Кости гудят, как провода под ветром

Кости гудят, как провода под ветром,
глаза — мутное стекло, трещина поползла.
Она стоит в углу, не шевелится —
лицо её — мой старый шрам, но ещё мокрый, живой.

Говорит: «Ты сам меня вырезал».
Губы — нитки, сшитые криво,
а в руках — клубок моих дней, распутанный.
Дышу — и воздух рвётся, как бумага.

Смерть — это я, но с чужими глазами.
Смотрит, ждет, пока узнаю.


Рецензии