Арка с Л. Марселем. Эпизод 4. Брио, Дисрут и други

Номер эпизода — 32.

Арка с Л. Марселем. Эпизод 4. «Брио, Дисрут и другие непонятные слова».

Фредерик: Милая, тебе принести в постель?
Ария: Да, да!

Сон прервался, как только Ария погрузилась в него более глубоко шумом репетиции снаружи, какой-то смех прямо в рупор, ударные инструменты, металлический лязг, рев медведей вдалеке, а ведь ей только удалось вспомнить еще оставшиеся обрывки добрых воспоминаний.

Снеженки за окном кружили и завораживали, успокаивая своим тоном диссонирующий кошмар по ту сторону дверей. Глаза снова начали слипаться. Стук в дверь, и руки Арии сами начали заходить за голову, это ведь точно была Лорна после ее близкого знакомства с Брио, но не тут-то было. Нора открыла Антонову, а тот был еще более понурым, чем обычно.

Антонов: Поправляешься, надеюсь?
Ария: Да, доброе утро.
Антонов: Сложно это назвать утром, хотя это не так важно. Есть проблема. Лично нас она не каснется, но это до поры до времени.
Ария: Что еще? Если речь про этот музыкальный базар, меня он тоже бесит. Я знаю, что это имперцы.
Антонов: Я допросил конвоиров, их целью вовсе не было обкрадывать народ, они набирали людей на войну. Вербовали солдат, планировали, по крайней мере.

Можно было подумать, что Арию это заставит волноваться, но она уже и без того знала, что происходит.

Ария: Да это я и так знаю.
Антонов: Вопрос — насколько, ведь этот случай уже совсем иная история. Они планируют напасть на Империю целиком, в рядах вместе с Нанкаем.

От такой ужасной и резкой новости, у Арии, аж нос перестало закладывать.

Ария: Это еще как так может быть? Это же какой-то сюр конкретный! Это точно?
Антонов: Да, это сюр конкретный, а... Да, точно, все, как один выложили. Без зубов им конечно говорить было... А о чем...
Ария: Тогда... Отсюда и сейчас сделать что-нибудь можно?
Антонов: Не стоит излишне торопиться. После того, как Стефано обрел поддержку со стороны Нанкая, он подуспокоился, к тому же, он все еще решает проблемы с управлением и захватом земель Мираберга.
Ария: Не особо успокаивает. Это ответ на действия Империи? Либераторы, я имею ввиду.
Антонов: Нет, это лишь катализатор, они планировали это еще давно, просто не думали, что Нанкай вот так молниеносно согласится.
Ария: Мираберг и Империя против Стефано и Нанкая... Такое противостояние... Как много он уже набрал?
Антонов: Не более двадцати тысяч, но это только с Атласа и Пико де Луз.
Ария: Надеюсь, это замедлится. И к слову... Те конвоиры... Они еще пригодятся?

Визуальное напряжение Антонова сменилось на непринужденность, ибо он уже понимал, к чему это она.

Антонов: Это сброд, вербовщики и по сути мелкие государственные грабители.
Ария: Налетчики, одним словом?
Антонов: Да, обыкновенные рейдеры, хотя шли они на это сами.
Ария: И все-таки?
Антонов: Нет, не нужны.
Ария: Тогда подержите их еще немного. Так же, как и они держали в страхе этот город, как я понимаю, и многие другие, перед неминуемым.
Антонов: То-есть, вы хотите казнить их лично?
Ария: Верно. Если эту нацию, нет... Эту страну ничего уже не спасет от паразитов, значит их нужно вырывать с корнями.
Антонов: Да, пожалуй, вам решать. У нас даже для такого подхода есть слово «дисрут» — значит вырывать с корнем.
Ария: Тогда закончили.
Антонов: А, вот еще что — коли поправишься, лучше сейчас особо не расхаживать по городу, объявился здесь один поехавший — все ищет остатки настоящей семьи Блэк, но сам-то не отсюда, не из наших краев, сколько после переезда, ни разу не видел его.
Ария: Да какая разница, сейчас никому доверять нельзя. И лучше так. И еще спрошу — что сталось с семьей Блэк? Я уже столько шуму навела.
Антонов: Слово Сандала что-нибудь говорит?
Ария: Все понятно. Спасибо за справку о том парне. Еще нехватало «этих» интриг.

В этом был весь непринужденный шарм комиссара Антонова — он, даже не попрощавшись и не закрыв за собой двери, просто бессловно напрямую, но бормоча свои же мысли под нос, вышел из дому и просто встал, уставившись на небо.

Ну а Арие же не было дела до истории семейства ее взятой, как временный щит фамилии, лишь в этот миг она поймала себя на мысли о том, что разницы-то, кто по семейству правит Герцогством так же, нет никакой. Главное — чтобы лидер был мудр, честен и заботлив о жильцах.

Жильцы же Вайссбурга разделились на два четких лагеря — первые были рады хоть какому-то живому движению, и не так важно, слушали ли те раньше именно Брио, либо что еще, даже если новоприбывшие — имперцы, в этой горной занюханной деревушке, ну, хоть что-нибудь яркое — уже событие.

А вот другой лагерь был уже не рад этим чужакам, опять же, не важно, кто они — раз они не отсюда, значит и поганой метлой их отсюдова восвояси. Так здесь принято, навешивать подозрения на тех, кого не помнят в лицо. Чужаки приносят проблемы и ненужные ссоры, то торгуют чем попало, то разводят на деньги, мошенники эти. Причем даже к семейству воров — семейству Блэк относились снисходительно, ибо знали, хорошо знали кто это и что с ними делать.

Но не время раздумывать на голодный желудок. Ария привстала несмотря на недомогание и муть в голове и сонная побрела за угол в комнату родителей Лорны. На столе уже остыл бульон, схватившийся с формой в холоде, как клей. Нора с опаской кинула взгляд, подозревая, что еще больная может оступиться по пути, но Ария четко шла к камину, поставив на него остатки уже холодца, своим взглядом приглашая Нору оценить то, что она делает.

То, в чем Ария была уверена, это в том, что нужно заварить отвар из трав, которые по запаху были уже чем-то знакомым. Достав из чушки чашку, в нее пошли тут же размельченные листики и травинки, которые частенько заваривались в тех краях в подобных случаях. Запах был таким странным — пряные, душистые нотки, сильное древесное пробирающее ядро, и уверенная корневистая, почти мускусная основа, но пить придется, а пока пусть кипит.

Склоняясь над навершием камина, жар сушит вышедший пот Арии, пока Нора бессловно наблюдает за процессом. Как только жирный кисель рядом подтопился, Нора достала оттуда кость и также бессловно наглядно показала, как можно извлечь из этого блюда больше пользы, разрубив томагавком оленью кость и достав оттуда костный мозг, добавив обратно в бульон.

Ария внимательно фиксировала все в своем, хоть еще простуженном, но сознании. Туда же пошли сухие ягоды можжевельника, лавровый лист, свежий чеснок крушенный одним ударом обода томагавка и каменная соль, а уже сваренное мясо было вырезано с кости, чтобы бросить в конце.

Минуло десять минут и, казалось бы, пропавший аппетит у Арии вновь проснулся от такого аромата, уже из воздуха наполняющего рот слюнями. Еще пол часа, и уже янтарного цвета отвар был готов к употреблению. И вот Нора вместе с Арией обсуждают новости, которыми она поделилась из уст Антонова.

Нора: Выходит, нам остается так же спокойно жить здесь, подальше от хаоса? Мне нравится.
Ария: Кто знает, хоть даже с поддержкой Империи, хаос может прийти неожиданно...
Нора: Да не каркай ты, давай, кончай, и варево испей. Поправишься, дальше помогать будешь, пока здесь. Руки у тебя работящие, просто не знают что да как. Я-то научу, сама потом прокормиться сможешь.
Ария: Спасибо. Я потом вознагражу.
Нора: Вот прикажешь дороги перестроить и славно будет, а там уже как-нибудь. Всегда здесь жили и ничего. Летом-то здесь живется прекрасно, а большего нам и не надо.

Выглядывая за окно, уже было понятно, что намечаются далеко не посиделки. Для той группы уже ввозят дополнительные инструменты, и вон, даже, какой-то человек в плотной химической маске несет коробку, в которой содержимое такое, что рядом идущих нет, все по сторонкам расходятся. Даже в дневное время доносятся цветастые лучи с севера, и не просто белые, а прямо пестрые, радужные.

Бумающие, долбящие ударные не только слышны, но и волнами по земле расходятся, как буд-то стреляют из пушек. А мелодия, словно к клавесину подключили странный резонатор, и такой необычный тембр даже заинтересовал Арию, ибо подобных диковинок было на пальцах сосчитать даже среди таких же диковинок. М-да, финансов у Брио на такие изыски воистину несметное количество.

Ария: Ой, обожглась.
Нора: Аккуратнее надо.
Ария: Отвлеклась на звуки эти. Странные инструменты.
Нора: А я вот как не понимала музыку, так и не могу, вот народные песни еще куда бы не шли. Пьяный Найджел бывало даже хорошо напевал. Эти больше на военные песни похожи, марш какой-то.
Ария: Точно. Чем-то даже похоже на наш гимн, правда очень странный, как не с этого мира звуки. Интересно было бы послушать даже.
Нора: Ну так давай, приходи в себя, и посмотришь, сидеть и отлеживаться — только хуже себе делать. У меня Лорна простуженная охотилась, и ничего.
Ария: Тяжело приходится в горах. На Сандале хватило.
Нора: Даже там... Да, что за жизнь такая у тебя...
Ария: Еще и эти терки с Нанкаем теперь напрягают.
Нора: Это же эти... Узкоглазые... Чурки какие-то, да?
Ария: Им бы это не понравилось, но внешность у них отличается, да.
Нора: Что им здесь понадобилось с этим Стефано...
Ария: На то были предпосылки, всегда лишь ждали, кто бы им руки развязал.
Нора: Значит, все-таки, нам, здесь еще повезло. Есть в этом плюсы — никому мы не нужны. Можешь потом укрыться у нас, если пойдет не в гору.
Ария: Надеюсь, до этого не дойдет.

Дело шло к вечеру, а Лорны все еще нет.

Нора: Сходи-ка за Лорной, что там можно так долго делать?
Ария: Но я же еще...
Нора: Свежий воздух тебе не помешает.
Ария: А вы будете заняты?
Нора: Найджел придет на ночь снова, надо будет открыть, если Лорна не успеет с тобой.
Ария: Ладно уж, так и быть.

Холод этим вечером чувствовался вовсе иначе — ветра почти не было, и в том самом пальто с уже брошью истинного владельца земель было очень даже тепло, а также и атмосфера чувствовалась накаленной, но вовсе не от привычной уже нависающей угрозы, а от игры страстей в воздухе.

Все-таки там, вдали, я сам, кстати, не очень вижу, что там происходит, я имею ввиду, оттуда светят эти их фонари прямо в глаза, сложно разобрать, но я попробую. Так... Еще раз, дубль.

Все-таки там, вдали, они, немалоизвестные на все острова, Брио — Бриллиантовое Трио — группа музыкальных талантов, прославившиеся своими откровенными песнями, родом из Ами, что на острове Трип, а там такое с потрохами съедает молодежь, чуть ли не до буквального посинения отрываются целыми ночами, пока их родители пытаются отговорить от прослушивания этой, по их словам, грязной брани.

Подходя ближе, свет бил в глаза, прожигая сетчатку ровными четкими лучами, красотами радуги, вращаясь по кругу то на певиц, то на зрителей, толпа сгущалась и скандировала, обезумевшая при виде яркого вечернего представления, когда только их свет и был виден, пока сами певицы сияли на еще не полностью готовой сцене, но даже с репетиции молодежь сходила с ума, пока сзади копашились технические рабочие.

Ария обошла сцену, выглянув на то, что же там такое интересное, и это ее заворожило, как и других подростков, стоило лишь взглянуть на певиц: Сабрина «Карамелька» Ферреро — сногсшибательная блондинка в ярко-синей шубке с белым мехом и длинных блестящих сапогах, пронимающая мастерской игрой на ударных, посылая дрожь по земле, прожигая своей энергией пространство насквозь, Мария-Селина Маркез — яркая, как зимнее солнце матроска под токсично-лимонным жакетом — прирожденный мультиинструменталист, отжигающая на сильно-модифицированном до неузнавания клаившном инструменте, издавая «инопланетный звук», и Алана «Ми Канта» Макант в броском алом, чуть ли не купальнике, вокалистка, певица и хэдлайнер, известная своим экстремальным вокалом, способная залить мед прямо в слуховой проход, вон, даже девочка из толпы, казалось, сошла с ума.

А сцена была прямо напичкана разной аппаратурой, все инструменты с усилителями, рупорами и прочим, оглушая Арию, еще и все так блестит, переливается, долбит в глаза, ослепляет, земля словно уходит из под ног, но Арию это загипнотиизировало, и хоть она не была особым любителем таких представлений, вживую это было просто неописуемо, и не только из-за самого концерта, но и от реакции других скандирующих зрителей, а когда позади сцены еще начали струиться пиротехнические эффекты, так ум покинул Арию, и она в миг позабыла все, что намедне происходило. Теперь-то было понятно, почему Лорна все еще не вернулась. Так и на всю ночь зависнуть не грех.

Только эта идея промелькнула у Арии, как барабанщицу сменил молодой человек, пока та взяла гитару с чем-то чудным на грифе, а клавишницу заменил другой человек, их игра поутихла, а клавишница подошла к мегафону, за чем и барабанщица последовала, превратившись в трио певиц, и послышался другой мотив, искаженный, перегруженный, толпа заверещала, а звук начал прошивать не только тело, но и душу навзничь и началась песня.

Сабрина «Карамелька» Ферреро:

Bijoux en diamants, robes en satin, (Бриллианты, шелк на нас)
On brille plus fort que vos r;ves ch;tifs. (Мы ярче, чем ваш жалкий гламур)
Le champagne coule, les c;urs se brisent, (Шампанское льётся, сердца рвутся)
Mais qui veut la vie quand on peut l'***uire? (Кому нужна жизнь, если можно просто въ**ать её?)

Алана «Ми Канта» Макант:

Dansez, p*****s, jusqu’; l’aube, (Танцуйте, б**ди, до рассвета)
La ville est ; nous, le monde est trop lent. (Весь город наш – мир слишком медленный.)
Rien ; perdre, tout ; voler, (Нам терять нечего, воровать – всё,)
M;me vos ;mes—on les vend en argent! (Даже ваши души – продадим с наценкой!)

Мария-Селена Маркес:

Vous pleurez pour nous dans vos chambres ;troites, (Вы рыдаете по нам в своих коморках,)
On rit en or, nos larmes? Artificielles. (Мы смеёмся в золоте – слёзы? Бутафория.)
Le luxe est cru, la gloire est br;ve, (Роскошь – это боль, слава – миг,)
Alors ba***, adorez-nous avant qu’on parte. (Так что с**ите, обожайте нас, пока мы здесь)

Арию из гипноза выбила Лорна по другую сторону скопления, обливающаяся слюнями, пытаясь понять о чем они поют в их стиле. Кричать ее было бесполезно, к тому же, все здесь точно немало оглохли. Хоть в этот раз, выйдя из ступора, Ария начала пробираться сквозь толпу кишащую сумасшедшими фанатами, кто-то обрызгал Арию своим пойлом, летящим во все стороны, и в этот же миг, трио подняли пальцы вверх и запущеный у подножия горы фейерверк взорвался так близко голубым, желтым и красным, что оба эффекта сложились, и Ария снова погрузилась в сказку наяву, зависнув с концами. Шоу настолько сумасшедшее, что после него любой человек в здравом уме его насовсем потеряет.

Ария: Дави его! Дави-и-и!

За последнее время, это было самым веселым и увлекательным событием, и само тело Арии, как заколдованное, начало двигаться в такт музыке, а это уже заметила Лорна и показала, как следует отрываться по полной, и все печали и невзгоды миновали в мгновение ока. Лорна ее угостила еще совсем теплым бокалом с глинтвейном, после чего ничего, кроме чистого движения не могло помешать наслаждаться этим чудным, воистину дивным моментом.

Но стоило Арие завестись, как ее из толпы высмотрела Алана Макант и весь свет переключился на нее, приглашая на сцену. Она же, зачарованная пестрыми каденциями и живым звуком, даже не на секунду не задумывалась, допила бокал и присоединилась, а Лорна осталась кричать вслед «Я знаю ее! Я ее знаю!»

А там абсолютный кураж на два часа, пока люди узнавали принцессу, загорелись еще больше от такого сюрприза. Где-то в столпотворении даже комиссар Антонов дергал усищами в такт музыке, а может, это его нервный тик дрыгал его лицо в такт. Там же, Арие на долю секунды показалось еще чье-то знакомое лицо.

И вот, представление подошло к концу, да и свет уже поугас, газ ушел, а усилители выдохлись с концами.

Алана: Спасибо за буст, крошка!
Ария: Да, да, да! Я приду еще!
Алана: Не хочешь спеть с нами в следующий раз? Будешь нашей звездочкой! Специальный гость!
Ария: Еще как можно!
Сабрина: Да, такой движ по мне. Бывай.

Ария спустилась со сцены, Лорна уже ушла домой, присмотревшись, народа-то было совсем негусто, а это еще что? Ой, а уже рассветает... Действительно.

Ария: Ой, а уже рассветает...

10 Декабря 1850г.

Знакомый голос рядом.

Феликс: Эй, веселишься? Правильно. Не помешает.

А казалось-то, Арию уже ничего больше этой ночью не удивит. А тут Феликс, в присущем его стилю ярко-красной шубе.

Ария: А ты-то здесь какими судьбами?
Феликс: Ну привет, тоже мне, здесь же какой-то потомок Блэков устроил лавину, я на такой бунт не мог не прийти! Такая бунтарская душа, мне такое нравится.
Ария: А, так.. Стоп... Это значит ты весь день, говорят город прочеесывал?
Феликс: Значит так обо мне говорили... Чтож, да, это был я. Но...
Ария: Не нашел никого, да?
Феликс: Да, так... А откуда ты знаешь?
Ария: Я и есть та самая Анна Блэк, которую ты ищешь. Там история была...
Феликс: Жесть. Да, это могла бы сделать некто, как ты.
Ария: Подожди, а ты как так вышел? Тебя, выходит, отпустили, или Моника выкуп дала?
Феликс: Ты бредишь, что ли? Я же бунтарь, я сбежал оттуда, невпервой уже. Твои кстати в норме, ну, относительно.
Ария: Только хотела спросить, спасибо. А что значит «относительно», это насчет Томаса?
Феликс: Именно. Он все еще под стражей, ждет суда.
Ария: И он его получит.
Феликс: В смысле?
Ария: Ну, я имею ввиду Марселя Лероя, он суд получит, у меня есть один здешний знакомый юрист, который как раз хочет его задавить.
Феликс: Томаса?
Ария: Да е... Какого Томаса? Марселя!
Феликс: Давай завтра обсудим. Я тут неподалеку буду, мне есть, куда заселиться. Там домик внучатого племяника на даче дяди деда Моники.
Ария: На даче кого-кого ты там говоришь кого-чьего?!
Феликс: Ну, смотри, у Моники есть дед, у него есть брат, то-есть дядя ее деда, у этого дяди деда есть дочь, тетя Моники, а у них есть два сына, то-есть троюродные кузены Моники.
Ария: … Допустим, так. Я ничего не поняла. Но раз есть где остаться, то сам знаешь, как лучше.
Феликс: Бывай.
Ария: Да, бывай.

Ария была все еще в состоянии культурного шока и на горяче дошла до жилища родителей Лорны, не замечая пройденного, однако, до того, как зайти внутрь, осталась на пол часа просто посмотреть на рассвет, отражающийся лишь на самых западных склонах Альдахаба алыми следами босой зимы, которая тает на багровых дюнах золотого бархата.

Очердная загадка для Арии, о которой она тоже все еще мечтает — побывать среди вечных песков времени, запашистой кухни, пирамид древности, окунуться в тайну их вневременья, в бредни зайдя по края, ощутить горячий песок в обуви, утонуть в энигме Фараонов и прикаснуться к самой ткани реальности через призму зыбучей стихии. Время покажет...

Внутри жилища было уже вполне привычно. Спокойный, мирный быт обывателя разил своей простотой и добродушием. Вот и пришло время снять верхнюю одежду, да на почевую, рядом с разлегшейся, прямо, как Хуан, Лорной, на всю небольшую коечку, которая все так же мешала спать своим дыханием прямо в шею.

Шесть часов вечера, и, вроде бы, простуда уже сходит на нет, но все тело, словно кирпичной кладкой выложено. Так тело Арии еще никогда не уставало, ибо к таким изнуряющим тренировкам ее никто не готовил. Активные танцы на открытом воздухе это не махать шпагой — это использовать все тело на максимум.

Лорна: Ну и долго же мы вчера бесились.
Ария: Доброе... Вечер. Нас не обыскались случаем?
Лорна: А куда бы мы делись? Здесь особо пропадать-то и некуда.
Ария: А, да, точно.
Лорна: В сауну пойдешь за компанию?
Ария: Точно... Мне же еще встретиться нужно кое с кем. Хорошая идея принять ванную.
Лорна: Ванную, говоришь? А бассейн не хочешь?
Ария: А, ну да, точно, мы же как-бы...

Стоило Арие не особо удачно подметить неважное состояние инфраструктуры Вайссбурга, как Лорна ущипнула ее за бок.

Ария: Ай, что такое?
Лорна: Вообще-то у нас здесь как-раз-таки есть бассейн. Правда публичный, не как «у вас», наверное.

Теперь уже Ария ущипнула Лорну в ответ.

Ария: «У нас» так-то тоже все как всегда, да, у нас есть свои ванные комнаты, но это не значит, что у нас у каждого целые личные моря.

Две девушки заигрались, как дети, хотя что там, в общих чертах, все как-раз-таки так. Странно звучит «как-раз-таки так», но допустим. В последний раз Ария так проводила время играя с детишками в том самом переулочке в Атласе в начале приключения. Перекусив какой-то... А, собствеенно, что это... Это, вроде как... Как там его... Когда был в Брим-Капитале, ел подобное, там рис, нечто по типу карри, это не местная кухня была, я забыл название, вот этим поужинали и побежали, одевшись, на север Вайссбурга, где располагался бассейн, а там и расслабиться можно, но сначала помыться — грязнуль там не любят.

Путь был приятным, эти пару дней ветра почти не было, из-за этого, мужики хлистали эль галонами прямо на том, что, по идее, должно было являться тротуарами. Там же, навстречу им двоим, попалась одна из Бриллиантового Трио — Алана Макант, но она сидела на облупленной скамье, ничего не замечая, захлебываясь слезами, которые замерзали на ее уже более простой синеватой курточке солеными следами.

Такое не могло не вызвать внимание. Люди начали кучковаться, дабы узнать интриги или даже в таком состоянии попросить у нее автограф, что еще больше ее выводило из себя.

Алана: Пошли вон!

Такой реакции народ ожидал в последнюю очередь, ведь они не знали, отчего та плачет навзрыд. Люди начали расходиться, понимая, что им сейчас не рады, последних прогнала Ария, некоторым ярым фанатом даже пришлось приказать уйти в строгом королевском тоне.

Алана: Уйдите, прошу! Мне нужно побыть одной.
Ария: (обр. к Лорне) Пошли, человеку плохо.
Алана: Нет... Постой... Как ты говоришь?..
Ария: О чем ты?
Алана: Как ты меня назвала?
Ария: Человеком?

Алана разревелась еще пуще прежнего, но быстро успокоилась.

Алана: Я — человек... Спасибо... Я — человек.
Ария: Да, а кто по твоему? Звезда островов?
Алана: Нет! Если быть звездой — значит быть с ними, такими, как они, я лучше там же, в Баннетте в хлеву сгнию!
Лорна: Интересная драма!
Ария: (обр. к Лорне) Ты в своем уме? Ей же плохо, не видишь?
Алана: Нет ничего интересного. Она даже здесь этим дерьмом барыжит, Сабрина. А еще и продюсер мудак, яйца свои подкатывает. Той вообще дела нет, говорит «Я не обязана любить свою работу».
Ария: Вот вам и шоубизнес.
Алана: А уйти-то никак. Сразу все грешки на меня повесят.
Ария: А разве их самих за это не возьмут в карцер, я так понимаю, это все деньги?
Алана: Да тут назвать просто «деньги» язык не повернется. Там целая наркоплощадка, они с помощью нас деньги отмывают.
Ария: Что это такое?
Алана: Ты же должна знать такое! Они наживаются на продаже всякой дури, а выставляют это, как заработок с выступлений и вложений всяких типа обожателей.

Ария: А как такое возможно? Это же дичь редкостная.
Алана: Весь этот «Талант Ами» — пыль в глаза. Попробуешь уйти от них — и все, тебе конец, все на тебя повесят. Простушка с Баннетта с милым личиком и голоском, куда же ей.
Ария: Так, я имею в виду, это никто не может остановить? Есть же у вас патруль.
Алана: А ты думаешь, кто этим всем заправляет...
Ария: В каком ужасном времени мы все живем... И я ведь это слушала и наслаждалась шоу...
Алана: Не пойми неправильно — я люблю выступать, но не так я себе это представляла. А сольная карьера — это не просто тернистый путь, это ад во плоти. Но так тоже нельзя. А идти-то больше некуда.
Лорна: Иди к нам! На маленьком клочке земли, где будем только мы вдвоем.
Алана: Нет уж, спасибо.

Ария: На маленьком клочке земли, говоришь... Вы же с Ами?
Алана: Нет, вот видишь, никто даже не знает, где Баннетта находится, это на основной земле Брима. А что ты хочешь? Ты — последняя, кто может помочь. Не в обиду.
Ария: А если ты... Скажем, пропишешься именно в Ами...
Алана: И что это мне даст? Все только и будут говорить «Алана переехала из своей засерушки куда побогаче», ага, надо мне это.
Ария: Там сейчас Барон Хуан Левианно заправляет всем. Вот он бы мог помочь. Ну, это здравый смысл.
Алана: Встречались как-то. Но что ему до нас?..
Ария: В смысле встречались?
Алана: На Ами выступали прошлым месяцем, он там еще с дочкой мелкой за руку ходил.
Ария: Какой еще доч... Я ее из под земли, сучку, достану.
Алана: А-а... Понятно. Подожди, а вы это типа... (потирает палец о палец)
Ария: Это... Это другое. Но да, мы вместе. Я бы могла с этим подсобить.
Алана: Если бы только так получилось... И я стала для всех человеком с душой, а не этой порнографией в тексте.
Ария: Так тебе тоже противно!
Лорна: А мне нравится, аж все внутри жаром пышит!

Разговор зашел, и уже втроем девушки направились в сторону бассейна.

Ария: Про что ты бы хотела петь?
Алана: Про любовь, наверное, мне нравится романтика, а не этот маргинал, который просто уже штаны спустил, со змеей этой ко мне идет уже. Я и сбежала.
Ария: Я уже видела, к чему подобное может привести, там же на Ами, хотя то был уже запущенный случай.
Алана: Я готова попробовать то, о чем ты говоришь. Терять еще есть что. Если это не прекратить, то терять будет уже нечего. А что нужно-то?
Ария: Оформи себе жилье там, а я уже позабочусь об остальном.
Алана: Я боюсь возвращаться. А куда вы идете?
Лорна: В бассейн, помыться и расслабиться. Хочешь с нами?
Алана: Нет, я пожалуй, просто постою с вами. Я стесняюсь при всех раздеваться.
Ария: Так. Я сейчас что-то не поняла немного. В смысле при всех?
Лорна: Ты тоже стесняешься?
Ария: Да, знаешь ли!
Лорна: Так там ведь парней не будет! А жаль.
Ария: Еще бы они там были! (обр. к Алане) И еще, не по теме, ты звала меня с тобой выступить?
Алана: Прости, теперь уже не получится. Очень хотелось, наверное?
Ария: А мне и хочется. И мы споем, поверь мне, мы покажем, что такое петь.
Алана: Как ты себе это представляешь?

Ария: Те двое петь не смогут, мы выступим первее, как разогрев называется, да?
Алана: Мы их раскроем? Ты про это?
Ария: Да, и продолжим, как ни в чем не бывало. Пусть докопаются, будут иметь дело с Хуаном. А он потом натравит того Марселя Лероя, пусть хоть по делу людям мозги выносит.
Алана: Нет, я против убийства! Это неправильно!
Ария: Да нет, тот — чинуша противный, он любит судиться и сажать всех подряд, пусть хоть их всех попересадит.
Алана: А, ну, если так, то рискнуть можно.
Ария: Только не знаю, как новый Император это все расценит, хотя это уже совсем другое дело.
Алана: Повезло все-таки встретить принцессу, еще и такую, которая умеет о людях заботиться.
Ария: Прошлый Император все-таки знал, что нам все эти полномочия понадобятся, как знал ведь, что на его место кого-то другого поставят. Все-таки вот, в чем был его план... Сам он сможет пропасть, а на Трипе всем заправляет Хуан... Гениально. Не даром в моей семье его очень высоко почитали, и весь его... Он... Просто притворялся беспричастным...
Алана: А расскажи побольше о себе, я могу даже написать статейку в хорошем свете, может пригодиться в твоем... Уникальном случае — каджая крупица помощи будет нелишней.

Все втроем под хруст снега, приправленный непринужденным разговором, шли  до снегопада по предвечернему Вайссбургу, любуясь на его простодушие. Казалось бы, в тиши должно быть легче разглядеть скрытые красоты города, но как ни крути, город был как вялый кабачок, дремлющий под снегом до прихода весны. Не видать даже ничего, кроме невзрачных домов, все заметает еще — пустые молчаливые улочки, скорее тропинки меж куч домов, состряпанных из чего под руку попалось.

Настолько же невзрачным, насколько и уродливым было здание бассейна, которое не вызывало к себе доверия — кирпичный ужас, на который нещадно намазали бетон, как слой прогорклого масла и побелили гадкой дрянью, которая кусками отваливалась со стен вместе с подобием рубероида.

Внутри было на удивление много людей, все стояли в очереди на горячий душ, а кучерявый комендант кричал на тех, кто оставлял открытой дверь. Само здание было довольно крупное, двухэтажное, где наверху располагались бойлеры, а снизу душевые, в глубине, на нулевом этаже, сам бассейн для уже расслабления после душа. С банькой Тихона это не сравнится, но здесь был свой комфорт, особенно для людей, как Лорна и ее семья, у которых нет доступа к горячей воде в достаточных объемах, чтобы целиком погрузиться в теплый поток.

В Вайссбурге такое здание считалось за роскошь, хоть плата была скорее символическая, ибо в этих крайх настоящих богатеев и магнатов и не найти совсем. Ну, как роскошь... Кабинки на первом этаже с разделением на мужчин и женщин. Не заходя внутрь, состояние бассейна можно было понять по отлепившимся буквам «О__р_то с дв_надц_ти до в__ьми» на входе.

Заплатив 20 медных пиастров с человека, девушки заняли очередь уже внутри, оставив верхнюю одежду коменданту, Ария и Лорна уже в женском отделе отложили свою одежду по шкафчикам, Алана постеснялась и просто решила поприсутствовать за компанию. Ария зашла в кабинку и повернула вентили, окрапив свое измотанное тело чудной теплой водицей, даже без мыла этого было достаточно, чтобы привести ум в комфортное состояние, хотя какое-нибудь мыло марки "Собственность лаборатории — не выносить" от Деметры вовсе не помешало бы.

А сверху угрожающе висел шипящий толстый прут — труба, а рядом с ней несколько ответвлений куда-то вверх, откуда были видны здоровенные греющиеся баки, с которых валил пар. Лорна, там, рядом по соседству, была в замешательстве, почему на нее льется холодная вода, затем пришел техник в спецодежде, как у пожарных того времени, что заставило девушек прикрыться, после чего пошел на второй этаж, со временем Лорна перестала материться на весь первый.

Алана уже ушла на цокольный этаж ждать умывающихся этажем выше, и в это время рядом еще кто-то зашел и начал говорить с другой девушкой громче, через занавеску.

*: А нечего было тогда вы**ываться, раз пришла — значит должна пахать.
*: А я что говорю? Еще называется «солистка эры» — жалкая певичка.
*: А я ее только, что видела. Ладно мы, подтанцовка, но она тут ошивается тоже.
*: Гнилушка какая-то. Зря ее вообще взяли, убежала восвояси.
*: Ха-ха-ха — скатертью дорожка!
*: Угораздило же... Реми ее взял, чтобы с основной земли кто-то был, а теперь возись с ней.
*: Сдадим потом ее обратно, как наиграемся. Мы уже достаточно на ее роль тренировались.
*: А-то!

Ария быстро смекнула, кто это такие и решила взять на себя роль карателя, посмотрев снова наверх, а затем и сама вышла и направилась на второй этаж. Там же царило паровое царство, а от бойлеров шло жгучее тепло даже на расстоянии. Ария быстренько осмотрела оборудование и поняла, какой кран от какой кабинки. Ну а что до механика, в этом густом паре ничего и не видать, еще и лампы только этажем ниже.

Стоило повернуть задвижку, как руку уже обожгло, а снизу началась паника и крики той девушки на подтанцовке и ее знакомой, на которых хлынул, хоть и не кипяток, но приятного было точно мало. Механик выбежал на первый этаж, а Ария за ним хвостиком под шумок, да, шуму было много. А там уже и на первом этаже пару повалило, Лорна и все отошли от места происшествия, так и не поняв, как такое могло выйти.

А там уже спокойным тоном Ария показала спуститься на цокольный этаж, как ничего и не было. Вниз вели перила, каснувшись которых, на руках оставалась ржавчина толстым слоем, этими перилами можно, как карандашами рисовать. А там, Алана уже просто полоскала ноги в бассейне, смиренно дожидаясь, даже не подозревая, как и Лорна, как и все, что произошло на самом деле минутами ранее.

Цокольный этаж располагал вместительным резервуаром, в который наливалась потихоньку теплая вода с тех же цистерн наверху, куда вели эти обмотанные тканью трубы, ткань с которых местами уродливо свисала, сыпля черной плесенью, за то теплая вода посреди зимы. По краям поручни, но уже окрашеные белой краской, которая визуально была нанесена прямо на оржавелости, и это все ввинчено внушительными болтами к плитке на стенах.

Скорее всего, эти гальванизированные болты были всем и единственным, что сохраняло в этом месте блеск. Переливающиеся блики зажженных, опять же, практически эксклюзивных для всего города газовых фонарей мешали разглядеть ступеньки, ведущие в большую глубину, о об этом прямо гласила табличка сбоку.

Алана: Что-то вы быстро.
Ария: Да, там одна ситуация произошла, неполадка, назовем это так.
Лорна: Там двух женщин окрапило кипятком, ничего страшного.
Алана: Хорошо, что я туда не пошла. Вы не пострадали?
Ария: Нет, я чувствую себя прекрасно!
Алана: Я не доверяю этим балонам с лавой. У нас они тоже были.
Ария: Сдается, ты тоже из прямо бедного города?
Алана: Скажем, малонаселенного. Шахтерам нужно где-то мыться. А я из этой грязи вылезла, но тут ее еще больше, ну, вы поняли.
Ария: Немного грязи я сегодня вывела.
Алана: Ты к чему?
Ария: Да разве сейчас это важно?

Лорна пропала из поля зрения, запрыгнув в глубину с разбега, тем самым намочив Алану.

Ария: Мы здесь пришли расслабиться, помнишь? Вон на нее посмотри — плещется, как карп в пруду.
Алана: Ладно. Хотя мне еще страшно, что предстоит далее в моей карьере.
Ария: А какая особо разница? Ты уже популярна и без них всех — вон все на тебя пялятся, даже кто-то из-за перегородки из пацанов смотрит.
Алана: Где?

Тут же, прямо из воды, как черт морской, мокрые руки Лорны начали попытки стянуть с Аланы ее брюки. И у нее получилось, заставив поп-звезду светить попой и свернуться в клубок после вставки Арии о подглядывающих парнях.

Алана: Да что ты такое делаешь? Они же смотрят... А кто они-то...

Ария и Лорна разразились смехом, как и кто-то из купающихся, ибо там даже перегородки не было — это два разных участка здания.

Ария: Не робей, шучу же, у меня просто появилась хорошая идея, но о ней позже.
Алана: Зачем так пугать? Я понимаю, что мы тут все девушки, но все-таки это неприлично.
Ария: За сегодня я уже нанеприличничала на год на нарах, но за то со справедливыми мотивами, так что это не считается!
Лорна: Быть не может! Это ты их кипятком обдала! А зачем?
Алана: Это наши песни так на тебя повлияли? Говорили нам, мы молодежь портим, но чтобы так быстро — впервые.
Ария: Там были эти змеи, которые твое место занять хотят в группе. Теперь будут еще в больничке отлеживаться. Я не верю, что это делаю, но мне нравится.
Алана: Да, я уже в курсе этого. Но а что изменится? Я здесь, просто красивое лицо с голосом.
Ария: Ты — человек. Остальное оставь на меня. Говорю же, есть отличная идея.

Алана напялила обратно брюки.

Алана: Ладно, поживем — увидим.

Когда взгляды насмерть приковались к принцессе и поп-звезде, стало уже не по себе, а значит, время уходить восвояси. Было только неясно, как теперь сушиться без полотенец, но Лорна уже и сама отвела обоих с собой в сушилку, а там напор воздуха, выдуваемый из низовий решета под ногами был такой сильный и жаркий, что даже волосы высыхали в мгновение ока.

Внизу красовались покрытые минеральными кристаллами здоровенные лопасти, к которым вели выходные паровые трубы. Такое редкое даже для этой эпохи устройство, а скорее, уникальный опыт добавляли особого расслабления, правда шум стоял, но это уже мелочи. Какие мелочи? Это беспл... Кхм... О чем это я?..

Итак, девушки оделись, сухие, как хворост, что даже волосы распушились, как у ведьм из басен, но это не проблема, и одевались, пока Лорна яростно сплевывалась, наглотавшись супа из людей в бассейне.

И вот уже девушки оделись, нацепили верхнюю одежду, вышли, а на пороге темно совсем, казалось, времени прошло совсем немного, но по обыкновению, приятные моменты ощущаются иначе. Но Арию это не смутило, ибо она уже надумала все наперед.

Ария: Лорна, ты уже возвращайся к себе, а мне есть, что сделать на сегодня.
Лорна: Пытаешься подольше побыть со звездой?
Ария: А вот и нет, там серьезное дело.
Лорна: Ладненько, увидимся дома. Занимайтесь серьезностями.

А она так и пошла, из-за голода, или от холода, также и Алана уже чувствовала, что и ей пора возвращаться, но Ария ее остановила, как только на ее лице это можно было прочитать прямым текстом.

Алана: Хочешь еще погулять? Мне уже тоже пора, хоть и не хочется туда идти.
Ария: А ты и не пойдешь. Я тебя кое-кому покажу. Просто поверь, ты будешь рада.
Алана: Ладно. Но не затягивай.

Дорога от бассейна до здания мэрии была совсем недолгой, Алане было всю дорогу непонятно, что может ей там понравиться, но осталось ожидать чего-то стоящеего ее внимания и времени. Здание мэрии было также нереставрировано, но держалось молодцом. Широкое трехэтажное строение с двумя балконами, повидавшими виды.

Внутри, как вошла Ария, начался шорох, ибо все-таки принцесса, пожаловавшая в мэрию — это серьезное дело.

Алана: Что мы тут забыли? Ты меня в мэры хочешь поставить?
Ария: Я здесь, чтобы решить твою проблему с тем мудаком.
Алана: Как? Твои связи могли бы пригодиться, если так, я доверюсь.
*: А вы по какому делу?
Ария: Комиссар Антонов ведь еще здесь?
*: Да, только время приема уже давно окончено, хотя для вас можно сделать исключение. Зам мэра сейчас на третьем этаже. Но постарайтесь не задерживаться, у него и без того сейчас завал.

У одного темнокожего из сотрудников чуть ли не сосуды начали лопаться от слова «завал», так смех вырывался.

Ария: Спасибо, это минут на тридцать, не больше.

Алана уже понимала примерно что хочет Ария, так что просто шла за ней. Подъем по голой бетонной лестничной клетке огласился странными звуками, доносящимися из зала сверху по центру мужским низким голосом «Сюсик-пусик, ты покаканькал? Молодчина! Какой ты все-таки пипусечька!»

Это напрягло обеих. А там Антонов в полуприсядке, посреди конкретного срача, эм, «творческого хаоса», как ребенок игрался с миленьким черным котенком, приговаривая «Ути какой! Малипусечька, царап-царап, да? Это дядюшка Боря, у-у-у! Хвостик, хвостик!» Почувствовав взгляд, и обернувшись, он сам выглядел, как котенок, который проснулся посреди ночи, застуканный за кражей мяска из холодильной кладовой. Антонов оперся на колени и встал.

Антонов: Вы кто? А-а, прошу меня простить, я немного заигрался с дитенышем кошачьих.
Ария: Да что тут стесняться-то? Все так играют с котятами.
Антонов: Да, я что-то... От меня требуется помощь? Ого, какие люди! Алана Макант, знаменитость, я могу считать себя вашим фанатом.
Алана: Мне приятно.
Ария: Здесь одна ситуация случилась неприятная. Да, нужна помощь, но не мне, а ей. Продюсер Бриллиантового Трио сошел с ума и прибегает к насилию по отношению к Алане.
Антонов: Какое святотатство! Такое непростительно! А что я могу сделать-то?
Ария: Вы модете выделить местечко, только не отель, она оттуда из-за этого и ушла.
Антонов: Это я могу. Не представляю, как я объясню это мэру, но ради Аланы Макант, я приму все меры.
Алана: Но разве это не много спрашивать такое?
Антонов: Нет, нисколько! Все в порядке.
Алана: А это, на столе... Не...

А там, посреди хлама стояли вырезки Брио из журналов.

Антонов: А что, у меня не может быть кумиров? Может быть, я тоже в теме.
Алана: Объясняет желание помочь.
Антонов (одновременно пишет на бумаге и говорит): Так, это будет ваша временная регистрация. Там, по адресу дойдете, это гостиница. Условия неплохие.

Как Алана взяла бумагу, так же взяла вырезку из журнала и оставила подпись.

Алана: Благодарю вас за доброту.
Антонов: У меня есть ее автограф!

Этот вопль души напугал котенка, что тот в пол вжался, вписавшись в стол.

Антонов: Ой, прости, пусечька! Моя пусечька.
Ария (обр. к Алане): Вот видишь. Теперь тебе полегче будет.
Алана: Спасибо, я тогда пойду, мне еще адрес найти надо, я же не местная.
Ария: До скорого. (обр. к Антонову) А к вам есть еще одно дельце.

Как только Алана ушла, лицо Арии переключилось на серьезное и смиренное.

Антонов: Что, прямо сейчас?
Ария: Утвердительно — да. Я уже увидела, как этот город начал расцветать, как только конвои Стефано были остановлены. Этих людей прощать просто нельзя.
Антонов: Я понимаю ваше рвение, но это может сильно ранить вашу юную психику. Возможно, отдать их на казнь другому человеку будет лучше?
Ария: Нет. Я уже насмотрелась на виды на Калисто. Меня теперь таким не напугаешь.
Антонов: М-да... Как вы хотите это сделать?

Ария посмотрела на кулек с канцелярскими кнопками и взяла его в руки.

Ария: Также, как и они добивали этот город. Мучительно.

Лицо Антонова ушло просто в пол.

Антонов: Я многое повидал, но такое... Я даже смотреть на это не хочу. Я только отведу вас в место их нынешнего заключения, как вы и просили.

Глубоко пребывающий в состоянии непонимания, одевшийся Антонов с Арией спускаются в холл и из него на улицу, где уже началась метель.

Антонов: Вы можете передумать в любой момент.
Ария: Не-а, они бы не думали лишний раз. Когда-то это я думала, что эти люди будут дальше мне служить. Но точно не такие. Время почистить ранги. Такие как раз и согласились на переворот, заговорщики эти.
Антонов: Что ж, ваша правда.

Пройдя уже в этот раз от мэрии вниз, по ходу с горы в здание, где держали как тех конвоиров Стефано, так и неродивцев с самого Вайссбурга, там, в бараках каких-то, за решеткою держали тюремщики этих гадов. Увидив Арию, тюремщики все-таки склонялись к поддержке ее, нежели Стефано, так что поклонились и открыли решетку. По ним было видно, что закрывать там Арию у них намерений не было.

Приблизившись к одному из плененных конвоиров, который был лысый, со шрамом, связванный, тот попытался плюнуть в Арию, та увернулась, взяла отвалившийся ранее кусок острой арматуры и без лишних слов вонзила его в грудь плененного изменника родины, лишив жизни в мгновение ока. Остальные конвоиры просто опешили, увидя такое.

Они ведь так и полагали, что даже если Ария соизволит придти, то максимум, расспросит и обзовет матросским словцом, но точно никак не хладнокровную борца с изменниками, при этом летальным способом. У абсолютно всех пропали слова, наступила гробовая тишина. Один из еще живых все-таки начал молить о пощаде, но...

*: Мы же можем еще пригодиться! Разве не видишь, мы и так твои пленные!
*: Да, давай договоримся.
Ария: Уже договорились. Будешь в аду чертям зубы заговаривать. Пришли, значит, забирали еду, уже и людей захотели понабрать. Ну как? Наелись? Или еще мало?
*: Что?..

Ария не дала возможности заговорить, схватила его за глотку, чуть ли не заставив его левитировать, и засыпала содержимое кулька прямо тому в пасть, накормив его канцелярскими кнопками, за чем силой заставила его их проглотить, от чего тот начал орать. Тюремщики, конечно, многое повидали, но такое... Одному из них стало физически плохо и он вышел из здания, так как эти виды он теперь не сможет позабыть.

Ария: Ну что? Пришли покушанькать, наелись наконец? Или добавки дать?
Антонов: Что ты делаешь?! Раз решила их казнить, так зачем еще и мучать?!
Ария: Мы уже достаточно настрадались. Пришло время мести. За каждого потеряного добропорядочного жителя, которых они грабили и насиловали, за каждую слезу матерей, за кровь невинных, за убитых детей.
Антонов: В твоих словах есть смысл и сила, увы, но все это правда.

Пока тот давился кнопками, оставшихся Ария приказала вывести из бараков. Тюремщик повиновался, и вот Ария уже стоит на склоне, перед ней оставшиеся конвоиры. Одним мощным пинком те, связанные между собой цепями полетели с обрыва на верную гибель катиться по острым камням.

Ария: С этим покончено. Такие мрази недостойны портить мою землю своим присутствием. Дисрут.

После этого, также молча, Ария м мужики заходят обратно к тому еще живому, пока она тому их орден, который лежал там же на столе, орден Стефано запихивает туда же ему в рот.

Ария: Когда копыта отбросит, упакуйте и отправьте Стефано лично. Не важно, как, скажите от «тайного возжелателя» — пусть в штаны наложит, больно уж он разошелся, разбежался даже.

Антонов все еще в голове уложить не мог то, что только, что лицезрел.

Антонов: Тебе совсем не жалко их? Может быть, они бы могли хотя бы пригодиться живыми, если уж ты хочешь, чтобы Стефано напугался.
Ария: Мне жалко мою землю. Вот и все.
Антонов: Этой ночью я точно не засну. Раз такой настрой, остается джать письма о задержке судебного процесса, по делу Томаса.
Ария: Рада слышать.
Антонов: Совсем скоро мэр должен будет вернуться, и я смогу освободиться и принять участие в суде против Марселя Лероя.

Вот и еще одна маленькая победа, которая закрепилась при полном параде. Теперь о Вайссбурге будут трещать все острова, и от такого «подарочка» Стефано точно кирпичей отложит. Но а Ария просто на радостях после ее справедливости побежала домой к Лорне, а там-то уже и она сама, и Нора крепко спали, а вот Найджел, уже вместе с Киреем распивали обычную для этих мест настойку.

Кирей даже обрадовался выше норм, весь порозовел даже, так был рад, что с Арией, теперь-то всем понятно, принцессой, все в порядке. Свою тунику даже подправил, какой джентельмен. Старый угодник дамский.

Найджел: Смотри-ка, вернулась наконец, а мы здесь, ну ты и сама видишь, отмечаем.
Кирей: Честь имею, за маленькую победу в нашем маленьком уголке!
Ария: Да, я стараюсь, а это же... Вроде, вы меня везли тогда, ну, скорее это я залезла.
Найджел: Да еще как! Зря я тогда тебя нагрузил. Но не будем беду поминать, у нас же все-таки веселые посиделки.
Кирей: Как вчера было, да, да.
Ария: Три дня уже, как. Но если смотреть далеко назад... Столько уже удалось, даже не верится.
Кирей: Да, сначала вы там, далеко переворот устроили, а, вернее, что там было? Ты присаживайся.

После интересного дня, Ария просто была рада присесть.

Ария: Революция. Много людей тоже пострадало, но это наконец закончилось. Хоть там. Раз и навсегда, я так надеюсь, как минимум.
Найджел: Надежда это тоже хорошо. Тебе налить?
Ария: Знаете, а почему бы и нет?
Найджел: Ну вот это по-нашему. На вкус можешь не обращать внимания, это мало, кому в здравом уме понравится.
Кирей: И к слову, про надежду, люди говорят часть, мол, им больше нечего терять, а надеятся все-таки, значит, еще не все потеряно. Ну, я имею ввиду, надежду терять не стоит.
Найджел: Да ты уже сам себе бредишь! Что Кирей хотел сказать — вот смотри, нам здесь, казалось оставалось только надеяться на чудо, а тут ты показалась, и все это забурлило, зашевелилось, это ж неплохо, весьма!
Кирей: Это точно. А казалось, придется уже торговать только с городом, теперь я не пропаду.
Найджел: Это еще он — холостяк, ему этих денег на три года с лихвой хватит. Будет растить пузо только, а кому-то ведь и своих кормить, там, в аду.

Ария: У меня в Шории, там же остались важные для меня люди. Я вернусь, как только доделаю все, что здесь начала.
Кирей: Наверняка соскучалась по Хуану, этому... Э-э-э... Барону, да!
Ария: Да, успела уже, соскучалась.
Кирей: А я той ночью Шориу проезжал с Потока 7, с Адапаре, я должен был дойти до Пико де Луз, но тут рейд этот, я решил задержаться, здесь теперь безопасно, ну.
Найджел: Не каркай только, хотя Ария и здесь помогла, а на трон взойдет, не забудет. Я не стану требовать многого, лишь бы город сам подлатали.
Ария: С этими набежчиками я уже разобралась, остальное себя не заставит слишком долго ждать.
Кирей: В каком смысле? Отправила их вниз?
Ария: Да, буквально. Так будет лучше всем. Чтобы не повадно было.
Найджел: Вот так новость. А я тебе говорил — она-то все и сможет исправить. Пройти через столько, это уже какой опыт.

Ария: Вот такие посиделки напоминают мне о пройденном пути. Без вашей поддержки я бы не справилась. Иногда кажется, что весь этот мир — просто сплошная борьба.
Кирей: Борьба — это жизнь. А ты уже доказала, что умеешь ее вести. Главное — не терять веру.
Найджел: Вот именно. А вера — это то, что поднимает нас после падений. Ты же и не знаешь, сколько раз я валился, а потом вставал.
Ария: Знаю. И именно поэтому я здесь. Чтобы не просто выживать, а менять всё вокруг. И последнее время, я только и выживала, часто засчет других. Возможно, нет — точно время брать все в свои руки. Я же могу.
Кирей: Вот это настрой! Помню, как ты впервые пришла — такая хрупкая в багаже, там, как мышка, а теперь — настоящий ураган — яростный и непокоромый.
Найджел: Да-да, ураган с добрым сердцем. Но скажи, что дальше? Какие планы? Не собираешься ли ты снова в Шориу?
Ария: Обязательно. Там многое осталось нерешённым. Но сначала — укрепить здесь то, что уже завоевано. Без этого не будет никакой крепкой почвы в Шории. Когда люди узнают, все узнают, что здесь навернулось, все изменится, мигом изменится. Главное до поры до времени, чтобы все нераструбили о том, что это именно я делаю.
Кирей: Правильно. Надо строить дом на крепком фундаменте, иначе всё рухнет.
Найджел: А пока мы тут, будем держать оборону и поддерживать тебя. Ты не одна.

Ария посмотрела на них с благодарностью, а те ответили с благородством в душе. И хоть Найджел еще немного сторонился идей дворянства, но уже четко понимал, что Ария — не зажиточная, разбалованная принцесса, а настоящий будущий лидер, за которым уже не страшно пойти следом.

Ария: Спасибо, мужики. С людьми, как вы — я уверена, что всё возможно.

Ночь продолжалась, наполненная тихими разговорами, надеждами и планами на будущее. В этом маленьком уголке мира, среди простых людей и крепчающих дружеских связей, зарождалась новая история.

11 Декабря 1850г.

Кирей, уже знатно накатив, слегка покачиваясь, улыбался шире обычного, и подмигнув Арие, пригласил её за собой, пока напяливал в спешке свои шали.

Кирей: Так, давай. Пойдём, покажу тебе кое-что интересненькое. Не пожалеешь.

Ария почувствовала лёгкое странное волнение — нечасто мужчины так настойчивы, да ещё и в таком состоянии, а ведь Кирей очень хотел что-то показать. Но Найджел, заметив её взгляд, успокоил насторожившуюся девушку.

Найджел: Да не волнуйся ты, у Кирея действительно есть кое-что, что тебе понравится. Он не станет тебя подводить. Да и я к нему уже не раз заходил, когда под зарез нужно было.

Они вышли из тёплого дома и направились к «хижине» Кирея — на самом деле больше похожей на ангар, сложенный из довольно таки ровных кусков арматуры и не старого, просто ржавоватого металла, покрашенного в светло-бежевый шпак, Да, с покосившейся от ветров крышей, однако массивными дверями, которые скрипели при открытии, но своим размером заставляющие забыть ветхость и сосульки снаружи.

Внутри царил полумрак, но свет ламп, подвешенных к потолку, при включении издавших почти пистолетный выстрел, освещал множество полок и ящиков, заставленных до краёв, отнюдь внутри была полная противоположность офиса мэра, в котором комиссар Антонов устроил вселенский срач.

Повсюду лежали самые разнообразные предметы — от простых и знакомых любому обывателю до загадочных и даже в края экзотических. На одной полке аккуратно выстроились блестящие маленькие механизмы, похожие на часы с причудливыми шестерёнками и рычажками, которые, казалось, могли ожить в любой момент.

Рядом — кожаные сумки с загадочными надписями, старинные карты и свитки, покрытые пылью времени. Даже текст на них был совсем чужой, нечитаемый, а Кирей, судя по всему, мог и свободно говорить на этих языках.

В углу стояли ряды оружия: от изящных пистолетов с гравировкой до массивных винтовок с деревянными ложами, отполированными до блеска. Кирей с гордостью показывал каждый экземпляр, рассказывая истории о том, как и где он их добывал — будь то забытые сундуки в далёких землях, или трофеи из опасных рейдов.

При рассказе об одной из них, Ария быстро сообразила, что именно из таких снайперских орудий палили по усадьбе Роял Мид террористы той ночью. Главной особенностью выступала организованность всех этих угодий. Все рассортировано по своим местам и ничего не лежало ничейным.

Кирей: Это всё для тебя — бери, что хочешь. За то, что сделала Вайссбург безопасным местом, коим я его помню.

Ария с удивлением и благодарностью оглядывала богатство перед собой. Здесь был целый мир на выбор — от простых полезных вещей до настоящих сокровищ, собранных за долгие годы. Она знала, что этот жест, больше, чем просто подарок. Это знак доверия и признания, который она ценила выше всего, а особенно, для всего, что предстоит, этого будет предостаточно.

Ария: Спасибо. Здесь столько... Я даже не знаю, с чего начать.
Найджел: Начни с простого. Подумай, что тебе пригодится в ближайшее время.
Кирей: Бери, не стесняйся. Это ради будущего. Сама понимаешь — если времена смеенятся, моя торговля принесет больше, в разы больше, да, чем ты возьмешь с собой, а ведь и не только я — вся торговая ассоциация будет только благодарна, да и пиастрами, что хоть чего-то стоят.
Ария: Так, ладно. Я возьму компас, ту карту с заметками, книжка, вон, «Путеводитель по Островам» (отсылка на одноименный Спин-офф/Бонус), и все-таки, эта снайперская винтовка может пригодиться на пути. Только я не умею пользоваться огнестрельным оружием.
Кирей: На здоровье, бери и патроны, а научить тебя может... Хмм... Я только с Министром по таможенному делу охотился, и то не с ней. Я скорее коллекционер, чем пользователь.
Найджел: К тебе Антонов захаживал — он тебя научит. Я его просить не могу, а вот ты сама уже точно можешь на него положиться. Он все-таки Имперец, у них все служили как минимум два года, они знают в этом толк. Мои медвежьи услуги простого охотника тебе не пригодятся, или только если в последнюю очередь.

Ария взяла из рук Кирея винтовку, в его-то ручихах она лежала, как влитая, однако, как только Ария взяла ее в свои, ее вес поразил все ожидания.

Ария: Какая тяжелая! Это же еще с собой таскать!
Кирей: Ее так не носят, впрочем, если действующий мэр тебе поможет, это все упростит. Остальное я запакую.
Ария: Большое спасибо. Это скорее всего еще много раз пригодится.

После всего этого, Кирей догнался крепким спиртом и начал распевать народные песенки, одновременно играя на волынке, разносившейся зычными нотами по ангару. Найджел уже совсем устал задень и вместе с Арией покинул хижину, оставив Кирея праздновать, ну, то-есть пить, в гордом одиночестве. А уже дома, теперь царила полная тишина и Ария уснула мгновенно, даже не скинув всю одежду.

Полдень следующего дня, Ария уже отдохнувшая и чувствующая себя весьма хорошо. Лорна осторожно потрясла Арию за плечо, мягко разбудив её.

Лорна: Круто же спать до полудня, скажи?
Ария: А? Да я уже не сплю, дремлю просто.
Лорна: Ну так просыпайся, улыбнись хоть, какой же кайф — проснуться в середине дня. Солнце светит, свежий воздух, а ещё у тебя тут есть один очень симпатичный мужчина у дверей, который хочет тебя увидеть.

Ария мгновенно поняла, о ком речь. Её сердце уже было готово к новым приключениям.

Ария: Феликс?
Лорна: Да, именно он, мне такой говорит, что у него уже есть подружка, весь важный такой.

Без особого промедления, что весьма в его манере, в комнату попросту заявился Феликс. Его лицо выражало смесь волнения и уважения.

Феликс: Привет, воительница. Я так-то уже ждал новостей от тебя. Ты действительно приказала казнить заговорщиков?

Ария кивнула, но в ее мимике не было каких-либо угрызений совести.

Ария: Да. Это было необходимо. Их планы угрожали всему, что мы строим, эти все конвоиры Стефано просто звери — ублюдки без всяких размышлений по поводу того, что они творят. Это вовсе не люди, животные — и то более благоразумны.

Феликс глубоко вздохнул, пытаясь осознать масштаб её решимости и того, насколько она изменилась всего менее, чем за неделю.

Феликс: Ты невероятно смела, Ария, прямо как мы с пацанами. Я восхищаюсь твоей стойкостью. Тебя бы в наши ряды, было бы шикарно.
Ария: Ряды, говоришь? Ряды мятежников? Там еще меня не было точно.
Феликс: Ты была в них еще с самого начала. А если и не так, все равно бы там оказалась. Надо было изначально с нами пересечься — у нас и оружие, и припасы, и секретные ходы... А это...
Ария: Да, винтовка, один местный знакомый ее задаром отдал.
Феликс: Она стоит более... Хотя с этой валютой уже не скажешь, но была около сорока золотых, считай огромная редкость.
Ария: Нужно только стрелять научиться. Просить придется.
Феликс: Ну, этому и я обучить могу, что сложного-то? И все-таки, вот мы здесь. И что теперь? Какая следующая безумная идея? У тебя точно что-то клевое есть, по лицу вижу, вся аж покраснела.

Ария: Вообще... Дело тут одно... Нерешенное. Есть один человек — продюсер группы «Бриллиантовое Трио». Он терроризирует Алану, их певицу. Его намерения — отвратительны, и это нельзя оставлять без внимания. Я ее заселила кое-куда, на время, но что с этим делать дальше — без понятия.

Стоило это услышать, как Феликс, который жил по его жестким понятиям и принципам, которых он всегда придерживался, тотчас нахмурился, гнев вспыхнул в его глазах, как яркий обжигающий пепел, что разгорался углями.

Феликс: Это не по понятиям так-то. Мы должны немедленно вмешаться! Я-то уж точно. Моей девушке нравятся их песни, а значит, эта группа нравится мне.

Ария кивнула, зная, что предстоит нелёгкая борьба с шишками шоубизнеса.

Ария: Да, но нам нужно действовать осторожно. Этот человек имеет связи, и одна ошибка может стоить нам слишком дорого. И еще мне нельзя, чтобы слухи поползли слишком ретиво.

Феликс сжал кулаки, готовясь к предстоящей битве.

Феликс: Вот мразь! Тогда начнём. Ради Аланы и всех, кто пострадал от беззакония этого гада.
Ария: Морду бить не выйдет. Все об этом узнают, и у вас еще проблем прибавится. Феликс, следить любишь?
Феликс: А-то! У тебя есть наметки?
Ария: Несколько, хотя все они ведут к твоему действию. Ты умеешь думать на ходу?
Феликс: Я же фокусник все-таки, я на этом деле собаку съел.
Ария: Настало время.

День постепенно клонился к вечеру, когда Ария и Феликс покинули дом Лорны с его спокойствием и уютом, направляясь к месту репетиций группы «Брио». Воздух был наполнен звуками настройки инструментов и голосами музыкантов, готовившихся к выступлению, ослепляемые теми цветными лампами, которые даже в дневное время выжигали глаза.

Ремонтные работы и последние приготовления кипели за кулисами, где уже можно было заметить продюсера Реми Батиста — знойного блондина с волчьими глазами и расстегнутым красным воротником с вышитыми узорами, чьё имя вызывало у Арии неприятные ощущения, словно перед ее глазами опытный насильник, которому все сходит с рук. В общих чертах, так все и обстояло. Именно его пылкий нрав и холодный расчет сделали из него предпринимателя.

Реми стоял возле технической зоны, громко отчитывая операторов за кулисами. Его голос был резким и безапелляционным, а жесты размашистыми и не терпящими возражений.

Рами: Почему свет не настроен? Ты что, хочешь, чтобы всё сорвалось? Делай свою работу или ищи другое место!
*: На холоде запустить химическую ре...
Реми: Давай не гони мне тут! У вас на репетиции все работало!
*: Я постараюсь, ладно.
Реми: В очке прохладно! Тупая крыса...

Операторы смиренно терпели и опускали головы, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, но напряжение в воздухе было просто сатанинским. Ария, не теряя уверенности, и пользуюясь его гневом, подошла к Реми.

Ария: Добрый день! Меня рекомендовали как гостя шоу ваши участницы. Думаю, мы можем обсудить сотрудничество.

Реми мгновенно напрягся, его глаза округлились, пока тот оценивал каждый волосок, словно уже вербовал новую фигуру для нового проекта. Услышав слово «гость», он сразу понял, что перед ним — не просто случайный посетитель, а кто-то с определённым статусом.

Реми: Гость, говоришь? Ха! Принцесса решила заглянуть в закулисье? Отлично! У нас как раз есть секция, где ты могла бы выступить. Это принесет еще больший гонорар. А потом разделим схорон, нас четыре брата и темщики, главное, чтобы до звонка не пришлось куковать, но «нарядные» пока за плечо с нами, тоже в доле. Давай обсудим детали, чтобы потом на мокруху не нарваться, но мы бардак не делаем.

Теперь Ария вообще не понимала, что тот несет, определенно тюремный сленг, причем из самых жестких карцеров. Пришлось быстрее переходить к делу. А тот прямо вклинивался все ближе.

Ария: Знаешь, Реми, я слышала, что у тебя есть «особые» методы «ускоренного» кастинга. Может, обсудим их? Через… более «тесное» сотрудничество.

Глаза Реми загорелись от предвкушения.

Реми: Ты понимаешь меня, все-таки, такие, как ты знают, как и когда лучше подмазаться. Знакомая уже масть. Но не здесь. Пойдем, я покажу тебе более уединённое место.

Он повёл Арию за собой, вглубь технических помещений, где царил полумрак и запах старого оборудования.

Ария: Ну не-е, тут воняет, и людей много ходит, мне не по себе. Пошли-ка за мной!

Дабы подмаслить разгар желания продюсера, Ария провела пальцем по его скулам, а тот прямо весь оживился.

Реми: Да, такие борзые мне нравятся.

Феликс, оставшись на расстоянии, внимательно наблюдал за ними, выжидая удобного момента. Ария уже наметила хорошее местечко, когда еще на репитиции заметила просторную яму, в которую все скидывали, некая сточная канава. Ария же все заговаривала зубы Реми, да вела его за собой, оперируя такими словами, что он издалека визуально было видно, что готов к постельным действиям.

Когда они оказались достаточно далеко от людных мест, Феликс, схвативший идею, рванулся вперёд. С резким рывком он толкнул Реми с ограждения прямо в яму, ведущую в низы то-ли канализационного коллектора, то-ли еще куда, но дело было сделано.

Реми заорал, пытаясь ухватиться за край, но Феликс быстро толкнул перила, и схватил Арию за руку. Зная, какое все в Вайссбурге ветхое, перила не просто погнулись, а буквально откололись и полетели вместе с Реми в помойную стихию.

Феликс: Пошли, чтобы никто не заметил. Хотя нет, давай присядем на лавочку. Скажем, что видели все это. Поверь, правдоподобне будет.
Ария: Шалость удалась.

А из глубины канализации доносились приглушённые крики и плеск замерзаюшей воды. Оттуда даже пар пошел, или что это было. Ария была так вдохновлена всей, хоть и жестокой, но справедливостью, что обняла Феликса, снова ощутив этот теплый аромат его одеколона.

Феликс: Как все-же хорошо, что у нас партнеры уже есть, можно вот так обниматься на людях, никто уже не подумает, что мы...
Ария: Ты что такое говоришь?
Феликс: Да я шучу, расслабься, мы ж с тобой чувака в говнище окунули.
Ария: А, да нет, меня это только радует.

Около получаса Ария с Феликсомм шутили, а тот даже пару карточных трюков показал, а затем... Карабкаясь из той ямы выполз наощупь он, весь в извести — Реми, у которого слезла кожа с костей, который ослеп и даже не пытался кричать, лишь впился в какой-то металлический обрубок.

Кто-то из прохожих его увидел — молодой высокий мужчина, который решился ему помочь, видя, что тот, хоть и не в критическом состоянии, но понимающий, что это следующая стадия. (отсылка на Спин-офф «Аллура — Потерянный во вневременьи» (Allura — Lost To Timelessness) и приквел к нему «Аллура — Истоки» (Allura — Origins))

Арию пробрал ужас от такого и они вместе с Феликсом вдали по газам оттуда, как можно быстрее.

Феликс: Как это вышло?
Ария: Не имею понятия. Давай смываться отсюда.
Феликс: Побежали!
Ария: Ты знаешь, где этот отель на краю? Есть такой.
Феликс: Криссиус? Я рядом там, хотя в Вайссбурге все рядом. За мной!

Тусклый свет немногочисленных вечерних фонарей пробивался сквозь занавески комнаты на третьем этаже отеля Криссиус. Найти нужную комнату, спрашивая коменданта-иностранца было крайне тягомотно, но все-таки более-менее он наречие понимал.

В узком, но уютном помещении с открытой дверью стояла Алана — она сидела у зеркала и аккуратно расчёсывала длинные волосы. Рядом лежали аккуратно упакованные вещи — чемодан, сумка и несколько коробок с бумагами и личными мелочами.

В комнату вошли Ария и Феликс, окликнув ее, чтобы не пугать.

Ария: Алана.
Феликс: Здрасьте, мадмуазель.
Алана: Ария! Как неожиданно... Не волнуйся, у меня все схвачено, вроде.
Ария: Заселилась со столькими вещами?

Алана попросту пожала плечами.

Алана: Да тут... Пора двигаться дальше. Я давно решила, что хочу стать независимой певицей. Больше не хочу быть на поводке у продюсеров и корпораций.

Ария села рядом, внимательно глядя на нее.

Ария: Ты знаешь, что мы только что сделали? Мы, скажем, нейтрализовали Реми.

Алана нахмурилась и покачала головой.

Алана: Не рассказывайте мне эти подробности. Мне не хочется возвращаться к этому. У меня теперь свои планы. Те пусть идут, куда им угодно.

Феликс спокойно кивнул.

Феликс: Независимость всегда дает преимущества, ненавижу этот клеточный менталитет. Певчая птичка в клетке.
Алана: Спасибо. Именно. На следующем концерте я исполню свою последнюю песню для корпорации. После этого — только самостоятельный путь.

Ария и Феликс обменялись взглядами, понимая, что скорее всего, дали начало ее таланту воссиять с новой силой. После всех интриг Брио, настала новая надежда не просто прожить как-то эту неспокойную жизнь, но также почувствовать себя личностью, а не только лицом компании.

Ария: Значит, Бриллиантовое Трио — теперь уже не трио и вовсе.
Алана: Да, я тут текст еще написала. Говорите, Реми больше не помешеает, значит, я смогу просто петь без того, кто потом еще и половину текста забракует. Найс.
Ария: Значит, в этот раз все эти с*ськи-п*ськи в тексте будут по делу.
Алана: Можешь прочитать.

В тексте были сильные отсылки и прямые осуждения, это был не столько разбор полетов, сколько именно дисс на всех участников и спонсоров Брио.

Ария: Интересно выходит... А я могу с тобой спеть? Как последний раз, пока у вас именно Трио?
Алана: На сцене весело, да? Хорошо. Возьми с собой, я текст знаю, я же его писала.
Ария: Спасибо. Я постараюсь заучить эти... Странные слова.
Алана: Я пока возвращаться не собираюсь, там же вон, что вы сделали. Но по делом ему. Вот если Сабрина все перебьет, это будет жестко.
Феликс (круча в руках карты): Я придумаю что-нибудь.
Алана (приобняв Феликса): Какой защитник!
Феликс: Ой, пардон!
Ария: Я пойду уже ко своим, обдумаю все это.
Феликс: Давай, увидимся. (обр. к Алане) Не хочешь посмотреть на трюки?
Ария (про себя): А вроде, не с Калисто, что за мужики пошли...
Алана: Увидимся еще.
Ария: До скорого, Алана.

Ух, ну и замело-же в тот вечер, даже мне холодно показалось, Ария шла совсем рядом, я старался не попадаться ей на глаза, а-то подумают еще чего, еще и в камеру пытался не смотрееть, а как не смотреть-то? Вся намерзла уже. Но я продолжал снимать и записывать. Ария решила не доставать Антонова, хотя и хотелось узнать ход дел на данный момент. Она дошла до временного дома, где Лорна уже готовилась к некоему спаррингу с Арией, даже свечки зажгла.

А там на столике стояла шахматная доска, Лорна выглядела уверенно. Хоть читать и писать она не умела, нечто сразу выдавало в ней серьезность.

Ария: Что это вдруг? Хочеешь, чтобы я тебя научила?
Лорна: Еще чего! Я так-то с тобой хочу сразиться!
Ария: Ну, перед сном напрягаться не придется.
Лорна: Я постараюсь доказать, что придется все-таки.
Ария: Ха-ха, ладненько. Даже мне белых дала, так, это будет быстро.

По ходу партии, Ария все больше понимала, что ей просто это не вывезти. А ведь, по Лорне так и не скажешь — она играла практически машинально, и уже на пятой минуте вмазала белых в труху, что не могло не задеть гордый настрой Арии.

Ария: Да как это возможно?!
Лорна: Ничего-то и не невозможно. Партия была честной.
Ария: Не признаю! Что-то не так. Еще партию!

Очередная партия, Лорна даже особо не старалась и снова выиграла, хотя Ария пыталась перебирать все возможные стратегии, но та долбила по-черному, агрессия, вынужденные гамбиты и разученные от зубов материалы.

Ария: Да ну нет же, нет!!
Лорна: Я же говорила, все рееально.
Ария: Но как ты это делаешь?
Лорна: Когда целый год нечего делать, негде развлечься, а клуб настолок всегда открыт, то все становится крайне понятным.
Ария: Ну да, завсегдатый клуба, естественно тогда.
Лорна: А ты сама сходи, будет тебе пища для ума.
Ария: Поесть бы не помешало, да.
Лорна: Скоро родаки придут, подожди. Они у какого-то знакомого. Я могу пока тебя покормить.
Ария: А давай.

Быстренько Лорна взяла с комнаты за углом какой-то чанчик, от которого вкусно пахло орехами, послее чего присела рядом с Арией.

Лорна: Закрой глаза.
Ария: М-м-м, что-то такое я уже ела, помню.

После того, как Лорна ее покормила, ей в голову пришла дурная идея и та сунула свой палец Арие в рот, а та его жадно куснула, после чего обе снова разыгрались, как дети. Это все прервал стук в дверь, который и без всех этих потех было сложно услышать. Ария открыла дверь, а там ей передал письмо совсем кривой дед в зеленой куртке и ушел восвояси. В письме, как оказалось, от Рэйгана, говорилось, что совсем скоро в Вайссбург направят людей из Империи, чтобы оценить возможную выгоду плана, который придумала Ария.

Дело шло к ночи, после очередного проваленного реванша в шахматы, Ария, в смятении решила на этом закончить ее потуги, и провести время перед сном за болтовней с Лорной, ибо, когда пришли ее родители, Найджел все никак не мог успокоиться, так как с кем-то повздорил там, откуда пришел.

12 Декабря 1850г.

10 часов утра, прямо в дом зашла навестить и попрощаться Алана своей персоной.

Алана: Привет, и, наверное, пока. Я все-таки уже уезжаю, я зашла попрощаться и отблагодарить.
Ария: Привет, но почему? Разве мы не хотели еще раз выступить?
Алана: Да там проблема приключилась, Сабрина не сможет выступать, да и у меня особого желания уже нет. Но спасибо.
Ария: Рано еще спасибо говорить! Можно же еще все сделать!
Алана: А какой смысл? Сцену уже разбирать начали, Реми пропал куда-то, его персонал еще на масте, но этого мало. Мари тоже уже пакуется, я к ней заходила.
Ария: И это все?
Алана: Я не против, чтобы выступить, но этого будет мало.
Ария: Я есть! Я же половину уже выучила!
Алана: Было бы, кому еще нас проспонсировать, просто Мари сразу об этом упомянула, раз платить некому, то ей и смысла нет оставаться.
Ария: Я это исправлю... Хе-хе...
Алана: А ведь, я так понимаю... Да, это интересный вариант.
Ария: Все, одеваюсь.

На улицах, люди, что так робко относились к Брио, и все их опасались, теперь возмущаются обратному, что те уже сворачивают удочки. Подходя немного ближе к сцене, там стояли медики и еще кто-то, окружая раненого, или кто это там был. Дойдя до мэрии, там уже Арию сразу отправили в офис мэра.

Он же, готов был уже выйти и сам, а выглядел, как и подобает мэру Вайссбугра — приталенное темно-синее пальто, под ним витой белоснежный воротник, отпалированные сапоги и черные брюки строгого пошива. На голове светлый парик, под которым физиономия получше обычного — побритость и освеженность все еще контрастирующая с привычным ему тоном.

Антонов: Здравстуйте. Как раз есть, что рассказать.
Ария: Нам тоже.
Антонов: У меня важнее. Как видите, даже решил привести себя в порядок.
Алана: Здравствуйте.
Антонов: А, да, печально, что концерт сорвался, но сейчас не об этом. Пришла повестка в суд, и сроки очень-таки даже хорошие, многообещающие. Хотя не все так гладко. Нынешнего мэра задержали в Пико де Луз, мне еще неизвестно, почему, но я назначу на время суда заместителем действующего мэра кое-кого по имени Сэр Миттенс.
Ария: Странное имя, но и ладно. Когда все-таки?
Антонов: Двадцать первого декабря, в понедельник. Явка в полдень.
Ария: Так далеко... Ну да и ладно.
Антонов: Так, с этим разобрались. Алана, я рад, что вам услужил.
Алана: Да, но может быть, вы...
Ария: Не хотите ли вы проспонсировать концерт Брио? Так, с легкой руки? Поднимите настроение в Вайссбурге.
Антонов: А что, так можно что-ли было? Я только за, я то думал, вы уже все, распались у меня на глазах. Вечно так со мной, неудача ходит за мной по пятам. Полная противоположность Марселю Лерою, везучий гад.
Алана: Если можете, у нас есть, считайте, группа, хоть и с одной заменой в лице Арии, Сабрина не может по ее причине, с ней что-то случилось, что-то серьезное.
Антонов: Считайте, быть концерту.
Ария: Я доучу текст и выступлю.
Антонов: Най... Я имею ввиду, отлично!

Ария: С этим Марселем нелегко будет, так и чую.
Алана: Кто это такой?
Антонов: Тот еще говнюк. Лезет куда не следует, и еще такой привязчивый на слова. Его методы приводили к ужасным последствиям. И мне что-то говорит, они и продолжают. В конце-то концов, если бы не его поганый язык, переворота в Атласе можно было бы избежать, не будь тот столь разговорчивым и добивающимся всего любой ценой, но это уже мелочи.
Ария: В каком смысле?!
Антонов: Уф, ну, скажем, после определенного цмкла событий в его жизни, он выбрал путь исключительной честности, которая сгубила весь остров. Это же он рассказал Геральдине о болезени Герцога Фредерика.
Ария: … У меня нет слов...
Антонов: Он еще наломает дров, чувствую. Но в этот раз я их ему подожгу. До 21 Декабря дело приостановлено. Я выделю бюджет, скажу оправдано желанием людей. Что-нибудь придумаю.
Алана: Тогда давайте на сцену! Ария, спасибо за все, что ты для меня сделала.
Ария: Да ничего особенного.

На улице, перед сценой, уже собралось еще больше народу, подойдя поближе, там лежала на снегу Сабрина Ферреро, передергиваясь на месте. Пройдя через кучкующуяся толпу, было ясно, что ей реально хреново прямо сейчас — она лежит в судорогах, еле дышит, все хватается за лицо, полностью невменяемая.

Ария заметила на той же самой лавочке близ павильончика восседающего Феликса, тут же поняв, что скорее всего, это его рук дело. А тот просто уплетал сухофрукты, как ни в чем и не бывало.

Ария: Твоих рук дело?
Алана: Как все это понимать?
Феликс: Ух-ты, как нас судьба всех сводит! Приветики, диверсанты. А я тут, ну, она здесь дурь детям толкала, ну я подождал, пока ей самой хапнуть захочется, и...
Ария: Ну и ты, конечно... А... А что здесь сделать-то можно было?
Феликс: Да и что, я ей в дурь подсыпал клей для обоев, ну она и занюхнула поглубже. Теперь с цементной носоглоткой валяется.
Ария: Так это же очень жестоко!
Алана: И ей тоже. Так и надо. Знали бы вы, что еще она выдавала, я не знаю, что бы вы ей сделали.
Феликс: Значит, не переборщил со жгучим перцом.
Ария: Еще и перцем? Жесть.
Феликс: Другую я трогать не стал, эту, как там ее...
Алана: Мари Маркес. Правильно. Она просто работает за деньги, пытается семью прокормить.
Ария: Да все сейчас так, не только же она одна такая.
Алана: Но не каждая семья имела семь девочек до того, как родился наконец мальчик.
Ария (подав к низу голову): Хох?!
Алана: Да и не важно, она нам еще пригодится на концерте.

Пройдя уже с Арией внутрь закулисья... Мари все еще была в костюме, фотографируясь, ей было абсолютно до лампочки до того, что вокруг нее происходило, даже визит Арии ее не смутил. Она, однако взяла текст Аланы без пренебрежения, либо отчуждения, поклала на кофейный столик и продолжила съемку, даже на Арию пали пару лучей сребрографии.

Ария: Разучит?
Алана: Разучит.
Мари: Ваших рук дело?
Феликс: Молодые люди, вы о чем?
Мари: Мне нет дела. Покуда сыпется бабло, мне фиолетово.
Алана: За сколько выучишь?
Мари: Будет еще время. За три дня попробуем найти нового продюсера. Он еще ведь приехать должен будет. Придется искать из Пико де Луз или Краусса, дальше уже не выйдет.