Как влюбиться и не быть съеденным. 7

Глава 7: Когда динозавры возвращаются

— Джаркин, привет. Как чувствуешь себя после похода в горы? — спросила по телефону Светлана.
— Света, ты так рано встаёшь… а я ещё спал.
— Кто рано встаёт, тому Бог подаёт. Я уже на работе. А ты чем собираешься заняться?
— Нужно статью написать. Только ещё не придумал, про что.
— О, здорово! А можно я тебе помогу?
— Ты хочешь помочь с написанием статьи?
— Да. И тему сейчас придумаем, знаешь, какую… знаешь… — ответила Светлана. — О, напиши о влиянии личных вещей на настроение и образ жизни человека. Как всего несколько стильных предметов могут повлиять на карьерный рост, и вообще изменить жизнь человека в лучшую сторону.
— Светлана, это же чисто женская тема. Я в таком вопросе вообще ничего не смыслю. Если хочешь, напиши про это сама, а я опубликую. Если стесняешься, то можно пока под псевдонимом. И посмотришь, какая будет на неё реакция.
— Ну… тогда вот мужская тема… мы вчера с тобой в горах видели отпечаток, похожий на след. Напиши статью о динозаврах. Мне кажется, молодые люди заинтересуются.
— Про динозавров? — задумался Джаркин. — Про них столько всего написано, что сложно сказать что-то новое.
— А ты знаешь, у меня родной дядя — настоящий профессор палеонтолог. Правда, на пенсии. Он про разные древности может часами рассказывать безостановочно. Хочешь, я с ним договорюсь?
— Насчёт чего? — не понял Джаркин.
— Ну, встретиться с ним. Он расскажет про динозавров.
— Так зачем встречаться, если можно в интернете открыть и почитать, про кого хочешь.
— Джаркин, ты не понимаешь, интернет интернетом, а дядя иногда такие вещи рассказывает, какие ни в каком интернете не найдёшь. Давай, я сейчас ему позвоню и договорюсь, когда можно подойти?
— Ну, ладно, — согласился Джаркин.

Минут через пять Светлана перезвонила.
— Джаркин, в общем так, я ему позвонила, обо всём договорилась, он ждёт нас в обед.
— А когда у него обед?
— Джаркин, я же тебе сказала, он на пенсии, поэтому хоть сейчас. Но у меня сейчас работа. А вот в обеденный перерыв к нему и сходим.
— Светлана, так давай, я на машине подъеду.
— На машине ещё лучше, — обрадовалась Светлана.

В обеденный перерыв Светланы Джаркин забрал её из школы, и они поехали к её дяде — профессору палеонтологу. Им открыл дверь седовласый мужчина в очках, с умными, внимательными глазами, в которых отражалась и добродушная ирония, и тень вечной научной тревоги. Он был одет просто, но с достоинством, словно сам был частью музейной экспозиции, живым артефактом эпохи.
— О, Светлана, заходи! И Вы, молодой человек, проходите… очень рад вашему визиту. Вот, присаживайтесь на диван, а я по-стариковски, в своём любимом кресле. Итак, что Вы хотели у меня узнать?
— Это Джаркин, он корреспондент. Мы решили написать статью о доисторических животных.
— О доисторических?
— О динозаврах, — уточнила Светлана.
— Хм… интересная тема, — профессор слегка прищурился, словно мысленно вернулся в юность. — Когда-то, в давней молодости, я этими динозаврами буквально болел. Читал всё подряд, рисовал их, спорил с преподавателями… Сейчас, знаете ли, болею уже не динозаврами, а радуюсь, если у меня самого ничего не болит, — усмехнулся он, потирая плечо. —Хотя это, конечно, лирика.

Он наклонился вперёд, голос стал чуть тише, однако насыщен интонацией:
— Вы знаете, на этой территории тоже жили динозавры. И не просто какие-нибудь — самые крупные виды. Гиганты. Представьте: шестьдесят шесть миллионов лет назад Земля столкнулась с астероидом. Не просто камушком — глыбой, десять, а то и пятнадцать километров в диаметре. Упал он на месте нынешней Мексики, и… бах! Кратер сто восемьдесят километров шириной и двадцать вглубь. Была катастрофа планетарного масштаба!

Профессор замолчал на секунду, глядя в окно.
— Геологи считают, что астероид был каменным. А если бы металлическим? — профессор покачал головой. — Удар был бы мощнее, энергия другая. Кто знает, может, вместо одной Луны у нас было бы три… или вообще ничего.

Он вздохнул, взгляд стал ещё более задумчивым:
— Некоторые учёные уверены, что именно тот удар положил конец эре динозавров. А мы, палеонтологи, до сих пор находим их окаменелости. Напоминание из прошлого. Мир, где хищничество было нормой, где рептилии охотились на всё, что шевелится…

Профессор посмотрел на Джаркина и Светлану с доброй улыбкой:
— Лично я бы не хотел оказаться в том времени. Там не ты выбираешь, что на ужин… ты сам можешь им стать.
— А вот мы были вчера в горах и нашли там вот такой отпечаток, — Светлана достала из сумочки телефон и показала снимки. — Как думаешь, это настоящий след или чей-то розыгрыш?
— Ого, вот это отпечаток! — удивился профессор.
— Только странно… — проговорила Светлана.
— Что странно?
— Ну, вот отпечатки ведь должны выглядеть, как окаменелости? А у этого почва была мягкая, и свежая трава примята.
— Шутишь? — улыбнулся профессор.
— Серьёзно. И мы такие же следы видели на пляже. А вдруг динозавр живёт и сейчас? Ходит себе, нюхает воздух и ищет, кого бы съесть, — Светлана прищурилась и изобразила хищную улыбку.
— Исключено. Даже если какие-то яйца не окаменели, миллионы лет без кислорода, тепла и движения — это смертный приговор для любой жизни.
— А если они оказались в какой-нибудь пещере с ровным климатом? — спросил Джаркин.
— Думаешь, впали в анабиоз, пролежали сто миллионов лет, а сейчас ожили и вылупились настоящие динозавры? — усмехнулся профессор.
— А почему бы нет? — игриво подняла брови Светлана. — Около года назад ведь было сильное землетрясение.
— То есть, по вашей гипотезе, землетрясение вызвало подвижки горного массива. В нём находилась пещера с яйцами, и изменившийся климат запустил развитие эмбриона?

Светлана засияла, словно была уже готова защищать теорию на научной конференции.
— Именно так! — её голос дрожал от восторга, а в улыбке было столько озорства, что казалось она уже видела, как ящер вылезает из пещеры и машет ей хвостом.
— Ерунда, — тут же отрезал профессор, не разделяя энтузиазма. — Науке не известно ни одного подобного случая. Впрочем, для какой-нибудь ненаучной статьи вполне реалистичный сценарий.
— Ну почему? — надула губки Светлана.
— Да потому, что есть известные биологические законы, которые пока никому не удалось изменить. Любое существо в яйце, если вовремя не вылупится, погибает. А время динозавров остановилось шестьдесят шесть миллионов лет назад.
— То есть этого не может быть? — уточнила Светлана.
— Нет, — отрицательно мотнул головой профессор.
— А на пляже много таких свежих следов, — улыбнулся Джаркин, пробуя тоже, по примеру Светланы, пошутить.
— Ну, не знаю, откуда могут на пляже появиться свежие следы доисторических рептилий. Наверно, кто-то так развлекается.
— Но ведь люди пропадают, — зачем-то сказал Джаркин, и быстро осознал, что ведь обещал следователю не разглашать тайну следствия.
— Люди? — переспросил профессор. Потом поднял указательный палец, и встал с кресла. — Так, где мой телефон? Погодите, я сейчас.

Профессор ушёл в другую комнату, а через минуту вернулся с довольно современным телефоном.
— Вот, слушайте, — сказал он, позвонив кому-то и включив громкую связь.
— Алло? — спросил мужской голос на том конце связи.
— Приветствую, академик! Узнаёшь старого профессора?
— О, добрый день. Что-то случилось? — спросил голос.
— Да, вот тут ко мне молодое поколение пожаловало в гости. И возник у нас научный спор. Они утверждают, что видели на пляже Иссык-Куля отпечатки ног доисторического динозавра. Что Вы думаете по данному поводу?
— А на каком пляже? — настороженно уточнил голос.

Профессор взглянул на Джаркина и ответил в телефон:
— На нескольких пляжах. А вчера в горах они видели свежий отпечаток.
— В горах? — удивился голос.
— А ещё молодые люди утверждают, что стали пропадать люди.
— Пропадают люди? — как-то совсем посерьёзнел голос. — Я этого не знал. Значит, говорите, что видели следы даже в горах?
— Один след, — уточнил Джаркин. — Там был мягкий грунт, поэтому остался отпечаток.
— И в горах пропадают люди? — спросил голос.
— Нет, про горы я ничего не слышал. Только вокруг Иссык-Куля.
— А на какой высоте Вы видели след?
— Примерно на двух тысячах метров, — сказал Джаркин.
— Академик, ну хватит тянуть кота за хвост! Скажи им, что это невозможно, — начал нервничать профессор.
— Так… меня-то убеждали, что всё под контролем. А оказывается, пропадают люди. И рептилия вышла на сушу, — проговорил как-то виновато голос в телефоне.
— Кто тебя в чём убеждал? Какая рептилия? — усмехнулся профессор.
— Слушайте… — голос дрогнул, стал глухим, сдерживая волнение. — Это уже не шутки. Не знаю, как это произошло… однако это произошло. Одна из рептилий мезозойской эры… каким-то образом оказалась в озере Иссык-Куль. Правительство решило сделать из этого шоу. Всемирный парк доисторического животного. Туризм, доходы, сенсации…
— Ох… — растерялся профессор.
— Всё так и есть, — голос стал жёстким, с ноткой горечи. — Пока было решено никому не сообщать. Всё под грифом секретности. Военные устанавливают по всему озеру сейсмологические буи. Рептилия, проплывая мимо, вызывает водное волнение, и по нему отслеживают её местоположение. Мне тогда обещали: «Мы всё контролируем. С точностью до нескольких метров». Я поверил…

Повисла пауза. Собеседник выдохнул, с трудом сдерживая панику, и в голосе зазвучала тревога:
— Но теперь… выясняется, что ящер, возможно, охотится на людей. И самое страшное, что он может передвигаться по суше. Вы понимаете? Значит, при встрече… шанса спастись нет. Ни у кого.
— Слушай, ты сейчас так шутишь? — спросил профессор.
— Разве можно про такое шутить? — ответил серьёзный голос. — Я срочно поеду в правительство. Будем на связи, друзья.

И связь разъединилась.