Когда я ем...

«Когда я ем, я глух и нем».
Это правило я усвоил ещё в далёком детстве, и в разных жизненных ситуациях оно меня не раз выручало.

В пионерском лагере я молча ел свою манную кашу и быстро запивал стаканом киселя, чтобы скорее лечь спать в тихий час.
 В армейской учебке вкидывал в себя тухлый бигус с сечкой, запивал эту бурду помоями, похожими на чай, а после бежал в строй — в надежде не отхватить пинков от сержантов.
 В лагере для «непослушных» детей я либо молча ел, либо дрался — не до разговоров было.

И чем дальше я поднимался по этой «карьерной лестнице» (а по сути, опускался вниз, апостериорно взрослея и мудрея): общий режим, строгий, особый — тем больше эта привычка держать язык за зубами отводила от меня неприятности.
 Молча поел, встал из-за стола — и потом болтай с кем душа лечет.
 Ну, это ирония…
В основном она касалась корпоративных помещений и разных столовых.

Вот и сегодня сижу как раз в нашей столовой.
 Один из сотрудников заводит разговор о массовой драке с применением оружия в одном из городов.
 Много чего говорил, рассуждал: отчего да почему так вышло.
А потом и выдаёт:
«В первую очередь правоохранительным органам нужно сделать акцент на работе с оппозицией…»

На этой фразе я чуть не подавился куском бифштекса с кровью.