Вдохновение

Только настоящий художник до конца может понять настоящего художника и ту радость и ликование, которые испытывал наш герой летящий на крыльях вдохновения к заветной цели...

 И вот он стоит перед дверьми таинственного, влекущего его уже многие месяцы, заветного, неизведанного, а от того и завладевшего им всецело, загадочного особняка, принадлежавшего никому не известному владельцу, затерявшемуся где-то далеко за границей. К особняку прилегал не менее загадочный и таинственный заброшенный, говорят, неописуемой красоты и простирающийся на довольно обширной территории, парк-сад. Но такое рьяное и упорное влечение уже не очень юного художника, потратившего столько сил, энергии, упорства и немалых унижений для получения разрешения проникнуть за заросшую и непроницаниемую ограду ,было связано не с особняком или садом...

Говорят, в этом самом саду находились невероятной красоты таинственные статуи неизвестного и очень древнего происхождения. Вот что магически притягивало нашего гения кисти и полотна...Проход в парк-сад был возможен только через особняк, т.к.его края, где-то потерявшиеся и преданные забвению, были, тем не менее, огорожены от проникновения возможных любопытствующих
величественными скалами, обрывами, бурными и опасными реками. Вход же в особняк находился всегда под крепким замком , закрытым надёжно от тех же самых любопытствующих,по другую сторону двери охраняемый серьёзным и многолетним служителем.

Но нашему художнику удалось получить разрешение через знакомых его закадычных приятелей, да и то только через качественное  выполнение двух-трёх заказов на написание семейных портретов. Заказчики были в восторге и благосклонно похадатайствовали через городской комитет по защите древних памятников(который взял под своё крыло и особняк и прилегающий парк-сад до возвращения законного владельца),на трехдневное разрешение пребывания нашего художника Германа Т... го.Эту самую бумагу, покоящуюся в нагрудном кармене, художник и прижимал одной рукой неустанно, в страхе и трепете боясь потерять оную... Другой, дрожащей, рукой Герман постучал специальным для этого дела молоточком, с которого , как истинный художник,не спускал восхищённых глаз...

За дверью послышались шаги и грозный голос спросил: кто и зачем сюда пожаловал.

- Добрый день. Я художник, Герман Т -...ий, у меня разрешение на трёхдневное пребывание в вашем особняке для выполнения работ по рисунку... От самого господина О... сго...

-Поднесите разрешение к экрану

Герман огляделся и, обнаружив с правой стороны от себя небольшой мигающий экран, выполнил просьбу охранника.

Через несколько секунд дверь отворилась,на пороге возвышался огромного роста накачанный громила с суровыми недоверчивыми глазами, которыми он пытливо ощупал нашего художника с ног до головы и в обратном порядке. Затем он проделал тоже самое руками: сначало всё тело гостя,затем немногочисленное содержимое его рюкзака и мольберта.Только после этого охранник пропустил Германа внутрь и закрыл за ним тяжёлую входную дверь, всю увешанную замысловатыми старинными задвижками.Наш художник и здесь восхитился причудливостью чьей-то творческой мысли.

-Значит так...- вернул его на землю охранник.- Руками ничего не трогаем. На мебель в особняке не садимся, не ложимся. Спим в своей палатке, как Вас и предупредили;питаемся за свой счёт, Вас тоже об этом предупредили. Ходим тише и ниже кошки,чтоб я даже не ощущал вашего присутствия..В особняке и парке никого больше нет. Только мы с вами вдвоём... Поэтому-ТИ-ШИ-НА.-сказал он по складам.- Можете ходить везде, рисовать, что вам угодно... Через три дня вы здесь должны стоять перед дверью...Всё понятно?..Вот Вам схема особняка и парка... Здесь отмечены произведения искусства...

Герман кивнул и поблагодарил.

-Идите... Дааа... хочу обратить ваше внимание на пару скульптур у фонтана, мужчины и женщины... Они великолепны.. Как живые.. Там недалеко,у водопада... Если пойдёте по этой дорожке, то выйдете прямо к ним... Удивительные... Порой кажется, что они с такой любовью смотрят друг на друга...

-Что вы говорите?!-подхватил Герман...

- Легенду я слышал, местную... Они как-будто согрешили страшным грехом запретной любви и её отец проклял их, превратив в статуи...Так местный народ говорит... Врут, наверно... Но мне как-то не по себе рядом с ними.. Но вы сходите, вы ж художник... Вам, наверно, интересно будет...Вот по этой дорожке и прямо к ним... Кстати, в связи с жарой, тамже можете у водопада и освежиться... Водичка прохладная, бодрящая... Я каждый день по утрам в обязательном порядке после зарядки и пробежки окунаюсь... Да и вечерами частенько...

 Герман наблюдал за смягчившимся лицом охранника и размышлял, что он не такой грозный, каким хочет казаться и совсем тут, бедный, одичал в одиночестве... поговорить по душам с живым человеком хочется всякому иногда, даже такому грозному великану...Он поблагодарил охранника и поспешил по указанной дорожке...

Слова о несчастной любви двух юных созданий вернули воспоминания об Елене, родители которой их разлучили много лет назад... Сердце застонало, заныло, сжалось комочком...Невольно вырвался вслух звук, похожий на её имя... Но Герман научился справляться с нахлынувшей тоской: он тут же переводил мысли на какое-нибудь стихотворение и декламировал вслух, пока его не отпускало... Или переходил на банальный счёт, на решение математических примеров... В общем,он научился с этим жить, давно бросил пить,а ведь когда-то давно заливал спиртным беспробудно своё разрушенное счастье...История двух несчастных влюблённых встала живо перед глазами: сотни лет стоять друг против друга, смотреть и не иметь возможности обнять или даже слегка прикоснуться к любимой... Какой ужас! Он представил себя и Елену...окаменевшими... стоящими друг против друга сотни лет...Его передёрнуло... Бррр...и тут он остановился, как вкопанный, замерев от восхищения: перед ним стояли две восхитительные статуи невообразимой красоты, смотрящие друг на друга, молодые мужчина и женщина...

Герман впал в состояние созерцания, как зачарованный...Пытливые, чуткие глаза художника плавно заскользили по изящным и грациозным изгибам... Сколько он простоял нам неведомо...

Вышел он из оцепения только когда началось смеркаться...Кое-как собрал палатку,решив не покидать это сказочное место, на ходу перекусил бутербродом, приземлился у подножия раскидистого дерева, попивая из термоса ещё горячий чай...всё это время его глаза возвращались к статуям... и к Елене... Где ты, девочка моя?.. Тебя наверно давно отдали замуж, нарожала кому-то кучу детишек... А я тут сижу под деревом и любуюсь этими бездушными, но такими прекрасными, статуями...

 Художник заполз в палатку и почти сразу провалился в сон..

Герман резко проснулся от женского голоса, который кого-то звал; открыл глаза и сел, прислушавшись...Показалось...

Из щели входа в палатку смотрела  кромешная тьма, не дававшая ни единого шанса что-либо увидеть. Герман выглянул наружу... Тишина. Только плеск воды, да белеющие в темноте прекрасные статуи... Художник вернулся в палатку и прилег снова... Мягкая, воздушная плазма медленно и нежно своим одеялом потянулась окутывать и  убаюкивать уставшее за целый день тело...

- Дорогой, ну здравствуй же! Добрая ночь!

Герман вырвался из сонной плазмы и резко сел, прислушавшись...

-Здравствуй, дорогая! Добрая ночь!Какое счастье наконец услышать твой голос.

Герман затаил дыхание, боясь пошевелиться...Охранник же говорил, что мы здесь одни! Кто же это разговаривает?

-Хотя бы ночью я могу поговорить с тобой, прижать к своей груди, поцеловать твои такие горячие и трепещущие губы... А днём опять мы холодные и чужие...

Герман почуаствовал, как жуткие клешни ужаса сжали его сердце: это ожившие ночью статуи разговаривают друг с другом?!!..Не может быть! Он замер, словно сам превратившийся в живую статую...

-Что поделать, любимый, такова наша участь.. Отец непреклонен... Он ничего не желает слышать о тебе... Лишь разрыв с тобой смягчит его сердце. Мы сможем только здесь смотреть друг на друга, любоваться, предаваться мечтам о нашем возможном счастье...и страдать... Моя душа так нестерпимо болит и рвётся к тебе... Как пережить эту боль?...Как заглушить её стоны?... Эти наши ночные встречи, как бальзам на изнемогающее от скорби сердце...

-Ты рве;шь мне душу своими словами... Мне ещё больнее осознавать, что ты также мучаешься, как и я... Может нам разбиться с тобой вдребезги и освободиться от непосильного бремени...

-Может быть, любимый, я тоже думала об этом... Но...

... Что-то пискнуло рядом с Германом и он инстинктивно дёрнулся...

— Тише, любимый, здесь кажется кто-то есть! Ты слышал шорох?Это верно слуги отца моего... Прощай, любовь моя, до завтрашней ночи!

-Прощай, любимая!..

Голоса затихли, только шум водопада продолжал свой бесконечный бег, разрывая тишину всплесками ко всему равнодушной воды...

-Да что ж это такое?!- Герман выскочил из палатки.- И здесь страдают бедные влюблённые... Страдают сотни лет! Я с ума сходил 15, а тут-сотни, сотни лет!!! Нет я так это не оставлю, я освобожу вас... Я сделаю хотя бы одно доброе дело! Я хотя бы вам помогу!...-пригововаривал Герман, направляясь к сарайчику, который он приметил ещё днём мимоходом. Тем временем уже почти совсем рассвело и со стороны можно было легко наблюдать возбуждённого взъерошенного художника, решительным шагом
летящего к только ему одному ведомой цели.

В сарае Герман осмотрелся и возликовал, увидев искомое. Схватил огромный молоток и помчался к статуям...

Его скрутил охранник , когда художник разбивал в мелкую крошку оставшиеся небольшие кусочки некогда прекрасных двух статуй, статуй мужчины и женщины. Никогда-никогда теперь никто не увидит, насколько они были прекрасны и совершенны...Охранник сдал, ликующего от завершённого дела, Германа прибывшей полиции...

"Я освободил их! Я даровал им свободу! Я отпустил их в небо! Они свободны!"...-ничто не могло омрачить счастливое состояние художника: ни мрачные лица полицейских, ни наручники, ни возмущённая толпа людей. Он словно сам взмыл в небеса, словно сам освободился от многосотлетнего бремени,сковывающего его плечи.

В толпе зевак, удивляющихся и обсуждающих происшествие в особняке, стоял одинокий, грустный юноша, к нему подошла девушка и сунув ему записку, быстро удалилась...

... "После этого странного события в особняке, мы не сможем больше встречаться там, т.к. охрану усилили.Найди способ закопать лаз под оградой, иначе отец может заподозрить наши встречи, а я подумаю и найду способ для наших встреч в другом месте.Люблю, Целую. Не грусти. Твоя навсегда..."