Критерий поэтического мастерства

     Я никогда не знаю, как я буду заканчивать новый стих. Продолжение приходит в момент его написания. Если изменить одно слово, то приходят другие мысли, которые ложатся на бумагу и выносят тебя в другую реальность. Да, конечно, слова приходят из другого мира, надо просто выйти на связь. Кто же мне диктует эти строки, чья беспокойная душа?
     Мысли текут рекой. Они могут быть шумным горным потоком с камнями и водоворотами, могут бить ключом из земли, могут гордо плыть меж высоких берегов. Мы пишем свои впечатления от мелькания картинок справа и слева от нас, но не пишем воду – мы в ней живьём и ей живьём. Она – вдохновение, она – условие существования души, питательная среда, мы её пьём и растворяемся в ней.
     Стихи не отделимы от мелодии. Стихи – они песни. Жаль, я не умею писать музыку, но она всегда управляет мною, когда я творю стих. Слова можно писать и красками тоже, и тогда стих превратится в картину. Но ближе всего стих к медитации и к молитве. Слова стиха лечат души. И вот ещё, хороший стих сопровождается слезами.
     Сегодня вечером у меня возник спор с равом. Он утверждал, основываясь на рассказе о любви Амнона к Томар, что любовь приходит не до, а после свадьбы и с годами только усиливается. Я же говорил ему, что всегда возможны исключения из правил и приводил в пример свою семью. Переубедить его было невозможно, но я не хотел сдаваться без боя. В конце он заметил среди слушателей очень пожилого знакомого ему человека. Он спросил его:
– Скажи, с годами ты любишь свою жену ещё сильнее? Сколько лет вы прожили вместе?
– Да, – ответил старик, – 55 лет и всё ещё любим друг друга.
     Вот видите, с удовольствием победителя сказал рав, я, конечно, прав и Тора права. Времени оставалось только на одну реплику, но он не разрешил мне сказать слово. Тогда я встал, подошёл к нему и сказал тихо:
– Конечно, ты прав. Я тоже со временем всё сильнее и сильнее люблю свою вторую супругу.
     Мы говорим об одном и том же. Мы прекрасно знаем, что такое "любовь". Но Бог, подаривший нам книгу книг, из которой мы делаем свои выводы, бесконечно умнее нас. Он любит удивлять мир именно исключениями из правил. Поэтому я продолжаю заниматься поэзией. Ты начинаешь писать и не знаешь, чем закончится твой стих. Стоит подойти к листу бумаги с другим настроением, меняются и ритм, и содержание. Но всё-таки, всё-таки надо "броситься в воду и поплыть", и, может быть, даже заплакать либо перед тем, как начал писать, либо после. Это и есть высший критерий мастерства поэта.