а что, если нет?

расшифровки переговоров с диспетчером,
беседы предшествующих дней
или слишком оптимистичные интервью о грядущих планах,
невероятные перечни обыкновенных вещей,
предчувствия, словно оракулов,
намёки опозданий, волнений и неохот,
последние снимки звёздного неба на цифру, на плёнку, на глаз,
неявки на службу, в группу, на перевал,
кашель, долгая пауза и скрежет с включенной связью,
тройное э-э-э и честное «я не знаю, что это…» в конце
(Валентич, Мантелл, нам очень жаль),
геоглифы, Вашингтонская карусель,
Тегеранский инцидент, Тик-Так,
палеоконтакт Валь-Камоники,
Сириус и хиральность,
свинцовые маски пары фриковых бразильцев,
жизнеспособность метеоритных бактерий, белков, ДНК,
сверхземли зон обитаемости,
кометы, которым полагалось бы уже перестать возвращаться,
раствориться, сгинуть,
но они тут как тут,
игры огней с боингом над Аляской,
вылет 19,
рейс 105,
исчезновение C-124

пугают гораздо больше,
чем просто жестокость, просто кровь, просто насилие

закостенелость, предвзятость, отрицание —
то, что они и не притворяются понимающими,
то, что наделяют приставкой сугубо «псевдо-»,
то, что, безусловно, неуместно!
то, в чём и в тысячный раз не разглядят доказательства —
именно так лезвие Оккама разрубает
саму вероятность познания,
пока довольство науки считает проценты и вероятности.
боясь ошибиться, ошибаются во всём.

лучше я буду
совсем ничего не знать,
чем утверждать своё знание.

лучше буду с Улиссом я
ожидать встретить Нерея и
океанские волны-убийцы:
Дропнеру представится случай –
господам будет нечем крыть.

лучше буду я с Циолковским,
когда нам раскроют решётки
непроходимого зоопарка —
даже ты по такому
шастать устанешь.