Глава 9
Клуб «Посидим» тонул в дыму и тоске. Воздух был густым, как бульон из дешёвого пива, пота и вселенской усталости. Лампочки под потолком мигали, словно снаряды в ночном небе над Верденом. Воронежский Привет, этот румяный юноша с глазами наивного щенка, размахивал деревянным мечом, защищая «честь дамы» — Девы из Родворотни, чьё тело пахло пирогами и затхлой романтикой.
— Прочь, аристократ поганый!— кричал он, тыча мечом в грудь Поручика Ржевского.
Тот стоял, пошатываясь, в мундире, который помнил ещё Крымскую войну. Его усы — два жалких штыка — дёргались в такт хриплому смеху.
— Милочка! — грохнул он, хватая Деву за локоть, покрытый апельсиновой коркой целлюлита. — Сколько за ночь? Я плачу анекдотами и ностальгией!
Он перепутал её с Путаной из Родворотни — той самой, что пахла керосином и разбитыми сердцами. Воронежский Привет вспыхнул. Его лицо побагровело, как знамя над баррикадой.
— Это дама моей души! — заорал он, замахиваясь мечом.
Ржевский парировал удар своим клинком — обломком от декораций шоу «Твердый мотив».
— Душа? Здесь? — хрипел он. — В этом сортире? Души тут только отхожие, друг! Как и надежды!
Удары мечей стучали глухо, будто сапоги по мёрзлой земле Восточного фронта. Вокруг столпились куклы — Рио, Рита, Калдиночка. Их стеклянные глаза следили за боем без интереса. Они видели такое уже сто раз.
Мимо прошелся дорожкой медведь Эди.Его мех был свалян от времени, одно ухо оторвано в давней драке за паёк. Он остановился, подмигнул куклам и вдруг зачитал рэп на ломаном английском, бит отбивая лапой по стене:
ОЗНАКОМИТЕЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ
Свидетельство о публикации №225082200434