II Харакири за Арисаку

Предыдущая часть: http://proza.ru/2024/07/25/1048

Знаешь, что значит принимать винтовку, тем более бэушную? Ты берешь ее в руки, передергиваешь затвор - проверяешь, как он ходит, не болтается ли, не цепляет там за что-то. Вынимаешь затвор, прикладом винтовку к плечу, заглядываешь в дуло, проверяешь, как оно изношено. Вставляешь затвор, снова передергиваешь. Это и есть приёмка оружия. Вроде просто. Но винтовка весит килограмма три, к вечеру ломит тело и болят синяки на плече. И так не один день, с утра до вечера: наклонился к ящику, взял винтовку, передернул затвор, вынул его, приставил винтовку к плечу, заглянул в дуло, вставил затвор, передернул, положил винтовку, взял другую, передернул затвор, заглянул в дуло... Адский труд. Ломит спина и руки.

 Проверить и принять такую прорву старого оружия нужно человек сто, самый минимум, пятьдесят. А тут один интеллигентный штабс-капитан. Упорный. Несгибаемый. В Генштабе деньги на сто человек, наверное, и выделили. Но пока они добирались из Петербурга до Владивостока, каждый чинуша отщипывал себе понемногу, вот на одного штабс-капитана и осталось. Но какого штабс-капитана! Другой бы взял все винтовки скопом, погрузил на пароход и во Владивосток: на месте разберутся. Пароход, кстати, "Кишинев" назывался. Да, сто тысяч винтовок - это целый пароход. Каково? А тут принципиальный штабс-капитан попался: каждую винтовку проверяет, ни одной бракованной не пропустит.

Все, кто служил арсенале, приходили на него смотреть. Не могли поверить, что один человек способен проверить такую прорву груду оружия. Слух о необычном штабс-капитане расползся по всему городу: в арсенале стали появляться офицеры из других воинских частей. Они долго смотрели, как четко, методично и без усталости штабс-капитан отбирает годные винтовки: затвор, дуло, другая винтовка... Не обращал на японских офицеров никакого внимания. А они понемногу начали о чем-то договариваться.

И только когда последняя "Арисака" легла в последний ящик, и капитан, махнув рукой, скомандовал: "Уносите!", к нему, вежливо кланяясь, подошел японский офицер и пригласил на прощальный ужин, который в честь капитана-сан, устроили служащие арсенала и других военных частей города.

Штабс-капитан удивился, но приглашение принял, вечером пришел в небольшой украшенный зал, где стоял длинный накрытый стол. Когда он вошел, японцы, как один встали и поклонились штабс-капитану. От них отделился полковник, в руках он держал что-то продолговатое, замотанное в темную ткань. Полковник поклонился капитану. Он восхищен, сказал полковник, мужеством и упорством капитана и в знак признания ваших заслуг офицеры нашего гарнизона преподносят вам... Он сдернул ткань с предмета, который держал в руках: "... преподносят вам меч для харакири!" У японцев такой меч - неофициальное, но высшее признание доблести. 

Вот такая история. Я и подумал, а вдруг у горца одна из тех винтовок, которые тогда в арсенале отбирал тот мужественный капитан. Сто тысяч! Ты представляешь? И я понимаю японцев: заслужил тот штабс-капитан меч для харакири!