Плечи титанов

В свое время Альберт Эйнштейн, говоря об успехах современной науки, сказал, что они  никогда бы не были столь грандиозны, если бы ученые XX столетия не «стояли на плечах титанов». Великий физик имел в виду, как огромный вклад предшествующих поколений исследователей, так и каждодневный труд огромной армии инженеров, техников и лаборантов, обеспечивающих ученого.

 Универсальный проводник
На «плечах титанов» стояли и все европейские исследовательские экспедиции в Среднюю Азию двух прошлых веков. До сих пор неизвестен тот вклад, который внесли в их успех сотни проводников, погонщиков, джигитов и казаков. Имена одних уже никогда не будут нам известны, имена других еще можно при желании найти в россыпи архивных материалов...
«Есть страны, обладающие удивительной притягательной силой, несмотря, на то, что наружная сторона их не всегда показная. К числу таких стран относится Средняя Азия. Много в этой стране интересного и заманчивого для ученого, а и частности для натуралиста здесь широкое поле деятельности: здесь есть еще множество углов, совершенно неисследованных, где не ступала еще нога европейца».
Этими словами открывается обобщивший итоги трех экспедиций (1896, 1897 и 1899гг.) по территории нынешнего Таджикистана и Узбекистана трехтомный труд замечательного ученого-ботаника В.И.Липского «Горная Бухара».
В Самарканде, где все они формировались, ему посоветовали нанять проводником по Гиссарскому хребту и Каратегину уроженца этого города Якуба Измаилджанова. Описывая превратности своих путешествий, Владимир Ипполитович с теплотой вспоминает служившего ему проводника: «Главным лицом, переводчиком и заправилой выбран был Якуб Измаилджанов, который, который был много лет знаком с Л.С.Барщевским, еще юношей начинал с ним путешествовать и пользовался его полным довернем. К путешествиям он настолько пристрастился, что они сделались для него потребностью. Он настолько научился производить разные наблюдения. что сам раскладывал и приготовлял фотографический аппарат, ставил кипятить гипсометр, собирал растения, особенно артистически умел выкапывать корни и луковицы, собирал насекомых, действовал геологическим молотком (в геологии он особенно чувствовал себя сильным и, как только находил ископаемую раковину, сейчас же развивал свою теорию о том, что тут прежде было море и т. д.). В путешествии он был незаменимым человеком». В 1897г. талантливый проводник, по ходатайству В.И.Липского был награжден Русским Географическим обществом за заслуги перед его экспедицией бронзовой медалью. И она, как оказалось, была не единственной его наградой.
В 1990-х годах в фондах архива Русского Географического общества в  Петербурге  было найдено письмо Туркестанского генерал-губернатора А.Иванова вице-председателю Русского Географического общества П.П.Семенову (позже П.П.Семенов–Тянь-Шанский), датированное январем 1900г.: «Милостивый государь Петр Петрович! Житель Самаркандской области Якуб Измаилджанов  во внимание его заслуг, награжден мною почетным халатом третьего разряда». Далее из письма следует, что столь оригинальная награда была вручена проводнику в связи с ходатайством П.П.Семенова о поощрении «лица, столь много способствовавшего успехам отечественной науки».
В 1893г. в Среднюю Азию прибыл известный шведский путешественник Свен Гедин. Маршрут его экспедиции, начатый в Ферганской долине, прошел по Памиру, Кашгарии и Северному Тибету. В Андижане, где формировался экспедиционный отряд, были наняты и проводники: «Маленький, смышленый, бывалый джигит Рахим-бай с обветренным лицом, ...отличный повар, определился для ближайших услуг мне за 25 рублей в месяц, со столом и квартирой. В пути он несколько раз собирался умереть... Другой верховой киргиз —  Ислам- бай, был гораздо выносливее  и отлично заменял Рахима, когда тот был болен. Я теперь же выдаю ему почетный отзыв, так как я действительно был многим обязан этому человеку, который был моим верным спутником во всякую погоду и всех опасностях. Без него бы наше путешествие не закончилось бы так счастливо».
Ислам-бай сопровождал Гедина в восхождении на один из высочайших пиков Памира — Мустаг-ата, который исследователь так и не смог покорить, несмотря на четыре попытки, из-за кислородного голодания. Верный проводник участвовал и в гидрологических исследованиях озера Каракуль на Памире.
  По ходатайству Свена Геднна. Ислам-бай позднее был награжден от имени короля Швеции Оскара золотой медалью. В 1899г., когда шведский исследователь вновь прибыл в Среднюю Азию для организации экспедиции по бассейну р.Тарим в Кашгарии и в Тибет, Ислам-бай вновь повел его караван: «К моей  великой радости мой старый верный слуга Ислам-бай встретил меня на вокзале в Андижане в синем халате с золотой медалью короля Оскара на груди. Хотя он немного  и поседел, но был так же крепок и выглядел превосходно».
Имена названных здесь проводников — лишь малая доля тех безвестных тружеников большой науки, которым она во многом обязана своими открытиями.

Неоплатный долг благодарности

Особо следует сказать о казаках сопровождения. Заслуги оренбургских и уральских казаков в деле изучения и освоения Азии – огромны. Все азиатские экспедиции и миссии конца XVIII–XIXвв. - научные, военные, дипломатические, торговые  - сопровождались и охранялись казаками, поскольку были не только полны тяжелой работы и лишений, но и опасны для жизни.
«Вообще по многолетнему своему опыту могу свидетельствовать, что наши солдаты и казаки – это идеальные для трудных и рискованных путешествий люди: они смелы, выносливы, неприхотливы и легко дисциплинируются, кроме того, из тех же казаков выходят хорошие препараторы и сносные переводчики». Эти слова принадлежат знаменитому русскому исследователю Центральной Азии Н.М.Пржевальскому.
Знаменитый ученый и путешественник в 1865–1868гг. Н.А.Северцов, возглавлявший Туркестанскую ученую экспедицию также с теплотой писал о своем помощнике-казаке: «Для собирания естественно-исторических коллекций был назначен мне в помощники И.И.Скорняков. Офицер Оренбургского казачьего войска, который с ранней молодости собирал животных, растения и минералы для Оренбургского музея, в 1864 году пошел к Туркестану с генералом Веревкиным и в июле был прикомандирован ко мне».
Позднее Н.А.Северцов включил в экспедицию и других казаков, занимавшихся охотой и препарированием животных: Терентьева, Пушева, Чадова, Гутова. Ученый был весьма доволен их работой и часто рассказывал о них своим коллегам.
Видимо поэтому в 1868г. одного из них – И.И.Скорнякова  - по окончании  экспедиции Н.А.Северцева пригласил в свою команду другой неутомимый исследователь Азии А.П.Федченко, очень огорчившийся, когда тот не смог его сопровождать и в следующем году.
«И.И.Скорнякова, - писал он, - так много и с таким знанием дела помогавшего мне в первый год путешествия, в 1869 году не было уже в Туркестанском крае: болезнь задержала его на родине в Оренбурге, и я не могу не высказать здесь своих сожалений по поводу того, сколько неудобств пришлось мне испытать вследствие этого в оба последующих года. В нем я имел отличного помощника относительно всевозможных наблюдений, собирателя точного и усердного, искусного препаратора, стрелка без промаха. Надеюсь, мне извинят это невольное отступление, вызванное желанием высказать, насколько изучение Туркестана обязано трудам простого оренбургского казака, тем более что лицо, заменившее его при мне, заставляло, при сравнении так часто и с таким невольным сожалением вспоминать Ивана Ивановича».
Четверо казаков сопровождали и уже упомянутого шведского путешественника Свена Гедина в его рискованной попытке проникнуть в Тибет в 1899г. Позже он писал: «Оглядываясь назад на совершенное мною путешествие, я вижу целый ряд русских военных, ученых и частных лиц, перед которыми нахожусь в неоплатном долгу благодарности. Очень важно, что мне предоставили возможность нанять на службу русских казаков. Повсюду меня встречали будто я был русским подданным, и само собой разумеется, что это везде и всюду в русских владениях придавало мне неоценимое чувство уверенности и спокойствия».
Книги и ветхие архивные дела навечно запечатлели на своих страницах негромкие, но полные тяжелого труда, риска и лишений дела оренбургских казаков во имя исследования новых земель, во имя науки. Имя этим делам – подвиг!

(фото из Интернета)