Последняя Детства Весна. Глава 19

-Мы с мамой приехали днём сегодня, специально освободили время, чтобы помочь с генеральной уборкой весенней в доме, ну и вообще… Дверь открыта была, мы вошли… А бабушка без сознания… На полу в комнате…

Катя всхлипнула и уткнулась в джинсовку Стальцева. Они сидели на диване в комнате одни: Катины мать и тётя поехали в больницу, Миша разминулся с ними на сорок минут.

-Вы её привели в сознание? – спросил парень.

-Немного… Она только сказала, что очень больно, даже лежать больно. Мы тут же «скорую» вызвали, они через двадцать минут приехали, погрузили, через крики… Мне страшно, что они ничего в этой больнице не смогут сделать нормально!

-Тише, Катенька, тише… Сейчас попробуем узнать, кто сможет помочь…

Миша вышел на балкон и набрал номер Каратунского. Как ни странно, в голове родилась всего одна здравая мысль – спросить у друга номер дяди-врача, который обрабатывал Мишкино ножевое ранение, а уже у дяди узнать перспективы и возможности.

Первая часть плана была исполнена без проволочек – Артём быстро вник в суть дела и обещал переслать номер сообщением. Заодно отрапортовал, что со шпионом они разобрались и реализовали комбинацию «Б». Миша нажал «отбой», дождался сообщения с номером и набрал дозвон. Трубку сняли быстро, но привычное «алло» произнёс не мужской голос, а… женский. И Стальцев готов был поставить всю стоимость искомых бриллиантов на то, что голос этот принадлежал…

Маме Наташе.

-Ээээ…Михаил, вы меня слышите?

На том конце, видимо, узнали голос парня, потому что раздался смущённо-испуганный вздох, после чего в трубке резко возник голос Тёминого дядьки:

-Да-да, я слушаю! Кто это?

-Это Миша, ну, который ножом царапанный…

-А, тёзка! Как плечо?

-Да зажило уже, спасибо. У меня тут вопрос по хирургической части…

И Стальцев изложил своему знакомому всё, что сам на тот момент знал о болезни Людмилы Николаевны. Михаил – врач слушал внимательно, не перебивая, и задавал некоторые вопросы лишь в моменты, когда парень выдыхался и делал паузы…

-Ну что ж, дело тут серьёзное, нужно дождаться рентгена… Хотя… Послушай, тёзка… Я подозреваю, что в области только протянут время, а время сейчас дорого. В общем, адрес больницы мне присылай, сейчас я свяжусь со своими врачами из московской клиники, из столицы пойдёт за вами «скорая». Бабушку сегодня же везём в Москву, срочное обследование и…

-Операция?

-Если будет показана.

-Сколько это стоит?

-«Скорая» нисколько, это мои ученики и ученицы, они всё сделают. А операция… Смотря, что там обнаружат. Всё ли понял?

-Да. Хотя нет, не совсем. Я же просто Ваш пациент, единоразовый. Почему Вы так мне помогаете?

-Я тебе должен, не спрашивай, за что – потом объясню. Адрес жду. И готовь морально родню, чтобы не нервничали.

Легко сказать – готовь! Следующие десять минут Стальцев убеждал Катину маму, что он не бредит, что это нужно, что ей и тёте надо оформить согласие на транспортировку пациентки. Непонятно как, но ему удалось решить вопрос по телефону. Он скинул Михаилу адрес больницы и только после этого вернулся в комнату…

А в комнате сгорала от нетерпения Катя! И ещё пятнадцать минут Мишка объяснял всё любимой, хотя та не нервах тоже начала было кричать, что ей страшно и что бабушку опасно везти так далеко. Короче говоря, когда Руханова успокоилась – её молодой человек был, словно выжатый лимон. Сбросив джинсовку, он упал на диван и устало закрыл глаза.

Катя в этот момент сделалось невероятно жаль Стальцева – он выглядел утомлённым и замученным сегодняшней не оканчивающейся беготнёй. Она осторожно села рядышком с парнем и провела ладонью по его волосам.

-Может, тебе вздремнуть?

-Что? А, нет, милая, что ты…Некогда дремать, некогда… Тут такая круговерть начинается…

Девушка испуганно округлила глаза:

-Неужели…Нашли?

-Мы почти у цели. Но где-то протекло…

-Как это?

-За нами следят. Точнее следил сегодня один урод, ребята его поймали и проучили.

-Били?

-Нет, это лишнее. Я сам не знаю деталей ещё, по похоже – сильно пугнули, и он рассказал детали. Тут, как я подозреваю, замешан человек, который реально может быть очень опасен, поэтому будь осторожнее, пожалуйста. Хотя про тебя он ничего не должен знать, но мало ли…

Руханова вдруг набросилась на Мишу и так крепко сжала его в объятиях, что стало трудно дышать.

-Катяяя… Чуть слабее захват, любимая, кислороду мало…

Она смущённо ослабила руки, но продолжала горячо целовать лицо Мишки, приговаривая:

-Это я тебя прошу, заклинаю тебя, родной мой…Будь осторожнее. Никакие бриллианты не стоят твоего здоровья и жизни!

-А с чего ты решила, что я собрался ими жертвовать? – он подмигнул Катерине и улыбнулся. – Мы просто заберём с ребятами то, что честно нашли и сдадим государству. А государство своих законопослушных граждан не обидит.

Они не помнили, сколько прошло времени – к реальности вернул звонок мобильного телефона. Михаил-врач сообщил, что скорая уже на подходе. Миша спросил, нужно ли его присутствие, на что его тёзка ответил, что в больницу поедут мама и тётя, поэтому конкретно его, Мишки Стальцева, присутствие в Москве сейчас не имеет смысла. Девочку в столичную клинику тоже везти сейчас незачем – на операцию всё равно не пустят никого, а вероятность её в ближайшие сутки очень высока. Людмила Николаевна была почти без сознания, поэтому…

-Что решишь? – спросил парень, как только нажал «отбой» и пересказал Рухановой разговор.

-Я… Я не знаю, Миш…Понимаю, что она сейчас всё равно спит под обезболивающими, но…А вдруг сейчас мне необходимо быть рядом? Вдруг потом… Потом не наступит…

Глаза девушки снова заволокло слезами, но она тут же оказалась в медвежьих объятиях Стальцева.

-«Потом» наступит, это не обсуждается! Собирайся, мы сейчас пойдём на электричку, я выйду на «Раменском», а ты до Москвы. Прости, мне сейчас срочно нужно в город, иначе мы можем упустить момент. Как только всё сделаем – сразу к тебе, веришь?

-Сначала ты выспишься, хороший мой…- она с мягкой укоризной посмотрела в любимые и краснющие глаза. – Мишенька, ты же еле на ногах стоишь!

-Ничего, отосплюсь потом…Катюш, можно на дорожку чая покрепче? Чашку одну только, и я снова взбодрюсь…

Спустя сорок минут молодые люди вышли из дома. Однако далеко они уйти не успели – рядом затормозила иномарка, из которой вышла… та самая женщина, которую Стальцев отбил ценою плеча у таксиста-насильника.

-Эм… Это снова Вы? Вы что, следите за мной?

-Мишка, кто это? – Катя непонимающе смотрела на парня, но женщина только улыбнулась. Улыбнулась и посмотрела на хмурого Мишу, который не особо-то радовался этой встрече.

-Он вряд ли ответит на твой вопрос, девочка. Откуда ему знать, кто я?

-Вы женщина, которую я случайно спас тут некоторое время назад. Что я могу не знать? – пожал плечами молодой человек.

-Того, что я – твоя мама, - спокойно произнесла Юлия.

***

Яйцо противно хныкал, пытаясь отмыть свои кудряшки в ванне розового цвета. В пластиковом мешке, куда его сунули головой двое злыдней, кроме павшей листвы оказалась ещё и какая-то липкая дрянь, напоминающая гудрон. Откуда он взялся на кладбище – чёрт его разберёт! Зато совершенно чётко вырисовывалась перспектива отстригать дивные локоны, в которых, словно у легендарного Самсона, была заключена вся сила, вся власть, вся стать. И ходишь, словно лишайной собаке! Какой кошмар!

Стоявший в дверном проёме ванной Лёха смотрел на никчёмного дозорного с недоброй усмешкой. Ярославку он, как и многие, презирал, и сейчас, когда его временно отпустила ломка и вернулась способность осмысливать происходящее, Алексей и сам удивлялся, как можно было поручить слежку такому олуху царя небесного. Засыпался, получил на орехи, ничего не узнал… Разве что…

То, что Ярослава отлупили (пусть и слегка), говорит о том, что Соломина не обманула – этим пацанам есть, что скрывать и что прятать. Ну ничего, ребята, поделитесь, как миленькие…

-Я больше ни за кем следить не буду! Ты понял меня, козёл? Посмотри, что с локонами! Что с укладкой! С местной водой у меня волосы «пока» скажут уже сегодня! Это тебе хорошо, кочан свой выскреб налысо и гуляешь! А мне? Мне как?!

-Да заткнись ты, Славик, ишь, раскукарекался! Будешь ты делать всё, что говорят, иначе…

-Ну и что ты мне сделаешь?!

Лёха подошёл к Яйцу поближе, нагнулся и шепнул на ухо:

-Я просто позову пацанов, они будут тебя держать, а я -швырять в костёр все твои скрабы, тональники, электронную сигарету…Сигареты, - исправился он, вспомнив, видимо, какой-то эпизод. – А потом туда полетит твоя водолазка в стразах. Ты меня понял, Масик?

Яйцо нервно сглотнул и молча потянулся к ножницам. Отмыть локоны не представлялось никакой возможности.

Примерно в это же время Вера закончила рабочую смену и вышла из аптеки, мягко улыбаясь весеннему закатному солнцу. И вдруг её сердце будто подпрыгнуло на месте, превратившись мгновение спустя в барабанщика, зажигательно отбивающего соло на ударной установке. И всё потому, что у раскидистой ели стоял Кирилл. С букетом роз.

-Привет, - он улыбнулся и протянул ей цветы. – Вот, скромный знак внимания от невнимательного человека…

-Это ты-то невнимательный? – девушке казалось, что у неё сейчас насквозь прогорят щёки от смущения. -Это неправда. Я не знаю, кто ещё может быть настолько чутким!

-Но ведь я так долго не замечал тебя в этой аптеке или рядом с ней. Плюс ещё и раскачивался после первой случайной встречи…

-Кирка, ты невыносим! В хорошем смысле, - Вера засмеялась и коснулась лицом алых бутонов. – Боже, какой аромат! Аж голова кружится!

-Если ты не возражаешь, я провожу тебя до подъезда… Сегодня прогулка коротка, увы… Навалились некоторые проблемки.

-Конечно, я понимаю. Пойдём…

…- Вон! Вон этот, который меня распилить там хотел! – Яйцо, стыдливо прикрывающий свою «вшивую голову» кепкой с кокетливой надписью «ЛДПР», ткнул пальцев в Кирилла, идущего под руку с Верой вдоль Борисоглебского озера.

Лёха среагировал мгновенно. Треснув Яйцу по макушке, он достал смартфон и стал кому-то названивать…

А меж тем, ребята незаметно подошли к подъезду Веры.

-Мне пора…

-Чёрт, как же обидно, что эти дела навалились именно сейчас… Надеюсь, уже завтра у нас будет гораздо больше времени.

-Завтра я выходная. Тоже очень надеюсь на это.

-Тогда…Пока.

-Пока, - она сделала шаг к подъезду, но, видимо, решившись, внезапно развернулась, быстро подошла к Кириллу и чмокнула его в щёку. После чего улыбнулась и побежала наверх, не дожидаясь лифта.

Однако далеко Вера уйти не успела – едва она поравнялась с почтовыми ящиками, как из-за трубы мусоропровода на неё кинулись двое. Один из парней зажал девушке какую-то точку на шее, после чего Вера потеряла сознание.

Подхватив её на руки, словно парень любимую девушку, один из Лёхиных сообщников (а это были именно они) быстро вынес её из подъезда и закинул на заднее сидение гнилой «пятнашки». Второй сел за руль, и «Лада» быстро покинула двор Вериного дома.

***

Миша и Катя ехали в электричке молча. Парень был совершенно измотан последними событиями и не имел ни сил, ни желания что-либо обсуждать. А Катерина с тревогою взирала на возлюбленного, вновь и вновь возвращаясь к тому, что произошло всего-то час назад…

…-Я твоя мама, - Юля повторила эти слова, решив, что Стальцев её не услышал.

Но тот услышал с первого раза. И теперь лишь холодно и слишком спокойно ответил:

-Вы ошибаетесь. Извините, мы спешим.

-Кто тебя настроил на такое поведение, сын? Пётр? Или тётка, Наташа?

И тут самообладание покинуло Мишу окончательно. Он уже понял, отчего лицо женщины в ту, первую встречу показалась ему столь знакомым. Картинка полностью сложилась. Он понял, что перед ним биологическая мать. Но сказать ей было нечего, пока она сама не ляпнула то, о чём стоило молчать.

Злобно пнув дверь машины, парень схватил Юлию за лацканы модного пиджака и встряхнул так, что ей стало очень-очень страшно.

-Какая она тётка, я тебя спрашиваю?! Она и только она, Наташа – МОЯ МАМА! А тебя я не знаю, сытое и расчётливое чудовище! - Мишка не орал, не истерил, а злобно чеканил каждую фразу, и это было страшнее всего. Страшно было и Рухановой – она довольно быстро поняла суть проблемы. Тётю Наташу она уже знала, Миша знакомил девушку с матерью, и отношения между «свекровью» и «невесткой» сложились самые замечательные.

А это…Это его настоящая мать???

-А я-то, дурак, всё голову ломал, чего эта овца-Соломина про моё сиротство вдруг запела? А тут вон чья работа пропагандистская! Где сядешь – там и слезешь!

Он резко оттолкнул пытавшуюся остановить слёзы Юлию на водительское кресло. Та, едва сдерживаясь, чтобы не зареветь в голос, просипела:

-Разве в жестокости сила человека, сынок?

-«В чём сила, брат?» - Стальцев криво усмехнулся. – А не ты ли доказала отцу, что сила – в корысти, в изворотливости, в умении продавать? Скажи честно, чужая женщина, почему ты объявилась сейчас, когда я уже в тебе не нуждаюсь ни капли? Ааа, я понял! Потому что тебе плохо сейчас! Потому что твой спонсор закончился, так? Или что?

-Ты ничего не знаешь!

-И не хочу знать. Уезжай…Юлия. Никакого сына у тебя нет. И маму Наташу не трогай. Снести яйцо и кукушка может, только вот подкидывает потом, стерва… Мда…

…Электричка подъезжала к Раменскому. На душе у Кати было муторно и плохо. Она очень переживала за бабушку, но… Но видела, что измученный, на грани нервного срыва, с проступившей щетиной и синяками под глазами Стальцев элементарно погибает. Мишка, ЕЁ МИШКА. Она не сможет сейчас его оставить!

-«Раменское»! – объявил машинист. Миша встал, провёл рукой по щеке девушки:

-Катюшка, мне пора…

-Я с тобой!

-Но…

-Ничего не говори! Я чувствую, что вы втроём сейчас в большой опасности. Я тебя не оставлю!

У Михаила уже не было сил спорить. Нужно было спешить, спешить к Пороху.

-Идём, только маме скажи, что ты у меня в гостях. А завтра поедем в больницу.

Спустя пятнадцать минут Катя и Миша подходили к дверям квартиры Пороха. Преодолев последний пролёт, они нос к носу столкнулись с …Тёмой и Дашей!

-Ого, на ловца и зверь бежит! – Стальцев пожал руку Артемию. – Ну что, место известно с точностью до ряда. Начнём мозговой штурм?

-Конечно. Тем более, что меня Дашка одного не отпустила, - улыбнулся Каратунский.

-А как я должна реагировать? – эмоциональная Загорелова всплеснула руками. – Ты же сам говорил, что у Вас одноклассницу избили!

-Что??? – испуганно округлила глаза Руханова. Миша лишь махнул рукой:

-Слишком вольный образ жизни к добру не приводит. Ладно, звони Кирке!

Порох открыл дверь быстро, но с каменным лицом. В руках он держал смартфон, который тут же переключил на громкую связь. И все пятеро услышали чуть искажённый голос Лёхи:

-…рыжая подружка у нас. Мы прекрасно знаем, что вы искали и нашли. Отдаёте брюлики нам – получаете рыжую в целости и сохранности, как из постомата. А если нет…Будете собирать по частям на том же кладбище.

-Мдау! – прогудела трубка голосом Яйца.

-Короче, - снова вернулся в эфир Лёха. – Сегодня в девять у часовни. Там встречаемся и ведёте нас на место. Не вздумайте юлить – рыжей будет больно. Всё, лошки, до встречи!

В трубке раздались гудки, а на лестничной клетке повисло молчание. Его прервал Каратунский:

-Все в квартиру, быстро!

Когда за последним входящим закрылась дверь, Миша спросил:

-Сколько у нас имеется времени?

-Два часа. Ровно.

-Ну а что тут думать? План «Б», реализуем его. Но с поправкой – сначала забрать у них Веру. А потом уже драка.

-Какая драка, мальчики, вы что?! – снова заволновалась Даша.

-Ну не втроём же они туда придут. Этот козёл притащит с собой человек 10-20, это нетрудно. Так что вооружаемся, товарищи! Кирилл, сегодня играешь в «басаевца».

-Пусть только Веру хоть пальцем… Я им без «басаевца» ухо огрызу!

-А мы??? – хором спросили Катя и Даша.

-Это опасно.

-Мальчики, - Катя заговорила уверенно и серьёзно. – Мы не настолько беспомощные, к тому же кто-то должен позаботиться о Вере. Мало ли что…

Снова воцарилась тишина. Все почему-то смотрели на Мишу, словно он был тут главным.

-Хорошо, - Стальцев вздохнул и обнял Катерину. -Идём вместе. Но сначала… Тёма, открой карту кладбища. Я хочу проговорить некоторые детали.

За окном тем временем начала меняться погода. Небо заволокло тучами и пошёл мелкий апрельский дождик.

 Хотя… Дождь – это ведь на удачу?