О крестных и огласительных беседах

                Продолжая тему Таинства крещения, нельзя обойти вниманием два важных обстоятельства, играющих, к сожалению, весьма значимую роль в современной церковной жизни. Речь пойдет о восприемниках или крестных и так называемых «огласительных беседах». Последние являются обязательным условием для принятия таинства. Для того, чтобы разобраться в сути вопроса обратимся к предыстории вопроса.
                Нашим духовенством и некоторыми богословами принято считать, что институт крестных родителей берет свое начало чуть ли не с апостольских времен, в подтверждение чему ссылаются на слова апостола Павла: «Ибо, хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов; я родил вас во Христе Иисусе благовествованием. Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу» (1Кор.4:15–16) и: «Прошу тебя о сыне моем Онисиме, которого родил я в узах моих» ( Флм.;1:10). По крайне мере, так думает архимандрит Иов (Гумеров) и не только он. Однако послания к Коринфянам и Филимону  никакого отношения к восприемничеству не имеют, и Иов выдает желаемое за действительное. На самом деле Павел, пишет о духовничестве или старчестве, которые в первые века христианства были неотделимы друг от друга. Духовное окормление апостолом первых христианских общих и отдельных учеников положило начало уникальному явлению древней Восточной церкви, известное как старчество и духовничество. Оно зародилось в монастырях Востока во II-IVвв., и сошло на нет к концу эпохи Вселенских Соборов, то есть к началу X века.
                Его суть заключалась в духовном воспитании ученика опытным в тайной брани монашествующим, с которым он проживал, как правило, в удалении от всех. Своим примером и ангельским образом жизни духовник выводил пасомого на путь к Богу. Более детально мы этот вопрос разбирали в беседе «О духовниках и старцах» и интересующиеся могут с ней ознакомиться. Духовничество, как особая духовная связь отца и сына во Христе, не могло быть достоянием многих или нормой церковной дисциплины, поскольку носило сугубо личный, избирательный  характер. Старец брал к себе чадо для воспитания, а не наоборот. Поэтому понятия «духовный» отец или «родивший во Христе благовествованием», – как пишет Павел, – и  «крестный отец», который никого не ищет себе  в крестники и никого духом во Христе не рождает – совершенно разные понятия. В доказательство своего мнения о. Иов ссылается на Дионисия Ареопагита, которого почему-то за реальную историческую личность не считает, приписывая имя ученика Павла безликому «Корпусу сочинений».
                Так, архимандрит пишет: «Одним из ранних упоминаний о должности восприемника от святой купели мы находим в творении "О церковной иерархии", вошедшем в корпус сочинений, известных под именем Дионисия Ареопагита. Желающий быть принятым в Церковь, "придя к кому-либо из посвященных, убеждает его руководствовать им на пути к иерарху, а сам обещает целиком следовать тому, что будет ему, и просит поручиться за его приход в Церковь и воспринять заботу обо всей его последующей жизни. А того, священно желающего его спасения и соизмеряющего с высотой дела человеческое, тотчас охватывает страх и недоумение; наконец, однако же, он благовидно соглашается выполнить просьбу и, взяв его, ведет к человеку тезоименитому иерархии". Из приведенного отрывка видим, что крестный родитель сознавал ту великую ответственность, которая на него ложилась. Он должен был поручиться за человека перед епископом и воспринять заботу обо всей его последующей жизни». И здесь Иов выдает желаемое за действительное. Где в словах Дионисия он разглядел крестного, то только ему одному известно. Для того, чтобы понять суть сказанного Дионисием, нужно обратиться к истории того времени.
                Апостольская Церковь Христова только зарождалась, и неутверждённые в вере, склонные к идолослужению и гностицизму, первые христианские общины нуждались в защите от соблазнов и влияния языческого мира. Поэтому прием нового члена, обставлялся определенными требованиями, главным из которых было поручительство не менее двух свидетелей, хорошо знающих кандидата, как того требовал Ветхий Завет и Римское право. Они должны были, с одной стороны, подтвердить перед общиной твердое намерение оглашенного стать христианином и следовать правилам Церкви, а с другой – поручались, что он не тайный соглядатель властей или языческих жрецов. Другими словами, тогдашние крестные были гарантами благонадежности нового члена церкви.
                Подтверждение этому мы находим в церковных канонах. Так, 54-ое правило Карфагенского собора гласит: «Болящие, которые за себя отвещати не могут, да будут крещаемы тогда, когда, по их изволению, изрекут свидетельство о них другие, под собственною ответственностью». Это определение означает следующее. Во-первых, восприемники допускались к крещению только в случае тяжелой болезни, когда человек не мог за себя произносить Символ Веры и полноценно участвовать в таинстве, и во-вторых, они несли персональную ответственность за будущее поведение крестного, как в смысле благочестия, так и за верность Церкви.  В развитие этого, Трулльский собор в 84 правиле установил, что найденные дети, о крещении которых нет достоверных сведений, также должны были быть крещены. В этом случае восприемники заменяли родителей, и в силу неспособности детей, за малолетством, принимать участие в таинстве, произносили за них нужные слова. Как известно, Русь приняла крещение в X в., а восприемничество в Русской  Православной Церкви утвердилось лишь триста лет спустя, то есть в XIII в. Возникает вопрос: а что триста лет православных крестили незаконно, неправильно, безблагодатно?
                Споры о восприемниках и их участии в крещении велись в нашей Церкви вплоть до середины XIX века. Однако никакого внятного богословского обоснования они так и не выработали. Я сейчас не буду углубляться в детали полемики на тему сколько нужно иметь крестных, какого пола, кем они должны быть и прочее. Это отношения к крещению уже не имеет. Нам важно понять, как само таинство связано с обязательным участием крестных. Если внимательно подойти к этому вопросу, то становится очевидным, что никакого обоснования, как в Священном Писании, так в Священном Предании, эта норма современной церковной бюрократии не имеет. Никогда ранее наша Церковь не ставила условием совершения Таинства – наличием восприемников. Это незаконное требование, ограничивающее доступ ко Христу младенцев, выхолащивает саму суть крещения, лишает ребенка Христа, вынуждает родителей брать в крестные кого-угодно, лишь бы получить входной «билетик» к купели.
                Как невозможно заставить человека быть отцом, так и невозможно сделать его по принуждению духовным родителем –  «родить во Христе благовествованием»; во-первых, потому что для духовного воспитания нужно самому быть благочестивым, опытным и знающим христианином, а во-вторых, родители сами должны благочестивыми, чтобы доверить душу ребенка другому. Ничего подобного в нашей Церкви и в миру нет. Некому учить тех, кто сам сможет наставлять в духе истины. Поэтому совершенно непонятно, чем руководствовался Патриарх Кирилл, который решил, что восприемникам надлежит быть в обязательном порядке, то есть, по сути, запретил  совершать крещение без крестных. 
                Свое понимание вопроса Святейший изложил в Распоряжении от 09.10.2019 г. за № Р-02/27. Даже с точки зрения канонов церковного права оно никакой обязательной силы иметь не может, поскольку противоречит и Евангелие, и тысячелетней практике Вселенской церкви. Это личное мнение епископа, который попущением Божиим, стал первым среди остальных архиереев, но не выше их. Но иерархия и жесткая дисциплина внутри нашей Церкви выстроена таким образом, что любое слово или указание свыше подлежит обязательному исполнению, даже если оно идет в разрез с Евангелием. Поэтому наше духовенство тонкости Писания не интересуют.
                Таким образом, мы видим, что восприемничество возникло в первые века жизни Церкви, как необходимость приобщения ко Христу, детей, немощных и беспомощных,  и как средство противодействия языческому влиянию. Позже, оно стало благочестивым обычаем, никак на суть крещения не влияющее. Недопущение к таинству под предлогом отсутствия восприемников является святотатством и враждой против Бога, а совершающие его уподобляются тем, о которых Спаситель сказал: «А кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому было бы лучше, если бы мельничный жернов повесили ему на шею, и утопили его в пучине морской. Горе миру от соблазнов. Ибо нужно, чтобы пришли соблазны; но горе тому человеку, чрез которого соблазн приходит» (Мф.18:6-7). При этом, неважно чем руководствовался священник – личным убеждением или страхом перед начальством. Все, кто принял такое решение и исполняет его – одинаково будут отвечать на Суде как губители душ и пособники дьявола.
                Этим же распоряжением Патриарх Кирилл вводит требование об обязательном проведении не менее двух огласительных бесед с родителями или восприемниками, как условие для допуска к таинству. Одно зло повлекло за собой другое. Поэтому нам важно разобраться и с этим вопросом. Таинство крещения совершается как над взрослыми, так и над детьми; и от этого зависит не только сам чин, но и последствия для его участников. Со взрослыми особых сложностей не возникает, за исключением их личного отношения к крещению. Им придется держать сугубый ответ перед Господом, если жить продолжат не по-христиански, а по-прежнему. Христос по этому поводу сказал: «Раб же тот, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много» (Лк.12:47).
                Другими словами, со взрослых спрос будет намного строже, чем с младенцев, которые не осознавали происходящего, а значит, уподоблялись рабу: «который не знал, и сделал достойное наказания, бит будет меньше» (Лк.12:47). Поэтому желание просветить будущих христиан в истинной вере, привело церковную бюрократию к странным выводам и породило странное распоряжение Патриарха. Важно понять, основано ли это требование на  Священном Писании, Предании и канонах Православия или является личным законотворчеством Предстоятеля поместной церкви. Для этого обратимся к истории древнего христианства.
                У нас, непонятно с чьей подачи, принято считать, что приходские беседы являются продолжением богословского наследия Византии. Тогда перед принятием Таинства неофит оглашался,  то есть признавался от имени Церкви желающим стать христианином, и в силу этого был обязан выслушать поучительные беседы епископа о вере на протяжении не менее ТРЕХ лет, посещая церковь и доступные богослужения. Первые  «Поучения огласительные и тайноводственные» были произнесены святителем Кириллом Александрийским в IV веке. Однако, наши батюшки и епископат скромно умалчивают о том, что никакого отношения поучения святителя Кирилла и оглашения того времени к современному крещению не имеют. Огласительные беседы в древней Церкви ставили своей целью не только просвещение катехумена (оглашенного) в вере, но и испытание его на способность и твердость принять христианство.
                Более того, они проходили в два этапа. Первый – занимал не менее трех лет и заключался в изучении основ веры и Писания, а второй – передавал оглашенного на обучение непосредственно епископу. Вот, что пишет по этому поводу преподаватель  Сретенской Духовной Семинарии иерей Андрей Яцков: «Первостепенное значение в определении епископом Церкви готовности к принятию таинства Крещения играли не столько знания, полученные в процессе оглашения, сколько нравственное соответствие христианскому образу жизни. Свт. Кирилл в "Предогласительном слове" призывает обращать особое внимание на мотивацию желающего принять Крещение. В случае, если катехуменом движут корыстные мотивы (например, выгодный брак или желание угодить высокопоставленному лицу), то такового необходимо отстранить от принятия таинства до осознания истинной цели таинства и изменения образа мыслей: "Сорок дней имеешь для покаяния. Много способного времени — и раздеться, и измыться, и одеться, и взойти. Если же ты останешься в злом произволении своем; то и проповедующий тебе не виноват будет, а ты не надейся получить благодать. Вода тебя примет, но Дух не примет". Слова свт. Кирилла свидетельствуют, что в древней Церкви к допущению к таинству Крещения относились весьма строго и избирательно, а в случае обоснованного сомнения совершение таинства могло откладываться до устранения причины отвода».
                Излишне говорить о том, что ничего общего с современными «огласительными беседами» это духовное наследие святых отцов не имеет. В противном случае, никого нельзя крестить без прохождения трехлетнего оглашения, а после испытательного срока из каждого перед крещением сначала нужно изгонять дьявола, после чего отправить к правящему архиерею для беседы. Забавная получится картина. То, что сегодня навязано верующим под видом «огласительных бесед» – профанация, отталкивающая людей от Церкви. И вот по каким причинам. Во-первых, за пару двухчасовых встреч невозможно дать даже общее представление о Православии, а то, что на них говорится – повторение общеизвестных истин, вроде: Бог есть, Святая Троица – это Бог, Дева Мария родила от Духа, Иисус Христос – воплотился, чтобы спасти нас от греха. Исполняйте заповеди, поститесь, молитесь, кайтесь, ходите по праздникам в церковь и спасетесь. На это указание Патриарха считается исполненным.               
                Вторая проблема заключается в личности просвещающих (катехизаторов). На приходах, в подавляющем большинстве случаев, – это либо лица обоих полов, прослушавшие епархиальные катехизаторские курсы, либо клирики, назначенные настоятелем. Реже катехизацией занимаются штатные священники. О низком уровне образования в наших семинариях и академиях известно всем. Это обусловлено, как отсутствием боговдохновенных наставников, так  и низким уровнем знаний у студентов, которые, в подавляющем большинстве своем, приходят в семинарию не по призванию свыше, а ради доходной профессии. Не лучшим образом обстоят дела и на епархиальных курсах. Помимо самых общих представлений о Православии, порой ошибочных и искаженных, слушатели ничего не получают, а значит не могут быть наставниками в вопросах веры и духовной жизни.  Более того, порой, на катехизаторских беседах можно услышать такую ересь и полное непонимание веры, что поневоле страшно становится за души слушателей. Так, например, из размещенной на сайте Дмитровского благочиния Сергиево-Посадской Епархии Московского Патриархата статьи, мы читаем: «Знаете ли вы, что в Крещении ему [человеку] будет Богом дарована возможность стать святым? Стать сильным и мудрым, научиться настоящей любви». Это абсурд, поскольку  любви Божьей научиться невозможно! Кроме того, крещение никого не делает сильным и мудрым. Это нонсенс, свидетельствующий о полном непонимании авторами методички элементарных основ православия.      
                Таинство Крещения лишь предоставляет возможность спасения и не более того. В этом вся его суть. Или другой перл с того же ресурса: «В Крещении человек как бы воспринимает семя. Семя, которое должно пустить корни, взойти и принести радость. Радость Любви и Свободы…В беседе перед Крещением мы поговорим о том, что нужно делать, чтобы семя благодати дало плод в душе вашего младенца, и он стал добрее, послушнее, умнее, чтобы он научился любить и всегда радоваться». Христос говорит: «В мире будете иметь скорбь» (Ин.16:33), а Дмитровское благочиние заявляет, что все это ерунда и после крещения вас или вашего младенца ждет нескончаемая радость; и опять – непонятная свобода. Свобода от чего? Это уже в чистом виде ересь протестантизма: «Христос тебя любит, ты спасен, аллилуйя! Радуйся!».
                Затем семя благодати сравнивается с посадкой огурцов: «Зачем вскапывать огород перед посадкой огурцов? Чтобы семена попали в землю, смогли взойти и принести урожай. В Крещении человек как бы воспринимает семя». Вот такой наглядный пример огласительных бесед на приходах. Причем, еще не самый глупый. Мною был  взят первый попавшийся сайт, но картина везде одна и таже – непонимание сути Крещения и отсутствие элементарных богословских знаний. Вот такое «просвещение» перед купелью проводятся на всех приходах в обязательном порядке. Вопрос: для чего эта профанация нужна? Ответ напрашивается сам собой – ради отчетности о проведенных беседах.
                Никто не против катехизаторской работы в Церкви. Более того, она важна и нужна. Но категорически недопустимо ставить принятие величайшего Таинства Христова в зависимость от обязательного присутствия на огласительных беседах. Это очередное попрание заповеди Христовой: «Даром получили, даром давайте» (Мф.10:8).
                Нередко можно видеть на приходах в роле духовных просветителей женщин-катезизаторов. Это, вообще, попрание канонов Церкви, запрещающих им богословствовать (1Тим.2:12). И дело не в мизогинии, а в противлении воле Божьей. Не дает Бог женщине Духа Истины для проповеди слова Писания, а значит все, что она говорит – «от ветра головы своея». Преподобный Максим Исповедник писал: «Совершенно нельзя приступать к каноническим вопросам тем, кому не положено, а в особенности – женщинам, которым, как сообщает Божественное слово, молчание приличнее дыхания (1Кор.14:34)». Справедливости ради нужно заметить, что есть ряд церковных дисциплин, которые женщины преподают в семинариях таких как: церковное пение, иконопись, литургика, церковная история. Однако эти предметы к духовному миру и спасению души отношения не имеют. Это прикладные науки, а не догматика в ее сути.  Кроме того, принуждение искать крестных, приводит к тому, что в них «записывают» людей совершенно случайных или родственников, знакомых, приятелей, которые не то, что младенца к Богу привести не в состоянии, но сами нуждаются в просвещении с азов. Они не понимают, что согласие стать восприемником налагает серьезные обязательства перед Богом. На страшном Суде таким  «крестным» придется держать ответ не только за собственные грехи, но и за непутевую жизнь их крестников. При жизни никто об этом не думает, а когда душа предстанет на Суд Божий, причитать о незнании будет поздно.
                В завершении беседы необходимо сказать следующее. Ставшими повсеместными требования о восприемниках и огласительных беседах, – ничем не оправданная и не имеющая основ в Священном Писании и Предании порочная практика церковной бюрократии, суть которой, – создать видимость духовного просвещения и продемонстрировать бурную деятельность по приобщению народа к православию. Всякий вправе отказаться от подобного принуждения и найти не развращенных этим святотатством достойных священников. Как правило, это люди старой школы  из советского периода жизни Церкви. Ни наличие крестных, ни их отсутствие никак на Таинство Крещения не влияет, а огласительные беседы, останутся бесполезной тратой времени и пустословием на тему веры.