Илья Глазунов. Рынок нашей демократии
У него есть имя, и известность тоже есть, а вот отношение к нему очень разное и не однозначное. Противоречивое и спорное. Таким оно было при его жизни и после. Даже и сегодня. И у меня тоже. Я не знаю, как отнестись ко всему его творчеству, да и как к личности тоже. Об этом чуть позже.
Имя художника Ильи Глазунова заставляет одних восторженно вздыхать, а других — раздраженно морщиться. Действительно, в истории русского искусства второй половины XX века трудно найти более противоречивую и неоднозначную фигуру.
В 1976-м председатель КГБ Юрий Андропов направил в ЦК КПСС записку. Её содержание очень интересно, и остаётся интересным и по сей день. Записка касалась творчества И. Глазунова. Вот оно: «С одной стороны, вокруг Глазунова сложился круг лиц, который его поддерживает, видя в нём одарённого художника. С другой – его считают абсолютной бездарностью, человеком, возрождающим мещанский вкус в изобразительном искусстве».
А вот еще очень разные мнения:
- «Величайший русский художник-реалист XX века, наследник и продолжатель академической традиции отечественного искусства». «Величайший обманщик, плохой художник, который толком и рисовать-то не умел, хоть и создал около трёх тысяч картин».
Как же так! Это мнения художников, искусствоведов. Специалистов. А что должен думать простой любитель живописи. Как ему относится к Глазунову после прочтения этих мнений уважаемых специалистов.
*****
Но сначала несколько слов о начале жизненного и творческого пути художника. Илья Глазунов родился 10 июня 1930 года в Ленинграде в семье историка. Когда началась война ему было едва 11 лет. В эти свои мелкие годы он пережил блокаду города. Он потерял обоих родителей, умерших от голода. Да и сам едва не умер, пережил блокаду, потерял ближайших родственников. Совсем как Таня Савичева. И сам чудом избежал смерти. Его эвакуировали по «Дороге жизни».
Надо вникнуть. Ребёнок пережил, глубоко прочувствовал величайшую трагедию и семьи, и всего большого города. Видеть смерти, уносящий один за другим его родственников. Невероятно. Огромная душевная драма.
После войны он учился живописи сначала в художественной школе, а потом в институте имени Репина. И вот уже тогда его работы вызывали противоречивые оценки. Для дипломной работы он избрал очень не простую , тяжёлую тему. Видимо сказались впечатления детский лет.
Картина называлась «Дороги войны» Тяжелейшее время. Страшный, внезапный удар нанесённой нашей стране. Страдания, ужас, потрясение читается на лицах персонажей. Картина очень не маленькая, 2.5 х 5 метров. Представляете сколько времени создавалась эта многофигурная композиция. Почти одна безысходная тоска и страх на лицах людей. Толпы беженцев. Сюжет вроде бы не должен вызывать нареканий. Наоборот, сочувствие и сострадание она должна была вызывать. А молодого художника обвинили в отступлении от канонов соцреализма. Хуже того, картину признали идеологически вредной. Где в представленной группе «ярость благородная, вздымающейся волной»? Нет и решимости отразить нападение и уничтожить врага, покусившегося на наше бытие и на само наше существование.
А сам художник, как бы в оправдание, описывает тяжелые воспоминания своего детства об отступлении советских войск 1941 года. Ему только 11 лет. «Я помню, словно это было вчера, как сквозь клубы пыли и дыма нескончаемым потоком шли солдаты, беженцы, стада овец, словно гонимые бурей войны. Каждую минуту из разорванных грозовых туч могли появиться немецкие самолёты. Смерть, горе, рев моторов… золотая рожь вдавлена в землю гусеницами танков…».
Картину все же представили в служебном помещении Манежа в 1964 году. Но и тогда вердикт цензоров Союза художников СССР оставался неизменным. Выставка была закрыта как противоречащая советской идеологии.
После выставки картину приобрели для Центрального музея Вооруженных Сил за значительную по тем временам сумму — три тысячи рублей. Однако картина так и не была показана: её скрутили в рулон, она долгое время хранился в подсобном помещении музея, пришла в негодность и была уничтожена.
Сегодня познакомиться с композицией картины «Дороги войны» возможно благодаря авторскому повторению середины 1980-х годов, оригинал которого хранится в собрании Государственного музея искусств в городе Алма-Ате.
*****
Однако художнику повезло. У него была мощная поддержка в лице Сергея Михалкова - создателя всех наших гимнов, и Суслова -главного идеолога страны. Как это не покажется странным. Он получил свою персональную выставку. А это желанное событие в жизни любого художника. И заявка на известность. Выставка состоялась в 1957 году. У него к тому времени уже была полудиссидентская слава. Ну и как результат - ажиотаж и очередь длинной в километр страждущих увидеть это на выставке. А ещё была и книга отзывов с восторженными комментариями. Вот такая странная репутация состоялась у художника. Она же и поныне остаётся такой у него. Даже после его ухода в мир иной.
И всё-таки он был настоящим художником. Его мастерство ценилось в прямом и переносном смысли. Недаром к нему обращались представители советской элиты. Хотели иметь протрет, исполненный его кистью. Он даже получил прозвище «придворного» портретиста.
Он писал портреты и мировой элиты. У него уже была и мировая слава. Он создал целую серию портретов советских и иностранных политических и общественных деятелей, писателей, людей искусства. Сальвадор Альенде, Индира Ганди, Урхо Кекконен, Федерико Феллини, Давид Сикейрос, Джина Лоллобриджида, Марио дель Монако, Мирей Мытьё, Смоктуновский, космонавт Севастьянов, товарищ Леонид Брежнев, главный милиционер СССР Николай Щёлоков. Какой набор и это еще не всё.
Его не все любили. Но особенно его не любили, даже ненавидели представители андеграунда. Да и как было иначе. У этих представителей не было персональных выставок и никакой перспективы известности и карьеры. Одна привилегия – бульдозерная выставка. Имена этих представителей не очень известны и сегодня.
Его упрекали в националистических настроениях, монархических идеей и «псведопатриотическом китче». Его, как ни странно, упрекали в тесных связях с властью, он шёл на компромиссы, ради официального признания. Художника обвиняли в конформизме, двуличии и приспособленчестве.
*****
Особую славу ему принесли его так называемые картины- мировоззрения. Чтобы понять, что это такое, надо сходить в музей его имени. Художественная галерея Ильи Глазунова. Не маленькое строение как раз напротив другого всемирно известного музея изобразительных искусств имени Пушкина. Музей западного искусства, входящего в десятку лучших музеев мира.
У дома, который занимает галерея, интересная судьба. Он был построен в памятном 1812 году. Первоначально это было владение рода Нарышкиных. Особняк неоднократно перестраивался и позднее его приобрела княжна Мария Оболенская, которая являлась вдовой генерала Дмитрия Дохтурова. В 1856-м строение перешло в собственность полковника Сергея Трубецкого. Его помиловали после восстания декабристов.
После Октябрьской революции имение разделили на квартиры. С 1968 года в здании действовал Дом науки и техники с кинотеатром. В 1997 году к 850-летию Москвы Илья Глазунов подарил городу более 300 работ. Где их разместить? Для этого ему выделили престижный дом в центре города вблизи от Кремля. Реконструкция финансировалась из городского бюджета, и в общей сложности на неё было потрачено в четыре раза больше средств, чем планировалось изначально.
В 2009 году в честь 79-летия Ильи Глазунова, учитывая его значимость для русской культуры выставку почтил свои визитом В.В. Путин. Он прошёлся по залам галереи и остановился у картины «Князь Олег и Игорь». Путин высказал пожелание, чтобы меч князя Олега был несколько увеличен, «а то выглядит, как перочинный ножик. Им как будто колбасу режут». Художник обязался картину исправить и похвалил главу правительства за «хороший глазомер».
*****
В 2014 году музей отпраздновал юбилей, к тому моменту экспозиция насчитывала более 1250 единиц хранения. Это все работы Глазунова.Разнообразие художественных жанров, представленных в галерее, объясняется многогранным творчеством Ильи Глазунова. Надо сходить обязательно. Представлен весь как есть Глазунов. Очень разнообразный. Пейзажи, портреты, картины на историческую тематику.
Так что, там есть на что посмотреть и убедиться в том, что Илья Глазунов был действительно хорошим и большим художником. Вы не обойдёте самый большой зал. В нём вы увидите огромные, гигантские полотна. На каждой несколько сотен персонажей. Это не просто картины, их называют картины – мировоззрения.
Надо встать, лучше присесть перед каждой и долго-долго рассматривать всех представленных персонажей и постараться постигнуть желание художника передать нам свои мысли. Своё мировоззрение. Попытаться понять мысль художника. Хотя тут нет никаких хитросплетённых ребусов. Почти все лица узнаваемы. А их много .И самому не надо делить персонажи на героев и злодеев. Сам художник их поделил со всей очевидностью. Смотрите и проникайтесь.
На мой взгляд, ко времени созданий «мировоззрений» художник стал чудить. В перестроечные годы ветрами перемен и у него понесло голову. Хотя как сказать. Например однажды он уже высказывал одно пожелание: «Я мечтаю о том времени, когда всех коммунистов повесим на фонарях». И знаете, когда это было сказано? Удивительно, в 60-е годы прошлого века. Хрущёв уже пообещал построить коммунизм к 1980 году.
А вот к концу 80-их задули ветры перемен. Ветры набирали силу. Можно стало говорить всё. И тут оказалось, что Глазунов всегда был сторонником монархии и сословных привилегий. Он едва не вступил в ультраправую монархическую организацию «Память». Сегодня запрещённая организация. Он подружился с власовцами. Он пытался реабилитировать свастику. Он разрабатывал «славянско-арийскую» идею.
При этом, как-то странно, Глазунов придерживался традиционных православных позиций. Он разделял многие идеи славянского неоязычества. В своей книге «Россия распятая» он рассматривал историю с расовой точки зрения и писал о древней «славянско-арийской праистории». Подчёркивая важность православного христианства, он призывает не забывать о «древних русах — внуках Даждьбога». Глазунов пишет о «белой арийской расе» и её наиболее славных представителях.
В этом месте у меня такой недоумённый вопрос. Что же так увлекло в этой арийской идее художника. Читаем серьезных учёных историков, давших этой идее определение. Итак, арийцы и арийская раса – это псевдонаучный термин, это расовая группа, включающая в себя индоевропейские народы и их предков. Арийцы физически и интеллектуально превосходят другие расы и являются распространителями высокой культуры и основателями великих цивилизаций древности и современности. В национал-социализме «арийцы» рассматривались как раса господ, вершина расовой иерархии.
«Арийская раса» противопоставляется «семитской расе» в лице прежде всего евреев, откуда возник термин антисемитизм». «Семитской расе» приписываются сугубо отрицательные качества, делающие её прямой противоположностью «арийской расы». Стержнем мировой истории является расовая борьба «арийской» и «семитской рас». Здесь таится экзистенциальная угроза белой расе. И это будет борьба на уничтожение.
Глазунов осуждал советских и российских историков за отрицание ценности «Велесовой книги» и пренебрежение древним славянским «арийским» прошлым. При этом Глазунов, тоже так странно. осуждал распад СССР и высказывал беспокойство за судьбы русских, оставшихся в новых независимых республиках. Для противостояния этому он предостерегал против губительного, по его мнению, «расового смешения». Он даже писал о «жидомасонском заговоре». Без комментариев.
*****
Итак, картины -мировоззрения. Это нечто уникальное за всю историю мировой живописи. Я всё-таки настаиваю на том, что надо сходить в зал, в котором по стенам развешаны эти огромные полотна. Чтобы рассмотреть всё это вживую. Не пожалеете. Они появились тогда, когда всё стало возможно. А Глазунов уже был известным художником и его творения не могли не привлечь внимание. И привлекли. Художники модернисты-концептуалисты могли бы его записать в свои ряды. Но он сам никак не хотел записываться. Да и всячески поносил этих концептуалистов. Он сам себя причислял к старой доброй школе художников реалистов.
От этих полотен веет плакатным духом. Плакат - это совсем не плохо. Это тоже род живописи. Но всегда создаваемый на злобу дня. Сиюминутное искусство. И в этом его ценность. По плакату можно изучать историю страны. И мне нравится их коллекционировать. Они замечательно передают дух времени.
Вот и Глазунов тоже творил совершенно в духе времени. Вот посмотрите, к примеру, одну из больших картин Глазунова. « Мистерия ХХ века». Её впервые выставили в 1979 году, как центральный экспонат выставки Союза художников на Кузнецком мосту в Москве. Но выставку так и не открыли. Из-за этой «Мистерии». Потребовали немедленно убрать «крамольное» произведение, но Глазунов отказался. Выставку закрыли, зато сегодня картину можно увидеть в музее его имени.
Но тогда художника едва не выдворили из СССР. Но тут случай помог. Художника пригласили оформить постановку «Князя Игоря» в Берлинском театре. Глазунов воспользовался этим случаем. Свернули огромное полотно в рулон (шесть на три метра) и потом тайно вывезли «Мистерию», спрятав среди театральных декораций. Напоминает историю с «Архипелагом Гулаг» Солженицына. Западная публика была потрясена масштабом произведения. Писали так: «Картина, которую никогда не увидят русские». Но однако увидели.
Картина сама как театральное действие. В нём участвуют 2342 персонажа. Многие узнаваемые. Это правители, вожди, кумиры прошедшего столетия. А в центра так неожиданно фигура Иисуса Христа. Нижняя часть полотна залита алым цветом, символизирующим кровь, правая сторона озарена вспышкой ядерного взрыва.
Действие начинается в левой части картины. Мы видим Столыпина и Николая II с убитым сыном на руках. Непонятно, так как отец и сын были убиты одновременно. Видим разрушенные храмы. Над всем высится бронзовая статуя Ленина, указывающая рукой в «светлое будущее».
В центре — Сталин на окровавленном смертном одре. Над гробом вождя пророческий символ, предвещавший развал СССР и временное торжество западных идеологий в России.
Все эти фигуры — участники великой трагедии века, приведшей к падению империи, гибели миллионов людей, распаду СССР и возрождению нацизма.
По мысли автора все эти фигуры - многоликая Россия. Их сотни,
гимназисты, крестьяне, купцы, дети и духовенство в праздничном облачении. На другой картине, написанной позже, во время пасхальной службы в церкве в толпу вторгаются «красные» захватчики в «карнавальных» одеждах — комиссар с овчаркой, пьяный матрос с пулеметными лентами, китаец в генеральской фуражке, солдаты со штыками и блудница в шинели на голое тело. Они вносят в храм «своего бога» — Карла Маркса.
Мысль ясна, проста. Если не сказать примитивна. Но интересна. Создавал её художник. Мастер высказал свою принципиальную позицию относительно современного искусства: «Искусство должно быть понятно всем. Если оно непонятно — это не искусство. Современное искусство глубоко чуждо мне, но я признаю право каждого художника идти своим путем — пусть идут, но это их путь, не мой».
*****
Ещё одно огромное полотно «Рынок нашей демократии.1999 год». Последнее из этой удивительной серии. Время шло и идеи менялись. И мы все менялись. А иначе и не могло быть. Мы живем во времени, в котором родились. В эпоху, всю наполненными великими переменами, трагедиями и свершениями, взлётами и падениями. Нам и сегодня не дано предугадать, что ждёт нам впереди.
Помним, как с восторгом и упоением мы подпевали Цою «Мы ждем перемен». Ждём с нетерпением и настырностью. И верили, что за поворотом нас ждет нечто грандиозное и достойное лучшей жизни. Ждали и дождались. Вот она картина этого будущего, представленная художником. Жуть. Сами разрушали и попрали всё, чем жили. Все на продажу, думая при этом, что движемся к новому светлому будущему. Не понимая, что мы в начале пути к гибельному концу. К уничтожению самих себя. Думали, что рынок всё поправит. Он и поправил. Как? Вот он результат рынка и оголтелой разлюля свободы.
Повторяю, мы все тогда находились под магией неожиданно прорыва к манящему неведомому. Начался новый марш энтузиастов. Как и художник Глазунов, я не мог мысленно противостоять этому маршу. А как было весело шагать по просторам новой жизни. И пошли. Почти все вместе.
А потом через десяток лихих лет опомнились. Опомнился и художник. В этой картине он с гневом и болью обличает это время. Точно так же , как он обличал в прежние годы большевиков и пьяных матросов. Он увидел, что Россия на краю гибели под руководством пьяного дирижёра с палочкой, которого мы тоже видим на картине.
Все прежние ценности были отвергнуты и попраны, а на их место пришел индивидуализм и законы «дикого рынка». «Бери от жизни всё» - лозунг тех времен. Заметьте, возьми, а не дай. Все кино – одна чернуха. Герои – бандиты и интердевочки. Свобода - и на эстраде поющие трусы и отпетые мошенники. По всей стране бандитские перестрелки. Хапай всё, что можно. И на поверхность вынырнули неизвестно откуда взявшиеся финансовые упыри. Миллиардеры. Семибанкирщина. Ну и времечко мы пережили. Вот всё это и показал на своей картине Илья Глазунов. Страна стояла у края пропасти, и Глазунов только показал весь ужас ее положения. Он был честным человеком. Не рассказать нам о том, о чём болела душа, он не мог. Он и рассказал. Как умел. Он нарисовал трагедию. Случившуюся со всей страной. Очевидную. Предчувствие огромной беды. Западный мир, в объятия с котором вел нас человек с дирижёрской палочкой, уже открывал ногой в кремлёвские кабинеты. Мы получили диктатуру рынке, в которой все несли на продажу.
Вот она на картине эта пирамида, олицетворяющая Западный мир. Россия для него только как ресурс для развития. Банкир держит в руках плакат «Куплю Россию».
Вот и девушка-рокер в черных модных одеждах топчет колесами своего мотоцикла вечный огонь, дедовские награды. Рядом ордена героев Великой Отечественной продают дельцы. Детишки развернули другой плакат: «Спасибо дяде Соросу». Это уже другое поколение, которое выросло на учебниках, созданных американским банкиром.
А рядом мы видим другой плакат, известный всем с самого начала войны. «Родина-мать зовёт». А перед ним мы видим ту же мать , просящую милостыню. Её довёл до этого жалкого состояния «рынок демократии».
Сам Илья Глазунов верил в то, что его Родина возродится, как птица-феникс. Вот его слова: «В XXI веке мы, русские должны возродиться, как птица феникс! Вернувшись к нашему вековечному историческому пути Великой державы». Он верил. Будем верить и мы.
Свидетельство о публикации №225090500992
Когда-нибудь эти мелкие преступленьица против русской культуры станут приходить к Вам в снах как к Годунову окровавлЕнное дитя. (Ударение – так, как поют старую версию оперы).
Шучу, впрочем. Уж простите – троллить такие вещи буду всегда.
Как говорят в кругах любителей живописи – незнание не освобождает от ответственности:).
Но я, собственно, об Илье Глазунове.
На моём веку Илья Сергеевич пошумел немало, часто экстравагантно.
Но вот как раз тот случай, когда наличие таланта и подлинной художественности в работах искупает принадлежность автора к тем или иным надуманным искусственным «направлениям», которые то и дело декларировались в обстановке непонимания факта: развитие живописи остановилось…
В 1978 году я, четверокурсник-архитектор из Владивостока, во время долгой летней проектной практики в московском ЦНИИЭП жилища открыл себе Глазунова, побывав дважды на его выставке в Манеже (помните, какие кольца очередей обвивали здание?) Тогда в мои 20 лет это было сильно, свежо, ново. В чём-то даже страшно – как его панорамы, так и перенасыщенная, буквально переперчённая русская тематика других вещей, и, конечно, элементы кича в его картинах.
Да, зацепило. Потом на время интерес угасал, и сильно. Потом возникал с новой силой, снова угасал, и так и прошла у меня часть жизни «с Глазуновым».
Соглашусь с Вашей формулировкой: «И ВСЁ-ТАКИ он был настоящим художником». Всё-таки – несмотря на все попытки эпатажем привлекать к себе внимание публики. (Да, наверное, в той обстановке непонимания, куда идёт живопись, идёт ли вообще? – или уже застыла? – и что делать?! – к внеживописным, часто некорректным, средствам прибегали охотно).
Т.н. «картины-мировоззрения» – это не просто плакат (причём с нарушением множества принципов плакатного искусства) – плакат кичевый, на грани потери художественности.
Ещё студентом почувствовал это неудобство: неужели он так плохо думает о зрителях, что полагает, что ЭТО «съедят»? Да, съели. И не только это, но и весь кич, сопутствовавший и его живописи русской тематики.
Что его каждый раз спасало от того, чтобы не свалиться в ту андеграундную кучу 60-70-х и не потонуть ней? Та неубиваемая тонкость кисти и карандаша, которая присутствовала порой рядом даже с пошлостью сюжетов. Потом я понял, что эта художественность прочно – неубиваемо ничем! – существует у него в глазах его Неточки Незвановой, Мышкина, Мити, Грушеньки, Настасьи Филипповны.
А потом я нашёл определение этой тонкости. Это след русского Серебряного века в нём, причём в хорошем питерском изводе. Реально он не учился ни у Сомова, ни у Добужинского, Лансере или Бакста, – но всмотритесь, на каком-то генетическом уровне вот оно «мирискусническое» в нём, ожило.
Ну да, гигантские глазуновские плакаты – это было громко.
Несомненно, он прекрасно развил в себе возможности академического письма (тоже знал ведь границы, где кич – а где официальное портретное искусство!)
Несомненна его заслуга как педагога.
Но Достоевского дома я держу – преимущественно в его иллюстрациях. Он признанно один из лучших иллюстраторов Достоевского. Может быть, лучший. Ему удалось копнуть и запечатлеть в героях этих книг такое, что не далось никому из бравшихся за подобное коллег.
Для меня вот здесь Глазунов.
Хороший очерк (не будем считать первый абзац:)) Спасибо.
С уважением! Григорий.
Григорий Лыков 16.05.2026 16:18 Заявить о нарушении
Глазунов умел хорошо держать кисть в руке и через её посредство транслировать зрителю свои мысли и ощущения. Хороший был художник и портретист. Не слачайно он исполнял портреты очень важных зарубежных особ. Да и наших тоже. И тему персонажей Достоевского он разрабатывал талантливо. И не только. А тема средневековой Руси тоже стоит очень не малого у него. Я с удовольствием ходил по залам его музея. Там, кстати, можно увидеть много школьников.
Но вот в перестроичные времена художника понесло. Да и не только его. Страну, можно сказать, понесло. Крышу снесло ветром перемен основательно. Вот в это время и появились его огромные орясины. Мозаика из узнаваемых лиц. Можно рассматривать долго-долго. Но сегодня ветры утихли. Захотелось стабильности. И орясины стали совсем не актуальны. Мы на них смотрим только как на мету времени. Прошло, и слава Богу. И все-таки он был большим художником. Спасибо за тклик.
Геннадий Мартынов 16.05.2026 20:40 Заявить о нарушении