О чём не писали Стругацкие. Охота на ломехузу-22

Глава 22.

:Амнистия.


— Каммерер, перестаньте крутить головой. Лежите спокойно. Из-за вас кривая за пределы экрана уходит.

— У меня клаустрофобия, доктор: две контузии и смертельное ранение всё-таки. Это вам не шутки.

Лацис-Зиргс равнодушно нажимал кнопки и смотрел в прибор через фальшивые стёкла.

— Ну что там? — снова не выдержал наш герой.

Доктор Лацис молчал.

— Видны следы незнакомки? Учтите — она моя.

— Перестаньте острить. Постарайтесь замереть — мы так быстрее закончим.

— Я не могу замереть, у меня начинает чесаться в носу, — пожаловался Каммерер.

— Хорошо, что только в носу.

— Вы тоже тот ещё остряк!

— Среда формирует отношение.

— Не уходите в область зауми, доктор. Мы не на уроке никому не нужной философии в мединституте. Упрощайте фразы.

— Я и так максимально упрощаю. Куда уж проще!

— Так зачем космос закрывают, можете сказать?

— А его закрывают?

— Нет, не закрывают. Просто так миллионы человек решили бросить всё и двинуть с насиженных мест в сторону Земли.

— Исход?

— Поход!

— Не напрягайтесь. Думайте о даме сердца. Это должно отвлечь вас.

— Я уже думал сегодня, больше не могу…

— Чешется в носу?

— Если бы только в носу. А вас, я так понимаю, она тоже посещала?

— Только в моих снах. Но я не уверен, что мы говорим об одном и том же человеке.

— А если серьёзно… Мне кажется, она опутала всех.

— Так уж и всех?

— Всех.

— И Мировой Совет?

— Этих искалеченных в первую очередь. Я недавно был у одного. Тот даже заварку в чай не кладёт — боится лишних морщин.

— Это не из-за морщин.

— Думаете, силу органа восстанавливает?

— Энтропия растёт.

— Ах да, энтропия эта… И куда их теперь всех расселят, гостей-то этих?

— Это не наша с вами печаль…

— И вот что интересно… На чём их завозят? У меня друг юности уже год никуда не летает, а тут, оказывается, срочно миллионы людей перемещают. При таких операциях сразу бы образовалась острая нехватка лётного состава. Но лётный состав сидит без дела.

— Тут должна быть какая-то тайна…

— Точно.

— Может, они и не из космоса вовсе, а из-под земли на свет ломятся? И нет никаких кораблей? Пилоты в таком случае тоже не нужны.

— Светлая мысль, доктор. А под землёй — целые инкубаторы или криогенные камеры.

— Гнёзда! А о проблеме питания вы думали?

— Конечно. Стоит уже запасаться на зиму, как считаете, или закроют дефицит за счёт резервов?

— Стоит, наверное. Но много ли на наши баллы запасёшь?

— Это точно. А у меня вообще в последнем месяце пять сотен списали в виде штрафа. Ни за что, представляете! Просто культурно отдохнул в пустыне. Потом стал баланс счёта проверять — “пятихаточку“ как ветром сдуло.

— Ужас. Оно хоть того стоило?

— Не жалею. Но пять сотен — это пять сотен.

— Согласен... Мы закончили, Каммерер. Вылезайте и одевайтесь.

Каммерер быстро оделся и собрался уходить. Доктор Лацис-Зиргс остановил его жестом:

— Знаете что…

— Что?

— Я написал тогда по вам отрицательное заключение.

— Знаю, я же его читал. “Подвижная психика, избыточная немотивированная агрессия, следы травматического изменения личности“. Это лучшая характеристика, которую мне давали.

— Но вас почему-то выпустили…

— Не выпустили, а дали разрешение. Я всё-таки не улетел.

— Не улетели. И это странно.

— Было бы куда лететь, доктор. Древо моей надежды подтачивают голодные черви сомнения. Их всё больше, а корни всё тоньше и тоньше.

— Упрощайте фразы, замначштаба… Мы не на лекции по философии для высшего командного состава революционных сил.

По лицу было видно, что доктор Лацис-Зиргс делает над собой страшное усилие, но, видимо, информация стоила того:

— Не знаю, нужно ли сейчас об этом говорить, но… Короче, приезжие кое-что завезли к нам. В качестве, так сказать, подарка. Возбудитель пока не выявлен… да и многие коллеги вообще сомневаются в его наличии, но явление серьёзное… Рабочее название — “Синдром Больцмана“. В честь первооткрывателя.

— И какие симптомы?

— Симптомы странные. Но я не об этом. Сейчас в закрытом режиме обсуждается то, каким образом мы будем препятствовать распространению заболевания… Не исключаю радикальных мер. Так что мой вам совет: не тяните. У вас недели две-три, не больше, чтобы отчалить с Земли. А там кто знает…

— Я не тяну. Но тут вся надежда на двух архангелов — Хвана и Николаева. Не подведут, как думаете?

Лацис-Зиргс неприятно улыбнулся резиновыми губами. Кажется, он сомневался. :)

Каммерер развернулся к двери. Сеанс общения был закончен.

— А симптомы всё же какие? Что старина Больцман говорит?

— Симптомы…

— Да.

— Там только один симптом: никто ничего не помнит.      


Продолжение здесь: http://proza.ru/2025/09/05/1868


Начало здесь: http://proza.ru/2025/07/17/522