Эсэнэргэ...

     Беспорядок, кавардак царит в его, он надеется на это, сочинительской голове. В его теперешнем положении наличие на его шее и плечах именно сочинительской головы было бы ему высшей наградой.

     Но сейчас его голова беспорядочно, то есть кавардачно забита навязанным ему кем-то злым стремлением к высокому месту в рейтинге, словами "графоман", "качество", "текст".

     И он, неожиданно для себя, решил, что его голова станет подлинно сочинительской, если он в ней всё упорядочит.

      Упорядочение в своей голове он начал со слова "графоман". Графоман, по его мнению, полностью равнодушен и к качеству записи того, что пришло ему в голову, и к тому, что называется востребованностью читательницами и читателями.

     О себе он понял, что никак не может выработать в себе графоманское равнодушие к качеству собой сочинённого-написанного. Графоман - записывает, а сочинитель сочиняет и пишет. Именно этим они и отличаются  друг от друга.

      Записывать - это, значит, не заботиться о качестве записи. А писать - это означает, что всегда надо держать в своей голове заботу о качестве собой сочинённого и написанного.

      Постоянная забота о качестве собой сочинённого в его голове присутствует, но вот постоянно думать о том, читают ли его тексты читатели и читательницы или не читают, он не научился.

      Так как его голова, хотя и сочинительская, совсем не думает о том, читают или не читают его другие люди, он решил назвать себя  сочинителем, но с равнодушием графомана. С равнодушием графомана не к качеству собой записанного, а с равнодушием к наличию или отсутствию востребованности его, графомана, текстов читательницами и читателями! 

     P.S. Автор данной записи итогов размышлений одного странного сочинителя сообщает о том, что эсэнэргэ - это сочинитель, но с равнодушием графомана. Автор также вынужден просить прощения у читателей и читательниц за то, что ирония в размышлениях персонажа оказалась полностью не смешной и за то, что персонаж оказался упрямцем: не стал называть себя текстоманом, как это предлагал ему автор, а продолжил настаивать на этом своём  эсэнэргэ, хотя в нём самом равнодушия, -  только половина от равнодушия графомана, а в самом графомане, "какого ни возьми", кроме равнодушия к вниманию читателей есть ещё и равнодушие к качеству им, графоманом, собой записанного. Персонаж данного текста, в отличие от графомана, не проявляет равнодушия к качеству собой написанных текстов, а наоборот, трепетно заботится о качестве собой написанного. Наверное, он всё-таки не графоман, а текстоман.