Пророк

Как труп в пустыне я лежал,
И бога глас ко мне воззвал:
"Востань, пророк, и виждь, и внемли,
Исполнись волею моей
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей."
А.С. Пушкин "Пророк"

ПРОРОК

Ещё один октябрьский день, такой же мрачный, как и все остальные дни в этих краях. Солнце, тщательно скрываясь за пеленой низких свинцовых туч, неприлично жадно и неохотно делится теплом своих лучей. Сверху, время от времени,  рассыпается по  поверхности земли колючая снежная крошка, которая, тут же смешиваясь с грязью,  тает не оставляя и следа от своей ослепляющей белизны. Унынием и тоской, как вирусом,  поражено всё вокруг. Дома, прохожие, машины,  превращаясь в серые пятна, заполняют собой окружающую обыденность, будто от безысходности  занимают свои места на серой картине бытия. Деревья, готовясь к скорому приходу холодов, в спешке  избавляются от последних лоскутков своих прежних праздничных  одеяний, словно в бессилие и скорби, привечая на своих голых, холодных ветвях нахохлившихся, изрядно отъевшихся за осень воробьёв. Сбиваясь в стаи и поодиночке,  бродячие собаки пытаются отыскать для себя уютный тёплый уголок, тщательно обнюхивая чугунные крышки канализационных люков, с тоской всматриваясь в лица, встречающихся на пути людей. Всё живое тщетно хватается за последние обрывки уходящего тепла  и обречённо занимает свою нишу в подступившем  к порогу промозглом естестве поздней осени. Город, казалось бы знакомый каждой своей улицей, парками и площадями,  становится чужим и одиноким в своём сером и мрачном облачении дождливых осенних дней.
Сидя в машине я пытаюсь согреться в её остывшей за ночь утробе, поплотнее укутываясь в полы куртки. Через запотевшие стёкла я стараюсь  разглядеть  проходящих снаружи людей, отыскивая среди них знакомые лица. Люди, занятые своими  мыслями, мало чем отличаются друг от друга, каждый из них куда-то целенаправленно идёт, как будто под воздействием заведённого кем-то  и невоспринимаемого  человеческими органами чувств,  механизма. Странная мысль навязчивой идеей крутится в голове, что всё также постоянно и одновременно   переменчиво, как у витков  спирали, когда её крутишь в руках. Казалось бы витки движутся, но на самом деле  они всегда остаются на месте. Так и в  обществе, проходят дни, меняются времена года, погода, а всё также как и всегда, люди, погруженные в свои мысли,  куда-то идут, каждый день встают, собираются, торопясь выходят из своих домов, садятся в транспорт, приходят в свои конторы, офисы, заводы, где остаются на установленное  регламентами и уставами этих  заведений время, пока не наступает перерыв или конец рабочего дня, затем история с их перемещением в точности повторяется только в строго противоположном направлении.  И так  день ото дня, неделю за неделей,  год за годом.
Определяем ли мы необходимость совершения тех или иных действий, или действия уже сами по себе стали закономерностью нашего существования в той или иной сфере социализации. Другими словами: управляем ли мы своими действиями, или же действия   управляют  нами всецело и безоговорочно,  по инерции вызывая  другие побочные действия, из  которых впоследствие складывается  жизнь. Есть ли предопределение, или всё таки мы сами творцы своей судьбы?
Таким мыслям я предавался до тех пор, пока не обнаружил на себе испытующий  острый взгляд. Прямо  сквозь стёкла машины на меня смотрел незнакомец. От неожиданности я  вздрогнул и несколько секунд растерянно смотрел на него молча. Затем открыл боковое стекло и спросил:
 - «Вы что-то хотели?». 
- «Извините, но Вам срочно нужно отъехать с этого места» - ответил незнакомец.
- «Почему мне нужно отъезжать?» - спросил у него я.
- «Просто поверьте мне» - ответил мужчина, после чего быстро отошёл от  автомобиля и вскоре затерялся в толпе. Я никогда не склонен был поддаваться на чьи либо провокации или увещевания, но взгляд и слова незнакомца настолько поразили меня, что я тут же завёл машину и отъехал метров на пятьдесят вперёд,  насколько мне позволяли парковочные места. Затем остановился и стал обдумывать это странное происшествие. Вдруг мои мысли были прерваны страшным грохотом, донёсшемся  сзади, как раз оттуда, где я только что был. Мысли враз перемешались, биение сердце ускорилось настолько, что мне показалось, что в груди завели какой-то паровой двигатель, подобный тому, что раньше устанавливали на паровозах, руки и ноги обмякли. Я еле заставил себя  выйти из машины. Но, оказавшись снаружи, и подбежав к месту, откуда донёсся шум, моему взгляду представилась умопомрачительная, не вписывающаяся в сознание картина страшного бедствия, постигшая ряд автомобилей, стоявших как раз там, где  до этого находилась  моя машина.  На стоянке   лежал массивный башенный кран, смяв до неузнаваемости   кузова нескольких автомобилей.  Вокруг царили суета и смятение. Что особенно примечательно,  в лицах и действиях людей в толпе, собравшихся  возле стоянки, не было однозначного настроения, кто-то суетился возле машин, пытаясь обнаружить пострадавших от крушения и вызволить их, кто-то с состраданием охал и ахал, пробуя вызвать экстренные службы, кто-то, с искрой злорадства в глазах,  снимал всё происходящее на камеру своего телефона.
И, вдруг, я явственно увидел в толпе людей, напротив меня, с другой стороны стоянки, тот-же самый пронизывающий взгляд. Я стремглав, распихивая всех локтями, стал пробираться через скопление людей. Однако, это оказалось не так просто сделать. Зевак становилось всё больше и больше, и, как-будто специально, толпа сгущалась именно у меня на пути. В итоге, потратив уйму   сил, мне удалось добраться до места, откуда на меня смотрел незнакомец, лишь спустя очень продолжительное время. Но моего загадочного спасителя словно там  никогда и  не бывало. Я стал судорожно всматриваться в лица - всё тщетно. Когда я стал возвращаться назад, как по мановению  волшебной палочки,  прохожие на моём пути расходились в стороны, всё происходило как во сне, я даже ущипнул себя, сомневаясь,  не сплю ли я.
Вскоре к месту происшествия прибыли спасатели, полиция и, конечно же телевидение. Дальше всё происходило по заранее определённому алгоритму. Полиция документировала происшествие, спасатели разбирали искореженный металл, а телевизионные работники всё это снимали и брали интервью у зазевавшихся на месте самых любопытных и необременённых делами очевидцев. Я же, в свою очередь,  ещё немного понаблюдал за происходящим,  в надежде отыскать незнакомца, и спустя некоторое время удалился. Весь день мне не давала покоя мысль: что это - случайность, террористический акт, или провидение судьбы? Как такое возможно?
К вечеру из выпуска криминальной хроники в кафе, неподалёку от гостиницы, где я поселился, я узнал, что происшествие стало возможным из-за халатности подрядной организации, производившей монтажные работы на объекте строительства.  И  вот ирония судьбы, строили   как раз предприятие,  по производству кузовного ремонта автомобилей. Из-за порыва ветра,  неправильно установленная стрела башенного крана дала крен, который и привёл к печальным последствиям. Каких-либо криминальных обстоятельств в данном происшествии правоохранительные органы не усмотрели, в результате падения никто из людей не пострадал. Вот и всё, что поведала хроника, и это была официальная версия случившегося. Вспомнив выражение диктора «никто не пострадал», меня бросило в жар, только теперь я явственно представил, что бы случилось со мной, если бы я не отъехал. Я тут же подозвал бармена и заказал водки с колой. Признаюсь честно, в этот вечер я порядком набрался, так что даже не помню как оказался в номере своей гостиницы.
Не смотря на выпитое,   спал я очень беспокойно,  то и дело просыпался в холодном поту, даже кожей ощущая на себе  всё тот же страшный взгляд из толпы. Временами, просыпаясь,  мне даже  казалось, что я  вижу какую-то тень в углу комнаты, тогда меня бросало в холод, но полностью очнувшись,  я убеждался, что это всего лишь плод моего воображения. Вскоре, под-воздействием усталости и спиртного сон снова окутывал меня, но,  через некоторое время,  история с тенью  вновь повторялась. В конце концов,  уже под утро, когда забрезжил рассвет, мне удалось заснуть тем безмятежным сном, который опускает на сознание чёрное непроницаемое покрывало безмятежности.
Проснулся я совершенно разбитым. Тягостное чувство  неразрешённого вопроса засело в голове. Похмелье со своей неразлучной подругой тоской,  как две закрытые в сарае кошки монотонно, но неотступно скребли в груди и просились  выпрыгнуть наружу.
Как же такое могло случиться? Мысли в голове  наслаивались одна на другую. Все события в нашей жизни можно распределить на подвиды: обычные, ничем особенным друг от друга не отличающиеся и случайные, те которых ты никак не мог ожидать. Как правило обычные события становятся следствием нашей повседневной деятельности: работы, отдыха, общения с друзьями и тому подобного, ну а случайные никаким образом от нас не зависят, они происходят сами по себе, под воздействием непреодолимых сил природы, техники, других людей, так называемые  форс-мажорные обстоятельства. То есть какими-то событиями мы хотя бы в какой-то степени способны управлять, а какими-то нет. Событие с башенным краном явно относится к случайному и никто, никогда на свете не смог бы предугадать, что под воздействием порыва ветра он может рухнуть, только если это не специально спланированная акция, и, кто-то открутил  винты на креплении его стрелы. Только этот человек мог знать о том, что кран упадёт. Вследствие  чего необходимо признать, что раз человек, предупредивший меня знал о падении, значит он то всё это как раз и устроил. И никакой мистики тут, извините меня,  быть не может. И что я прямо как ребёнок, чуть не поверил в ангела-хранителя. А  вся ваша  официальная версия «псу под хвост» уважаемые правоохранительные органы. Значит необходимо идти в эти самые органы и заявить о случившемся. Но с другой стороны, кто же мне поверит? На самом деле, предупредивший меня человек навряд ли  смог бы за такой короткий период времени подстроить аварию, предупредить меня и затеряться в толпе, заведомо зная, что в транспортных средствах, стоящих на месте возможного крушения никого из людей не будет. Ведь если его не заботили жертвы,  он бы не предупреждал меня. Мысли роем кружились у меня в голове. Я судорожно пытался решить идти ли мне полицию,  или оставить всё как есть. Так и оставив вопрос неразрешённым, я  скатился  в рутину бытовой повседневности, погрязнув в делах.
Целый день я провёл в офисе, перечитывая и подписывая различные акты, доверенности, договора, проводя деловые встречи, ни разу не возвратившись за всё это время к своим размышлениям о случившемся.
По завершению всех дел я зашёл в своё излюбленное кафе. Подошедшему ко мне официанту я заказал зажаренный на углях стейк и бутылку красного вина. Ожидая заказ,  я погрузился в сладкую истому вечера, наблюдая через стеклянные витрины за суетой улиц, наполненных машинами и людьми. Снаружи воздух заволокла вязкая, липкая  сырость. Прохожие, будто защищаясь он неё, накрывшись зонтами,  торопливо расходились по своим незавершённым делам.  От одного представления о дожде и холоде меня  пробирала лёгкая дрожь. Какое же удовольствие -  осознавать себя   укрытым  стенами  кафе, наслаждаясь великолепно приготовленным мясом и  потягивая вино, которое с каждым глотком всё больше и больше согревает тебя изнутри и начинает лёгкой пеленой туманить  мысли.  Этим моментом хочется наслаждаться вечно, забыв совершенно, про все тягости и невзгоды уходящего дня.
Так бы я и оставался под воздействием сладостных грёз, вызванных сытным ужином, теплом и уютом кафе, если бы не странное обстоятельство: мне неотступно стало казаться, что все проходящие мимо кафе люди как-то странно озираются на меня, будто бы осуждающе, причём длились эти взгляды  лишь мгновение, затем они как ни в чём не бывало отворачивались  и продолжали  идти дальше. Ничего не понимая я встал из-за  своего столика и направился в уборную. Зайдя,  я стал тщательно  осматривать  своё лицо в зеркало. Вдруг, в зеркале я отчётливо увидел за собой, в дальнем неосвещённому  углу уборной лицо незнакомца, который также как и тогда вперил в меня свой страшный и неотвратимый взгляд. Я резко обернулся, но никого сзади себя не обнаружил. Я вновь повернулся к зеркалу, но в отражении кроме себя также никого не увидел. Умывшись холодной водой и решив, что это происшествие стало следствием выпитого вина и чересчур разыгравшегося воображения, поспешно вернулся к своему столу. По возвращению меня ждало немалое удивление, на нём стояла неопорожнённая бутылка превосходного вина, вокруг которой располагались  столь же дорогие и изысканные закуски. Я подозвал официанта и спросил у него кому предназначаются эти яства, ведь только я сижу за этим столиком и пока совсем даже не собираюсь уходить. На что официант, сделав вид человека по достоинству оценившего шутку, спросил меня, что меня  в моём заказе не устраивает?  Я, совсем растерявшись, попытался ему возразить, что это не мой заказ, на что он достал свою записную книжку, из которой прочёл всё, что в торжественном параде было выстроено на столе, после чего назвал мне сумму заказа и, самое невероятное, заметил, что мною уже был осуществлён расчёт, ещё раз поинтересовался всё ли меня устраивает и нормально ли я себя чувствую. Я не в силах сообразить, что собственно происходит,  успокоил официанта и сев за стол, одним махом осушил бокал вина, закусив его ложкой чёрной зернистой икры. Открыв свой портмоне и убедившись в целости и сохранности располагавшейся в нём наличности, я решил, что, вероятно, схожу с ума.
 Кроме прочего, я обратил внимание, что за столиками вокруг меня почти никого не было, что  совсем  необычно для этого времени суток. Единственным посетителем, кроме моей персоны,  был пожилой мужчина, читавший газету за столиком, расположенном ближе к барной стойке.
Не успел я  отвернуться  к окну,  как этот самый мужчина,  так внезапно подошедший ко мне,  спросил не буду ли я против если он подсядет. Я согласился. На вид данному человеку было около шестидесяти лет, рост у него был средний, около 175 сантиметров, телосложение - скорее худощавое, однако в его походке и крепких на вид руках чувствовалась сила. Волосы тёмно-русые с изрядно проступающей сединой, глаза карие несколько поблекшие от возраста, крепко посаженый нос. Одет он был просто, но со вкусом, бежевый джемпер, повязанный вокруг шеи шёлковый шарф, тёмно-коричневые вельветовые брюки и коричневые с кремовым оттенком лакированные туфли. Голос у данного гражданина оказался  тихим и мелодичным,  совсем не свойственный людям столь  почтенного возраста.
-"Я не мешаю Вам?" - спросил он.
-"Нет, совсем даже нет" - почему то даже не задумываясь, ответил я.
 -"Я  жду одну юную особу - мою дочь, мы договорились встретиться с ней здесь, чтобы вместе поужинать, но она как всегда опаздывает, а мне ужасно скучно проводить время в одиночестве, ведь только в старости начинаешь ценить общество людей" - как бы напевая,  сказал незнакомец.
 -Я смотрю вы тоже здесь совсем один скучаете?
-Да я имею обыкновение приходить сюда, чтобы побыть наедине со своими мыслями" - ответил я.
 -"Так быть может мне удалиться? Я совсем не хочу Вам мешать".
-"Отнюдь, Вы мне не мешаете, от этих самых мыслей мне в  последнее время кажется, что мне противопоказано находиться с ними наедине".
 -"Позвольте представиться: Чёсов Роман Тимофеевич, бывший военный, ныне пенсионер и бездельник. Я также в свою очередь представился,  ему. Роман Тимофеевич  заказал, предварительно осведомившись у меня, бутылку вина, и у нас потекла неторопливая беседа. В основном говорил он, я же будучи по своей натуре не очень разговорчивым человеком,  но при этом достаточно благодарным слушателем, всё это время молчал и внимал речам своего неожиданного собеседника. Чёсов в основном рассказывал о своей молодости, как и где  он служил, в каких санаториях и профилакториях отдыхал и лечил свой радикулит, в общем обо всём том, что в основном занимает пожилых людей, самые яркие моменты жизни которых,  в своей основной массе уже остались позади. Я же продолжал наслаждаться уютом кафе и вином, так заботливо подливаемым мне в бокал внезапным благодетелем. Через какое-то время Роману Тимофеевичу  на телефон кто-то позвонил. Став невольным свидетелем разговора я понял, что беседовал  он именно с опаздывающей на ужин дочерью. После разговора по телефону, Чёсов  подозвал официанта и что-то сказал ему, что я не расслышал, так как в кафе увеличилось количество посетителей и была значительно прибавлена громкость еле слышной до этого музыки, раздававшейся из динамиков проигрывателя. Буквально через мгновение к нам за столик подсела очаровательная особа лет 25.
-"Разрешите представить: это моя дочь Алиса" - торжественным тоном произнёс старик. Мы обменялись любезностями. Это, действительно была красивая женщина, со стройной фигурой и царственной осанкой, большие карие глаза, обрамляли невероятной длинны ресницы. Полные губы и аккуратный носик придавали её лицу некоторое сходство с фотографиями моделей, взирающих на нас с  глянцевых обложек модных журналов. Но было и отличие, какая-то детская простота и  доброта, словно морской бриз, освежали её образ.
Мы разговаривали весь вечер, о чём точно, я не помню, помню только, что я с большим интересом слушал все те пустяки, о которых рассказывала Алиса,  и мне было непостижимо приятно внимать её словам. Но вот наступил момент расставания. Мои новые знакомые собрались уходить. Как не горько было прощаться, но всё таки пришлось сделать это. Как оказалось в процессе разговора, Алиса работала в стоматологической клинике, поэтому я под предлогом намерения посетить зубного врача, взял у неё визитку,  и лишь это обстоятельство позволило мне безболезненно простится с этими милыми, как мне показалось в тот момент, людьми.
Я благополучно добрался до своего номера в отеле, умылся,  уже собирался спать, и только тогда мне в голову закралась мысль, что всё очень странно:  оплаченный якобы мною ужин, случайно подошедший ко мне старик, а следом за ним его очаровательная дочь, и как я мог "купиться" на этот трюк, то ли вино совсем затуманило мой мозг, то ли последние события совершенно меня вывели из душевного равновесия, до сих пор не понимаю, почему я решился съесть неоплаченное  мною продуктовое изобилие. Да, дорогой друг, - обратился я сам к себе, -  надо брать себя в руки, и уж точно разобраться во всём случившемся!!! Так я тогда решил и лёг спать, в голове одна мысль - Алиса, прекрасная Алиса. Кто же ты? Мне кажется я влюбился. И всё, и темнота. "Морфей"  всё таки одержал надо мной верх.
Проснувшись, я усмехнулся над своими  рассуждениями, умылся, собрался, легко позавтракал и пошёл исполнять свой ежедневный трудовой долг. Какими-либо особенностями начавшийся день  не изобиловал, всё та же рутина. Погода на редкость была замечательная, ярко светило октябрьское  солнце, лёгкий морозец сковал тонкой коркой льда лужи и покрыл серебряной сединой поблеклую траву на газонах. Развеселившиеся воробьи играли в салки и неумеренно громко чирикали на асфальте под окнами заведения,  как будто высыпавшие из классной комнаты  первоклашки на перемене между скучными уроками.
В конторе все   обсуждали новости   о  смерти одного из руководителей   головного офиса нашей фирмы, который, будучи достаточно молодым и здоровым человеком, скоропостижно скончался от приступа  инсульта накануне вечером.
Ближе к обеду мне на телефон  позвонил шеф и предложил в качестве повышения занять так внезапно освободившуюся должность, что стало для меня абсолютно неожиданным, так как я работал в данном учреждении чуть больше двух месяцев. Естественно я дал своё согласие. Остаток дня прошёл без каких-либо особых  событий.
Вся следующая неделя была посвящена мною  различным административным процедурам и согласованиям, так что к её завершению я уже занял свой новый кабинет. Кабинет исполнительного директора головного офиса компании, в которой я работал до случившегося  всего лишь старшим  менеджером организации управления персоналом.
В той связи, что свободного времени у меня практически не оставалось, и я не имел никакой возможности заняться налаживанием более тесных связей с моими новыми "кафешными" знакомыми, я  ни  разу за всё это время не позвонил Алисе.
Будучи занятым неотложными делами, которых у меня в связи с назначением на вышестоящую должность значительно прибавилось, я всё это время почти не вспоминал о последних событиях, случившихся со мной. Однако, как-то, придя с утра в свой офис, я обнаружил у себя на письменном столе визитную карточку Алисы, причём лежала она так, как будто я специально её туда положил, чтобы не забыть. Визитная карточка представляла из себя прямоугольный листок картона размерами 9x5, с нарисованным с левого верхнего края логотипом стоматологической клиники в виде зуба и скрещенными над ним зубной щётки и стоматологического зеркала, дальше шли выгравированными золотыми буквами данные Алисы с номерами телефонов, адресом клиники, а также  адресами электронной почты.  Эта находка  была весьма неожиданной  для меня, так как я точно помнил, что оставил эту визитку в своём пиджаке, который я со времени последнего ужина в кафе  ни разу не одевал.
Воспользовавшись данным случаем я набрался смелости и позвонил Алисе на сотовый телефон. Трубку долго никто не брал, наконец, я услышал её голос: "Да, я слушаю".
-"Здравствуйте Алиса!" Я  представился почти скороговоркой, она узнала меня и, судя по голосу,  даже обрадовалась.  Я  предложил ей встретиться где-нибудь вечером, к моему удивлению моя собеседница сразу согласилась. Мы договорились встретиться в 9 часов вечера в том самом кафе, где ужинали с ней и её отцом Романом Тимофеевичем.  После непродолжительной беседы и обмена любезностями мы попрощались.
Начались томительные часы ожидания встречи. Весь оставшийся день я работал над составлением отчёта, но работа у меня складывалась не так успешно,  как хотелось бы, всеми моими мыслями  всецело завладело предстоящее свидание, ни о чём другом я думать не мог. В конце рабочего дня я осознал, что коэффициент полезного действия в этот день у меня был близок к нулю, и отчёт не был готов даже на четверть. Решив, что допечатаю его в другой день, даже если  придётся остаться допоздна, я собрался и помчался в цветочный магазин.
 В магазине не без помощи  продавца я выбрал самый шикарный букет, состоящий из великолепных цариц цветочного мира - алых роз и их верных придворных лакеев  белых тюльпанов, облачённых в свои зелёные ливреи  туго  перетянутых снизу  шёлковым бантом пурпурного цвета.
Так как время ещё позволяло мне,  я заехал в гостиничный номер, где переоделся, дабы соответствовать торжественности наступающего момента. Переодевшись, направился к условленному месту встречи.
Ждать мне пришлось довольно долго, Алиса, как и в прошлый раз, опаздывала. Наконец моё ожидание было вознаграждено и из автомобиля такси, остановившегося напротив кафе, только с противоположной стороны проезжей части, появилась она - олицетворение красоты и грации, предмет моего обожания - Алиса. Потратив незначительное время на переход через дорогу, она вскоре  оказалась возле меня, заполнив при этом  всё пространство вокруг нас непостижимо ярким, но в тоже время не слишком вызывающим ароматом весенних полевых цветов.
Я с чувством лёгкого  трепета  вручил ей букет и  слегка сжав ладонь её руки поздоровался.
- Здравствуйте, Алиса! - сказал я - я с нетерпением ждал этой встречи!
- Я очень польщена - после короткой паузы  ответила мне она.
- Ну что-же, может зайдём внутрь? - поинтересовался я.
- С удовольствием,- ответила Алиса, и мы зашли  в помещение.
Раздевшись в гардеробе, мы вошли в зал, где подошедший к нам администратор  проводил нас к заранее забронированному мной столику в дальнем углу кафе.  Этот красивый резной из тёмного дерева  столик был  окружён с двух сторон мягкими кожаными цвета слоновой кости диванами и накрыт белой как снег скатертью. Посередине официант поставил большую вазу с водой, куда тут-же поместил букет, подаренный мною Алисе. По краям  стола  расположились два набора столовых приборов друг напротив друга и кожаная чёрная папка с надписью  золотого цвета "МЕНЮ".
Мы сделали заказ, и во время его ожидания стали рассуждать на посторонние темы, как это всегда делают ещё недостаточно знающие друг друга люди. Вначале мы говорили о погоде, после о музыке и фильмах, затем о цветах. Но самым главным поворотным моментом нашего разговора почему-то  стала тема о казино. Эта тема возникла сама по себе совершенно неожиданно и в то же время как-будто закономерно.  Моя собеседница, казалось, знала всё об азартных играх, и с удовольствием и величайшим жаром делилась этой информацией со мной.
Я пытался возразить ей, что я вовсе не азартный человек, и всегда старался избегать подобных заведений. К тому же многие считают, что пристрастие к картам и рулетке  пагубно сказывается на людских умах  и становится сродни вредным привычкам. Я слышал, что многие неумеренные игроманы проигрывали целые состояния, разрушая тем самым свою жизнь и жизнь своих родных и близких - начал рассуждать я. Но ведь мы же сейчас сидим с Вами пьём замечательный глинтвейн, едим жаркое, а ведь многие люди, если  следовать логике ваших мыслей спиваются и страдают ожирением. Не должно же это, собственно говоря означать, что нельзя  употреблять спиртное и есть что-либо кроме овощей и пустых похлёбок - тут же парировала моя собеседница. И кроме того - продолжала она - карточная игра, помимо удовольствия праздного времяпрепровождения и общения с партнёрами по столу, развивает  умственные способности, недаром многие весьма уважаемые люди считают, что покер игра гораздо интеллектуальнее, чем даже шахматы. Я конечно не стану спорить, пусть это останется на суд персон, более, чем я способных и жаждущих к различного рода рассуждениям, но уверен, что данные качества покеру приписывают отнюдь не шахматисты, а именно заядлые игроки в карты. Я даже могу привести пример того, что  небезызвестный в литературных кругах Эдгар Аллан По в своём бессмертном произведении "Убийство на улице Морг" высказал точку зрения, что шахматы менее интеллектуальны, чем даже шашки, так как не нуждаются в способности мозга к анализу. Так мы с вами можем скатиться, простите меня,  и до того, что какие-нибудь прятки или салки, в которые играют ребятишки в дошкольных учреждениях гораздо умнее шахмат. Ну уж Вы скажете тоже, -  с нотками еле заметной обиды в голосе ответила Алиса и чуть отведя и опустив глаза,  стала несколько нервно теребить уголок салфетки на столе. Я осознав, что немного позволил себе лишнего, пытаясь переубедить Алису в  отношении  к предмету её  страсти, попытался перевести разговор на другую тему. Вскоре, как мне показалось, моя попытка увенчалась значительным успехом, так как  наше с ней общение вновь приобрело характер непринуждённой весёлости и доброжелательной атмосферы. Через некоторое время мы уже совсем забыли о нашем споре и разговаривали исключительно о книгах, тропических странах и приключенческих фильмах.
Когда мы покончили с ужином и пришло время расставаться, Алиса совершенно неожиданно стала настаивать на том, чтобы на следующее наше свидание я её пригласил в казино, где она пообещала  научить меня всем превратностям игры в покер и рулетку и тем самым развеять мои предубеждения и страхи относительно азартных игр. Не смотря на сказанное мною раннее,   это было достаточно неожиданным для меня, но тем не менее весьма приятным обстоятельством, которым я тут же поспешил воспользоваться и пригласил её в ближайшие выходные в развлекательный центр "Палас", где располагается казино с большим количеством игровых столов.
Когда мы вышли из помещения кафе, меня неприятно обдало   волной липкой  холодной и как будто даже зловонной сырости, словно я  спустился в пустой, забытый всем живым подвал. Моим телом завладела мелкая  дрожь,  невероятная тоска и смертельная грусть охватила сознание так, что захотелось закричать, завыть, завопить от внезапно нахлынувших чувств. Однако, эти ощущения были настолько мимолётны и скоротечны, что  вскоре всё прошло, и я успокоился. Когда же я взглянул на мою спутницу, то с удивлением заметил, что еле заметная усмешка затаилась в уголках её губ,  глаза  её на мгновение загорелись каким-то колючим, слегка даже зловещим блеском. На секунду мне даже показалось, что она почувствовала, то что мне пришлось ощутить в прошедшую минуту. На какое-то мгновение  мне стало не по себе, но всмотревшись в лицо Алисы, буквально через секунду я уже ничего подобного не обнаружил, кроме невероятного очарования красоты и прежнего доброго выражения милых сердцу глаз. В душе я усмехнулся над своими предрассудками, и мы под руку пошли вперёд.
Какое-то время мы ещё немного прошлись вдоль улицы, ведущей от кафе к массивному, заросшему, полностью облетевшими  к этому времени,  деревьями   парку, где я по просьбе Алисы поймал такси, сев в которое она  уехала в темноту  ночного города, оставив после себя в воздухе  еле заметный след своих духов.
Я решил не идти в отель, а ещё немного прогуляться по парку. То состояние в котором я находился не позволяло мне спокойно сидеть на месте, я обдумывал сказанное Алисой, пытался представить предстоящее свидание. Меня беспокоило что-то, что именно я не понимал до конца. Через некоторое время я стал чувствовать лёгкое недомогание, которое с каждой минутой всё усиливалось. Я повернул обратно в отель. Моё сознание затуманилось. Я уже не совсем понимал куда я иду и зачем. Я  добрался до отеля, не раздеваясь  упал в постель, залез под одеяло, тело ужасно знобило и било в лихорадочных конвульсиях, по всей видимости я сильно простудился. Мысли в голове путались. Некоторое время я лежал в ознобе, укрывшись одеялом, пока не забылся сном.
Проснулся я глубокой ночью. К моему удивлению от болезни не осталось ни малейшего следа. Я открыл глаза. То что представилось моему взгляду заставило шевелиться волосы на моей голове и биться сердцу так сильно, что, казалось, соседи по отелю через стену слышали его стук, я коротко вскрикнул,  подскочил  на кровати, прижавшись к стене. Прямо передо мной в дальнем углу комнаты в кресле сидел человек, тот самый, что спас меня от башенного крана. Я  плохо видел его лицо, так как в комнате было темно, даже слишком темно, почему то фонари, которые обычно ночью освещают своим жёлтым мерцающим светом улицы, возле отеля,  и достаточно щедро делятся им с пространством моей комнаты, рассеивая ночной мрак, в этот раз не горели.
- Не бойтесь - абсолютно спокойно ответил незнакомец, - я не причиню вам вреда - продолжил всё также спокойно он.
- Кто вы, и как сюда попали? - спросил я дрожащим голосом.
- Это не важно - ответил незнакомец.
- Я должен предупредить вас. Всё что с вами происходит в последнее время абсолютно не случайно, всё предопределено. Я не могу вам рассказывать всего, но вы должны знать что вы в опасности, что именно вам угрожает,  я  также сказать   не могу, но вы должны понять это сами и сделать свой выбор. Пойдёмте я вам кое-что покажу. После этого он встал с кресла и подошёл к окну. Я встал с кровати и направился к нему. Посмотрите. Я посмотрел через окно  на улицу. Улица была пуста, не один из фонарей не горел. Лишь тусклый свет луны бросал свой отблеск на её тротуар. Прямо напротив отеля, стоял высокий человек в длиннополом чёрном  плаще, голову его покрывал огромный капюшон, скрывая лицо, рядом с ним  сидел огромный чёрный пудель, который смотрел   белыми, без зрачков, но ярко светящимися в темноте  глазами  прямо в окно моей комнаты. Вдруг рот пуделя как-будто стал растягиваться, сначала еле заметно, но потом всё больше и больше, до тех пор, пока не оскалились его ослепительной белизны зубы, с неестественно огромными клыками. Через мгновение пудель стал  жутко и противно хохотать так громко, что стёкла окон зазвенели. От этого хохота по телу пробежала дрожь, кошмар  сковал меня, от ужаса  я не мог пошевелиться. Я сильно задрожал всем телом и ... проснулся. Проснувшись в холодном как лёд поту,  я ещё некоторое время  не понимал, что это  всего лишь сон. У меня по всей видимости случился сильный жар, болела голова и ломили кости, мои опасения насчёт простуды полностью  подтвердились. Я с трудом встал. Комната как и обычно была освещена светом уличных фонарей. Кресло, в котором   ещё минуту назад в моём сне  сидел человек и беседовал со мной, накрывало  моё пальто, единственное, что я успел скинуть с себя прежде чем лечь. Я подошёл к окну, и, признаюсь, с некоторой осторожностью посмотрел на улицу. Там  как и  обычно кипела ночная жизнь, сновали припозднившиеся прохожие, яркими красками светили витрины магазинов, проносились машины.
Я попытался припомнить  подробности сна. За всё прошедшее время я, к своему удивлению, никак не мог вспомнить внешность своего спасителя, хотя я чётко помню его взгляд. Этот взгляд,  как будто так загипнотизировал меня во время нашей с ним встречи, что я не мог рассмотреть ни  одежды незнакомца, ни особенностей фигуры, ни, что самое интересное, его лица. Принято считать, что все лица, которые мы видим в своих снах, принадлежат людям, которых мы обязательно  когда-либо в своей жизни встречали. Поэтому-то в моём сне незнакомец и был безликим, так как его лица я не рассмотрел и запомнить не мог.
Я снова лёг в постель  и забылся во сне уже до самого утра. Проснувшись, я позвонил в офис,  предупредил секретаря о том, что заболел и попросил отменить все предстоящие на этот день встречи. Сам встал, собрался и направился в близлежащую аптеку чтобы  прикупить  лекарства от так внезапно настигнувшей меня простуды. По дороге в аптеку я снова стал вспоминать свой ночной кошмар. Всё таки удивительные вещи разыгрывает с нами наш мозг. Так реально изобразить окружающую обстановку, всё расставив на свои места и лишь изменив некоторые детали, создать таких персонажей, что какие-нибудь самые популярные и модные режиссёры триллеров  вполне могут  позавидовать такому сюжету. Я усмехнулся про себя, вспомнив как с опаской и осторожностью выглядывал из окна,  проснувшись ночью. С этими самыми мыслями я зашёл в аптеку. В её помещении был всего лишь один посетитель, внимательно  разглядывающий товары на полке старик, который всё время что-то ворчал  про себя недовольно. Подойдя к стойке за которой располагалась неимоверно полная дама в белом, отглаженном халате я спросил: Есть у вас что-нибудь от простуды, чтобы можно было бы как можно быстрее вылечиться?  У нас есть много препаратов от гриппа и простуды - ответила дама. После чего она открыла один из ящиков шкафа, располагавшегося у неё за спиной и стала доставать из него коробочку за коробочкой, одна другой ярче и красочнее. Вот это от жара, это от боли в горле, от кашля, насморка. Какие у вас симптомы? Я описал ей свои симптомы, сказал, что у меня жар. Вдруг откуда-то сзади за моей спиной совершенно неожиданно старик проговорил скороговоркой: Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас . Жар, вот  в аду   так это жар. И порода то пса  ихнего -  пуделинная, не так ли? Берегись!  У меня по коже от этих слов пробежали мурашки, я резко обернулся, но старик как ни в чём не бывало продолжал рассматривать витрины, совершенно не обращая на меня внимания. Вы что-то сказали - спросил я у него. Нет я ничего не говорил - ответил старик с некоторыми нотками раздражения в голосе. После чего я обратился к продавцу не слышала ли она что-нибудь про пуделей, на что продавщица также ответила, что нет, она ничего  не слышала. Я быстро выбрал лекарства, которые предложила мне аптекарша, заплатил и вышел прочь. Что-то действительно со мной было не так, слуховые галлюцинации, сны какие-то странные, может быть стоило бы обратиться к врачу. Я думаю, что всё дело в болезни. Нужно  идти в номер выпить лекарство и лечь под одеяло. Я вернулся в отель выпил несколько таблеток и укутавшись в одеяло лёг, сотрясаемый приступами вновь напавшей на меня лихорадки.
Три дня болезнь никак не хотела отпускать меня, жар не спадал. Всё это время я провалялся в постели, не выходя из отеля. Сны мне снились прямо какие-то действительно ужасные: огонь, угли, псы и тот-же самый улыбающийся во всю пасть пудель. На четвёртый день болезнь стала отступать и я смог выйти на улицу. Выйдя, я обнаружил, что за время моего отсутствия природа вокруг преобразилась. Как будто художник невидимой кистью раскрасил белой густой гуашью всё вокруг: тротуары, деревья и   крыши  домов. Только лишь серая грязь проезжих частей,  не желая мириться с чистотой и белизной снежного покрывала,  пыталась выступить наружу, налипая на колёса проезжающих автомобилей и распространяясь на протяжении всей дороги, пробираясь мало помалу в заезды жилых кварталов.  От яркого света с непривычки ломило глаза, я невольно зажмурился. От свежего морозного воздуха, так внезапно наполнившего мои лёгкие, закружилась голова, как от лёгкого опьянения, меня чуть пошатнуло. Сказывались остатки болезни, ещё не до конца покинувшей моё тело. Не смотря на всё это, чувство удовлетворения наполнило мою душу, чувство удовлетворения от победы над болезнью, чуть было не испортившей мои планы свидания с Алисой. Ослепляющая белизна и чистота вокруг также радовали моё сердце. Я  радовался жизни без причины, только лишь потому что жил и испытывал чувства, чувства  радости, печали, быть может даже любви.
Я направился к автомобильной стоянке. Сел в машину, завёл и стал прогревать её двигатель. Из динамиков автоматически включившегося радио полилась музыка вперемешку с болтовнёй ведущих. Подождав минут десять,  я тронулся и поехал бесцельно кататься по городу,  жадно разглядывая всё вокруг, соскучившись за время болезни по открытому пространству городских пейзажей.  Серьёзный голос диктора по радио, сменив праздно беседовавших между собой ведущих какой-то развлекательной программы, привлёк моё внимание новостями из разных уголков мира. Примечательно то, что все новости напоминали сводку с фронта боевых действий. В одном месте террористы расстреляли и подорвали сотни заложников, в другом землетрясение стёрло с лица земли целый населённый пункт, в третьем в результате боевых действий враждующих сторон погибло множество мирных жителей. Уже прошло несколько минут, а речь говорившего всё не заканчивалась. Ни одной положительной новости - подумал я, вздохнув.
 Незаметно для себя я оказался у стен  храма. Отчего, сам не понимаю, я остановился и  вышел.  Я долго не мог оторвать свой взгляд от  самого большого креста, возвышающегося над его куполами. По всей видимости храм был достаточно древний, построенный как говорится "всем миром" во времена былого могущества православной церкви. Его обветшалые с потрескавшейся штукатуркой бело-серые с желтоватым оттенком  стены протянулись  на всё продолжение  окружавшего его парка, и терялись от взгляда за рядами заснеженных деревьев. Стены храма как будто росли из самой земли монолитно перетекая кверху  в несколько башень с куполами и высокой острой колокольней, каждая из которых была увенчана, разными по величине  крестами.
Что, нравится милок? - вдруг я услышал голос из-за спины. Обернувшись, я к своему удивлению увидел того самого старика, которого встретил в аптеке. Только был  одет он  в рясу чёрного цвета, с накинутым поверх неё такого же цвета драповым расстёгнутом по всей длине   полупальто, голову его покрывала чёрная шляпа, на шее висела цепь оканчивающаяся на груди массивным крестом из металла серого цвета, в руках старик держал искусно сделанную трость. Он не был похож на священника в том самом виде котором мы привыкли их видеть. Отличие его было в ухоженности бороды и лоске одеяния, будто бы одеваемого им лишь в редких случаях.
Спасение в вере,  и выбор за жаждущим спасения - бросил старик, и неспешно пошёл вперёд вдоль стен кремля пока не скрылся за поворотом. Я ещё немного постоял, обдумывая слова старика, приписывая их к обычной в таких случаях проповеди, развернулся и пошёл обратно к машине, оставленной мною в нескольких метрах. Возвращаясь,  я заметил странную особенность, моих следов, которые бы вели от машины к месту, где я осматривал храм не было, как и не было никаких следов пребывания старика, хотя землю покрывал свежий слой недавно выпавшего снега. Следов не было.
 Какой твёрдый снег, а на вид такой пушистый, подумал я,  скорее всего это из-за ледяного наста сверху, хотя о морозе не было  и речи, температура воздуха была не ниже 2 - 3  градусов. 
Я сел в машину и поехал в офис. Приехав, я обнаружил, что в офисе никого нет, я спросил у охранника,  видимо недавно принятого в  службу безопасности нашей компании,  где все люди. На что тот ответил, что все находятся на вечере, посвящённом памяти какого-то умершего начальника. Я решил, что того самого скоропостижно скончавшегося работника, чьё место я теперь занимал. Я поднялся в свой кабинет, подписал несколько документов оставил записку с распоряжениями секретарю и поехал обедать в мой излюбленный ресторанчик. В ресторане  я заказал официанту хорошо прожаренный бифштекс с яичницей и стакан красного сухого вина. Расправившись с  мясом и вином,  я позвонил Алисе. Как мне показалось, она обрадовалась моему звонку. Я рассказал о случившейся со мной болезнью. В этой связи Алиса  высказала слова соболезнования и напомнила мне о том, что мы должны в воскресенье идти в казино. Дальше она призналась, что очень занята до воскресенья и ей нужно будет успеть сделать множество неотложных дел.
В этот день я совершил ещё несколько визитов к моим компаньонам, затем уже ближе к вечеру вернулся в отель. Стемнело. Поставив машину на стоянку и подходя к отелю, я  мельком взглянул на неосвещённые  окна своего номера как-раз с того места, где в моём  сне стоял человек с собакой. Лёгкий холодок пробежал у меня по спине,  я с ужасом осознал, что из окна на меня смотрит то самое существо в плаще с капюшоном. Вернее не смотрит, а стоит в проёме окна. Я только лишь  мельком увидел его силуэт, так как пока нервный импульс следовал от моих зрительных рецепторов до головного мозга,  я успел отвести глаза, прежде чем смог осознать увиденное.  Когда с бешеным сердцебиением в груди,  в припадке испуга я снова  посмотрел в окна, там  уже  никого не было. Я быстро поднялся по лестнице к двери своего номера, открыл ключом дверь, включив свет  я стал осматривать все уголки комнаты, не забыв проверить при этом и ванную. В номере никого не было.
Странные шутки выкидывает наше сознание: только что вспомнив о человеке  в плаще, мне тут же померещилась та самая фигура в проёме окна, словно   материализовавшись из воображаемого образа.
Наступила суббота  последний перед свиданием с Алисой день. Чтобы не выглядеть совершенно не посвящённым в азартных играх человеком, я решил немного изучить данный предмет, посредством всемирной сети. После непродолжительных раздумий, я остановился на покере. Так как уже неоднократно слышал об этой игре не только как о виде азартного развлечения, но и как о занятии, совмещающем в себе спортивные, вытекающие из соперничества с другими игроками, качества и интеллектуальные, заключающиеся в розыгрыше наилучших  комбинаций, свойства.
Почерпнув таким образом знаний  об определении, разновидностях, правилах и комбинациях карт в покере, я решил закрепить их посредством тех же интернет ресурсов. Сыграв две онлайн-игры я решил, это достаточным для себя и для того,  чтобы попробовать приобретённые навыки в казино.
Позвонив Алисе, я уточнил когда и где мы с ней сможем встретиться. Алиса попросила забрать её из дома. Адрес и время она пообещала скинуть мне в СМС - сообщении, чуть позже. Почувствовав удовлетворение от того, что я полностью выполнил все подготовительные  действия, и   смогу во всеоружии воплотить свои замыслы посещения казино в жизнь, я  решил  перед ужином пройтись проветриться, разобраться в собственных мыслях.
Справедливости ради следует отметить, что я вовсе не стремился в казино, но мысль о свидании с Алисой, как о сопутствующем факторе посещения данного заведения, побуждали во мне радость и нетерпение.
Прогуливаясь,  я с удовольствием заметил, что погода стоит тихая и безветренная, для этого времени года. Ничто не омрачало моей прогулки: безмятежно горели фонари, кожу слегка пощипывал лёгкий морозец, приятно поскрипывал под ногами снег.
На следующий день, проснувшись, я к своему неудовольствию,  увидел  разительные перемены за окном. Было ощущение болезненности в сером, промозглом небе, осыпавшем окружающую действительность сырым снегом, временами переходившем в дождь. Плотный ледяной покров, словно глазурью покрывал всё вокруг. Поверх него  на земле, словно в сером стекле,  с лёгкой рябью по поверхности, возмущаемой порывами промозглого и липкого ветра, стояли лужи, вобравшие в себя весь мусор и грязь, так тщательно скрывавшиеся под снегом до оттепели. Всё вокруг вторило друг другу: не выходи, останься в теплоте и уюте номера, укройся мягким шерстяным пледом, возьми интересную книгу, налей чашку кофе. Не выходиии... - протяжно завыл ветер за окном.
Но выйти пришлось. Дойдя до стоянки, я сел в машину и рискуя попасть в аварию, управляя автомобилем по чрезвычайно скользкой дороге, поехал в офис. Совершив несколько привычных ритуалов с почтой, накопленной за предшествующий день, я сделал пару важных звонков. Проверив электронную почту, я обнаружил  письмо от Алисы, со знакомого адреса, оставленного ею для меня на визитке.  Письмо следующего содержания: пер. Заречный, 13, в  19-00.
К назначенному времени я предварительно заказал такси, и  поехал по указанному Алисой адресу. Добирались мы очень долго, мало того, что водитель такси  не знал такого  адреса, у него ещё,  ко всему прочему, сломался навигатор. Поэтому нам пришлось довольно долго петлять по незнакомым, обычно скрывающимся от внимания рядовых горожан улицам пригорода, то и дело интересуясь у прохожих о том как, нам найти переулок Заречный. Самое неприятное  это то, что у меня совершенно некстати разрядился телефон и я не мог позвонить Алисе, чтобы поинтересоваться как до неё  добраться.
 Наконец после длительных поисков, мы приехали к назначенному месту. Переулок располагался в  самом, как мне показалось,  дальнем  уголке городских, точнее пригородных владений. Тринадцатый дом же оказался в самом конце переулка, далеко отстоящим от других строений и домов месте,  окружённый со всех сторон высоким частично каменным, частично кованым глухим забором с массивными  воротами чёрного цвета. Величественность и роскошь данного места говорила о  хозяине дома, как о весьма  состоятельном человеке. Выйдя из машины такси, я подошёл к воротам и нажал на кнопку вмонтированного в ворота домофона.
После недолгого ожидания на воротах щелкнул замок и они стали медленно раскрываться створками внутрь. Из динамика домофона послышался мужской голос: "Пожалуйста проходите прямо по дорожке и направо к парадному крыльцу с "гаргульями" .
Я последовал вперёд по достаточно широкой для проезда даже для двух автомобилей одновременно, дороге, которая была  ярко освещена выстроенными по обеим её сторонам, выкованными в средневековом стиле фонарями,  к открывшемуся моему взору зданию огромного дома, окружённого мрачными тенями высоких старых деревьев, будто застывших  в поклоне ему.
Подойдя к парадному крыльцу, я действительно увидел на возвышениях карниза сверху крыльца, представляющего собой как-бы небольшую террасу, двух диковинного вида статуй мифических существ с крыльями, которые высотой достигали, как я полагаю около полутора метров каждая. Самое странное,  что они помещались на башнях в некотором отдалении от входа и  своими разверзнутыми пастями с клыками и закрученными кверху выдававшимися несколько вперёд языками, повёрнуты были не в сторону посетителей дома, а именно к двери парадного входа. Заканчивалась терраса  большой дубовой в обрамлении широких и массивных металлических пластин дверью, с кольцом вместо ручки. Вся  архитектура  дома  предавала ему  вид средневекового замка.
Подойдя к двери я нажал на кнопку звонка, расположенного с правой стороны от меня. С удивлением для себя я услышал   звон  колоколов, почему с удивлением, потому что звуки, услышанные  мною были не тем электронным подражанием, которое сейчас модно устанавливать на звонки своего жилища, а именно  удары в колокола, какие случается слышать в храмах.  Ударов было несколько: от совсем тонкого,  еле заметного, до громкого раскатистого, а затем удар в несколько колоколов сразу.
Через несколько секунд дверь открылась и на пороге я увидел человека в ливрее лакея, столь удивительного и нелепого вида, что поначалу даже несколько растерялся, стоя в проёме дверей и разглядывая данного субъекта с широко открытыми, до неприличия, глазами.
Этого человека можно было бы принять за героя костюмированного представления. Данной персоне, если представшего передо мной субъекта  можно было бы так назвать, было 50 или около того лет, ниже среднего роста, с невыразительным  слегка полным телосложением, кривыми короткими ногами и обрюзгшим лицом. На носу у него были одеты очки со средней толщины линзами, одна из душек которых почему то отсутствовала. Более всего меня удивляли черты его лица: крупные кривые зубы, маленькие вкрадчивые глазки, казавшиеся мне из под его  очков  искусственными, широкий, "неандертальский"  лоб.  Особенно выразительными были брови - чрезвычайно густые и к переносице настолько длинные, что имели сходство с   собачьей шерстью, и вообще  всем своим видом он  напоминал персонаж Шарикова из знаменитого "собачьего сердца".    
Ещё более занимательным был его костюм. Старая, чёрного цвета, выцветшая ливрея, которая при всей своей  потрёпанности была ещё и на несколько размеров меньше положенного, поэтому носилась расстёгнутой. Под ливреей  вместо белоснежной сорочки со стоячим, с опущенными вперёд уголками,  воротничком,  одета почему-то майка такого-же чёрного,  как и ливрея цвета. Широкие брюки тоже чёрного цвета  были также очень узки  в талии, но, напротив,  очень широки для ног. На ногах незатейливые каучуковые тапочки чёрного цвета. Была ещё одна очень неприятная странность у данного типа - от него чрезвычайно сильно разило  потом и дымом неумеренно потребляемых дешёвых сигарет, которые смешиваясь, слишком откровенно напоминали псиный запах.
Позвольте представиться - промямлил субъект - Ксенофоров Александр Александрович. Мне доверено встретить и разместить вас со всеми возможными для вас  удобствами. Проходите пожалуйста за мной, устраивайтесь в это кресло. Не желаете ли чего-нибудь выпить?
Да, пожалуй, - ответил я, и сам удивился тому, что согласился на столь неожиданное и прямо таки книжное предложение.
Что, предпочитаете: вино, мартини или чего-нибудь покрепче? Давайте вина - ответил я. А где Алиса? - спросил у него я. Алиса Романовна должна с минуты на минуту прибыть, дела знаете ли - ответил тип.
- Пожалуйста, ваше вино!
- Спасибо!
Я, вообще очень важный здесь человек - продолжал субъект. Я, так сказать,  стою между кандидатом и его дальнейшей судьбой.
Я отхлебнул немного вина из бокала, в нетерпении, стараясь избавиться от внимания этого воняющего псиной типа, всем своим видом показывая о нежелании общаться с ним более.
Однако, Ксенофоров продолжал: А  вот вы совершенно напрасно нервничаете, вы знаете сколько у меня кандидатов помимо вас, но я вынужден, тем не менее, посвятить своё время именно вам, необходимо будет отменить эту никому ненужную запись.
Какая запись - подумал я, но вслух ничего не сказал - по-моему он бредит, - сделал я для себя вывод,  ничего не поняв из его слов.
Ну, что вы пристали к человеку - неожиданно для себя вдруг услышал я голос откуда-то сзади.
Прямо за моей спиной по лестнице спускалась обворожительная Алиса в прекрасном вечернем платье из чёрной атласной материи, с  мерцающими и  переливающимися различными  цветами радуги стразами,  расшитыми вертикальными плавными  линиями по всей его длине.
О чём  вам  рассказывал этот господин? - спросила меня Алиса, и не дожидаясь ответа продолжила, - наверное о том какую важную нишу он занимает в обществе, и что всё в этом доме зависит только от него?
Скажите тоже, Алиса Романовна! -  с обидой в голосе произнёс "человекопёс", как я уже успел  окрестить его про себя.  После этого Ксенофоров, обернувшись, и сверкнув на меня глазами, как будто прочитав мои мысли,  вышел за пределы гостиной, чем доставил мне большое облегчение.
Как-то уж больно сильно подействовал на мой организм бокал вина: чувство приятной неги разлилось по всему телу, ничего не хотелось предпринимать, а только продолжать утопать в сладостной истоме  без движений в мягком кресле, внимать тёплому  потрескиванию дров в камине и наслаждаться бархатным голосом Алисы.
Моя же собеседница продолжала: не слушайте пожалуйста, эта мания величия свойственна Ксенофорову, на самом деле он всего лишь лакей в этом доме, но живёт и служит здесь так давно, что считает себя его неотъемлемой частью. Простите меня за задержку, были очень важные и неотложные дела, но теперь я совершенно свободна.
- Мы идём? - тут же спросил я, чувствуя,  как от вина у меня немного помутилось сознание, и речь  стала  слегка заторможенной.
- Зачем же куда-то идти, - возразила мне Алиса, -  приблизительно через пол-часа здесь соберутся весьма представительные и знатные гости, и мы накроем покерные столы в самых, что ни на есть лучших традициях этой игры. Поверьте, через некоторое время одна из комнат  дома не будет уступать самым знаменитым  казино этого города.
Я не нашёлся, что возразить и молча кивнул головой в знак согласия.
- А пока я, с большим удовольствием составлю вам компанию. После этих слов хозяйка дома достала из бара, расположенного в углу гостиной, ещё один бокал, и, с кокетством, свойственным всем  красивым женщинам обратилась ко мне: Не нальёте ли  мне вина?
- Конечно - ответил я, и, встав с кресла, принялся разливать вино по бокалам.
- Как вам моё новое платье? - как бы невзначай спросила Алиса.
- Божественно и не передаваемо красиво! - ответил я, заметив при этом, что  губы Алисы искривились в какой-то брезгливой усмешке.
- Что-то не так? - спросил я.
- Нет, нет, всё замечательно. Ответила Алиса, в спешке отхлебнула вина  из своего  бокала, после чего,  как будто с некоторым раздражением отвернулась в сторону,  взяла со столика из пачки сигарету,  быстрым движением  подожгла её и закурила, глубоко вдохнув и втянув в лёгкие приторный табачный дым.
Через несколько секунд до нашего слуха донеслись звуки множества голосов со стороны прихожей.
- А вот собственно и гости! - воскликнула Алиса, быстрым движением затушила сигарету в пепельнице, и, приглашая меня за собой ладонью руки, также громко и почти скороговоркой произнесла, - пойдёмте, пойдёмте, я познакомлю вас с очень замечательными и влиятельными людьми, которым также как и мне не безразличны тёплая уютная атмосфера за покерным столом, вкус терпкого вина и приятный разговор. Вам тоже всё это очень должно понравиться.
После чего она быстрыми шагами пошла в сторону прихожей  откуда доносились  голоса, я, безропотно подчиняясь её воле, тут же   последовал следом.
По периметру огромного зала,  куда мы вошли, стояли  накрытые разными закусками и винами небольшие  столики, в центре размещались несколько столов по примеру тех, которые мы привыкли видеть в казино, накрытые роскошным зелёным  полотном, со всеми полагающимися атрибутами, сидящими за ними важными и напыщенными крупье, которые торопливо  раскладывали  свои незамысловатые инструменты, названий которых я никогда не знал. По всему  залу  располагалось довольно много людей разных возрастов и полов. Каждый из них был чем-то занят: кто-то пил вино, то и дело отправляя в рот различные закуски, как будто стараясь попробовать каждую из них, кто-то непринуждённо беседовал,  то и дело попыхивая сигарами во рту, кто-то просто бесцельно слонялся по залу, наблюдая за всем происходящим вокруг. И  среди этой суматохи, ещё более накаляя обстановку, между гостями,  не останавливаясь, бегал Ксенофоров с разносом, навязывая всем строем из стопок составленную на нём  водку,  и при каждом отказе кого-либо из  гостей  от крепкого напитка, протяжно выговаривал: "Зряяяя". 
Все ждали начала игры, это было видно по лицам присутствующих.
Алиса  вела себя этим вечером очень эмоционально:  движения её были порывистыми и быстрыми, тона речи  излишне повышены. Я порой, с удивлением, наблюдал за ней и за тем как она переходила от одного гостя к другому, обменявшись одной, двумя любезностями с одним человеком, не задерживаясь более чем на минуту возле него, в буквальном смысле перебегала к другому, и так далее пока не оббежала весь зал и не поздоровалась со всеми.
"А вот и папа" - также возбуждённо воскликнула она и побежала к входу в зал, где часть гостей уже устроили настоящую пробку вокруг только что вошедшей в помещение особы.
С трудом протиснувшись, мы оказались в центре столпившихся, возле хозяина этого роскошного дома.
- Аааа, здравствуйте, дорогой друг, - сорвавшимся голосом с лёгким фальцетом  взорвался  Чёсов, увидев меня, - очень, очень рад, - уже более тихо и умеренно продолжил он.
- Здравствуйте, Роман Тимофеевич, - ответил ему я и протянул свою руку. Он протянул мне свою в ответ.  При прикосновении к  его руке меня охватил  озноб, она была холодной как лёд. Видимо только с улицы, - подумал я.
- Как вам, здесь? - спросил он.
- Всё замечательно- ответил ему я.
- Господа, всё готово, прошу к игре - откуда-то из глубины зала выкрикнул Ксенофонтов.
- Вы будете играть? - спросил у меня Чёсов.
- С удовольствием! - ответил я.
- Тогда, прошу за стол! -  пригласил меня движением руки за ближайший от нас стол.
Мы сели в кресла, за стол рядом друг с другом, Алиса села справа от меня. Усевшись, мы стали ожидать раздачу, время от времени потягивая вино из бокалов.
Большинство гостей также расселись за столы, остальные выстроились за спинами игроков.
Делайте ваши ставки, господа - хриплым голосом произнёс крупье. Мы сбросили равное количество фишек, полученных нами  до этого, в качестве бонуса для  начала  игры.
Мне повезло, сразу же выпала пара валетов, один бубновый, другой пиковый. Я, чтобы не раскрывать себя не стал сразу повышать ставку, а пропустил ход, другие игроки сделали также. Крупье раскрыл три карты, там были тройка, семёрка и девятка различных мастей, я повысил ставку до двух тысяч. Остальные игроки уравняли ставки. При открытии остальных карт старшей  оказалась десятка червей. Я  ещё повысил ставку на две тысячи, остальные игроки сбросили. Таким образом выигрыш достался мне. Правда его сумма была не такой большой.
- Поздравляю - сказала Алиса.
- Присоединяюсь - пробормотал оказавшийся сзади Ксенофоров.
Были  розданы по  две очередные  карты. Я аккуратно вскрыл свои, на этот раз мне не так повезло была пятёрка и десятка треф. Ставкой была тысяча рублей, все игроки пропустили, я решил, что пока ничем особо не рискую и пропустил, крупье вскрыл первые три карты в центре,  там оказались валет треф, бубновый король и семёрка треф, у меня появился шанс. Один из игроков поднял ставку до пяти  тысяч, двое других уравняли, я также уравнял, Чёсов поднял ставку до десяти тысяч, двое  из игроков уравняли ставку,я также  уравнял, Алиса сбросила. Чёсов следующую ставку пропустил, остальные последовали его примеру. Крупье вскрыл очередную карту, это была дама треф, и  у меня составился "флэш" . Чёсов опять поднял ставку, остальные уравняли. Чёсов ещё поднял, все снова уравняли, я сыграл в "Ва-банк" . Выигрышный банк складывался уже очень неплохой и с весьма приличным кушем. Я в нетерпении выпил остатки вина в бокале. Крупье открыл последнюю карту это была пиковая  дама. Вскрываем карты. У двух игроков оказались пары: у одного валетов, у другого семёрок, настала очередь вскрывать карты Чёсову: у него оказалось два короля вместе с королём из прикупа у него составлялся сет, или тройка - три карты одного значения. Наконец я победно раскрыл свою выигрышную комбинацию, вокруг все разом ахнули.
- Да вы прямо таки счастливчик, - проговорил Чёсов.
- Я очень рада за вас, - протяжно и вкрадчиво полушёпотом произнесла Алиса.
- Оочень, оочень, - промямлил Ксенофоров.
- Ну что, ещё одну? - спросил Чёсов, подливая мне вина.
- Чуть позже, мне нужно ненадолго отлучиться, - ответил я, чувствуя как очередная порция вина заволакивает мой сознание.  Затем я  встал, машинально сунул, зачем-то  несколько фишек в карман брюк, и спросив у Алисы, где можно умыться, направился из зала по направлению, указанному ей, в ванную комнату.
Пройдя несколько комнат и длинный коридор, я оказался возле двери которая, по всей видимости, должна вести в ванную. Открыв её,  я оказался в просторном помещении, на стенах которого были всюду развешены зеркала, посередине располагалась большая ванная - джакузи с составленными на его  краях различными бутылочками, баночками и другими косметическими принадлежностями. Подойдя к раковине я включил холодную воду  и умылся, с силой плеснув себе водой  на лицо.
После я поднял голову к зеркалу и с удивлением для себя увидел в отражении за моей спиной того самого старика, которого видел в аптеке, а затем возле храма. От неожиданности я вздрогнул.
- Как вы здесь оказались? - спросил я.
- Неважно, как я здесь оказался, гораздо важнее, что вы здесь делаете.
- Я пришёл к знакомым,  играть в покер.
- Я уверен, что вы недостаточно  их знаете, но я вас познакомлю с ними поближе.
- Достаньте из карманов, то, что вы взяли с покерного стола, - попросил старик.
- Я взял выигранные мною фишки, - возразил ему я.
- Сначала достаньте и посмотрите их, - настаивал мой собеседник.
Я вынул из кармана фишки,  захваченные  мною и,  поднеся руку к своим глазам коротко выкрикнул от изумления. У меня на руке вместо ярких костяных  фишек были вырезанные из фотографий фрагменты, произошедших со мной событий в разные периоды моей жизни.  О существовании этих фото я  не знал.
- Что это? - коротко спросил я у незнакомца.
- Это ваша жизнь, на которую вы только что играли, и которую вы непременно проиграете если продолжите дальше. Пока что вам только поддаются, поверьте мне, те с кем вы играете непревзойдённые игроки в покер, и то что вы у них выиграли две партии, лишь ловкий ход с их стороны, чтобы вы поверили в своё везение. Вам нужно срочно покинуть этот дом, немедленно - сказал старик.
- Я ничего не понимаю, что происходит, почему я должен уходить, что это за фотографии? - в отчаянии спросил я.
- Вы пили что-нибудь в этом доме? - спросил старик.
- Да,- ответил я утвердительно.
- То, что вы пили - яд для вашего сознания, всё, что вы видите лишь иллюзия. Вот возьмите и выпейте эту воду, она освежит и прояснит ваше сознание.  Вы должны незаметно забрать все свои фишки со стола и выйти именно в те двери, через которые заходили в дом. Господа, которые пригласили вас сюда, по некоторым причинам не смогут преследовать вас с того выхода, поэтому вы без особых трудностей выберетесь отсюда, далее вам откроется всё.  Теперь выпейте воду - это особая вода, и посмотрите в зеркало. Я с опаской выпил воду из флакона и отвернулся к зеркалу. Подняв глаза на своё отражение я увидел своё  лицо, оно было необыкновенно бледным и глаза..., взгляд... - это был тот самый пронизывающий, острый взгляд незнакомца, спасшего меня от катастрофы. Я с ужасом отвернулся от зеркала, старика нигде не было, вместо роскошной ванны, посреди комнаты располагался огромный котёл, вместо сверкающих чистотой и белизной  стен, потолка и пола покрытого зеркалами и фаянсом, грязная облупившаяся штукатурка, покрытая плесенью и какой-то слизью.
В этот момент я решил, что сплю. В недоумении я вышел из комнаты и с ужасом, оттого, что до сих пор не проснулся дошёл по такому же грязному коридору до зала, где играл в покер.
Зайдя в зал, я   обнаружил, что вместо прекрасно одетых красивых и обаятельных гостей, весь зал теперь занимали  уродливые старики, одежда которых напоминала лохмотья, они пили  какую-то кроваво-красную жидкость, которая никак не заканчивалась в их бокалах и разговаривали друг с другом улыбаясь беззубыми ртами.
Я аккуратно подошёл к тому столу, за которым сидел до этого.  За ним также сидели Чёсов, Алиса, которые за время моего отсутствия никак не изменились, двое же других игроков постигла та же участь, что и остальных гостей этого ужасного дома. Мебель, стены всё вокруг изменилось до неузнаваемости, всё поблекло вокруг. Свет рождали лишь четыре костра разведённых в разных углах комнаты. Подойдя к столу я сел. Все мои фишки были на месте.
- Всё нормально, вас долго не было, мы уже успели разыграть несколько партий - проговорил Чёсов.
- Да что-то мне не здоровится, видимо что-то то съел или выпил не свежее. Вот и сейчас слегка подташнивает, - дрожащим голосом ответил ему я, - думаю надо выйти, освежиться.
Чёсов в недоумении посмотрел на меня.
- Выпейте лучше вина - предложил он мне бокал с той же кровавой  жидкостью, что пили остальные.
- Чуть позже - ответил ему я.
Я сгрёб фишки и быстрым шагом пошёл к выходу.
- Куда же вы, -  выкрикнула мне вслед Алиса.
- Я сейчас вернусь, - обернувшись ответил ей я.
Краем зрения я увидел, что она встала из-за стола и пошла следом за мной.
Я ускорил шаг, но вскоре понял, что заблудился в этом огромном доме, который к тому же сейчас находился в полутьме.
Во время моих скитаний по дому меня неотвязно мучила мысль: все ли фишки я забрал со стола. Пересчитав их,  я к своему ужасу не досчитался двух. Роясь в памяти я вспомнил, что, действительно сгрёб все фишки кроме двух, которые отложил в сторону, ближе к Чёсову,  для того чтобы в очередной раз можно было  увеличить ставку. Но возвращаться за ними было слишком поздно. Ненадолго остановившись, отбросив сомнения,  я продолжил искать выход.
 Некоторое время я  ходил, натыкаясь на разные закрытые двери, никак не находя выхода, но вскоре, открыв одну из дверей  нашёл всё таки ту самую лестницу, которая вела к наружным дверям.
Спускавшаяся к дверям выхода лестница была продолжением длинного коридора, оканчивающегося с противоположных сторон дверьми, ведущими в помещения многочисленных комнат лабиринта особняка.
Выйдя через дверь одного из этих помещений,  я оказался прямо над ступенями лестницы. Около десяти метров с противоположной от меня стороны  находилась другая дверь,  через  которую я проходил в зал, когда  пришёл в дом и где пил так называемое вино с Алисой.
Я уже совсем было собрался спуститься вниз по лестнице, как эта дверь внезапно распахнулась и передо мной в проёме возникла  фигура - та самая, что я видел в своём кошмаре:  в плаще с накинутым на голову капюшоном. Несмотря на тусклый свет и одетый капюшон я смог рассмотреть лицо, скрываемое им, это была... Алиса! Рядом с ней сидел огромный пудель с бельмами вместо глаз. На одном из его  длинных ушей висели, зацепившись за шерсть,  очки с одной сохранившейся душкой. Пудель как и в прошлый раз расплылся в улыбке своих огромных клыков и произнёс: "Зряяя".
Алиса скинула капюшон и со словами: " Куда же вы?", стала быстро приближаться ко мне.
- Игра, ещё не закончена, - прошипела она. 
Её лицо было искажено, ничего не осталось от былой красоты и привлекательности, это было исчадие Ада. И оно быстро и неотвратно приближалось ко мне со своим адским псом.
Я собрав в себе остатки сил, рывком сбежал по лестнице. К  моему счастью дверь была не заперта. Я  тут же выбежал на улицу, обернувшись,  заметил в проёме дверей своих преследователей, которые не смели переступить порог дома. Несмотря на это,  я продолжал бежать, добежав до ворот,  я перемахнул через них, спрыгнул с другой стороны и продолжал бежать до тех пор пока силы окончательно не оставили меня.
Где точно я очутился, я не знал, на улице начало светать, наступало утро. Вокруг всё поменялось. Снега, покрывавшего землю до наступления  ночи,  уже  не было, вместо него везде  царила грязь и слякоть. С неба пеплом скатывались колючие снежинки, которые  тут же при соприкосновении с этой смесью земли и воды подпитывали её, делая ещё более жирной и омерзительной. Погода напоминала период конца октября - начала ноября. Я весь продрог без  верхней одежды, оставленной мною в доме. Сунув руки в карманы, чтобы согреть их, я обнаружил вместо фишек  пепел, который высыпаясь тут же развеялся по ветру.
Быть может они подлили мне в вино сильнодействующие наркотики, может быть  это даже  сделал старик со своей водой, подумал я.
Так  шёл я  пока не дошёл до одной из городских улиц, почему-то очень знакомой мне. Было раннее утро и прохожие торопились по своим делам, совершенно не обращая на меня никакого внимания.
Вдруг я увидел то самое место, где случилась катастрофа с краном. Возле высокого, из рифлёного железа забора стоял мой автомобиль. Неужели угнали, - подумал я и быстрым шагом пошёл к машине. Подойдя ближе и вглядевшись, я заметил, что за рулём кто-то сидит. Меня охватила лихорадочная дрожь: я увидел, что  в машине, за рулём сидел никто иной, как... я!
Закрыв глаза и протерев  их,  я убедился, что это не обман зрения, в машине  действительно был мой двойник,  одежда на нём была такой же, как в день когда случилась авария, связанная с  крушением  крана.
Через несколько секунд я услышал страшный скрежет металла, подняв голову я увидел, что кран начал крениться в нашу сторону. Времени ждать не было. Я подошёл к машине вплотную. Мой двойник уставился на меня и вздрогнул, затем открыл окно.
- Вы что-то хотели? - спросил он.
 Я совершенно неожиданно для себя, как будто по чьей-то воле выпалил ту самую фразу: "Извините, но вам срочно нужно отъехать отсюда."
И дальше последовал краткий диалог, точно,  как при моей первой встрече с незнакомцем, только тогда я находился в автомобиле, а он снаружи.
Затем случилось невообразимое:  автомобиль стал быстро, быстро отдаляться от меня, как будто на мониторе компьютера резко уменьшили размер фотографии, при этом я оставался на месте. Но самое страшное заключалось в том, что  машина не двинулась, мой двойник не послушал меня.
Ещё мгновение и   кран рухнул, подмяв под себя несколько стоявших машин, превратив их в груду металлолома, похоронив под собой всех, кто был внутри.
 Как я не старался, у меня не получилось приблизиться к этому месту ближе, в надежде посмотреть: может быть тот - второй я,  остался жив?  Что-то удерживало меня, я не мог сдвинуться с места. Я мог лишь наблюдать за происходящим,  как на экране. И я наблюдал, наблюдал,  как   ...кто-то суетился возле машин, пытаясь обнаружить пострадавших от крушения и вызволить их, кто-то с состраданием охал и ахал, пробуя вызвать экстренные службы, кто-то, с искрой злорадства в глазах,  снимал всё происходящее на камеру своего телефона....
... Землю покрывало ослепительно-белое снежное покрывало. Ярко светило солнце,  начавшее набирать в себя  сочное тепло ранней весны, бесконечно тревожащее зиму,  которая никак не желала уступать место подошедшей смене времён года. Под лучами солнца свет переливался перламутровым бордово-синим отливом, сверкая хрусталём только что разбитой   вазы. Птицы, почувствовавшие скорое приближение весны, чрезвычайно взволнованные этим, неугомонно щебетали, перелетая с ветки на ветку, разминая крылья. Всё преображалось, всё жило и радовалось жизни, и  не по какой-то причине, а по самому факту своего существования, ничего не требуя взамен.
Быть может всё живое,  кроме самого человека,  давно смирилось с призрачностью своей роли в этом мире  и скоротечностью существования в нём. Быть может суть бытия заключается в факте самого существования. Космос - это всего лишь непостижимый уровнем нашего сознания и ограниченностью познаний в этой сфере организм, планеты его органы, а мы - микроорганизмы, стремящееся к завоеванию всё большего жизненного пространства для себя. И управляет всем этим организмом что-то величественное и не поддающееся человеческому пониманию, божественное. Вопрос только в том: полезны ли мы этому организму, или вредны и, если вредны, то как скоро организм избавится от нас. Как скоро? Долго ли? Существенны ли в этом   случае такие величины как время и насколько они относительны. Быть может предопределение и есть процессы саморегуляции данного организма, которые мы никогда не сможем обьяснить своими множественными аксиомами, теоремами и  догмами. Что есть реальность? И есть ли она вообще?
Жизнь. Как здорово жить! Просто жить и радоваться тому, что ты живёшь. Никто не понимает этого до того самого времени, пока не  возникнет  риск для существования этой самой жизни. А до этого момента все ежечасно, ежедневно продолжают расходовать её на пустяки, не оборачиваясь и не задумываясь о том, на что ушли те или иные её драгоценные  минуты.
А солнце продолжало светить и греть веселящихся пернатых на ветках высокой ели, одиноко стоящей на краю городского кладбища,  прятавшей от посторонних глаз своими тяжёлыми мохнатыми лапами, словно защищая, покрытую глубокими сугробами могилу..., мою могилу. Вокруг, не считая щебетания птиц, царила мёртвая тишина и лишь слышался звон  с церковной колокольни, расположенной неподалёку. Он начинался тоненько еле заметно, по одному удару с перерывами в несколько секунд, затем всё громче, раскатистее и в конце во все колокола одновременно: биммм, бииммм, биииммм, боммм, бооммм, бибоооммм ...