Другой рассказ

В последние годы, приезжая к себе на родину – в маленький степной город, на удивление безоглядно и необдуманно согласившийся, в девяностые годы, на разрушение своих заводов, служивших для него, можно сказать, фундаментом, Глеб с отрадой наблюдал, как жители активно ищут способы сохранения идентичности родного им населённого пункта. Медленно, но с позитивными результатами, в последнее время, происходил ремонт теплотрасс и канализации, покрытие проезжей части и пешеходных дорожек асфальтом, а также снос ветхих зданий, построенных в сороковые и пятидесятые годы прошлого века. Как отголосок истории промышленного прошлого, имевшего место в советский период жизни города, то тут, то там, в пространстве уже не существующих, но некогда огромных предприятий, возникали производственные фирмы. Но, пожалуй, самым ярким моментом, пронизывающим всё городское пространство и сразу бросающимся в глаза приезжему, было большое число снующих по улицам учебных автомобилей, казалось,  символизирующих превращение города в Мекку обучения вождению автотранспортных средств, куда направлены все сознательные силы жителей.
И в этот раз, оказавшись в городе со своей женой на пару летних месяцев, Глеб, сообразуясь с общей городской тенденцией, планировал, что они с Ладой воспользуются ситуацией и вольются в общий поток обучаемых, внеся посильный вклад в городской бюджет. Хотя, обучаться должна была только его жена, – сам-то Глеб имел водительский стаж более сорока лет, – тем не менее, он не представлял себя вне этого процесса, планируя привозить Ладу в автошколу и оставаться там, пока идут теоретические и практические занятия. Глеб мысленно глядел на себя со стороны, – как он сидит в машине в течение пары часов, пока жена осваивает азы водительского мастерства, а чтобы время не проходило даром, достаёт приготовленные ещё до отпуска листы бумаги двадцать четвёртого формата и пишет заголовок «Ненаписанный рассказ». В нём, проникнувшись большим сожалением, Глеб собирался повествовать о том, что гораздо счастливее сложился бы их с Ладой отпуск, не свяжись она в прошлом году с автошколой, разочаровавшей её до глубины души.
Освоившая теоретический минимум год назад, но вынужденная прервать обучение из-за неожиданно растянувшегося лекционного курса, и оттого не вписавшегося в пределы её отпуска, Лада планировала в этом году, как минимум, сдать экзамены по правилам вождения. В этом случае их с Глебом времяпровождение зависело бы от автошколы и той задачи, которую перед собой поставила жена. Конечно, Глеб и Лада понимали, что им никуда не деться от ежедневно возрастающей напряжённости их существования, чему будет способствовать автошкола, закрутив Ладу в водоворот страстей, порождаемых особенностями построения учебного процесса, отнюдь не ориентированного на то, чтобы дать знания, уровень которых стопроцентно гарантировал бы успешную сдачу экзамена, при этом не умаляя достоинство обучаемого, не унижая его и не ломая психику. Ясно, как белый день, что совсем не идеальная организация занятий  приведёт, как показывает практика, к тому, что придётся платить за внеочередные занятия, пересдачу экзаменов, параллельное обучение у нескольких преподавателей, а то и в другой автошколе. Воспоминания о безрезультатной попытке бороться с этой системой, предпринятой Ладой в прошлом году, на что ею было потрачено немало энергии, угнетали её, а то, что ей предстояло приложить ещё немало сил нынче, расстраивало ещё больше.
Взвешивая все эти обстоятельства, Лада погружалась в сомнения: «Вождение – это моё или не моё? Нужно заниматься этим сейчас или нет?» Ей представлялось, что в отпуске у неё должны быть совсем другие занятия, – когда зависишь только от себя. В это время хочется погрузиться в дачные дела, насыщаясь впечатлениями от природы, и ухаживать за своим садом точно так, как он заботится о ней с мужем, одаривая тенью крон и насыщенным ароматом цветов, а начиная с середины лета и вплоть до поздней осени – плодами ягод и фруктов.
Борьба с сорняками в саду, полив растений, обустройство городской квартиры новой мебелью захватили пару в первые дни отпуска и, само собой разумеется, визит в автошколу был отложен. Дополнительным непредвиденным моментом, заставившим забыть о первоначальных планах, стало отсутствие воды на даче. Ещё месяц назад, во время кратковременного визита Лады с Глебом в майский, цветущий всевозможными белыми и розовыми цветами сад, их совсем не беспокоил установленный на скважине насос, точно так, как и в предыдущие два года, исправно создававший мощный напор артезианской воды в шланге. Перед первым запуском насоса, после зимы, Глеб обычно доверху наполнял водой обсадную пластиковую трубу, погружённую в скважину, а затем присоединял её к входному патрубку насоса, но теперь, сколько бы он не лил воду в трубу, всё было напрасно – вода уходила с бульканьем, рождая ощущение безысходности, и как следствие – насос, посапывая, засасывал из трубы воздух, отчего казалось, что полноводный, в прежнее время, подземный горизонт нынче опустел из-за того, что уровень грунтовых вод понизился.
Глеб рассудил, что неожиданность, заставшую его врасплох, надо принимать как должное, пытаясь вписать себя в новые обстоятельства. Точно так же, как не всё ладилось у Лады с автошколой, затрещал по швам, из-за отсутствия воды, и вожделенный отдых в саду, лелеемый ею всю зиму.
– Рассматривая ситуацию с автошколой, делаю вывод, – заключила Лада, – здоровье – это самое главное, поэтому – к чёрту самоунижение и расшатывание психики, тем более, что муж исправно возит меня куда мне надо! Давай, Глеб, обдумывать проблему воды и заниматься этим вопросом, тем более, что хорошая экология и позитивная психологическая атмосфера в саду нам гарантированы!
– Опыт трёхлетней давности, когда точно так же в саду пропала вода, показал, что она ушла с девяти- на тринадцатиметровую глубину, – сказал Глеб, включившись в решение проблемы, – значит и сейчас следует углубить её поиск.
– Понятно, что решение этого вопроса потребует денег, которых у нас нет, – констатировала Лада, – ведь для бурения на глубину, существенно большую, чем тринадцать метров, нужно другое, более серьёзное оборудование; и ещё не факт, что удастся достигнуть горизонта с водой.
– Остаётся дождаться сезона дождей, когда уровень грунтовых вод снова повысится, – рассудил Глеб, – но нет худа без добра: может быть подземные воды ушли не только в нашем саду, но и в окрестной степи, тогда, глядишь, огромный, в прошлом, песчаный пляж на Кулундинском озере снова, как Земля Санникова, покажется из-под воды, – обнадёжил он Ладу.
– Давай съездим, посмотрим, – поддержала жена. Как обычно, чувство юмора не оставляло её даже в отчаянных ситуациях.
На следующий день, с утра, бросив в багажник пару пластиковых тридцатилитровых канистр и несколько пятилитровых бутылей, Глеб направился прямиком в управление садоводческого хозяйства, представляющее собой огороженную территорию со служебным одноэтажным зданием, гаражом и складом. Два года назад он уже приезжал сюда, чтобы налить воду в тару для запуска насоса на дачном участке. Оставив машину у ворот, Глеб открыл калитку и прошёл на территорию, где двое рабочих ремонтировали трактор с навесным устройством, а на          ступеньках склада у открытой двери сидел знакомый энергетик и что-то чинил, держа в руках отвёртку. Бросив канистры и бутыли у бака с насосом, Глеб подошёл и поздоровался, после чего спросил про воду.
– Пожалуйста, бери сколько угодно, – ответил энергетик, – а про то, чтобы кто-нибудь в садах жаловался на отсутствие воды, – не слышал, чего нет – того нет, – пояснил он свою осведомлённость о делах садоводческого товарищества. Это, не сказать, чтобы порадовало Глеба, но заронило некоторый оптимизм, не дав окончательно упасть его настроению. Поблагодарив энергетика и набрав в канистры и бутыли воды из бака, он вышел с территории управления, закрыв за собой калитку. Здесь же рядом возвышалась информационная доска для дачников, глянув на которую, Глеб обратил внимание на пару объявлений со словами: «бурение», «вода» и «насос». Записав телефоны, он вернулся к жене на дачу.
Лада предложила пообедать, после чего с новыми силами взяться за добычу воды, против чего Глеб совсем не возражал и за столом поделился впечатлениями от поездки в управление. Закончив трапезу и решив, что это – его последняя попытка добыть воду из скважины, он освободил обсаднуюую трубу от входного патрубка насоса и влил в неё все сорок литров привезённой воды.
– Похоже, что вода уходит в пустоту, – пробормотал Глеб, не сумев наполнить трубу, и приготовился к тому, что придётся обрадовать жену перспективой провести отпуск на даче без воды – от этого он ощутил, как холодок пробежал у него по спине.
Была середина июня. Стояло безветрие. Вся небесная высь и разбросанные по ней облака, с неровными и нерезкими краями, представляли собой покрывало, как говорили в детстве, серо-буро-голубой расцветки, распростёртое над головой. Воздух, не успевший остыть за ночь, сразу, как только выходишь из подъезда, укутывал тебя, подобно ребёнка, в потоки едва движущихся, по ощущению – очень плотных струй. Описывая впечатления от пребывания в городе в это время, следует упомянуть о мелком сухом песке, который покрывал тонким слоем землю, асфальт, подоконники и неподвижную листву. А за городом, там, где дорожная колея на дачу проходила по бугру, этот песок имел свойство жидкости, подобной зыби из песчинок, не соприкасающихся друг с другом, – в них нога погружалась сразу по щиколотку, как в лужу, в которой вместо воды разлита сметанообразная взвесь сухой пыли. Грустные ассоциации подсказали Глебу, что на дачу каждый день можно привозить по канистре воды из городской квартиры, как они с Ладой сделали вчера и сегодня, но этого хватит лишь для приготовления обедов, да поливки любимых Ладой флоксов.
– Набери телефон, – буднично,  как само собой разумеющееся, предложила Лада, увидев в руках у Глеба листик с десятизначными цифрами и со словами, соответствующими решаемой ими проблеме.
– Попробую, – согласился Глеб.
Позвонив и изложив проблему, Глеб познакомился с большим знатоком и умельцем в части добычи воды в степной местности. Сергей, так звали мастера, выслушав Глеба, поставил свой диагноз:
– У вас всё в порядке: и с насосом, и с обсадной трубой – её конец с фильтром находятся в мощном потоке подземных вод, которые уносят всё то, что вы льёте в трубу.
– Хорошие новости для насоса, не желающего поднять воду на поверхность, – сыронизировал Глеб, однако, понимая, что для решения проблемы не стоит выпендриваться перед специалистом, деликатно закончил свой монолог вопросом: – Похоже, что аппарату надо помочь. Только как?
– Очень просто, – ответил Сергей, – включив насос, заткните его выходной патрубок пальцем и считайте до пяти, после чего приподнимите палец и стравите воздух; затем повторите эту процедуру пять раз.
Слушая его, Глеб досадовал на себя: как физик, он должен был сообразить, что воздух, в отличие от воды, сжимается, и его нужно периодически выпускать, чтобы он не препятствовал подъёму воды в обсадной трубе.
– Можно не выключать насос и непрерывно подтравливать воздух, слегка приподнимая палец, – словно читая мысли Глеба, посоветовал Сергей, уверенным тоном добавив: – за пять минут у вас всё должно получиться, а когда вода пойдёт, позвоните мне, чтобы сказать спасибо!
– Магическая цифра пять, – только и смог произнести Глеб, после чего выключил телефон и спустился в яму с насосом – там он воспроизвёл все операции, рекомендованные Сергеем. Вода действительно начала фонтанировать из выходного патрубка многострадального насоса мощной струёй. Присоединив конец длинного поливочного шланга к насосу, Глеб снова включил его, а убедившись в том, что из другого конца двадцатиметрового шланга, сверкая на солнце, начала бить струя воды, зашёл в дачный домик.
– Вода есть? – спросила Лада.
– Да, – буднично ответил Глеб.
– А почему не рад? – уточнила она.
– Расстроен, – поделился переживанием Глеб, – не представлял себе, что под нами не подземное, как я считал, озеро воды, а стремительный поток, уносящий всю ту воду, которую я вливал в скважину. Вполне возможно, что раньше фильтр на обсадной трубе был забит, и заливаемая мною вода не спешила просачиваться сквозь него, поэтому обсадная труба и наполнялась доверху. А сейчас мне удалось хорошенько промыть фильтр, не пожалев воды, поэтому – спасибо Сергею – потребовалась несколько иная технология подъёма воды, но результат – налицо!
– Не гневи Бога, – посоветовала Лада мужу, удовлетворённая итогом его изысканий в области гидравлики, но сомневающаяся в том, что все неприятности в конце концов миновали их.
Глеб потянулся рукой к телефону, чтобы набрать номер Сергея и поблагодарить его за дельный совет, но в этот момент телефон сам зазвонил.
– Почему не звоните? – спросил Сергей и, смеясь, добавил: – Вода уже несколько минут как должна течь у вас из шланга.
– Да, так и есть, течёт, – согласился Глеб, – большое спасибо за помощь!
У Глеба в этот момент создалось впечатление, что они с женой вернулись во времени на год назад, в счастливый период их жизни, когда Лада не помышляла об автошколе. Разница состояла лишь в том, что Глеб научился запускать насос, и у него получился совсем другой рассказ, нежели тот, который он собирался написать, сидя в машине около автошколы в ожидании появления жены с занятий по вождению. События, которые должны были произойти в урочный час, не обошли Глеба с Ладой стороной, лишний раз подтвердив, что реальный путь в жизни от одной точки к другой – совсем не прямая, а странная ломаная линия, с возвратом в исходное положение и обрывами, напоминающими пунктир, но внушающая оптимизм, если не прекращать стремиться к намеченной цели.