Рейвер IV

Рабочий день начался в 9:00, и на столе у Платонова уже лежала кипа судебных производств. Он старался из последних сил поддерживать чистоту на рабочем месте, но объём работы брал своё. Приходившие должники зачастую не видели Платонова из-за этой горы наваленных коробок с судебными делами, штрафами, выписками и т.д.
Он шёл на работу с замиранием сердца: страх перед посетителями был всеобъемлющим. В коридоре его уже ждали люди, требовавшие разъяснений — почему их банковские карты были заблокированы, по какой причине пришло судебное извещение и много других вопросов.
У Александра была своя территория, по которой он работал — целый район должников, ни много ни мало: 12 улиц. Более трёх тысяч исполнительных производств, где было всё вперемешку: неоплаченные штрафы ГИБДД, кредиты, судебные дела, налоги, пени, страховые взносы и многое другое. Домой Александр возвращался абсолютно опустошённый и обессиленный. Его очень пугал такой образ жизни. Платонов не мог сосредоточиться после десяти часов работы, ему хотелось спать.
Сегодня он отпросился на час пораньше на лекцию Николая Левашова. Когда Александр подъезжал, у дома культуры было пусто, сильного ажиотажа не предвиделось, а на самой лекции присутствовало не более пятидесяти человек. Левашов уже вел лекцию.
— Я остановил наводнение в России ещё три года назад, и никто не сказал мне тогда спасибо. Представляете? Если бы не я, Краснодарский край был бы полностью затоплен.
Платонов присел на свободное место. В течение тридцати минут шёл оздоровительный сеанс по снятию порчи со зрительного зала. Потом следовали рассказы о космических базах на Луне, якобы захваченных тёмными силами Римской империи, на самом деле придуманных в пятнадцатом веке. Начались вопросы из зала. Александра всё это утомило, и он уже пошёл на выход, как вдруг услышал знакомый голос.
— Здравствуйте, я Языков Кирилл Дмитриевич, — слегка поклонился он. — Николай Викторович, у меня есть достоверные сведения, что Шамбала находится на самом деле в России, прямо за Уралом. Как вы считаете, это правда?
— Еврейские иудеи не дадут узнать ответ на этот вопрос… — начал Левашов.
Александр был удивлён увидеть вчерашнего друга. В конце встречи он подошёл к Кириллу.
— Ого, рейвер, и ты тут!
— Клевый вопрос, только не понимаю, почему во всём всегда виноваты евреи?
— Потому что они правят миром. У меня сейчас встреча в клубе, пошли со мной.
— Я откажусь, никаких больше таблеток.
— Да там другой клуб, и кайф совсем другой. Ты же кайфа ищешь, Александр Платонов?
По дороге они обсуждали эзотерику и вчерашний рейв. Александр был под сильным впечатлением от вчерашней грозы; сегодняшний день казался немного мрачным.
Когда они пришли, Языков постучался в железную дверь. С той стороны спросили пароль.
— Христиан ко львам!
Открыл дверь приземистый парень около сорока лет, одетый неброско, обувь была изношена.
— А это новенький — Александр. Рейвер, — сказал Кирилл.
— Владимир, приятно познакомиться, — он резко протянул руку. — Сегодняшняя тема: страх в произведении Шекспира «Буря».
Они прошли в библиотеку. За широким столом сидело ещё двое: красивая брюнетка бальзаковского возраста и парень неопределённого возраста, одетый недорого, но с претензией на что-то. Владимир налил чай гостям.
Обсуждали всё подряд — от современного общества до истории поэзии, темы скакали с одной на другую, но обсуждение было оживлённым. Было ясно одно: все присутствующие находились в одном культурном ландшафте, все прочли десятки тысяч книг и теперь, наконец, говорили с равными.
Платонова всё же не покидал один вопрос, и, расслабившись, он решился его озвучить:
— А что это за клуб? Просто собрание единомышленников или тут есть какая-то основная идея?
Владимир пристально посмотрел на Языкова.
— От нашего клуба будет лекция по эзотерике в эти выходные. Требуются два спикера. Буду я, а если хочешь, приходи — тоже выступишь.
— Что такое спикер? — спросил Платонов.
— Это от английского speak — говорить.
— А про что лекция?
— Про Бога нашего понимания.
— Спикерская про Бога?
— Да. Про говорящего с Богом.