Карта моего двора. Часть 1 Асфальтовое море

Лёшке было десять, и всё его лето пахло раскалённым асфальтом, пыльной листвой старых тополей и дешёвым лимонадом «Дюшес». Его мир был маленькой, но идеально изученной вселенной, очерченной границами обшарпанной пятиэтажки, скрипучими качелями, взлетавшими до самого неба, и лабиринтом гаражей, за которыми, по слухам, начинался совсем другой, взрослый и непонятный мир.

Сегодня солнце плавило даже тени, превращая двор в гудящую от зноя сковородку. Лёшка сидел на корточках у большого муравейника, притаившегося у корней дерева, и, подперев подбородок кулаком, наблюдал за крошечной, деловитой цивилизацией. Муравьи тащили травинки, песчинки, крошки — строили свой мир, такой же понятный и незыблемый, как Лёшкин. Но вчерашний разговор родителей, подслушанный через приоткрытую кухонную дверь, гудел в ушах назойливым комаром. Слова «переезд», «другой город», «перспективы», «надо» — каждое было тяжёлым, неуклюжим камнем, брошенным в спокойную воду его жизни.

Как можно уехать отсюда? От этого асфальта, испещрённого трещинами, похожими на реки на карте. От этих гаражей, чьи ржавые крыши были для него горными хребтами. От этого муравейника, который он защищал от соседских мальчишек. Это было всё равно что вырвать самую главную страницу из единственной книги, которую ты знаешь наизусть. Лёшка вздохнул и ткнул пальцем в землю рядом с муравьиной тропой. Муравьи на секунду замешкались, а потом обогнули препятствие и побежали дальше. А он так мог? Просто обогнуть и побежать дальше?