои парни головы подставлять не станем.
- Это само собой, за даром погулять и речи не было. 150 тысяч, - озвучил сумму Голд. – Если согласны, то завтра деньги будут лежать на твоём столе.
Волк одобрительно хмыкнул, лёгким жестом аккуратно пригладил брови большим пальцем открытой ладони, поймав взгляд Фаната, еле заметно кивнувшего ему в знак согласия с озвученной суммой.
- Погоди, Голд, - вмешался он, с разрешающего взгляда Волка. – Давай в чистую. Колись, кому дорогу перешел? «Долг»? «Свобода»? Или наёмникам насолил? Деньги-то не малые, – задал резонный вопрос сталкер.
- Фанат, ты не первый год в Зоне, скажи сам, разве 150 тысяч за две жизни — это разве много? В гробу карманов нет… - парировал Голд. – А насчет группировок будь спокоен, со всеми ровно. Волк, да ты и сам за 10 минут мои слова проверить можешь, - сказал сталкер, указав кивком головы на ПДА ветерана.
Фанат пристально посмотрел в глаза Голда, затем перевел взгляд на новичка, осознав, что доля правды в словах сталкера всё же есть. Ведь он и сам рисковал собой бессчётное количество раз, вытаскивая новичков из передряг, в которые они умудрялись вляпываться с завидной постоянностью, и опасения Голда с этой точки зрения были вполне логичны.
- Я так понимаю посылка важная? Что в ней меня не интересует, - заверил Волк. – Если бы к нам пришел кто-то другой, я бы подумал, что это подстава, и мы бы в течение 10 минут развязали языки злодеям, но с тобой я знаком давно, да и Странник сомнений не вызывает. Так что…- он на секунду задумался, глядя на разложенную, на столе карту, - мы в деле, но выбор маршрута и состав группы остаётся за мной. Идет?
- Волк, если бы на твоем месте был кто-то другой, то этот разговор никогда бы не состоялся. Идет, - подтвердил Голд.
Все присутствующие рассмеялись, на лицах сталкеров появились улыбки и только Лёха, до этого напряженно следивший за нитью разговора, никак не мог разжать булки. Порядком набеспокоившись, он, хоть внешне и пытался показать спокойствие, полностью положившись на напарника, пребывал в напряженном оцепенении, пока не услышал однозначного ответа.
- Когда выход? - перестав улыбаться, уточнил Волк.
- Послезавтра, думаю достаточно для подготовки. Завтра к вечеру еще утрясем детали. – заявил Голд. - Деньги будут не раньше завтрашнего утра, сам понимаешь, такую сумму с собой не носят.
- Годится, - подытожил Волк, протянув Голду руку.
Лёха, наконец-то, облегченно выдохнул, когда напарник уверенно пожал руку ветерану.
«Все-таки хороший жест — это рукопожатие», - думал Странник. «Слова словами, а вот пока руку не пожмешь, вроде, как и точка не поставлена… Надо же… вроде бы такая мелочь, а какие дела за ней стоят».
Погрузившись в некоторое откровение, которое вдруг снизошло на него за этим столом, он автоматически прошагал на выход, следуя за крепкой спиной Голда, на свежий сыроватый воздух Зоны, с запахом зелени, приятным живым запахом сырой земли, дымка; и нарастающим шумом людских голосов.
Сталкеры вышли на улицу. Лёха, взглянув на экран своего ПДА, с удивлением отметил, что встроенные в гаджет часы показали 21.00. Вечерние сумерки плавно утяжелялись темнеющим небом. У костра народу заметно прибавилось, свободных мест за столом уже не было, поэтому сталкеры рассаживались прямо у разгоревшегося в полную силу костра, используя в качестве стульев старые ящики и чурки. Другие бродяги, особо не заморачиваясь, сидели на корточках и лишь периодически подходили к столу, чтоб поддержать очередной тост или перехватить, чего-нибудь пожевать. Гул разгоряченной компании постепенно стал стихать, когда Музыкант, взяв в руки гитару, под размеренный бой затянул очередную песню, слова которой были знакомы каждому из собравшихся у костра.
Если друг оказался вдруг
И не друг, и не враг – а так…
Если сразу не разберёшь,
Плох он или хорош,
Парня в горы тяни – рискни!
Не бросай одного его,
Пусть он в связке одной с тобой,
Там поймёшь, кто такой.
Лёха незаметно для себя стал беззвучно подпевать, шевеля одними губами. Постепенно он погружался в уютную спокойную атмосферу внутренней уединенности, подкрепляемой треском горящих поленьев и светом пламени. Опустившаяся на плечо рука напарника, заставила его вернуться из приятного состояния отрешенности к реальности. Странник обернулся, увидев помрачневшее лицо, с еле заметным подёргиванием верхнего века правого глаза, Голда, сжимавшего до бледноты костяшек ремень оружия.
- Пойдем, готовиться надо, - сдерживая дрожь в голосе, сказал Голд.
Михайлов кивнул в ответ и пошел в след за напарником, только теперь осознавая, какой смысл несли для Голда строчки этой песни.
Вернувшись в погреб Голд принялся разбирать рюкзаки, а Странник растапливать печь.
- Голд, а откуда ты столько про этот шлем знаешь? Там в бункере ты сказал, что для специальных подразделений создавался. Выходит, ты сам из этих? - задал давно назревший вопрос Странник.
- Из военных сталкеров, - ответил Голд, присоединив подствольный гранатомет к автомату, с характерным металлическим щелчком фиксатора, – в отставке, - уточнил он.
- А Серега? - продолжил Лёха.
- И он тоже.… Давай не будем об этом. Достаточно того, что ты знаешь. Тут некоторые военсталов, даже бывших, не очень-то жалуют в Зоне и не всякий решается вести с ними дела, иной раз даже разговаривать не хотят.
- Понимаю, вроде как с бывшими зеками на Большой земле, - провел аналогию Странник.
- Ну, вроде того, если против тебя бандит или «Свобода», а если «Долг», наука, военка, то в целом порядок, но все равно надо ухо держать востро, - задумавшись, согласился Николай, порвав бумажную упаковку пачки с патронами, и принялся снаряжать магазины автомата с завидной для Лёхи скоростью.
Дрова в печи занялись огнем, сталкер закрыл дверцу топки, подойдя к верхней полке над своей лежанкой, взял кружки и принялся наполнять их водой, затем вернулся к печке и поставил воду кипятиться. Металл печи, нагреваясь, стал расширяться, издавая характерные гулкие щелчки. Лёха снял ботинки и поспешил надеть тапочки, испытав облегчение.
- Слушай Голд, всё действительно так серьёзно там дальше, в Зоне? Раз ты столько денег собираешься Волку и его бойцам отвалить? - спросил Странник.
- Очень серьёзно, - ответил сталкер, прекратив снаряжать очередной магазин. - Мутанты больше и злее, а главное сообразительнее. Псевдо-псы, снорки, бюрреры, кровососы, контролеры, против которых у нас двоих очень скудные шансы на победу, о химере и говорить не приходится. И хорошо, если бы эти твари охотились на людей для того чтобы просто съесть. Бывают случаи и похуже. Но до сих пор самая главная опасность - это люди, вернее нелюди и у этих нелюдей, как и у нас, впрочем, есть оружие и они готовы убить не то что за артефакт, а за пару банок тушенки в твоём рюкзаке. И как я уже говорил Фанату, 150 тысяч — это мелочь за наши с тобой жизни. Одного напарника я потерял и повторять свою ошибку я не намерен, тем более что Зона даёт попытку всё исправить. И потом, - Голд хмыкнул и покачал головой, словно не веря самому себе в то, что он говорит, - через какое-то время деньги теряют смысл. Или мозг очищается от их ценности, или Зона травит рассудок, не знаю… Я даже тебе завидую, Лёха.
- Мне, - переспросил Странник.
- Тебе. Тебе еще столько предстоит увидеть здесь, у тебя столько дорог и тропинок. У тебя еще даже нет сомнений, - Голд отложил магазин автомата в сторону. – Я даже не помню, когда я таким был. Но я знаю, кто таким и оставался. Ты теперь его тоже знаешь, сколько раз он меня вытаскивал, ни разу не усомнился, не сплоховал, а я вот… - Николай сжал губы, глаза его стали злыми, зубы скрипнули, - сука!
Капли закипевшей воды, в кружках, попадая на металл печи, испарялись с шипящим звуком. Михайлов с облегчением нашел повод прервать разговор и поспешить убрать посуду с буржуйки. Сталкер бросил по пакетику чая в кипяток и поставил напиток на столик, затем вскрыл пару банок тушенки и отправил на разогрев. Некоторое время царило молчание, нарушаемое лишь шуршанием пакуемых вещей.
- Голд, скажи и мне придётся стрелять в людей? - задумавшись, спросил Алексей, присаживаясь напротив напарника на свое спальное место.
- Ну, тут всё просто либо ты, либо тебя, - подвёл черту Голд, - рано или поздно тебе придется сделать выбор, хотя он и так очевиден.
Странник замер на мгновение, пытаясь, смириться и принять ещё одну суровую реальность Зоны.
- Завтра я с утра пораньше смотаюсь к Сереге, гостинцы отнесу. Хрен знает, когда мы вернемся, - сообщил Николай, стукнув очередным снаряженным магазином о край доски. - А ты готовься к ходке, проверь снарягу дважды, оружие, противогаз, паек собери. Да и пистолет свой почисти и смажь.
- Ааа …, - хотел было сказать Лёха.
- Не переживай, всё покажу и расскажу, - опередил его напарник, - всегда носи при себе, хоть из него разве что тушкана убить можно и то если попасть сможешь, ну или себе пулю в голову пустить на самый крайний случай, - совершенно серьёзно сказал Голд, без капли намека на шутку.
Странник невольно попытался сглотнуть слюну, чтоб смочить в момент пересохшее горло, затем приложился к горлышку пластиковой бутылки с водой.
- Да и флягу не забудь наполнить, - подметил напарник, спокойно наблюдая реакцию Странника. - А теперь смотри внимательно и запоминай, - скомандовал он и приступил к неполной разборке пистолета Макарова, попутно объясняя его устройство и принцип действия.
Вскоре погреб наполнился ароматом тушеного мяса и специй, от чего желудок новичка жалобно заурчал, требуя порцию пищи. Отложив оружие в сторону, напарники приступили к позднему ужину, активно работая челюстями.
- Эх, - произнес с сожалением Странник, - «Ночник» ведь я так себе и не купил.
-Да брось, нашёл о чём горевать, - с улыбкой ответил Голд, - если загоним «Ягодку» ты не то что «Ночник», танк себе купить сможешь, в котором хоть «Выброс» пережидай, хоть на разборки езди. У учёных на Янтаре не только всякими приборами разжиться можно, но и бронёй и оружием, они тоже приторговывают, только не всем, а особо отличившимся внештатным сотрудникам, - подбодрил он напарника.
-Хорошо быыы, - мечтательно протянул Лёха. - А танк, примерно, сколько стоит? - спросил новичок.
В ответ Голд раздался хохотом, чуть не брызнув только что сделанным глотком чая.
- Да ну тебя, опять прикалываешься, - немного огорчившись, ответил сталкер, - про «Янтарь» тоже насвистел?
- Нет, то, что там закупиться можно это, правда, - уже серьезным тоном возразил напарник. – Нам бы только дойти…- задумавшись, добавил Голд.
- А чего не так-то? - напрягшись, спросил Странник.
- Да вроде всё ладно и всё на мази, а под ложечкой сосёт. Вроде как чуйка срабатывает, так не объяснить сразу. – поделился Голд.
- «Выброс»? - перепугавшись, переспросил Лёха, округлив глаза.
- Не, не то… Если б «Выброс», я бы сейчас не шутил с тобой, - успокоил он напарника. – Я всё уже передумал и маршруты, которыми нас повести могут и шлем, считай, куплен, и оружие куплено, а что-то мне покоя не дает.
- Так ты, поэтому к Сереге собираешься сходить? Проверить? - высказал своё предположение Лёха. – А маршруты какие? Сильно опасные что ли?
- Да, проверить нужно, - подтвердил Голд, – а маршрутов известных мне два, либо через «Свалку» на «Росток» и оттуда через «Дикие территории» на «Янтарь», на «Свалке», кстати, радиации хоть попой ешь, поэтому аптечку ещё раз проверь, - подметил он. – Время до послезавтра есть.
Странник кивнул в ответ.
- А второй, напрямик между «Свалкой» и «Агропромом», но там вояки, чего-то охраняют, мышь не проскочит. Да и всякое отребье бывает нашего брата - сталкера норовит ограбить. Хотя я там полгода считай, не был, может всё изменилось. Вот, надо сталкерскую сеть пошерстить, глянуть новости, - снова подметил Голд. - Но думаю, Фанат знает тропки тайные, не зря столько лет по Зоне ходит живой и здоровый, – успокоил он Странника.
Меж тем диалог напарников уже не был приватным, как им казалось. Прильнув ухом к срезу вентиляционной трубы, затаив дыхание, сидя на корточках, всё та же сгорбленная фигура слушателя, впитывала каждое слово сталкеров, давясь завистью и слюной от запахов пищи исходивших из погреба, лишь изредка оглядываясь по сторонам и глубже пряча лицо под капюшоном.
- Ладно, давай спать, - скомандовал Голд, убирая со столика остатки ужина. - Посмотрим, что нам предложат ветераны.
- Угу, - ответил Лёха, - хорошо бы, если Енот с Носом с нами пойдут, - сказал он, развалившись на лежанке.
- Было бы не плохо, для таких парней и полтинника сверху не жалко, – подтвердил Голд.
Задув фитиль лампы, и поудобней устроившись на своей лежанке, Голд собирался пролистать сообщения сталкерской сети в своём ПДА, когда пришло сообщение от Дока. «Сохранившиеся файлы с ПДА», гласило название. Сталкер с замиранием сердца нажал на иконку конверта и обнаружил несколько файлов. Один из них старая карта Зоны и хоженых ими тропинок с множеством до боли знакомых условных обозначений, совместных тайников, точек привала, схронов. А несколько других файлов, это фотографии. Фотографии, где они оба живы. Задумчиво курят, обнявшись за плечи, держат дорогой, совместно найденный артефакт, позируют возле найденного мертвым псевдогиганта и другие, где оба счастливо дышат воздухом, без тени утайки смотрят друг другу и всему миру глаза, смелые, сильные бесстрашные…
Голд отвернулся к стенке, и до боли прикусив кулак, тихо завыл, словно раненный слепой пёс…

Глава 10. Идёт охота на волков
Весь последующий день, после возвращения Голда из ходки к своей землянке, прошел в кропотливой подготовке и утряске организационных моментов. Если визит к Сидоровичу не отнял у напарников много времени, то встреча с Волком не закончилась на передаче оговорённой суммы. Волк, помимо подготовки экипировки и вооружения, проработал несколько маршрутов, но решающую роль в выборе пути сыграло, то, что Странник не имел достаточного опыта и подготовки, поэтому большую часть времени занял подробный инструктаж новичка. Также в состав группы, как и предполагал Странник, вошли ещё два опытных сталкера Енот и Нос, что не могло его не порадовать и немного успокоить Голда.
Только к вечеру напарники покинули кабинет Волка и поспешили к Доку, который с большой неохотой расстался с объектом исследования, передал вместе с «Ягодой» и контакты того самого ученого на «Янтаре». Дополнительно, по чистоте душевной, сообщив, что на протяжении суток заведующий лабораторией по изучению артефактов не давал ему покоя и закидывал сообщениями, раз за разом предлагая дополнительные бонусы сталкерам и самому технику, лишь бы не упустить артефакт, что, конечно же, ещё больше подстегнуло напарников, как можно скорее прибыть на «Янтарь».
Ночь прошла относительно быстро, Голд поднял Странника примерно за час до назначенного для выхода группы времени. Плотно позавтракав, напарники покинули своё укрытие в предрассветных сумерках и через несколько минут стояли на месте сбора у здания штаба, где уже собрались почти все участники ходки, за исключением Фаната. Однако его отсутствие нисколько не смущало Волка, который при появлении напарников дал команду построиться и после того, как сталкеры выстроились в шеренгу, принялся осматривать экипировку каждого, невзирая на опыт и время, проведённое в Зоне. Если осмотр более опытных сталкеров не вызывал вопросов, то Странник подвергся пристальному вниманию со стороны ветерана Зоны, начиная от проверки автомата и боекомплекта и закачивая содержимым аптечки и кровоостанавливающего жгута, который по совету напарника Странник поместил в нагрудный подсумок на разгрузке, пожертвовав одним магазином, отправленным в рюкзак. Удостоверившись в должной подготовке сталкеров к ходке, Волк дал команду выдвигаться, заняв место в середине группы. Роль ведущего отводилась Шерифу, за ним шёл Нос и Голд, затем Волк, Странник и замыкавший группу Енот. Цепочка покидала лагерь через восточный пост, под любопытные взгляды новичков, несших рутинную вахту по охране лагеря, и только Музыкант, на чьи плечи вновь легла обязанность возглавить «Деревню новичков», на время ходки ветеранов, не был удивлён, мысленно желая сталкерам удачи и скорейшего возвращения.
«Шестеро, все с автоматами, вышли, встречайте», - отбил короткое сообщение один из постовых, провожая удаляющихся по дороге сталкеров ненавистным взглядом и злорадной улыбкой через смотровое окошко наблюдательного поста, оборудованного на чердаке дома, но через секунду улыбка была стерта с его лица. Волк, резко обернувшись, бросил короткий взгляд в темнеющий проем окна, заставив постового рефлекторно отшатнуться, словно от прямого удара в челюсть.
- Недолго тебе осталось, псина вшивая, - зло прошипел постовой, снова выглянув из окна, но серая пелена сумерек уже скрыла группу из вида.
Тем временем шестерка вышла на асфальтированную дорогу, уводящую на север, вглубь Зоны. Лёха первый раз шел в этом направлении, поэтому с интересом разглядывал уцелевшие после череды «Выбросов» строения когда-то бывшими животноводческой фермой и элеватором. Остовы ржавеющей сельхоз техники, наполненные радиацией и облюбованные «Электрами», смирившись со своей участью, доживали свой век, потеряв всякую надежду на возвращение в строй.
Первые лучи солнца застали сталкеров, когда они уже подходили к наблюдательному посту военных, расположенному у насыпи под старым железнодорожным мостом. Вопреки опасениям Странника часовые спокойно отреагировали на появление вооруженной группы. Покинувший цепочку Волк, подошёл, к встречавшему его, пожилому капитану. Обменявшись приветствиями, они отошли в сторону. Лёха, лишь краем глаза, успел уловить, как ветеран передал военному небольшой сверток, маскируя подарок рукопожатием. Капитан, с улыбкой на лице, закивал в ответ на слова, которые вполголоса говорил ему сталкер, затем Волк быстрым шагом нагнал группу, заняв своё место. Шериф шёл ходко, равномерно покачиваясь в такт широким шагам. Из чего Странник сделал вывод, что местность он знал не хуже Фаната и не один раз ходил по этой дороге, заранее обходя аномалии, почти не прибегая к пробросу пути болтами. Группа двигалась в тишине и лишь следовавший за Шерифом Нос жестом руки либо голосом оповещал группу о присутствии мутантов, коротко указывая направление, куда стоит обратить внимание. Мутанты, очевидно соизмеряя перевес сил не в свою пользу, предпочитали держаться на расстоянии и не провоцировать людей. Излучаемое спокойствие, исходившее от впереди идущего Волка, постепенно передавалось и Страннику, который забывшись, начал отвлекаться от своего сектора, за что тут же получил легкий тычок в спину от Енота, напомнившего, что расслабляться не стоит.
Через полтора часа окончательно рассвело и поднявшееся над горизонтом солнце осветило округу. Сталкеры, миновав очередной изгиб дороги, вышли к следующему блокпосту, состоявшему из двухэтажного кирпичного здания с заложенными до половины мешками с песком, окнами. Территория поста была огорожена двухметровым, по высоте, бетонным забором с двумя рядами армированной колючей проволоки, пущенной по верхнему краю, призванным оберегать личный состав от созданий Зоны. Дежуривший на вышке, с укрепленной стальными листами смотровой площадкой, часовой с пулемётом без раздумий посылал короткую очередь в любую мутировавшую живность, попадавшую в поле его видимости днём. Ночью же, наученные опытом Зоны, часовой стрелял только в крайнем случае, стараясь вообще не обозначаться на фоне неба и не выдавать своего присутствия. В довесок ко всему, стоявший у ворот КПП бронетранспортер с 30 мм автоматической пушкой и танковым пулемётом представлял собой серьёзный аргумент для всех несогласных с присутствием военных на «Кордоне».
Часовой, на вышке, издали завидев приближающуюся группу сталкеров, доложил по команде и через минуту в дверях здания появился Фанат, вальяжно прислонившись плечом к дверному косяку. Он улыбался во весь рот, с некоторым покровительственным видом попивая горячий чай из кружки. Ворота КПП открылись, и группа вошла на охраняемую территорию.
- А мы тут плюшками балуемся, - доложил Фанат, приняв некую позу, отдаленно напоминавшую строевую стойку, затем протянул кружку с чаем подошедшему Волку.
- Ну что там? - не обратив внимания на шутку, спросил он.
- Нашей тропкой не пройти, - сообщил Фанат, - проход пробовал найти, но продвинулся метров на 50, полдня угрохал.
Волк молча кивнул, и вошёл в здание КПП, на ходу объявив привал группе. Лёха присел на скамейку, стоявшую вдоль стены здания, снял фляжку с пояса, сделал несколько глотков воды и передал подсевшему к нему напарнику.
- Голд, а чего за сверток Волк тому вояке сунул? Ну, там, под мостом? - шёпотом спросил Странник.
- Проход большой группы сталкеров по «зелёному коридору» через военных, всегда чего-то стоит. Тут свои договоренности. Свои обязательства. Вояки на этом пятаке, тоже не просто так сидят. Зарабатывают… - негромко объяснил Голд.
- А я думал…- хотел было высказать свои домыслы Странник, но был прерван напарником.
- Что он деньги в карман себе положит и с ними в ходку пойдет? – хмыкнул Николай, удивившись наивности напарника. Слегка мотнув головой, словно отгонял от себя нелепую мысль, он сделал глоток воды и передал флягу владельцу.
Лёха, немного смутившись, кивнул в ответ, и повесил флягу на пояс, затем открыл карту на своём ПДА, и сосредоточенно вспоминая маршрут, принялся наносить ориентиры. Спустя несколько минут Волк, и Фанат вышли из здания в сопровождении начальника КПП в звании майора, судя по довольной улыбке офицера недолгий разговор, принёс ему массу положительных эмоций.
Волк поднял группу, поставив ведущим Фаната. Майор дал отмашку, солдаты поспешили открыть северные ворота КПП. Как только створки металлических ворот распахнулись, часовой, дежуривший на вышке, незамедлительно перенес внимание на выход группы сталкеров, находясь в готовности открыть огонь по любой живности, посчитавшей открытые ворота приглашением прорваться на охраняемый объект. Наводчик - оператор БТР также развернул башню с оружием в сторону открытых ворот.
«Однако, тут не забалуешь», - подумал Странник, почувствовав себя неуютно под прицелом столь грозного оружия.
В нескольких десятках метров, на пути группы, стали попадаться обглоданные добела крысами кости мутантов. По обеим сторонам дороги чернели свежие и, словно заживающие ожоги, стягивались зеленью старые воронки от разрывов мин. Чем дальше группа удалялась от поста, тем мрачнее становились окрестности, облака наливались темно-свинцовым цветом, даже неприхотливые тополя, когда-то высаженные вдоль дороги с трудом, противостояли суровым условиям Зоны. Всё чаще на пути сталкеров встречалась брошенная ржавеющая гражданская и военная техника, при приближении к которой ПДА начинали вибрировать и выдавать череду звуковых сигналов, предупреждая о повышении радиационного фона. Лёха начал нервничать и рукой нащупал через полу плаща подсумок с противогазом, затем на ходу вынул аптечку и отыскав пенал с антирадом принял одну таблетку, под одобрительный взгляд обернувшегося на секунду Волка. Несколько раз группа сходила с испещрённого трещинами и разломами асфальта, обходя хорошо известные аномалии по утоптанным тропинкам. В стороне от дороги виднелся возвышавшийся над линией горизонта ряд опор высоковольтной линии электропередач, уходивший далеко на север.
Прошагав еще около двух километров по этой серой, перечёркнутой вечными дождями территории, перед глазами новичка стали вырисовываться очертания огромных, высотой с пятиэтажные дома, бесформенных гор мусора, вобравших в себя фрагменты бетонных перекрытий, автомобилей и различного хлама, в спешке похороненного ликвидаторами последствий Чернобыльской катастрофы. Стройные ряды оставленной техники, очевидно, которой и возводились данные кучи стояли неподалеку. Бульдозеры и гусеничные трактора, вобрав в себя недопустимые для человека дозы радиации, нашли свой вечный причал вперемешку с точно также фонящими смертью военными грузовиками и автоцистернами. Отдельно, хаотично и без всякой надежды на упорядочение встречались брошенные элементы бетонных конструкций, металлические трубы и прочий грандиозный строительный хлам, так и не довезенный никуда, брошенный здесь десятки лет назад и уже вросший в землю Зоны. Огромная стройка, убитая временем, замерла тут, рассыпавшись по всей территории элементами своей конструкции.
В стороне от основной дороги виднелись руины разрушенного здания некогда бывшего дозиметрического поста, теперь представлявшего собой груду кирпичей, с отметками пулевых попаданий, железобетонных блоков и плит перекрытия. Группа замедлила ход, когда до руин оставалось не больше 70 метров.
Странник, мерно шагал в каком-то оцепенении, любуясь местными мрачными красотами. Только очень дальние, едва слышимые, ухающие звуки срабатывающих гравитационных аномалий, с таким же приглушенным карканьем ворон на фоне едва слышно моросящего дождя фоном сопровождали отряд сталкеров продвигающихся по местности. И Страннику даже стало уютно, шагать вот так в цепочке товарищей, как неожиданно раздавшийся впереди группы взрыв, сопровождаемый пронзительным визгом мутанта, нарушил серый уют Зоны. Лёха не успел опомниться, как всё тот же Енот буквально стащил его с дороги, затолкав за звено железобетонной водопропускной трубы полутораметрового диаметра. Тут же еще один взрыв с той же дистанции прервал скулёж пса. Остальные также мгновенно отреагировали, поспешив убраться с открытого участка местности, заняв близлежащие укрытия, выставив стволы наружу, обыскивая окрестности прицелами автоматов.
Волк, укрывшись за куском крупной бетонной опоры, прильнул к окулярам своего бинокля и разглядел у обочины изорванную взрывом тушу слепой собаки рядом с темнеющим пятном земли, оставшимся от разрыва гранаты. Нажав на тангенту радиостанции, он попытался вызвать Фаната, однако из динамика раздалось лишь шипение. Взглянув на экран ПДА, Волк помрачнел. Затем подобрав небольшой камень, он бросил его в залегшего за земляной насыпью проводника, махнув рукой, подозвал его к себе.
Фанат, обернувшись, кивнул на жест командира и короткой перебежкой преодолел разделявшие их метры.
- Засада? - с ходу выдал свои соображения сталкер.
- К бабке не ходи, – процедил сквозь зубы Волк. – Уже заглушили связь. Только до растяжек мы не дошли.
Леха вывернув шею, беспечно выставив голову из-за укрытия, наблюдал две черные кляксы по сторонам дороги. Слепой пес, перебегавший, с одной стороны, дороги на другую зацепил первую, а затем вторую растяжки, обозначив их расположение. Если бы Странник был более опытен в таких делах, он бы понял, что назначение этих растяжек – пресечь рассредоточение группы при обстреле. Рука, находящегося недалеко Енота, с силой затащила Михайлова обратно.
- Пригнись, дурак! – прошипел он с нескрываемой досадой. - Не видишь что ли, готовились суки! Ждут. Значит башку твою в целик рассматривают.
Между тем Волк и Фанат, напряженно перешептывались друг с другом, кидая взгляды на Голда, который удачно расположившись между бетонными обломками плиты, через щель наблюдал фронт.
- …согласен, - кивнул Фанат, - на залётных не похоже, готовились. Как пить дать где-то наблюдатель сидит, а если так, то наши передвижения как на ладони. Нельзя тут засиживаться.
- Значит так, - начал Волк, - Дергаться пока не будем. Может старые зацепы сработали. Пёс не учуял, несколько дней растяжкам может быть. Голда, Странника в укрытие. Остальные в круг и по секторам, - умеренно повысив голос, так чтобы было слышно ближним бойцам, скомандовал Волк. - А ты к воякам на пост, пусть даст столько людей, сколько сможет. Зайдете с восточной стороны. Посмотрите, чтобы на спину нам не сели. Появится связь, отбей Лису, пусть выдвигается. Давай.
- Понял, - сказал сталкер.
Фанат начал смещаться в тыл, прекрасно осознавая, что решение напарника было верным. Быстрее него никто из группы не доберется до вояк и его уход с позиции, ничуть не менее рискованное мероприятие, чем оставаться тут. Если к ним в спину уже заходит группа отсечения, то его дела не сладки. Совершенно не сладки.
Проводив пригнувшегося, удаляющегося Фаната взглядом, в тайне опасаясь услышать выстрел ему в спину, Волк, наконец, скомандовал отряду, в полголоса, указывая пальцем кому и куда сместиться.
Палец командира группы твердо указал позиции и сектор контроля. Лёха, впервые попавший в подобную ситуацию, лишь щелкнул предохранителем, переводя огонь на автоматический, и взял на прицел часть склона с двумя непонятными кустами, прилегающего к дороге.
Команда Волка распределилась по указанным позициям. Наверняка наблюдатели, со стороны противника, позволили им сделать это для того, чтобы понять, кто и где будет находиться, где охраняемый объект, а где охрана. На это Волк и рассчитывал. Будь он на месте нападающих и перед ним стояла задача уничтожить группу противника, он бы давно накидал навесным огнем ВОГов из подствольника, по укрытиям, а потом уже добил бы цель с маневра.
Сталкеры распределились по обеим сторонам дороги, в пределах видимости друг друга, и замерли в ожидании команды. И с той и с другой стороны ходы уже были просчитаны, козыри, судя по всему, были и у Волка тоже. Только вот насколько серьезны его козыри для противника?
- Эй, сталкерня!! – раздался прокуренный сиплый голос со стороны «Свалки». – Нас тут больше десяти стволов, вы у нас на ладони, рыпаться не советуем. Но есть предложение, отдайте рыжего и этого молодого петушка, напарничка его и разойдемся краями.
- Это кто такой деловой?! – ответил Волк, сместившись на несколько метров левее к дороге. – Уж не Сиплый ли?
- Волчара, пёс дырявый!! Помнишь меня? Уважил… Вот и встретились!  Ты там со своими мужиками подумай минут 10, из-за кого шкуру дырявите.  Если откажетесь, то, не взыщи, мы придём и всех вас по кругу пустим! Время пошло! - озвучил свои условия Сиплый, сдобрив предложение оскорблениями.
Голд и Странник поняли, то, что бандитам нужны именно они, и артефакт, находившийся в контейнере на поясе Странника и вся прилагающаяся к нему информация. Голд сменивший Енота, взглянул на напарника.
- Вот чего мне моя чуечка покоя не давала, - прошептал он, - выходит, пронюхали твари про наш хабар.
- Волк нас не выдаст? - обеспокоенно спросил Лёха.
- Нет, не думаю. Эта гопота всё равно собираются всех перебить, просто нас немного позже, пока про «Ягоду» не расскажем, – ответил Голд. - Не отвлекайся, секи поляну.
Странник кивнул и снова вскинул ствол автомата в указанный ему напарником сектор.
- Слышь, Сиплый, - крикнул Волк. – Как нога твоя? Помнит про меня? Братки-то твои новые знают, как ты свою кодлу растерял?
- Глохни, Волчара! – ответил Сиплый, с нескрываемой злобой. – Давай думай, жить будешь.
- В прошлый раз, ты тоже самое говорил, - отозвался Волк. – Только пацанами своими прикрылся, чтобы жопу сохранить. Сохранил, а? Сиплый? Или в твоё дупло уже фляга за свистом залетает? – ответил Волк. – Так иди сюда, мы тебе быстро объясним для чего мужику жопа.
- Э, Волчара, не посмотрю, что товар при тебе. Щас порешаю, понял? - раздалось злобное чуть с другого места и ближе.
Сталкеры, конечно, не были прямо как на ладони. Избыток строительного мусора, кузов УАЗика, вросший в землю, за которым, хапая радиацию, притаился Нос, пара колодезных колец с дырами, словно бойницы, в одной из которой затаился Шериф, промоина вдоль дороги с поваленным стволом тополя вдоль нее, где залег Енот и несколько других нагромождений не являлись простреливаемыми. Сами же бандиты, понимая, что мёртвым деньги ни к чему, не стремились внезапно для себя обнаружить не учтенную огневую точку. Устройство бандитов, которое глушило радиосигнал, также не позволяло воспользоваться детектором жизненных форм. Теперь, когда сталкеры были накрыты, отключать глушилку было нельзя, иначе сигнал SOS проскочит в сеть, и тогда… тогда бандитам придётся уходить.
- Ты порешаешь, или пацанов своих пустишь? Они у тебя каждый раз новые. Автоматики то ты им выдал, или как в прошлый раз с ружьишками пустишь? – крикнул Волк, внося сумятицу в рядах бандитов.
Тут он видимо угадал, поскольку Сиплый несколько секунд молчал, не зная, что ответить. Это также поняли остальные члены сталкерской команды, за исключением Странника.
- Ссышь, ты падла, - зашипел он в бессилии, - я тебя лично резать буду, а потом на Большой земле найду ваши семьи и с жёнами, дочерями и мамками позабавлюсь, после того как вручу им ваши бошки.
- Ишь ты, дурилка картонная, - уже весело и не скрывая издёвки, крикнул Волк, - тебе кто дураку такую сказку рассказал, что ты до Волка дотянешься? И мракобесы твои, что по флангам мнутся, думаешь, со сталкером лоб в лоб выйдут? А, дура Сиплая? На кого рассчитываешь? Валите отсюда подобру-поздорову, пока братец Лис не пришел… у тебя, Сиплый, - Волк сделал вид что думает. - Еще минут семь. Потом не взыщи. Полетят с вас перышки, голубиные, и с голубков твоих картавых, слышишь? Ты решил заболтать нас пока твои подружки попытаются нас с двух сторон обойти? Там, где вы учились, я преподавал. Стратег хренов!!
Сиплый молчал. Его угрюмое, небритое, широкое лицо с глубокими морщинами, проваленными внутрь маленькими глазами, сейчас пыталось распознать блефует Волк или нет? Если сталкер Лис, подтянется с «Ростка», то лучше уходить, но если Волк блефует, то его позору не будет конца, равно как и какой-никакой авторитет среди местных упадет в бездну. Наконец его бегающие глазки остановились. Он принял решение. Нужно брать Волка нахрапом. Группа, что сейчас укрылась в нескольких сотнях метрах за спиной сталкеров, должна была отсечь помощь с «Кордона» и в случае чего не дать уйти новичку-сталкеру и Голду. Ведь судя по сведениям Проныры, артефакт, который сейчас при них стоит не один миллион, а ради таких бабок можно и рискнуть, даже если придётся положить всю кодлу.
- Пацаны, валите сталкерню! - заорал Сиплый, обращаясь к шайке. - Сто кусков сверху тому, кто принесёт мне волчью башку!!
В этот же момент Енот и Нос, державшие левый фланг выдали по короткой очереди своих автоматов, пресекая попытку подобраться к ним со стороны стоянки брошенной техники. Раздался взрыв гранаты в 40 метрах от их позиции, бандит, подобравшийся на расстояние броска, не довёл дело до конца, успев только выдернуть предохранительное кольцо и замахнуться. Он получил пулю калибром 5.45 мм ровно между глаз. Тут же со стороны руин по ним открыли огонь, пули забарабанили по остову машины, отбивая куски ржавчины. Куски трухлявой древесины и комья земли, вперемешку с фрагментами асфальта, накрыли Енота.
Фанат уже успевший отойти на приличное расстояние, проверил свой ПДА, на мониторе которого по-прежнему красовалась надпись: «Нет Сигнала». Звуки первых выстрелов, а затем и взрыв гранаты заставили его обернуться. Разгорающееся чувство тревоги, словно удар плётки подстегнул сталкера прибавить ходу, местами переходя на бег, сдвинув для удобства на грудь укороченный автомат Калашникова. Сейчас, когда он остался один на один с Зоной, стычка с превосходящим численностью противником — это промедление, которое грозило смертью товарищам.
Ориентируясь по вспышкам от выстрелов и потревоженной листве, Шериф и Волк открыли огонь по выявленным позициям бандитов, давая возможность сменить позицию Еноту. «Абакан» Волка выдавал по одиночному выстрелу в каждую точку. Шериф бил короткими очередями из своего Калашникова, не давая пристреляться по позиции командира.
- Голд! - прокричал Волк.
- Голд, да! - раздался голос сталкера.
- Голд, дальность сто! Одним! Навесом на 11 часов, - дал цель Волк.
Сталкер незамедлительно упёр приклад автомата в землю и отправил ВОГ в сторону неприятеля и судя по вскрику после взрыва, граната разорвавшись накрыла осколками одного из бандитов выпавшего из-за бетонного блока и тут же добитого очередью Шерифа.
- Смена! - прокричал Шериф, меняя магазин автомата.
- Держу! - прокричал Нос, выпустив несколько очередей по сектору перезаряжавшегося сталкера.
Сиплый рвал и метал, поняв, что сталкеры хоть и находятся в меньшинстве, но стреляют гораздо лучше, не в пример его браткам.
Тем временем Фанат добрался до поста, опустошив по дороге несколько банок с энергетиком, личный состав которого уже был поднят по тревоге. Звуки выстрелов и разрывов далеко разносились по округе. Первым делом он сообщил Лису о засаде на «Свалке» и скинул координаты оборонявшейся группы.
«Мы в километре от точки», - пришел ответ, - «через 20 минут будем на месте». Сталкер облегченно выдохнул. Затем вкратце описал обстановку начальнику поста. Майор, недолго думая, сформировал группу из трех контрактников, вооружённых автоматами и одним пулемётом и передал их под командование сталкера.
- Головой за пацанов отвечаешь! - сказал майор, - больше людей дать не могу, эти самые опытные.
Фанат молча кивнул и повел военных на выручку товарищам.
После смены магазина, Шериф попытался сменить позицию, однако приземлившаяся в метре от него граната нарушила его планы, сталкер потянулся к РГД-ешки, намереваясь выбросить её за бетонные кольца, и произошёл взрыв.
Волк бросился к сталкеру, в два прыжка оказавшись рядом с товарищем. Сталкер был без сознания, на месте левой кисти руки болтались ошмётки из мяса и фрагментов костей. Большую часть осколков взял на себя комбинезон. Волк сдёрнул с разгрузки сталкера жгут и перетянул руку Шерифа, затем расстегнул один из контейнеров на его поясе и вынул артефакт «Слизняк», сунув его в рукав поврежденной руки. Сине-зеленый артефакт в секунды потеряв былую форму облепил культю, обезболивая и начиная свою работу по остановке кровотечения.
Нос и Енот били очередями, посменно меняя магазины. Оставшись на время вдвоем поделили фронт на два сектора, чем не медленно воспользовались бандиты, сконцентрировав весь огонь по их позициям, по одиночке покидая укрытия, начали перебежками сокращать дистанцию.
- Странник, ко мне! - послышалась команда Волка, - Голд, подствольник! Двумя, прямой! На 10 и на 12, - скорректировал он.
Лёха, услышав команду, оторопел, понимая, что дело запахло жаренным, взглянув на Голда, который уже успел отправить один выстрел в заданном направлении.
- Че замер!?- заорал Голд, поймав взгляд побледневшего напарника. – Я прикрою! Десять метров, сначала к обочине, потом рывком через дорогу и дальше ползком!
Странник, судорожно закивал, вдохнув открытым ртом воздух, пригнувшись, припустил вперед, преодолев несколько метров, рухнул в канаву, обернувшись к напарнику, который, не переставая садил короткими очередями.
- Пошел!!- заорал Голд.
Лёха напрягся и рванул что есть сил, перескочив асфальт за доли секунды, которые показались для него вечностью, выброс адреналина заставил сердце выдавать бешеный ритм. Новичок жадно хватал воздух. Сейчас ему казалось, что каждая пуля, выпущенная из бандитских стволов, искала именно его, норовя с глухим стуком вбиться ему в бочину и опрокинуть на спину. Вжавшись в землю, Странник, заставил себя, несмотря на страх, приподнять голову и отыскать глазами позицию Волка и отчаянно заработал локтями и ногами, ползком сокращая дистанцию. Оказавшись за надёжным укрытием, он переводил взгляд то на Шерифа, лежащего без сознания, то на Волка, методично выпускающего череду выстрелов по противнику.
Волк, не отвлекаясь на появление Странника, отстегнул магазин, ощупав опустевшие подсумки на своём поясе, и не обнаружив боекомплекта, повернулся к новичку, вырвав из его разгрузки увеличенный магазин на 45 патронов, вставил в шахту автомата, дослав патрон в патронник.
- К бою сталкер! – скомандовал Волк.
 Лёха кивнув, перевалился на живот и высунул ствол автомата в узкую щель между бетонными кольцами. Мушка никак не хотела вставать ровно в прорезь целика, сколько бы он ни пытался их совместить, образ цели стал заплывать для глаза. Помимо этой проблемы постоянные звуки выстрелов, крики и взрывы не давали ему сосредоточиться на ведении прицельного огня. Волк, отбросив в сторону свой автомат, схватил «Калаш» Шерифа и начал вынимать из его подсумков снаряженные магазины, заметив заминку Странника.
- Очередями, на подавление. Работай! - рыкнул он, недобро сверкнув глазами.
Леха, поймав в целик вспышку выстрела, выжал спусковой крючок. Автомат выдал короткую очередь, ударив отдачей в плечо сталкера. Странник заводил стволом, ловя новую цель, раз за разом нажимая на спусковой крючок, не акцентируя внимания на результате своей стрельбы, просто повторяя алгоритм, чувствуя, что с каждым выстрелом он может сопротивляться и давать отпор. Это осознание придало ему уверенности. С первой выпущенной им пулей он перестал быть дичью, оставив позади своё прошлое «Я».
Однако такая рокировка с введением в бой ещё одного ствола не сильно поменяла ситуацию. Бандиты, зачастив плевками автоматов и грохотом охотничьих ружей, всё ближе подбирались к позициям сталкеров. Все чаще и ближе стали слышны металлические плевки в бетон, шорох отлетающей крошки и сильнее чувствовался кислый запах сгоревшего пороха и нагретого металла.
- Отходим! - вынужден был скомандовать Волк. – Хватай Шерифа! - приказал он Страннику, успевшему опустошить второй магазин. – Енот, Нос! Прикройте!!
Лёха закинул автомат за спину и поднял Шерифа на плечо.
- Готово! - прокричал он.
- Пошёл, к Голду! - дал отмашку Волк.
Новичок, не раздумывая припустил к напарнику.
Волк встал в полный рост, закрыв собой отступающего сталкера, концентрируя огонь противника на себе, но пули замедляли свой полёт в полутора метрах от Волка, теряя свою пробивную силу, однако удары по броне комбинезона все же были ощутимы.
- Он в «бусах»!!! - заорал Сиплый, понявший причину живучести Волка. - Валите его!! Все огонь по Волку!! Ещё 50 штук тому, кто завалит эту падаль!!
 Действие сразу нескольких артефактов «Мамины бусы» хоть и повышало пулестойкость своего носителя, но всё же не было панацеей. Шквальный огонь свалил Волка, тяжелая свинцовая пуля, попав в коленную чашечку, крутнув сталкера вокруг оси, опрокинула его на землю. Адская боль искорёжила лицо Волка, от чего он сжал зубы, чтоб подавить крик, отползая за бетонное кольцо.
- Волк, отходи! - прокричал Нос. - Прикрываю!
Сталкер перевёл огонь на правый фланг, давая возможность раненному отползти, для чего ему пришлось переместиться к передку машины, чтоб отсечь противника, пытавшегося достать Волка гранатой, однако Нос успел сделать только короткую очередь, срезав бандита готовившего бросок гранаты. Пуля калибром 9 мм, срикошетив от капота УАЗа, прошла в сантиметре от нижнего края забрала и разворотила нижнюю челюсть сталкера, застряв в основании его черепа. Нос мгновенно обмяк, руки опустились словно плети, выпустив автомат, бездыханное тело рухнуло на землю. Сердце сталкера ещё билось, продолжая выталкивать фонтаны крови из безобразной раны.
- Нос 200, Волк 300!!- раздался истошный крик Енота. - Голд, уходите!!- отдал он команду и пополз к Волку.
Красная сигнальная ракета взметнулась в небо. Сиплый дал сигнал резерву на отсечение намеревавшихся отступить сталкеров.
Фанат с солдатами спешил как мог, приближаясь к месту боя. Звуки выстрелов, становились всё реже и отчетливее. Сталкер попытался вызвать командира по рации, но сигнал по-прежнему не проходил и этот факт вызывал самые страшные опасения в голове Фаната.
Солдаты растянулись в длинную цепочку, выдерживая принятую тут дистанцию между друг другом в 5-7 метров. Именно дистанция спасла контрактников. Упавшая у самых ног сталкера граната, от которой он успел отпрыгнуть в ближайшую канаву, не смогла нанести ожидаемого противником урона.
Сталкер был оглушён. Голова кружилась, всё плыло перед глазами. Он закрыл глаза, принудительно сделав несколько глубоких вдохов, что позволило ему сфокусировать взгляд. Расплывчатые силуэты военных, наконец, приобрели ясные очертания. Звуки выстрелов стали отчетливее и больше не отдавались эхом в его голове. Ориентируясь по стволу автомата контрактника, сталкер определил направление откуда по группе вёлся огонь и попытался оценить обстановку. А обстановка складывалась хреновая.
 Нужно было отдать должное солдатам, которые сориентировались за секунды и залегли в кювете, используя откосы земляной насыпи, по которой был проложен асфальт, как бруствер, открыв ответный огонь по бандитам. Группа отсечения Сиплого, а это была именно она, крыла огнем с тридцати метров, и только отсутствие дисциплины у бандитов не позволило им выгадать с дистанцией. В любом случае со строения на небольшой возвышенности левее от дороги, дымными облачками и короткими досадными вспышками автоматов в сторону отряда Фаната цокая по асфальту, глухо вбиваясь в деревья позади и выбивая крошку из асфальта, летела торопливая смерть. Пока еще не прицельная, но жаждущая нащупать их своей рукой, зацепить когтем или достать свинцовым поцелуем в лоб.
Площадка, на которой засел отряд бандитов, была огорожена по периметру бетонным забором из плит, частично порушенных, пробитых и временем, и крупным стрелковым калибром. Это сооружение - часть пункта специальной обработки от радиационного заражения, неоднократно использовалось для засад, мест встреч и укрытий от постороннего взгляда. Это знали все, но место, пропустившее Фаната в одну сторону, теперь не позволило ему вернуться обратно.
Пространство, разделявшее группу Фаната и бандитов, было практически пустым за исключением редко стоящих тополей, которые с большой натяжкой могли служить надежным укрытием от пуль и осколков. Также положение группы Фаната осложнялось и наличием нескольких гравитационных аномалий за их спинами, ограничивавших маневр.
Однако бандиты не спешили покидать столь выгодную позицию, да и пулеметчик, который замыкал группу сталкера, удачно залегший за кучей щебня вперемешку с битым кирпичом, работал теперь короткими очередями. Пули калибром 7,62 мм крошили бетонную преграду, а местами и прошивали плиты насквозь, выбивая с противоположной стороны бетонную шрапнель, моментально заставившую пару стволов заткнуться и сменить позицию. Автоматчики, сориентировавшись, старались бить одиночными выстрелами. Бандитская группа отсечения, вероятно, увидела отряд Фаната в самый последний момент, иначе их приняли бы под правильными углами, и на еще более близкой дистанции. Но и без этого, дальнейшее развитие боя было предельно ясно для сталкера. Сейчас их промаринуют под огнем, а затем, срисовав точки расположения, несколько стволов будут обходить с флангов, чередуя гранаты, короткие перебежки, длинные очереди, добьют в упор.
Словно прочитав мысли сталкера, бандиты начали бросать гранаты, первые два взрыва, не долетев до дороги несколько метров разорвались, осыпав Фаната и солдат комьями земли и камнями. Следующая граната легла более удачно. Последовал вопль одного из контрактников, залегшего ближе всех к сталкеру. Автомат выбило из рук взрывом, часть лица смяло и раскроило. Солдат завалился на бок, рефлекторно поджал ноги, пытаясь нащупать что-то руками в воздухе и с хрипом затих.
- Пулемёт! Прикрой! - заорал сталкер и взмахом руки указал направление стрельбы.
Пулеметчик, уловив краем глаза, движение сталкера, перенес огонь на 15 градусов левее, подавив на короткое время несколько огневых точек бандитов, чем и воспользовался Фанат, рванув через дорожное полотно к ближайшему дереву.
Действие «Маминых бус», спасало сталкера, в разы уменьшая эффект от попаданий, но попавшую в грудь тяжелую пулю гладкоствола, он почувствовал в полной мере. Хоть пуля и не пробила броню, но заброневая травма, парализовавшая на секунды дыхание и приглушившая свет в глазах, отдавалась теперь только жжением. Перелома ребра и трещины в грудине он не чувствовал из-за пожирающего боль адреналина.
Секундная пауза, разорвалась длинными очередями в сторону пулемета. Несколько взрывов гранат, брошенных по позиции пулеметчика, подняли облако дыма и кирпичной крошки, на время ограничившее обзор, засыпав стрелка обломками кирпичей и щебнем, чем незамедлительно воспользовались бандиты, выслав группу из трех человек вдоль своей стороны дороги для захода во фланг пулеметного гнезда. Автоматчик, заметивший этот маневр, развернулся и что-то кричал товарищу, одновременно со злостью вжимая спусковой крючок автомата, сквозь грохот, матеря отделившуюся группу бандитов. Но пулемет молчал, задрав дымящийся ствол вверх. Военный лежал со своей стороны укрытия, уткнувшись лицом в землю, то ли потеряв сознание, то ли закончив свой последний бой.
Кровь стекала из его ушей по грязным щекам неровными струйками. Солдат, поняв, что главного калибра сейчас нет, сменил магазин, и одновременно режа воздух длинной очередью в сторону здания, бросился на помощь сослуживцу, пытаясь короткой, низкой перебежкой преодолеть разделявшие их десяток метров. Однако несколько пуль, попавших в заднюю пластину бронежилета, нарушили его планы, сбив с ног, отбросили автоматчика к границам нескольких соседствующих в метре друг от друга аномалий. Потревоженный на секунду ранее «Трамплин» тут же нанес контрактнику встречный гравитационный удар, выбив оружие из его рук. Автомат, попавший в поле действия «Воронки», которая немедленно активировалась, словно ждала именно этого момента, прихватила бегущего и рванула его на себя, но и «Карусель», которая, до этого только мрачнела, пропуская через себя пыль, осколки и пули, взвелась в долю секунды, раскручиваясь в смертельном танце. Словно злобные базарные бабы, не собираясь уступать друг другу свою добычу, они крепко вцепились в человека, каждая, со своей стороны. С каждой секундой обе аномалии набирали силу, подвесив человека. Его короткий крик, прервали несколькими пуль, ткнувшиеся в ноги, бронежилет и кровавым всплеском обозначили попадание в голову. Но аномалии, эти две злобные тётки, продолжали тянуть его между собой, одновременно разрывая суставы и плоть. Тандем «Карусели» и «Воронки» сейчас отдаленно напоминал «Дыбу» - средневековое орудие пыток. Спустя доли секунды, тело военного с гулом кровавого облака было разорвано. Мелкие кусочки плоти, обломки костей с резким запахом крови и фрагменты экипировки, с хлопком, напоминающим звук огромного хлыста, были разбросаны по округе кровавым градом. Бандиты, заходившие во фланг солдатам, переключились на сталкера, который еще не успел выйти на огневой контакт. Троица, поочередно, короткими очередями срезая угол, остерегаясь получить очередь от сталкера, начали поджимать его со стороны дороги.
Фанат, больше не слыша выстрелов пулемёта за своей спиной, осознал, что лишился главного своего козыря, который мог бы позволить ему, завязать свой бой тут у забора, и возможно титаническими усилиями и пусть не сразу, но выровнять чашу весов. Ну пулемет молчал. Гибель одного автоматчика он видел лично, а про второго ему сообщил крик и хлопки аномалий. Тут было все ясно. Его время пришло. Пути назад больше не было.
- Живым его берем! - послышался скрипучий голос бандита.
Холодная усмешка, такая же холодная какими стали сейчас его голубые глаза, исказила лицо сталкера. Его брать живым?! На здоровье, сколько угодно. Теперь стрельба прекратилась. Все знают, что он остался один, и спешить бандитам уже нет смысла. Отдаленно послышались посвистывания противника, жестами, отдающими указания друг другу, координирующие действия против него. Сталкер выдохнул, сменив магазин. Осталось всего два. Несколько гранат, пистолет, нож, кулаки и зубы. Он готов, к этому. Готов ли противник?
Пулеметчик открыл глаза. Острая боль в ушах, кислый запах пороха и скрип песка на зубах. Он попытался приподняться, обломки кирпичей посыпались с его спины. Поворот головы вызывал головокружение и приступ рвоты. Картинка перед глазами превращалась в один растянувшийся смазанный кадр. Обстановка приобретала четкость если солдат фокусировался на одной точке. Последнее, что он помнил это сталкер указывавший ему направление. Пулеметчик, качаясь стоя на коленях, пристально взглянул на склон. Звуков не было. Только тишина диким шепотом, словно иглами колола его уши. Присмотревшись, он смог различить силуэт сталкера на фоне забора и несколько фигур бандитов, крадущихся к нему справа и слева, пока еще не видимые для сталкера.
Солдат приподнялся на локтях, нащупал оружие, с трудом приладив пулемет к плечу. Не отрывая глаз от силуэтов, боясь потерять сознание от разрывающей болью пульсации в голове, выжал спусковой крючок. Пулемет вздрогнул, скинув с себя пыль, и выдал длинную раскатистую очередь, веером полоснув по бокам и спинам бандитов. Двое из которых ничком упали и замерли. Третий бандит, заорав до рези в связках, теперь затих и молча извивался змеёй, катаясь по земле. Очередь Фаната, засевшего за угловой опорой бетонного ограждения площадки, прервала его мучения. Теперь, сталкер, поняв, что его песня еще не спета, пользуясь хотя бы одним защищённым флангом и переводом всего внимания на пулемет, затанцевал свой танец. Бесстрашно сунувшись по пояс в пролом, он разрядил очередь в несколько фигур, кравшихся к нему с другого фланга. Тут же отпрянул, уступая место рою пуль. Отбежал на несколько метров вдоль стены. Просовывая ствол автомата в вертикальный разлом плиты, посылал короткие очереди по противнику, укрывшемуся за опорами навеса и автоэстакадами с той стороны забора. Переброшенная им поверх стены граната, оставила лежать среди бетонных обломков одного из бандитов, добившего выстрелом из охотничьего карабина пулеметчика, не имевшего сил сменить позицию или хотя бы сползти вниз.
Бандиты, ранее надеявшиеся взять его живым, быстро поменяли свои намерения. Слишком опасен оказался сталкер в деле. Слишком дорого он возьмет с них за попытку взять его живым. Обойдя сталкера, двое гопников, выставив стволы из-за угла, почти в упор выпустили по длинной очереди с 20 метровой дистанции, застав Фаната за очередным перебросом гранаты. Пули, сталкиваясь с броней комбинезона, вгрызались в металл, передавая телу сталкера пусть и пониженные «бусами» остатки кинетической энергии. Несколько горячими плевками вошли в ногу, сломав кость, заставив вздрогнуть и выронить автомат, но не гранату и едва не упасть. Взрыв брошенной следом гранаты противника, осыпал его сзади землей, прокусив ягодицы осколками. Истекающий кровью ветеран Зоны захрипел, оставляя свою кровавую роспись ладонью на бетонном заборе, упал ничком.
«Еще бы пару секунд пожил», - думал он с горечью глядя на затихший уже навсегда пулемет и слыша шаги приближающихся бандитов. «Еще бы пару секунд…».
Обступившие его бандиты уже без опасений, пряча оскал и отошедший страх за тряпичными масками, пинками проверили обмякшее тело. Чьи-то торопливые руки, бесцеремонно обыскивали его карманы и подсумки, затем принялись снимать с его пояса контейнеры с артефактами. Перевернув тело на спину, они отшатнулись. Перекошенные ужасом лица в мутнеющих глазах сталкера вызвали на разбитых с запекшейся кровью губах лишь победную улыбку.
- Встречайте суки папу! - прохрипел он и разжал ладонь.
Взрыв оборвал сознание Фаната и веером раскидал убитых и раненных.

- Голд, отходим?! – спросил Лёха, выпустив последний патрон, и потянулся к кобуре за пистолетом.
- Некуда отходить, - ответил Голд, прислушиваясь к чему-то своему, одновременно заряжая последний ВОГ в подствольник. – Я же чувствую... береги патроны…
Лёха помрачнел, глядя на пистолет в своей руке, затем перевел взгляд на Шерифа.
Волк сидел на земле, прижавшись спиной к холодному бетону укрытия, среди пустых автоматных магазинов, валявшихся на земле. Рана надколенника лишила его подвижности, колено отекло и раздулось, полость сустава наполнилась кровью, не давая сталкеру шевелить ногой, причиняя боль. Обезболивающее, которое Волк успел вколоть ещё не начало толком действовать. Возиться с артефактами просто не позволяла обстановка боя. Бандиты всё время сокращали дистанцию и теперь Волку приходилось изворачиваться и бить уже из своего старенького кольта, прижимая к земле особо ретивых гопников. Тяжелое состояние сталкера замедляло его движения, и очередная смена магазина, уже не давалась ему с прежней скоростью. Судя по одиночным автоматным выстрелам Голда и замолчавшему автомату Странника, проблема с патронами возникла и у них.   
- Идёт охота на волков, идет охота!
На серых хищников - матёрых и щенков, - мрачно и еле слышно напевал он слова из своей любимой песни, меняя опустевший магазин пистолета.
Воспользовавшись заминкой один из братков, который был ближе всех к позиции сталкера перебежал дорогу и взял Волка на прицел своей двустволки, уже чувствуя жирную котлету денег в своем кармане, обещанную Сиплым.
Подняв голову, Волк встретился глазами с темнеющими срезами стволов охотничьего ружья, смотревшими ему в лицо. Волк улыбнулся, но это улыбка была больше похожа на оскал, загнанного в угол, но не сдавшегося зверя.
- Тот, которому я предназначен,
Улыбнулся и поднял ружье, - прошептал Волк слова песни, не отводя взгляда.
Выстрел, раздавшийся со стороны руин, разнес голову бандита, державшего на прицеле сталкера, оросив землю и самого Волка кровью, фрагментами мозгов и костей.
Волк провел языком по своим губам, слизнув попавшие на них капли крови и лишь усмехнулся, снимая с пояса фляжку с водой.
Лис со своими бойцами с ходу вступил в бой, практически в спину расстреливая группу противника, внося панику. Один за одним бандиты падали от метких выстрелов сталкеров. Через несколько минут бой был окончен.
- Волк, живой!? – спросил Лис.
- Живой, - отозвался Волк, тяжело дыша и отхлебнул из фляги.
– Не стреляй брат, мы подходим!
Волк вслушивался в голос Лиса. По его лицу снова пробежала усмешка. Он мотнул головой, словно отгоняя от себя странные мысли и на секунду кинул взгляд в серое небо. Костлявая снова махнула над его головой ржавой косой. Но видимо у Зоны свои планы на него… Волк салютнул фляжкой и сделал глоток.
- У меня подарок для тебя, Волк! – голос Лиса раздался совсем близко. Вытолкнув вперед себя бандита, показался сталкер в комбинезоне «Заря». – Сиплый, друг твой давний!
Несколько секунд сталкер смотрел на бандита, тяжело дыша, затем усилием воли перевел взгляд на Лиса.
- Ты уже сделал мне лучший подарок, братец. Жизнь подарил! - ответил Волк. - Сколько с тобой людей? Отправь группу к посту. В той стороне бой был. Фаната до сих пор нет.
- Сделаем! – ответил Лис, отдав приказ жестом руки.
Группа из 8 человек быстрым шагом направилась по дороге в сторону «Кордона», минуя укрытия сталкеров. Сдержанные улыбки на их лицах и радость от быстрой победы постепенно сходили на нет, когда они проходили мимо остова УАЗа за которым, лежало тело Носа. Енот так и не смог добраться до Волка уткнувшись лицом в подстилку из тополиных листьев, чернеющее пятно обнаженной от листьев земли, говорила о том, что в метре от сталкера взорвалась граната.
- Парни поторопитесь, - не сдержался Голд. – Не хорошо там…
Волк, превозмогая боль, притупленную действием обезболивающего, встал, подхваченный одним из сталкеров, хромая и пошатываясь, с налитыми кровью глазами подошёл к стоящему со связанными руками и под прицелами автоматов Сиплому.
- Волк, мои парни «глушилку» нашли и вырубили, так что связь теперь есть, – сообщил Лис, прикуривая сигарету, чиркнул зажигалкой. Вибросигнал его ПДА заставил сталкера взглянуть на экран. Пробежав глазами по тексту сообщения, он помрачнел и, покачивая головой, словно не веря в произошедшее, взглянул на пленника. – Фанат 200 и с ним трое вояк тоже холодные.
Сиплый засмеялся, услышав о гибели сталкера, с ненавистью бросив взгляд на Волка.
- Че ржешь сука!!- не выдержал Лис, и со всего размаха ударил бандита под дых, от чего ноги того подкосились и он рухнул на колени. – Такого парня..., - он не нашел сил продолжить словами и, вложившись, со всего маха пнул бандита в лицо. Сиплый откинулся назад, почти потеряв сознание, но стоявшие рядом сталкеры приподняли его, вновь поставив на колени. – Твои семеро тоже там остались, - с трудом, беря себя в руки, договорил Лис.
Сиплый, вытирая кровь с лица, замолчал, его последняя надежда на спасение была утеряна окончательно, оставшиеся 3 человека уже давно свинтили, в этом он был абсолютно уверен, ведь он поступил бы точно также, да и у десятерых шансы были невелики.
- Сейчас мразь, ты позавидуешь мертвым! - прохрипел Волк, вынимая свой нож из ножен и схватил бандита за остатки редких сальных волос на его голове.
Сиплый, взглянув в лицо сталкера, обомлел от ужаса, на долю секунды перед его глазами появилась окровавленная волчья пасть, он дернулся, завалившись на спину, и в руке Волка остался клок волос. Бандит что есть сил, заработал ногами и руками, стараясь как можно дальше отползти от обезумевшего от ярости и совершенно забывшего про боль и рану сталкера, но уперся в ноги обступивших его полукольцом бойцов Лиса. Волк поднял с земли кирпич и подскочив к Сиплому со всего маха нанес удар в колено, послышался хруст ломающихся костей, сопровождающийся воющим воплем бандита.
- Кто!?- прорычал Волк, подкрепив свой вопрос ещё одним ударом по второму колену. - Кто слил ходку!?- уточнил свой вопрос сталкер, прижав коленом к земле бьющегося в истерике Сиплого и не дожидаясь ответа, принялся резать ухо.
- Проныыраааа!!!- завизжал, словно поросенок, Сиплый. – Он там, у тебя в лагере на «Кордоне»! Он, он, он… Не надо!!- взмолился бандит, когда Волк, покончив с одним ухом принялся за второе.
- Не слышу! – сквозь зубы сказал Волк, и его слова действительно стали походить на рык бешеного зверя, что заставило отступить на несколько шагов бойцов Лиса.
Сам Лис, очевидно не в первый раз видевший приступ ярости Волка, курил в стороне, исподлобья наблюдая за актом возмездия. Более того именно он окрестил его, тогда ещё напарника, этим прозвищем. Когда дело касалось гибели товарищей, Волк приходил в неистовое бешенство, пока не насыщался местью, и вставать между ним и его жертвой было себе дороже.
- Он Бородой у вас ходит!!! Мы ему ПДА левое дали!!! – орал Сиплый, продолжив исповедь. – Рыжий и новичок… прогон на линии был, за артефакт. Новый. Он подслушал!!! Он слил!!!
- Сколько твоих было у нас в тылу!? – продолжил допрос сталкер, поднеся острие клинка к самому глазу жертвы.
- Десяяять!!! Семерых положили еще 3 остаться должно!!! – дал расклад гопник.
Волк кивнул Лису, который тут же отбил сообщение с приказом сфотографировать тела убитых бандитов.
- Сейчас пришлют фотки, и ты нас познакомишь, - потребовал сталкер, - а посмотреть и одним глазом можно! - заключил он, погрузив острие клинка под нижнее веко правого глаза Сиплого, который через несколько секунд потерял сознание.
Лис молча вынул из контейнера «Ломоть мяса» и сунул его за шиворот бандита. Тем временем Странник, Голд и Шериф подошли к месту расправы, ведя всё ещё слабого ветерана под руки.  Командир осмотрел уцелевших, задержав взгляд на руке напарника.
- Енот? – уже спокойней спросил он.
Голд отрицательно покачал головой, опустив взгляд.
Волк опустился на землю и принялся отбивать сообщение Музыканту с указанием взять Бороду под конвой, при этом смотреть, чтоб он не сдох до его возвращения.  После чего повалился на землю и отключился.
После того как Волк потерял сознание, бойцы, с отмашки Лиса, принялись собирать оружие, ПДА убитых, не забывая при этом заглядывать в карманы мертвецов. Все что представляло товарную ценность и пользовалось спросом у торговцев перекочёвывало в рюкзаки сталкеров. Обычное дело для Зоны – трофеи.
Алексей, выпав из событий, обнаружил себя оттаскивающим вместе с Голдом тела Енота и Носа к аномалиям. Трупы бандитов, обысканные и обезоруженные, мстительно решено было оставить на съедение зверью.
- Тут большое стадо свиней ходит. Кабаны, плоти, вперемешку. Они, как мы уйдем быстренько сюда сбегутся. Шума на километры было. А к вечеру, эти гниды уже в какахах завернутые будут под кустами лежать, - сказал Лис. – А если не сожрут, а Зона их поднимет, то мы их с пребольшим удовольствием второй раз в расход пустим.
Он щелчком выбил бычок в сторону одного из трупов противника и сплюнул.
Перед глазами Странника всплывали кадры, запечатлевшие лица и голоса погибших сталкеров. От воспоминаний Лёхе стало не по себе, проснулось гложущее чувство вины. Возможно, если бы не эта ходка, то Нос и Енот сейчас были бы живы и шагали по своим делам по земле Зоны, наслаждались суровой жизнью сталкеров.
- Это были опытные сталкеры. Они знали чем рискуют когда соглашались на ходку, - сказал Шериф, словно прочитав мысли Странника. - Я тоже знал, - добавил он, с сожалением взглянув на свою культю, уже успевшую затянуться наросшей кожей. - Виноватых не ищи, Странник, - закончил сталкер и направился к руинам дозиметрического поста, где команда Лиса обустроила временный лагерь.
Волк пришел в сознание спустя несколько часов. Капли моросящего холодного дождя стекали по его щекам, оставляя чистые дорожки бронзовой кожи, на потемневшем от пороховых газов и крови лице. Ко всему прочему хотелось есть.  Чувство голода, вызванное заживляющим действием заботливо примотанного Лисом к его колену «Души», заставляло желудок буквально вопить и требовать пополнить запасы энергии в организме. Он осторожно попытался пошевелить ногой, однако, не почувствовав и намека на боль, смело согнул ногу в колене.
- «Душа», - раздался рядом голос напарника.
Шериф сидел рядом, прислонившись спиной к бетонному блоку, и выжидающим взглядом смотрел на напарника. Над алюминиевой кружкой с горячим чаем в его уцелевшей руке поднимались тонкие струйки ароматного пара, он молча протянул напиток Волку. Кивком головы, поблагодарив сталкера за заботу, Волк принял кружку и сделал несколько глотков тонизирующего, сдобренного сахаром напитка, почувствовал себя немного лучше. Шериф после нескольких неудачных попыток вскрыть банку тушенки одной рукой, подгоняемый жалобным урчанием желудка Волка, негромко выругался, решив не тратить нервы и время, полез в свой рюкзак, достав несколько шоколадных батончиков, передал их напарнику. Сталкер, глядя в точку на противоположенной стене, разрывал упаковку и методично поглощал предложенные углеводы, мерно работая челюстями, периодически запивая чаем.
- Волк, - обратился к ветерану Лис, присев рядом на корточки, - мои парни прибрались тут, стволы бандитские и артефакты мы себе забираем и «глушилку» тоже, вещь полезная. С добром своих сталкеров сами определяйтесь, - сказал он и перевел взгляд на Шерифа. - Да и еще, на счет Сиплого, за его голову Диктор, который бар на «Ростке» держит, награду в 20 штук объявил, а за живого на 15 кусков больше. Эта падла и ему насолить успела. Отдай его нам, и считай мы в расчёте, до бара сопроводим. Лады?
При упоминании о Сиплом, челюсти Волка, методично крушившие шоколадные батончики замерли. Он молча вынул из внутреннего кармана комбинезона пачку купюр и протянул их Лису.
- Двадцатку Диктор заплатит, а с ним я ещё не закончил, - сказал он, тоном, не терпящим возражений.
- Понимаю, - ответил Лис, взяв деньги. 
В течении часа тишину в окрестностях «Свалки» нарушали дикие вопли ужаса, сменявшиеся мольбами и призывами о помощи, остававшимися без ответа. Сталкеры, казалось бы, не слышали и не видели жестокой расправы, учинённой Волком.
Странник и Голд сидели, устроившись неподалеку, молча набивали магазины своих автоматов. Благо патрон калибром 5.45мм не был редкостью в Зоне, и напарникам удалось выменять боеприпасы у парней Лиса, пожертвовав часть пайков и медикаментов. Последний предсмертный крик, перешедший в булькающий хрип, заставил Лёху вздрогнуть, патроны выпали из его руки.
- Ничего страшно, - сказал Голд. – Зона чище станет. Ты еще не знаешь, сколько молодняка банда Сиплого перевела.
Волк вышел из-за груды бетонных блоков с головой бандита. Капли крови, падавшие из неровного разреза, оставляли на земле красный след, тянувшийся за сталкером.
- Лис! – позвал Волк сталкера, сидевшего у костра и беседовавшего о чем-то с Шерифом.
Лис отвлекся и поспешил к Волку, на ходу вынимая черный пластиковый пакет с зип-застежкой, коими ученые снабжали сталкеров выполнявших для них задания по сбору биологического материала.
- Ваша двадцатка, - сказал Волк и опустил голову в раскрытый пакет.
Поймав на себе испуганный взгляд Странника, сталкер повернулся к напарникам, одновременно вытирая клинок своего ножа о найденную тут тряпицу.
- Выход через 15 минут, к вечеру будем на «Ростке», - сообщил Волк. - Лис поднимай людей, - скомандовал он.
После чего Волк, Лис, вместе с проводником приступили к обсуждению маршрута ходки. Волк внимательно следил за красной линией маркера на электронной карте ПДА сталкера, согласно кивая, периодически уточняя детали по местам стоянок, либо вносил изменения, избегая мест возможных засад. Сталкеры подозвали Голда, ознакомив его с утвержденным маршрутом дальнейшего пути, на что он после недолгого изучения, согласился и перенес сведения в свой ПДА.
После недолгих сборов Странник и Голд в сопровождении отряда сталкеров вновь продолжили путь. Сейчас Страннику стало намного спокойнее, но он не позволял себе расслабиться, внимательно вглядываясь в развалины строений, в каждый ржавеющий остов брошенной техники. Теперь это перестало походить на увеселительную прогулку. В его голове крутилась одна единственная мысль, хотя скорее не мысль, а подмеченная им закономерность, о которой он не хотел говорить вслух, боясь быть услышанным Зоной. Она пристально наблюдала за ним, оценивала каждый его шаг. И стоило новичку поверить, что всё складывается в его пользу, как Зона тут же давала ему крепкую оплеуху, показывая, как быстро все может поменяться на противоположное. Уже дважды Она протащила новичка на волосок от смерти. Словно в подтверждение правильности его выводов позади удалявшегося от «Свалки» отряда раздался пронзительный прерывистый, больше похожий на смех, писк тушкана.
Шагавший рядом с напарником Голд был погружен в раздумья, периодически бросая короткие взгляды в небо, то на экран своего ПДА. Маршрут, недавно проложенный Волком и Лисом, до мельчайших деталей совпал с тропой, которой при жизни ходил Серега, и которой сейчас вела его и Странника Зона… Тропой мертвеца…
Отряд двигался довольно быстро по меркам Зоны. Проводник из отряда Лиса уверенно вёл за собой сталкеров по ранее оставленным ими следам. Желтизна солнечного диска еле пробивалась через вновь уплотняющееся покрывало густо-синих со свинцовым отливом облаков. Капли мелкого накрапывающего дождя, неустанно поливавшего землю под ногами сталкеров, обозначали границы притаившихся аномалий, очерчивая неровные круги их владений. Насыщенный влагой воздух, гонимый южным попутным ветром, разгонял над местом боя тяжелый железистый запах крови вперемешку с прелым запахом листьев.
Карканье ворон, жадные визги кабанов и клокотанье плотей, орудующих страшными клешнями говорили о том, что создания Зоны приступили к пиршеству, оставленному после себя людской жадностью и ненавистью, отвагой и самопожертвованием. С каждым шагом, пройденным по отравленной радиацией земле, Странник растворялся в распростертых объятиях Зоны уже приготовившей новичку новые потрясения и испытания.