7. Ирина Никитина мост в будущее-2026

7.Ирина Никитина (Петрозаводск, Республика Карелия)

Номинация «Короткая проза для детей, о детях и детстве».

Шлёп и Щёлк

В одном городе вдруг появились необычные жильцы. И имена у них были странные. Звали они друг друга Шлёп и Щёлк. Других жителей города они почему-то совсем не любили. А когда выходили на прогулку, непременно кого-нибудь дразнили и даже вредничали, особенно если видели капризных детей. Шлёп любил, как вы уже догадались, шлёпать всех подряд. А если увидит лужу и девочек-подружек, осторожно проходящих мимо, со всего размаху старался прыгнуть в самую середину лужи, да так шлёпнуться, чтобы забрызгать подружек. Расстроятся девчата, а он и радуется.
А Щёлк, понятное дело, любил всех щёлкать. Был он очень прыгучим. Увидит друзей-мальчишек и давай подпрыгивать, да щёлкать. Рассердятся мальчишки друг на друга, а Щёлк и доволен, что поссорил их.
Любили подшутить эти герои и над четвероногими прохожими. Выбирали на всякий случай, конечно, тех, кто поменьше, которые и лают не так грозно и рычать ещё не умеют, чтобы самим не страшно было. Таких не сложно и за ухо ущипнуть и по хвосту шлёпнуть. Закрутится малыш, кто это его обидеть хочет, не видно никого, почему же так  больно? 
Проделывать всё это приятелям было нетрудно, ведь ни люди, ни животные их не видели.
Чем дальше, тем больше хотелось им проказничать. Вот уже Щёлк предлагает забраться на крышу высокого дома и запутать там все антенны и провода, «пусть-ка потом повозятся люди, а мы-то посмеёмся!» Но Шлёп не согласился на этот раз, сказал, что такое дело надо обдумать получше, очень уж опасно с проводами баловаться.
Так и жили Шлёп и Щёлк и ничего интересного не происходило в их жизни. А почему они так поступали, они и сами не могли объяснить.
Но однажды наскучили приятелям дурные проделки, и решили они устроить себе выходной, не вредничать один день, а просто погулять по городу.
Оказывается, вокруг столько всего интересного, о чём они даже не догадывались! И город был очень красивым, и люди замечательные!
Задумались Шлёп и Щёлк, кто же они такие и почему им всё время вредничать хочется.
В это время мимо них проходила девочка.  В одной руке она держала верёвочку с синим шариком, а в другой поводок, за которым бежал неуклюжий щенок.
; Ах, какой шарик! ; воскликнул Шлёп.
; А щенок какой  чудесный! ; Щёлк впервые не щёлкнул, а погладил щенка.
И вдруг приятели узнали девочку и вспомнили, кто они сами. Перед ними была маленькая Ксюша, которая учила буквы по Азбуке, но ей почему-то не нравились шипящие звуки. Она не могла произнести правильно «Ш» и «Щ» и не захотела учить их.
; Какие противные! Как будто шипят на меня! ; сказала  Ксюша.
Тогда и обиделись на неё буквы, убежали из азбуки от такой хозяйки.
Прошло немного времени, Ксюша  всё-таки научилась читать, она выучила все остальные буквы, но скоро поняла, что каких-то ей не хватает. Не получаются у нее многие слова, говорит, как маленькая, картавит. Вспомнила Ксюша, как обидела она две буквы, и решила во что бы то ни стало найти их, чтобы теперь уж непременно подружиться. Ксюша была единственной, кто мог увидеть свои буквы, ведь другие люди даже не подозревали о них. Какой же радостной была эта встреча!  Наконец-то буквы «Ш» и «Щ» перестали носить ужасные прозвища «Шлёп» и «Щёлк», а снова стали замечательными буквами, без которых ни одной книжки, ни одной сказки не прочитаешь!
С удовольствием вернулись они на своё рабочее место ; в Азбуку!  И как же иначе! С каждым днём подрастают малыши, которые хотят научиться читать и подружиться с буквами.
А Ксюша уже выросла и ходит в школу. Она все предметы любит одинаково и даже боится выучить какой-нибудь урок хуже, вдруг он обидится, а с ней опять  случится неприятная история. И учится на пятёрки!

Дождёмся!
 
Тамара очнулась в тёплой комнате. Лёжа на удобной кровати, она  пыталась понять, где же находится. И вдруг с удивлением осознала, что у неё ничего не болит, и нет этого ужасного ощущения бесконечного голода. Тома подняла голову и увидела, что она в больничной палате, и вокруг много других кроватей, где лежали дети маленькие, и постарше. 
«Значит, меня нашли, нашли вовремя», ; подумала Тамара. Она даже не знала  рада она этому или нет, видимо, для радости тоже нужны силы. Ей было спокойно, как будто всё самое плохое и страшное осталось позади, а теперь можно просто лежать и ни о чём не думать. Тамара вспомнила, как она бродила по квартире в поисках хоть какого-то сухаря или горошины. Теперь это было просто воспоминание, как будто из другой жизни. Однажды она нашла пять горошин, видимо просыпавшихся из пакета ещё до войны, когда мама варила гороховый суп. Тома рассасывала их по одной в день, и ей казалось, что ничего вкуснее на свете не было.
На соседней кровати лежала девочка, которая, казалось, только и ждала, когда Тома обратит на неё внимание. 
; Наконец-то проснулась, ; капризно сказала она. ; Даже поговорить не с кем. Одни малыши кругом.
; А ты не любишь маленьких? ; тихо спросила Тома. Она сразу вспомнила своего маленького братика Мишутку, который не дождался…
; Я-то люблю. А меня-то кто же? Некому теперь любить меня! ; девочка неожиданно заплакала.
; Не плачь! Я не хотела расстроить тебя. Как тебя зовут?
Девочку звали Люсей. Она рассказала, что ехала с мамой к бабушке, и поезд разбомбили в дороге. Люся потерялась, и её привезли в госпиталь.
;  Я такой была весёлой, а теперь только и плачу. Где же мамочка моя, где? ;  всхлипывала Люся.
Тамара чувствовала ещё сильную слабость, но из последних сил утешала девочку:
; Так всегда бывает после бомбёжки. Потом найдётся мама твоя. Ты не забудь её только. Ты её имя и отца своего напиши на бумаге и всегда носи в карманчике. Так нужно, чтобы найтись.
В палату зашла девушка в белом халате и  улыбкой подошла к Тамаре:
; Очнулась? Вот и умница! Сейчас будем обедать.
На обед Тамаре дали похлёбку и кисель, а Люсе ещё и второе блюдо ; винегрет.
; Тебе пока нельзя, ; сказала медсестра, ; опасно сразу много. Первый раз после капельниц, кушай медленно, а хочешь, я тебя покормлю.
; Спасибо. Я сама ; прошептала Томка.
Похлёбка ей показалась невероятно вкусной. Неужели такое бывает! О тебе заботятся, кормят! Тамара ела медленно, смакуя каждую ложку, и чувствовала, как эти маленькие глоточки возвращают ей утраченные силы.
Люся же быстро проглотила свою порцию и вздохнула:
; Дома всё лучше было! Мамочка так вкусно готовила! Мы никогда не голодали!
Тамара опустила голову и прошептала:
;  Значит, ты никогда не поймёшь, как это вкусно, любая еда. 
Ей вспомнился её первый друг Пашка из соседней квартиры, который тоже не дождался…
; Ну что же поделаешь, раз не голодала, разве я виновата? ; спросила Люся. ; Ты хоть не сердись на меня. Лучше бы голодала, да знала теперь, что мама моя жива! А могу сейчас поголодать, хочешь? Хочешь, я тебе всю мою еду отдавать буду ; за мамочку, чтобы нашлась только!
; Ну что ты, Люсенька, никто не виноват. А на войне всем плохо, и взрослым, и детям. И старикам. Вот бабушка моя не дождалась… Мы с соседкой её хоронили. А мне она всё говорила: «Ты только дождись!»
Люся вскочила с кровати и обняла Томку:
; Как хорошо, Томочка, что ты дождалась! Дождалась помощи! Давай мы теперь всегда вместе будем! Никогда не расстанемся, как сестрички! И будет нас уже двое! Ведь ты такая сильная, а я одна пропаду! Ты согласна?
Люся вытирала слёзы и с надеждой смотрела в глаза Томки.
; Согласна, Люся, как сестрички и будем!
; На всю жизнь, Тома?
; На всю!
Так познакомились и подружились две осиротевшие девочки. Хоть и были они совсем разные, но это не помешало их дружбе. Они рассказали друг другу всё, что помнили о себе. Они понемногу начали вспоминать детские игры и добрые сказки.  И  больше всего мечтали об окончании войны. 
Однажды Люся сказала Тамаре:
; Нас ведь в интернат теперь отправят. Я слышала, что там ужасно плохо. Нам надо к побегу готовиться, Тома. Как ты думаешь?
; Нет, Люсенька! Никуда убегать не будем. В интернате заботятся о детях. Даже если и плохо, но накормят. Надо конца войны дождаться, а там и мамы наши вернутся. Дождёмся, Люся. Молиться будем. Бабушка говорила, молиться надо, чтобы все вернулись. 
; А я ведь не умею, Томушка, ты научишь меня?
; Конечно, Люся. Я одну молитвочку знаю, Матери Божьей, Богородице. Вдвоём и будем ей молиться, она всем бедным детям  как матушка небесная, непременно услышит нас. Вот и дождёмся, обязательно дождёмся.