В темноте

Свет погас внезапно, как будто кто-то щёлкнул выключателем целого мира. Сначала было тихо. Слабый гул холодильника затих, оставив после себя пустоту. Анна сидела на диване, обхватив колени руками, и смотрела в окно. Улица тоже утонула во мраке. Телефон лежал рядом, экраном вниз — она решила не трогать его, пока не станет совсем невмоготу. Рядом, на другом конце дивана, устроился её младший брат, Мишка. Ему было шестнадцать, и он, кажется, воспринял blackout как приключение.

— Ну что, конец света? — спросил он, ухмыляясь. В руках у него была колода карт, которую он нашёл в ящике комода. — Давай в «дурака»?

Анна закатила глаза, но улыбнулась.

— Серьёзно? Света нет, а ты про карты.

— А что ещё делать? Сидеть и ныть, что сериал не посмотреть?

Она пожала плечами. Может, он и прав. Взяла колоду, начала тасовать. Пальцы двигались медленно, почти лениво — торопиться было некуда. Впервые за долгое время она почувствовала, как время растягивается и становится осязаемым. Обычно её дни были забиты до отказа: работа, звонки, сообщения, бесконечный шум в голове. А тут — ничего. Только темнота, шорох карт и дыхание Мишки рядом.

— Знаешь, — вдруг сказал он, скидывая «шестёрку», — я иногда думаю, что мы слишком много суетимся. Вот сейчас света нет, и вроде ничего страшного. Даже прикольно.

Анна замерла, глядя на свою руку. «Семёрка», «валет», «туз» ... Она могла бы сейчас сидеть и злиться, что дедлайн по проекту горит, что телефон скоро сядет, что она не успела ответить на письмо. Но вместо этого она сидела здесь, с братом, и слушала, как он философствует.

— Может, ты и прав, — тихо сказала она. — Я вот... даже не помню, когда последний раз просто сидела и думала. Без телефона, без дел.

— Ну вот, а я тебе говорил, что я гений, — Мишка подмигнул, забрал её «семёрку», ожидая, пока она сбросит ещё одну карту. — О чём бы ты сейчас подумала, если б не я?

Она задумалась. Темнота вокруг была уютной, как старое одеяло. В ней не было привычного давления.

— Не знаю... Может, о том, что я слишком много хочу успеть. И что, наверное, половину этого можно просто выкинуть. А ты?

Мишка хмыкнул, почесал затылок.

— Я бы, наверное, думал, что зря поругался с Лёнькой вчера. Из-за какой-то ерунды. Может, завтра позвоню ему. Если свет дадут, конечно.

Анна кивнула. Её вдруг кольнуло тепло — не от слов, а от того, как просто они тут сидели. Без света, без шума, без спешки. Просто брат и сестра, колода карт и разговор, который, может, никогда бы не случился при других обстоятельствах.

— Ход твой, — сказал Мишка, прерывая её мысли.

— Ага, — она бросила «туз». — Подкидывай, гений.

И в темноте, где-то между шутками и шорохом карт, Анна поняла, что такие моменты, наверное, и есть то, ради чего стоит жить.