В краю туманных красок
/дневники Александры/
* * *
И снова светлый поток сверкающих искр, исчезающих в неизвестности, легко коснулся волос Александры, словно напоминая ей о чем-то знакомом, но давно утраченном. Он звал ее за собой, он называл её по имени, которое она не произносила уже долгие годы. Наконец, этот быстрый вихрь прозрачного пламени растворился в пустоте — и тогда она вздохнула и открыла глаза, сбрасывая странное оцепенение и постепенно приходя в себя после долгого сна.
Она перевела взгляд на пелену густого тумана, плывущего по склонам гор — и улыбнулась. Ее улыбка была задумчивой, мягкой, осторожной. Она лишь легко скользнула по ее губам. Да, она любила эти места, любила возвращаться сюда снова и снова, и путешествовать по нитям снов, понятным лишь ей одной, и шептать странные слова на незнакомом языке, сами собой приходящие в голову.
А сейчас... ей снова показалось, что кто-то шепчет её давно позабытое имя. Впрочем, это был не совсем голос. Скорее, шелест, дыхание, аромат. Мимолетное прикосновение. Словно порыв свежего воздуха коснулся её волос — а затем всё снова стихло. Александра оглянулась — но вокруг не было ни души. Лишь солнце сияло в голубой вышине, да тени скользили по притихшему лугу.
«Наверное, это цветы... — подумала она. — Сложно представить себе - но это так. Цветы в этой долине и правда необычные. Рассказывают, что они живые, разумные. И ещё говорят — они долгие годы изучают пришельцев, прежде чем открыть им свою суть. Они могут говорить не со всеми — лишь с избранными. С теми, кто может понять их правильно, кто может стать их другом...».
Александра неожиданно задумалась, глядя на нежные переходы света и тени, похожие на тонкое кружево, разлитое в воздухе. Эти нити соприкасались, сливались, превращаясь в какие-то странные узоры. Она поймала себя на мысли, что ей хочется протянуть руку и прикоснуться к этой тишине — мягкой, глубокой, растворяющей и поглощающей всё вокруг.
«Как причудливы и нежны сегодня солнечные лучи... — подумала Александра, наблюдая за переплетением этих тонких линий в пустоте, — и кажется, что в соприкосновении света и тени рождается какая-то загадка. Впрочем, разгадать её несложно. Ведь не случайно я могу понимать язык цветов, ветра, дождя, океана. И не случайно я чувствую тепло этого древнего камня, нагретого солнечными лучами. В этом есть что-то глубокое и настоящее. Впрочем... есть вещи, которые не нужно произносить вслух, потому что они не требуют обсуждения ни с кем, и имеют значение лишь для тебя одной».
Лишь только подумав об этом, Александра сразу же вспомнила ее — Ту, которая слушает дождь. И их последний разговор она тоже вспомнила. И слезы на глазах подруги. А говорили они в тот вечер о невидимых дверях, присутствующих повсюду в окружающем пространстве, о существовании которых знали только они вдвоем, да ещё несколько странников.
«Знаешь, на что похожи эти «тонкие области пространства», как я их называю? — рассказывала Александра подруге о своём неожиданном открытии, глядя на скользящие по стеклу тени. — Они чем-то похожи на дорогу в неизвестность, по которой ты идешь впервые. И ты идешь очень осторожно, тихо, иногда боясь даже пошевелиться, чтобы не разрушить эту хрупкую, словно застывшую красоту. Слушаешь тишину и наслаждаешься, тишиной. Прикасаешься ладонями к неподвижным контурам вечности, произносишь их имена. Откуда тебе знакомы эти имена? Ты не знаешь, но прикосновения этой энергии прекрасны...».
Они ещё долго беседовали в тот вечер о природе живых чувств, о невидимых нитях и, конечно, о самом главном — о ткани реальности — глядя на отблески пламени в камине. Их давно тревожили эти вопросы — и они делились своими открытиями. Они еще долго стояли у распахнутой настежь двери двери, слушая тишину и глядя на первые звезды на вечернем небе.
«И самое главное... — сказала Александра подруге на прощание, протягивая ей руку, — самое главное, никогда не заменяей сложное простым. Человек должен быть верен чему-то настоящему, не предавать себя. А сложное — это настоящее...».
Александра улыбнулась, вспоминая эти слова — и направилась по бескрайнему лугу спящих цветов к одинокой заброшенной избушке. Закат уже окрасил вершины деревьев в нежно-розовые тона — и длинные тени легли на притихшую землю. Цветы провожали ее, склоняя свои бутоны навстречу лучам заходящего солнца, и капли росы сверкали на их тонких лепестках. Казалось, на кончиках соцветий застыли маленькие светящиеся точки.
Завтра я обязательно поговорю с цветами, решила Александра, разводя костер и наблюдая последними лучами исчезающего в сумерках солнца. Думаю, они расскажут мне много нового. Они привязаны ко мне — и я чувствую это. А этот вечер я проведу, как давно уже мечтала — наедине с собственными мыслями, мягким светом звезд, шепотом ветра листве и отблесками пламени в сумерках. Я незаметно усну, поддавшись прикосновениям ветра, шелесту листвы, движению теней, неспешному ходу времени - и это будет самый счастливый сон в моей жизни.
А ночью мне снова будут сниться тихие долины, полные спящих цветов, и далёкий шум волн, и неясные голоса странников, впервые пришедших в эти края.
А еще, пожалуй, мне приснится нечто иное... прикосновение теплой и живой ладони к моей руке. Странно, но именно это прикосновение живого тепла я запомню навсегда - я буду помнить о нем даже после пробуждения, когда все причудливые и неясные видения южной ночи навсегда растворятся в сиянии светлой утренней зари, все отчетливей встающей над далекими вершинами Сихотэ-Алиня на востоке.
_____
*** "Сихотэ-Алинь" принято переводить с маньчжурского как "Береговой хребет", что говорит о близости к морскому побережью. Горы протянулись более, чем на тысячу километров вдоль побережья Японского моря. Название происходит от слов "Сихэ" - "большая преграда" и "Алин" - "горный хребет".
Свидетельство о публикации №225090801175
Лиза Молтон 05.10.2025 12:20 Заявить о нарушении
Александр Миролюбов 19.09.2026 10:41 Заявить о нарушении