Три Судьбы
Когда тебе двадцать, тебе неинтересно с пятнадцатилетней, ей интересно, тебе нет, а в сорок и в тридцать уже не так заметна разница, но в действительности это не так…
В жизни всё тобою созданное и есть твой истинный возраст и если там пустота, то тебе нормально общаться с теми, кто значительно тебя моложе, потому что они ещё ничего не создали. Но в жизни всё индивидуально и в оконцовке своих мыслей, что же объединяет людей, я убедилась, что чаще всего элементарное одиночество, это самое компромиссное чувство…
Вот смотрите, Фаня приехала в Бруклин из Винницы и уже потом, оставив там свою семью, перебралась В Сан Диего.
Катя приехала в Сан Диего одна из Благовещенска, оставив там своих родителей.
Марья Ильинична приехала из Петербурга с мужем и мальчиком пяти лет прямо в Сан Диего, она была всего лишь на пять лет старше, но даже внешне это в глаза не бросалось, да и внутренне, прямо скажем, у них были разные детские.
Первые шаги в неизвестность их объединили…, школа, куда они вместе записались подтянуть свой пассивный английский… Так они втроем пришли в один и тот же класс.
Фаня родилась в бедной, многодетной еврейской семье и когда представилась возможность, семья эмигрировала в Бруклин в надежде на комфортную жизнь и главное на то, чтобы дети имели возможность учиться в лучших университетах страны…
Фаня маленького роста, одинаковая и в бёдрах, и плечах, с умными печальными глазками, она даже, когда говорила про их цветущий сад, оставленный в Виннице, про жёлто-лимонные наливные восковые яблоки, сочные, хрустящие, с неповторимым ароматом, её глаза при этом оставались скорбными. В своём коричневым, цветастом бабьем платье она выглядела нелепо, оно съедало то единственное, что у неё было, молодость, но никто ей об этом не говорил, никого не интересовало её платье и она вместе с ним.
Катю уж точно ничего не интересовало, её главная черта характера была зависть, на Фанино платье это не распространялось. Она приехала из очень простой семьи, отец рыбачил, в основном не соблюдая правил, браконьер с приводами, а мать торговала на рынке, привезённым китайским хламом, ведь из Благовещенска можно попасть в Китай меньше, чем за полчаса.
- А с набережной можно наблюдать красивую панораму заграничных небоскрёбов, - говорила Катя с привкусом гордости…
Она приехала по учебному обмену, чтобы за год получить всё и сразу по максимуму, считая себя достойной богатой жизни. Ей ведь с детства внушали, что она Екатерина Великая. Она и правда была хороша, только душа её не светилась…
В отличии от Марии Ильиничны, которая про себя говорила:
- Я, как электрическая лампа на солнечном пляже, и зачем я здесь...
Этот вопрос приносил ей только душевную боль, чужой пейзаж не радовал её, а только вводил в уныние. Рассказывать какой потрясающе красивый город Петербург не имело смысла, туманы, дожди, так это Блок, душа впитала этот воздух с рождения и не хотела с ним расставаться.
- Если вы про наряды, так сегодня такие города, как Москва, Петербург, Париж и Милан, не отличишь…, нарядны, цены и витрины практически одинаковые. Кому-то может быть солнца больше хочется, но не мне, я люблю солнце майское две недели, две недели в сентябре перед рассветом, потому что душа расцветает осенью, в паутинках между сосен, в каплях бисерной травы, когда тихо и только листья шуршат и шёпотом рассказывают о своих переживаниях, а ты только записываешь и слагаешь былины… И при чём тут Сан Диего, не моё это всё, не моё… Но муж, получив предложение на работе, не хотел от него отказываться… У него наука, а у меня шептание листвы… Вот так мы втроем в начале мая оказались на одной скамье жизненной неизвестности…
Фаня приехала со школьными знаниями английского, ей их не хватало для поступления в университет, поэтому она за лето должна была подтянуться и поступить, её музыкальное образование давало небольшие деньги, к тому же она нашла бабушку с проживанием, которой требовался минимальный уход.
Осенью она поступила в университет с предоставленным ей стипендией и общежитием. Студенческая жизнь её не затягивала в общую атмосферу, китайцы держались сплочённо, как и американцы, Фаня, хоть и купила другое нелепое платье, но всегда чувствовала себя на опушке и душевно ни с кем не сблизилась, а по каким-то неведомым причинам тянулась к Марии Ильиничне и очень часто говорила:
- Одиночество души выбирает свою кухню…
Я понимала это выражение и принимала её и время от времени приглашала её к себе.
Катя, она же и Екатерина Великая, поменяв за лето несколько партнёров, улучшая каждый раз свой выбор, наконец заполучила адвоката, год заканчивался, она так никуда и не поступила, а на следующий год Благовещенск квоту не дал и пришлось взять то, что приплыло, как говорил её папа рыбак.
Она вцепилась в случайного адвоката, и через две недели объявила о грядущем ребёнке, и в случае нежелания жениться, у него будут большие проблемы... Парень молодой, поразмыслил и не желая портить свою жизнь, женился, так что Катя без особого труда всё получила; и статус, и ребёнка, и надежду на большие деньги в будущем…
В дальнейшим, ребёнком всё больше и больше занимались родители адвоката, он только переспал с ней, но не значит, что американский парень полюбил девушку с плохим характером, угрожающей ему с первых дней...
И пиво стал пить немерено, и с неба звёзд не хватал, так что его зелёная дорога, на которую она рассчитывала, поблёкла.
Не прошло и двух лет, как одиночество привело и её в мою кухню...
Муж Марии Ильиничны работал по контракту, звёзды, как говорится с неба не сыпались, ребёнок становился американцем и с каждым днём терял с ними душевное соединение…
Вот они вырванные судьбы бесконечно разных, одиноких людей, нашедшие приют в тесной кухоньке Марии Ильиничны.
Наташа Петербужская © Copyright 2025. Все права защищены.
Опубликовано в 2025 году в Сан Диего, Калифорния, США.
Свидетельство о публикации №225080900288