Сметана

"Признание сметане".

А взять хоть сметану.
 С детства обожал я эту холодную, кисло-молочную  нежность.
 Но вечно  приходилось себя обуздывать – ведь продукт калорийный!
 Вместо соблазна целой банки или хотя бы половины – допускались лишь жалкие несколько ложек.
 И корень этой извечной распри между неукротимым вожделением и вымученной аскезой  крылся в одном – в моей матушке.
— Игорь, не забывай, — звучал её негромкий, но неотвратимый  голос. — Ты не один. Помимо тебя есть ещё члены семьи...
Однако порой  необузданная страсть брала верх.
 И тогда  пустая пластмассовая баночка, стремительно легкая, пряталась на дне мусорного ведра, затерянная среди прочего хлама, словно улика.
 Мама лишь молча качала головой, глядя укоризненно, но голоса не повышала. Слишком уж я был «маменькин сынок», её нежный баловень.
К чему вспоминаю?
 Минули годы.
Страсть к сметане не прошла, нет.
 Но теперь в нашем холодильнике её – завались.
Только вот мамы... мамы уже нет.

И ещё.

Мой друг Серега, по прозвищу Утёнок. Пиво — его стихия, но закуска...
Тут он — творец.
Ни тебе рыбной соли таранки, ни дымного леща.
 Не мадьярских фисташек с их изысканной тоской.
И уж точно не тинейджерских чипсов, хрустящих пластмассой.
 Нет!
 Его выбор — вызов условностям, гимн мужской простоте.
Пиво Серега Утёнок закусывает исключительно густой сметаной — настолько плотной, что ложка стоит столбом, а вслед за ней, по слухам, и мужское достоинство.
 Да, и сыром.
Крупно нарубленным, по-брутальному, кусками, что само по себе — манифест.