Как влюбиться и не быть съеденным. 11

Глава 11: Молчание воды

Следователь и криминалист вышли из машины, хлопнув дверцами почти синхронно. Песок хрустнул под подошвами. Жаркое солнце слепило глаза, и оба машинально прищурились, оглядываясь по сторонам. К ним стремительно подскочил лейтенант — тот самый, с вечной тягой к гипотезам и криминальным теориям. Он буквально вынырнул из кустов, запыхавшийся, в растрёпанной форме и горящими глазами.
— Ну, что я вам говорил! — выпалил он. — Опять пропал человек! Тут банда орудует, сто процентов. Я слышал, в прошлый раз руку нашли. Эх, жалко, меня тогда не было! Вот так они расправляются с теми, кто встаёт у них на пути. Это мафия, с их зверскими законами, длинными руками и жирным кровавым следом.
— Где?
— Что где? — лейтенант замер, растерялся, глаза метнулись от одного к другому.
— След где? — уточнил криминалист, шагнув ближе. — Я криминалист. Все следы — это моё.
— Так я же это… образно. Аллегориями. Эзопов язык, как нас учили.
— Где учили? — спросил криминалист, и уголки его губ едва дрогнули.
— Так, в этой… ну… в школе милиции, — лейтенант замялся, и всё-таки быстро пришёл в себя, — там же всему учат. Ну… криминалистике, дактилоскопии, дедуктивному образу мышления. Мы же, считай, Шерлоки Холмсы!

Он выпрямился, гордо вскинув подбородок, будто только что раскрыл дело века. Криминалист и следователь переглянулись, один с лёгкой усмешкой, другой с усталой снисходительностью.
— Ясно. Рассказывай, что случилось? — сказал следователь.
— Машина на месте, вещи с телефоном на месте, а мужчина пропал. Вон его жена… спохватилась, что муж долго не возвращается и на звонки не отвечает. Поехала искать. Хорошо, что они на одно и то же место всегда ездят… вот сюда. Здесь довольно безлюдно и тихо. Дмитрий Олегович, банда это. Точно! Банда расчленителей! Я про это целую главу напишу.
— Какую главу? — не понял следователь.
— Так я это… книгу пишу «Самые кровавые преступления современности и прошлых лет».
— Понятно, откуда такая бурная фантазия, — протянул криминалист, глядя на лейтенанта с каменным лицом и голосом, в котором дрожала ирония.

Лейтенант вспыхнул, решив, что его похвалили, и тут же выпрямился, расправив плечи. Глаза его загорелись, руки начали жестикулировать.
— Да, фантазия у меня, дай Боже каждому! — с воодушевлением подтвердил он. — Друзья говорят: зачем ты в милицию пошёл? Сидел бы книги писал. А я им: где ещё столько материала найдёшь, как не в милиции? Здесь каждый день, как новая глава или даже целая книга…

Он сделал шаг вперёд, желая заразить своей идеей, однако следователь, не меняя позы, поднял руку, останавливая слишком рьяного человека.
— Так, лейтенант, — спокойно, но с нажимом произнёс он, — давай пока сосредоточимся на пропаже. Как он исчез?

Лейтенант шумно выдохнул и перешёл на более деловой тон, однако в голосе всё ещё звенела нотка драматизма.
— Ну, как-как… разделся, оставил одежду и телефон в машине и пошел купаться. Отпечатки ведут к воде. Обратно ни следа… Дмитрий Олегович, я знаете, какой версии придерживаюсь. Те преступники следят где-нибудь неподалеку. Может даже с биноклем, и видят всё. Может, и за нами сейчас наблюдают. Вот жертва разделась, ничего не подозревая идёт к воде, начинает плыть… а они на лодке медленно подплывают и чем-нибудь тяжелым по голове хрясь…
— Жертва даже вскрикнуть не успеет, — опять иронично договорил фразу лейтенанта криминалист.
— Вы прямо с языка сняли мысль, — с досадой сказал лейтенант.
— Ничего, у тебя всё впереди, — тут же успокоил его криминалист. — Мы ещё твоими книжками на пенсии зачитываться будем.
— Почему на пенсии? Я быстро пишу.

Криминалист опустился на корточки, как охотник, выслеживающий добычу. Провёл пальцем по песку. Потом выпрямился, отряхнул ладони и, не глядя на лейтенанта, произнёс с дружеской иронией:
— Лейтенант, ты главное, не торопись. Каждую свою версию десять раз взвешивай, сто раз перепроверяй. Бывает, думаешь одно, а потом оказывается совсем другое. А ты дров уже наломал. В нашем деле очень важны скрупулёзность, тщательность… и невозмутимое спокойствие.
— Но ведь так все бандиты разбегутся, пока взвешиваешь, да пересматриваешь…

Криминалист усмехнулся, сделал шаг вперёд и хлопнул лейтенанта по плечу, не грубо, и всё-таки с намёком:
— Лейтенант, на твою жизнь бандитов хватит. Пошли, посмотрим следы…
— Вон следы, — оживился тот, указав рукой на песчаную кашу. — Правда, мы тут уже немного потоптались… Теперь и не разберёшь, где наши, а где того мужика. Но, поверьте мне на слово, следы были.

Криминалист оглядел участок, потом перевёл взгляд на лейтенанта.
— Слушайте… Вы что здесь, клад искали? Весь участок будто перепахан.
— Так мы это… части тела искали.
— Где? — удивился криминалист.
— Ну вот, в песке же могли закопать. Вдруг та банда нам специально вещественные доказательства подбрасывает и загадки загадывает, а мы их должны найти и разгадать.

Криминалист медленно повернулся к следователю.
— Дмитрий Олегович, — сказал он тихо, но с нажимом, — ещё пара минут такой беседы, и здесь будет новый труп. Я уже за себя не ручаюсь.
— Нет, не переживайте, мы здесь всё тщательно перекопали. Трупа тут нет, — возразил лейтенант. — Но, если надо, мы готовы, сейчас еще раз весь пляж на два метра вглубь перевернем.
— Перекопали и молодцы… иди посиди с товарищами в сторонке. Нам надо подумать, — попросил вежливо лейтенанта следователь.
— Если что, мы вот… рядом… только дайте знать, — радостно произнес лейтенант, и торопливо пошёл к своим коллегам-милиционерам.

Следователь ещё раз обвёл взглядом пляж.
— Чего призадумался, Олегович? — спросил его криминалист.
— Следы вон видишь? — произнёс следователь.
— Которые? Тут кругом следы.
— Да вон, здоровые.
— Которые как у динозавра что ли? Так мы их почти на каждом выезде видим. Это дети с родителями так шутят.
— Вот именно, что не шутят, — медленно проговорил следователь. — Информация пришла, что завелась в нашем Иссык-Куле огромная рептилия.
— Крокодил что ли?
— Да нет, не крокодил. Нечто большее… и оно начало питаться людьми.
— Да сказки, Олегович. Что у нас только не придумают. Я скорее вон лейтенанту поверю, в его банду маньяков-расчленителей, чем в какую-то рептилию. Смотри, какие отпечатки. Это какого же она тогда роста? Так вот значит зачем вы пистолет с собой взяли? Если бы реально была такая штуковина, да с такого размера ногами, то у неё шкура бы была толще, чем у слона. А слона этой пулькой не прошибёшь, только разозлишь. Ох, ладно… солнце сегодня печёт невозможно. Может, домой поедем, к кондиционеру?
— Погоди, — попросил следователь, а сам пошёл по направлению к озеру.

Подойдя почти к самой кромке воды, следователь всмотрелся в водную гладь. Постоял, помолчал немного, потом спросил:
— Ну, где ты? Покажись. Дай на тебя посмотреть…

Руку он положил на пистолет, приготовившись, если что, выстрелить.
— Ну, выходи. Что тебя пугает? Я ведь знаю, ты смотришь сейчас на меня.

И всё же водная гладь оставалась неподвижной, без волнения и даже без ряби. Следователь постоял немного, потом повернулся спиной к воде, и направился к криминалисту.
— Вон, видишь вдалеке военный корабль? — спросил он у криминалиста.
— Ну, Олегович, вижу. И чего?
— Есть информация, что они по всему озеру специальные сейсмодатчики ставят, чтобы по колебаниям воды определять, где та штука в данный момент находится.
— Так ты чего, про рептилию не шутишь? — переспросил криминалист.

Следователь медленно провёл рукой по лбу, стирая жар и сомнения. Глаза его были устремлены на озеро, а взгляд куда-то глубже, за горизонт.
— Хотел бы я, чтобы это оказалось шуткой, — проговорил он глухо. — Какая-то крупная транснациональная компания планирует здесь туристическую мекку. Главной достопримечательностью должен стать настоящий доисторический динозавр. Людей заманивать, деньги качать…

Он замолчал, сжал губы, потом резко повернулся к криминалисту:
— А то, что у нас люди пропадают, а потом находят части тел… компанию, похоже, не тревожит. Им главное побольше заработать. Они-то думали, что она только в воде живёт. А она, похоже, и по суше неплохо передвигается.

Криминалист медленно выпрямился, перестал щуриться от солнца. Взгляд его стал острым, как лезвие.
— Ох, и заинтриговал ты, Олегович… — проговорил он, не отводя глаз. — Я тогда всех своих родных и друзей предупрежу, чтобы к озеру пока ни ногой.

Он сделал шаг назад, оглядел пляж, затем дальние палатки, где отдыхали люди, и вдруг заговорил тише, с явной тревогой в голосе:
— Слушай… а у нас ведь почти на всём побережье пляжи. Там много отдыхающих. Почему же никто то чудище не видел?
— Не знаю… наверное, хитрая тварь… скрывается, — следователь пожал плечами. — Все пропажи в малолюдных местах. Она будто выбирает, где можно исчезнуть незаметно.
— Слушай, Олегович… а начальство про это знает?
— Пока нет, — ответил тот, не меняя интонации.
— Думаю, надо поставить их в известность, — заметил криминалист.

Следователь кивнул, и всё-таки в его глазах мелькнуло сомнение.
— Да, я тоже думаю. Только вот… как это сказать, чтобы не посмеялись. Как мы над лейтенантом.

Он бросил последний взгляд на озеро, где зеркало воды не дрогнуло ни на миг, и сказал:
— Ладно, поехали обратно. По дороге и подумаем.

Они пошли к машине, не торопясь, каждый со своими мыслями. Криминалист шёл чуть-чуть позади, бросая косые взгляды на озеро, горы и пляж. А где-то в глубине, под зеркальной гладью, что-то наблюдало за ними. Холодное. Древнее. Терпеливое. Оно не торопилось, ведь оно умело ждать.