Клоун квартала 95, его слуги, пылающее государство

Клоун доигрывает квартал 95, окружённый слугами народа, а за окном пылающее государство

Карл Маркс, сидя в читальном зале Лондонской библиотеки, вынашивает идею коммунизма. Профессор Преображенский в повести «Собачье сердце» делает из собаки человека — простой операцией по замене гипофиза. И тот, и другой совершают великое вмешательство — один в социальную природу общества, другой в биологическую природу индивида — не предвидя последствий.

Ни Маркс, ни Преображенский не предусматривают самого важного: воспитания личности, её длительного формирования в культурной и исторической среде. Они игнорируют ту тысячелетнюю цепь традиций, обычаев и условий, через которую проходит становление человека.

Маркс, мысля глобально, смутно представляет себе всю сложность многообразия цивилизаций, приспособленных к суровым, неевропейским климатам. Его теория попросту игнорирует географический (климатический) детерминизм, — ту самую естественную среду, которая веками формировала человеческие сообщества.

Профессор Преображенский, в свою очередь, не утруждает себя вопросом: что произойдёт с безобидным пёсиком, которому даровали разум, но не вложили ни норм нравственности, ни элементарного опыта человечности? Итог — Шариков.

Современные «демократизаторы» из США и ЕС пошли по тому же пути. Они игнорируют как климатические условия регионов (будь то Афганистан, Ирак или Судан), так и социально-исторические механизмы воспитания личности в конкретном обществе. Более того — они напрочь забыли, чем завершились их прошлые «миссии цивилизации», вроде христианизации времён конкисты.

Тогда шедевры древних цивилизаций — ювелирные изделия инков, храмовые фрески майя — переплавлялись в слитки золота, чтобы оплатить долги Испании за её бесконечные войны. Цель — христианизация. Средство — разрушение всего несогласного. Цивилизации приносились в жертву ради единственно правильного образа мира.

Сегодня вместо креста — демократия. Вместо инквизитора — политтехнолог. Но суть та же.

Поэтому, когда актёра, успешно сыгравшего президента (Квартал 95), без малейшей педагогической подготовки, реально сажают в кресло главы государства, — это ничем не отличается от эксперимента Преображенского: из дворняжки — в человека. И в том, и в другом случае игнорируется процесс становления личности.

А когда личность не сформирована — возникает вакуум власти. И в этот вакуум приходят Швондеры.

Швондеры не умеют строить, они умеют захватывать и управлять чужим. Они не понимают, что за любой эксперимент — будь то социальный, медицинский или политический — надо нести ответственность. Что после всякой «операции» необходим период реабилитации, зачастую сложней самой процедуры. Они не знают этого — или не хотят знать.

Страшно, когда судьба цивилизации оказывается в руках Швондеров. Особенно если у этих Швондеров за спиной — исторический опыт расизма, колониализма, фашизма.