Стоп камера! снято!

               Как правило, любой приличный путевой очерк начинается, примерно так: «шасси самолета мягко коснулись полосы…» или «состав замедлил ход на перроне вокзала…»

            Но в Тынде в 1976 году никакого даже вокзала не было, а это - был обычный таежный поселок с несколькими железнодорожными путями. Но именно здесь в те годы и началась самая грандиозная стройка Советского Союза – Байкало-Амурская магистраль, над которой шефствовал комсомол. Трудно поверить, но сюда в глухомань тайги, где не было ни жилья, ни дорог, на строительство железной дороги добровольно рвались сотни тысяч юношей и девушек. И ехали они сюда на годы…

            Наш комсомольский агитпоезд прибыл сюда на двадцать дней…

             В составе поезда были артисты, художники, музыканты киношники и, конечно, журналисты, и наша задача была не только в том, чтобы концертами подбодрить строителей, но и, так сказать, запечатлеть их в истории. И в отличии от нас, журналистов, кинооператору Хатам-ака Файзиеву с его тяжеленой камерой приходилось нелегко. Да, у него был ассистент помощник, но вся тяжесть работы, в буквальном и переносном смысле, ложилась на Хатам-ака. Ему еще не было и сорока лет, но для нас он уже тогда казался опытным аксакалом.

             И еще один момент, о котором я вспоминаю немного со стыдом. Хотя, чего тут стыдиться! Ну, что знает о кино 25-летний парень (это я!), воспитанный на советских фильмах о Павле Корчагине, Молодой гвардии, на картинах, где хорошее конфликтует с еще лучшим… А знания об узбекских фильмах у меня ограничивались моими любимыми «Махаллада дув-дув гап», «Ты не сироты» и «Ташкент город хлебный!». Других фильмов не было... Поэтому и Хатам-ака первую неделю, что мы с ним соседствовали в купе, был для меня очень приятным, обаятельным, но …простым кинохроникером!

             …Когда мы остановились на станции Тында, Хатам-ака выскочил из вагона и быстро пошел в хвост поезда. Отстать он не боялся, потому что здесь в Тынде мы встали на двадцать дней. Вскоре вернулся какой-то удрученный…

                На наши расспросы, раздосадовано махнул рукой: - Такой план проехали…

          Потом в купе, когда мы уже «отметили» наше прибытие, Хатам-ака сказал, что при подъезде к станции, он заметил табличку «ст.Тында», и подумал, что если снять это на камеру, то получился бы классный кадр… Но, как говорится, поезд ушел…

          А через пару дней он спросил, не хочу ли я прокатиться на тепловозе? Я, конечно, согласился. Все объяснил мне его ассистент.
Оказывается, Хатам-ака со своим ассистентом пошли к начальнику станции и попросили тепловоз, чтобы снять заветный кадр. Начальник станции, видевший к тому времени много сумасшедших и чокнутых людей, естественно послал их… Но Хатам-ака, которому позарез нужен был этот кадр, не отставал…

             - Да кто ты такой, чтобы я график движения из-за тебя ломал! – орал начальник станции…

           -Потому, что он уже снимал паровоз в фильме «Ташкент город хлебный», - сказал ассистент.

        Начальник станции замолчал. А потом, когда понял, что перед ним действительно стоит человек, который снял не только хлебный Ташкент, но и такой классный фильм, как «Ты не сирота!», он достал бутылку дефицитной водки… Тогда в Тынде был строгий «сухой» закон!

          Тепловоз он им дал, правда они сняли этот кадр в другом месте, но с такой же табличкой.

            -Вы, что, серьезно снимали эти фильма? – уже вечером, сидя в купе, спрашивал я. Хатам ака довольно улыбался, но не моему вопросу, а тому, что он сумел снять классные кадры…