Забытый уголок Ч. 7 Дочь Сухотиных-внучка Толстого

История 7. Дочь Татьяны Львовны и Михаила Сергеевича Сухотиных

7. Сухотина-Альбертини Татьяна Михайловна
6 ноября 1905  -  12 августа 1996

Седьмой ребенок М. С. Сухотина и единственная дочь Т. Л. Толстой

Гражданка Италии, президент общества Servizio Sociale Internazionale и итальянского филиала Толстовского фонда — написала несколько книг воспоминаний: «Моя мать», «Моя бабушка», «Толстой и детство».

В 1905 году когда Татьяне Львовне шел 42-ой год, а Михаилу Сергеевичу 56-й, у них родилась дочь Танечка. В семье ее шутливо называли «Татьяной Татьяновной».  Танечка родилась в Ясной Поляне на том же кожаном диване, на котором родился сам Л. Н. Толстой и его дети. Когда умер Лев Николаевич, ей было всего пять лет.
Родители в позднем и долгожданном ребенке души не чаяли. Танечка поначалу была слабой и болезненной. Таня-младшая растопила сердце Льва Николаевича и Татьяна Львовна решает писать для Танечки историю ее деда.

"У нее нежное сердце, что ей почти ни одной сказки нельзя рассказать, ни одной песни спеть, потому что она не терпит, если в сказке или песне кто-нибудь несчастлив, сердит, подвергается опасности или жестокости. Она начинает плакать, просит перестать и, если ее не слушаются, зажимает ручкой рот говорящему", — с любовью пишет Татьяна Львовна о дочери.
Толстой частенько гостил у дочери в Кочетах, немало времени проводил с внучкой.

Татьяна Львовна в письме к брату дала 16-летней Танечке такую характеристику: «Она неглупая, свежая, не безобразная девушка. Но не сдержала обещания быть исключительно умной и способной. Как я думала, когда ей было пять лет. Характером она больше в отца, чем в нашу породу».
 
«В тот день, когда родился мой единственный ребенок, моя дочь Таня, <…> папа пришел ко мне растроганный и умилённый и сказал мне, что он видел сегодня ночью во сне тётеньку Татьяну Александровну. Он сказал, что ему хотелось бы, чтобы моя дочь была названа Татьяной. А мы с мужем, разумеется, без колебания исполнили его желание», — писала Татьяна Львовна в воспоминаниях
Танечка росла в большой семье единокровных и двоюродных братьев и сестёр, со многими из которых была очень близка.
В 1914 году, после смерти мужа, Татьяна Львовна Сухотина-Толстая с дочерью стала жить с Софьей Андреевной Толстой. Внучка подружилась с бабушкой и стала для нее настоящим утешением в последние годы. Через всю жизнь пронесла Татьяна Михайловна уважение и любовь к Софье Андреевне.

Вспоминая о ней, Татьяна Михайловна писала:
«После смерти отца моя мать решила вернуться в Ясную Поляну. Мои отношения с бабушкой сразу сделались очень близкими и нежными. Она много мною занималась — учила меня французскому и немецкому языкам, а также музыке и рисованию. Учила она меня и другому, более важному: быть доброй, справедливой, любить природу, особенно Ясную Поляну… Мы ежедневно совершали с бабушкой длинные прогулки и много разговаривали. Она мне рассказывала о прошлом и часто при этом плакала. Наша любимая прогулка была — идти в лес, на могилу дедушки. Весной мы приносили туда первые цветы, летом — букеты роз, пионов, ландышей, осенью — ветки золотых и красных листьев, а зимой украшали могилу еловыми ветками».

В ноябре 1919 года Софьи Андреевны Толстой не стало. Перед смертью она написала внучке: «Совсем особенно отношусь к тебе, моя дорогая, горячо любимая, милая внучка моя Танюшка. Ты сделала жизнь мою особенно радостной и счастливой. Прощай, моя голубушка! Будь счастлива, благодарю тебя за твою любовь и ласку. Не забывай любящую тебя бабушку С. Толстую».

Весной 1925 года Татьяна Михайловна вместе с матерью уехала из России. Татьяна Львовна была командирована за границу для чтения лекций о Л. Н. Толстом. Ни она, ни ее дочь тогда и не предполагали, что покидают Родину навсегда.

Оказавшись вдали от России, Татьяна Львовна не раз с теплым чувством вспоминала свой родной «дом на Кропоткинской». 20 июня 1925 года она писала своему брату Сергею Львовичу из Парижа: «Ни одного часа в дне не проходит, чтобы я не думала о вас всех и о моем милом музее». Об этом же писала и ее двадцатилетняя дочь Татьяна, до этого также работавшая в музее: «У нас сейчас мрачно. На меня напала такая тоска по Москве, вроде как в первые дни… Мы с большой любовью говорим об улице Кропоткина».

17 июня 1925 года Татьяна Львовна написала брату: «Я всей душой против того, чтобы сделать Таню эмигранткой, это положение очень тяжелое, и как до поездки сюда, так и теперь, я считаю своим долгом жить в России и не отрывать от нее Таню».

Когда интерес к лекциям о Толстом, которые читала за рубежом Татьяна Львовна, прошел, семья оказалась в таком трудном материальном положении, что не нашлось денег даже на билеты в кинотеатр, где демонстрировался фильм «Анна Каренина» с Гретой Гарбо в главной роли.

В эмиграции Сухотины жили очень скудно. Татьяна Львовна зарабатывала чтением лекций, вела благотворительные проекты, мастерила кукол и писала портреты на заказ. Любовь к театру сыграла важную роль в жизни уехавших за границу дочери и матери Сухотиных. Дочь Таня пробовала себя в роли стенографистки, машинистки, работала в ателье по изготовлению искусственных цветов.

Но жизнь распорядилась иначе. Татьяна Михайловна, с детства любившая театр и мечтавшая стать актрисой, была принята в профессиональную театральную труппу.
 Она  вспоминала то время: «Роли у меня были маленькие, я была молода. Однако это было чудесное время в моей жизни. Я часто с тоской вспоминаю запах кулис, товарищество актеров и моих друзей по сцене. Во время пребывания с театром в Италии я познакомилась с моим будущим мужем».

Наконец-то девушка оказалась в художественном театре, где ставили «Живой труп». Спектакль имел успех. С ним труппа объехала многие европейские страны. В Риме знаменитый журналист, бывший владелец театра пригласил артистов к себе в гости, где Таня Сухотина познакомилась с его сыном Леонардо Альбертини, доктором права, а позднее вышла за него замуж.

26 сентября 1930 года Татьяна Львовна сообщила в Москву брату: «Таня выходит замуж за итальянца, которого она любит уже полтора года. Зовут его Леонардо Альбертини, ему двадцать семь лет, он доктор прав, а занимается хозяйством в Римской компании… Жить они будут в Риме или под Римом. Мои новые родственники хотят, чтобы я ни в чем не нуждалась и только просят о том, чтобы я выражала свои желания. Они очень милые и порядочные люди. Единственное обстоятельство, которое будет для Тани тяжело, — это именно их обеспеченное положение… Наша трудовая жизнь была очень хороша. Мы видели много доброты и помощи, и сами помогали, чем могли. Никогда не завидовали никому и не мечтали о богатстве. Конечно, бывали минуты, когда было тяжело, когда мечтали об отдыхе и о том, чтобы вздохнуть от материальных забот, но я все же скажу, что я об этом времени жалею».
 
Кузен Тани Сергей Толстой частенько приезжал в Рим на каникулы и оставил о семье Альбертини свои воспоминания: «Их гостеприимство и любезность навсегда покорили меня, бедного студента из Парижа.

Татьяна Львовна переехала жить к дочери. Леонардо-Джузеппе Альбертини (1903 – 17 октября 1980, Рим) , был очень богат. Их с Татьяной Михайловной свадьба состоялась 8 октября 1930 года. Молодожены поселились в Риме, неподалеку от парка «Вилла Боргезе», где высокие сосны, как признавалась Татьяна Михайловна, ей «напоминали яснополянский пейзаж».

От этого брака у них родилось четверо детей: сын Луиджи (в 1931 году),  дочери Анна (в 1934 году), Марта (в 1937 году) и Кристина (в 1948 году). Большинство потомков этой ветви генеалогического древа Льва Николаевича Толстого - граждане Италии.

Отец Леонардо, сенатор Луиджи Альбертини, вступил в оппозицию фашистскому режиму. В их доме собиралась интеллектуальная и аристократическая элита страны – художники, писатели».

Во время Второй мировой войны Татьяна и Леонардо Альбертини участвовали в движении Сопротивления, поручив детей Татьяне Львовне. Марта вспоминает, что спала в так называемой толстовской комнате, среди семейных реликвий, вывезенных из России.  С детьми не говорили о Толстом и о России и не учили русскому языку, общаясь по-французски.

На склоне лет Т. Д. Сухотина-Толстая писала: «Я прожила невероятно, незаслуженно счастливую и интересную жизнь. И удачливую. И так продолжается. Самое большое мое счастье теперь — это Таня. И пусть она знает, если эти строки попадут ей в руки, что я это счастье ценила и ценю каждую минуту моей жизни. Я никогда не умею ей этого показать. Не умею показать ей своей огромной любви и благодарности за всю незаслуженную любовь, ту заботу, которую она мне показывает. Большую нежность чувствую к крошке Луиджи. Но это другое».

Леонардо-Джузеппе Альбертини, после стольких испытаний, обеспечил ей очень хорошую жизнь. Он стал ей больше, чем родной сын, и она была благодарна ему за все. Она написала и ему:
«Но за что я тебе особенно благодарна и люблю тебя — за Танино счастье. Помнишь, как ты сказал мне, прося Таниной руки: «Обещаю вам, что Таня будет счастлива». И свое слово ты сдержал. Спасибо тебе за это! При настоящей большой любви совершенно не важно, что ты иногда бываешь резковат и ворчишь немного».

Она  умерла в Риме в сентябре 1950 года в возрасте неполных восьмидесяти шести в окружении своих родных. Последние ее слова были обращены к дочери, она еле слышно прошептала: «Моя радость».

Марта Альбертини делилась воспоминаниями о бабушке Татьяне Львовне:

"Когда я говорю о ней, каждый раз переживаю очень сильные эмоции. Мне было тринадцать лет, когда она умерла. Она была замечательной женщиной, у нее был дар глубокого проникновения в понимании детей. Она всегда хотела иметь много детей, но у нее была только моя мама. (...)

Бабушка научила меня, как можно одновременно быть нежной и строгой. Бабушка была очень веселой и жизнерадостной. Она умела щедро делиться, она играла на фортепиано, вязала и стремилась передать это детям. У нас с братом Луиджи разница пять с небольшим лет, и когда мы за столом начинали что-то обсуждать, спорить, она этого не выносила.

Причем не ругала нас, не повышала голос, просто вставала из-за стола и уходила на кухню. И еще бабушка никогда не говорила о своих родителях - ни о Льве Николаевиче, ни о Софье Андреевне. Меня это очень глубоко потрясло, особенно когда я повзрослела. Ее точкой отсчета была моя мама, то есть ее дочь Татьяна Михайловна".

Через много лет Татьяна Михайловна осуществила свою мечту – приезжала на свою историческую родину по приглашению Министерства культуры СССР (в 1975 году с сыном Луиджи, в 1977 году с дочерью Кристиной, в 1979 году с дочерью Мартой, в 1982 году со взрослыми внуками).

Татьяна Михайловна скончалась 12 августа 1996 года в Риме и похоронена на римском кладбище для иностранцев Тестаччо вместе с  матерью Т. Л. Сухотиной-Толстой (1864-1950) и единокровным братом Ф. М. Сухотиным.

Она написала предисловие к «Дневникам» своей бабушки Софьи Андреевны Толстой, передала в фонд Государственного музея Л. Н. Толстого в Москве ряд ценнейших материалов. Подарила московскому музею золотое кольцо  и браслет, которые ее мать получила на память от отца. Передала она в музей также бесценный архив  и подлинные дневники Татьяны Львовны, опубликованные в 79-м году.

Татьяна Михайловна Сухотина-Альбертини никогда не теряла связь с родиной ее предков, немало сил и времени отдала сохранению памяти о Толстых за рубежом. Она написала правдивое предисловие к «Дневнику Софьи Андреевны», вышедшему в Париже, воспоминания «Моя бабушка». Выполнила она и волю матери, которая, собрав большой архив об отце, завещала передать его в Государственный музей Л.Н.Толстого. Внучкой писателя было передано более двух тысяч документов и ценных реликвий, среди которых подарок Льва Николаевича Софье Андреевне – кольцо с бриллиантом и рубином.
Выступала Татьяна Альбертини на радио, в печати, с докладом «Мой дед Лев Толстой», написала и издала воспоминания о Татьяне Львовне, была в курсе дел по сохранению толстовского наследия в России.
8. Связь Сухотиных с Толстыми.
Два рода несколько раз пресекались:
1)Татьяна Львовна Толстая была замужем за М. С. Сухотиным;
2)Дочь М. С. Сухотина от первого брака Наталья была замужем за внучатым племянником Л. Н. Толстого Н. Л. Оболенским, родным внуком сестры писателя М. Н. Толстой;
3)Сын Сухотина от первого брака Сергей был женат на внучке писателя С. А. Толстой и сыну писателя Андрею Львовичу он приходился зятем;
4)И наконец, скрепила эти два рода дочь Михаила Сергеевича и Татьяны Львовны и одновременно внучка Л. Н. Толстого   - Татьяна Михайловна Сухотина-Альбертини.
Так не пора ли обратить более пристальное внимание на заброшенную усадьбу Сухотиных Кочеты и привести ее в порядок, чтобы итальянская ветка рода приезжала не только к предкам по матери, но и не к таким знаменитым предкам по отцу на малую родину в родовую усадьбу Кочеты?

Продолжение следует